Заложница стаи

Глава 3

Мельком глянув на указатель, мимо которого проезжала, я стиснула зубы. Через десять километров будет въезд на территорию клана Ярова. Нужно морально подготовиться и ничем не выдать настоящих эмоций. Глубокой антипатии, какую питаю как к стае, так и к ее вожаку. Впрочем, судя по нашей второй и, как я надеялась, последней встрече, его отношение ко мне тоже трудно назвать теплым.

Это произошло, когда Видан Яров занял место альфы после смерти Миробора. А к тому времени мой отец уже год как умер. И все дела «Северных просторов» приходилось решать мне. Тогда еще я не наняла Дмитрия, а других толковых исполнителей, кто мог справиться со щекотливыми вопросами, не было. Пришлось, скрепя сердце, ехать в поселение снова. Хотя я зарекалась никогда этого не делать и до того момента стойко сдерживала данное себе обещание. Но выбора не было – нужно заключить контракт с новым альфой, чтобы он остался действительным.

Вспоминала, как поручила секретарше сообщить Ярову о том, что хочу с ним встретиться, договориться о времени. Не прошло и минуты после того, как Анна набрала номер Ярова, как белая как полотно девушка распахнула дверь кабинета.

– Венда Деяновна, он не хочет со мной разговаривать! Сказал, что будет беседовать лично с вами.

Я стиснула зубы и с трудом заставила себя успокоиться. Тогда еще мне плохо давался самоконтроль.

– Хорошо. Переключи звонок на мой телефон.

Услышав характерный щелчок, набрала в грудь побольше воздуха и сняла трубку.

– Алло! Это Венда Ланова.

В ту же секунду послышался знакомый рокочущий голос:

– Рад снова тебя слышать, Венда, – он как-то по-особенному произнес мое имя, словно перекатывая буквы на языке.

Черт! А ведь я почти убедила себя, что в прошлый раз та бурная реакция – дело случайное! Может, так звезды сошлись, что в тот день была так возбудима! Один-единственный звонок Видана, и поняла, что жестоко ошибалась. Оборотень по-прежнему действовал на меня более чем странно. Порадовалась, что проклятый Яров не может сейчас видеть моего лица. Заставила себя отчеканить:

– Не могу сказать того же. Но нам все равно нужно встретиться.

Послышался рокочущий смех, заставивший низ живота томительно сжаться. Выругав себя последними словами, процедила:

– Речь о контракте. Нужно будет уладить кое-какие формальности.

– А ты все такая же дерзкая и за словом в карман не лезешь! – вполне миролюбиво откликнулся Яров. Почему возникло странное ощущение, что он на самом деле рад меня слышать? Да нет, глупости! Я решительно мотнула головой.

– Так что? Я могу прислать кого-то из своих людей для подписания контракта? Документы уже готовы. В условиях ничего не меняли, кроме имени второй стороны. Но если вы хотите что-то изменить, этот вопрос тоже можно обсудить. У вас есть электронная почта, чтобы мы могли ускорить процесс?

Все это время он терпеливо и, как мне показалось, издевательски слушал. Потом слегка насмешливо откликнулся:

– Разумеется, у нас есть доступ ко всем технологическим новшествам. Хоть мы и считаем, что без них вполне можно обойтись. Но я предпочитаю решать дела лично, а не через посредников. Так что никаких твоих людей, Венда. Я буду решать этот вопрос только с тобой.

Проклятье! А я так надеялась, что все же обойдется! Но сейчас и правда зависела от этого мерзавца. Придется соглашаться на его условия!

– Когда я могу подъехать? – напряженно спросила я.

– Детка, в любое время дня и ночи. Ночи – даже предпочтительнее, – в голосе Ярова послышались предвкушающие нотки.

Размечтался, сволочь! Нет уж, в этот раз я не собиралась выставлять себя полной идиоткой и так бурно реагировать на его присутствие. Все-таки я уже не шестнадцатилетняя соплячка. Мне двадцать, и я руководитель фирмы. И вроде бы неплохо справляющийся со своими обязанностями. Да и выдержке учусь, стараясь держать эмоции под контролем. Нет уж, в этот раз Ярову не удастся вывести меня из себя!

– Тогда я подъеду к трем. Сегодня днем, – уточнила я время суток, чтобы избежать нового возможного издевательства.

– Отлично. Буду ждать, – чуть ли не промурлыкал он.

А тело снова отозвалось слишком бурно и радостно встрепенулось. Я бросила трубку с такой яростью, словно бедный предмет был в ответе за то, что со мной творится. Потом долго сидела в кресле, глубоко вдыхая и выдыхая, чтобы успокоиться. Мысленно выстраивала в голове, как лучше изначально поставить себя с Яровым, чтобы не допустить повторения прошлого. Решила, что стану вести себя строго официально и пресекать малейшие попытки вывести меня из себя.

Перед поездкой вернулась домой, чтобы переодеться. Выбрала самый скучный и мешковатый костюм, какой только нашелся в гардеробе. Нужно сделать все по максимуму, чтобы не показаться Ярову привлекательной. Темно-коричневое невразумительное нечто в белую полосочку, что приобрела как-то, чтобы казаться взрослее и не восприниматься подчиненными малолеткой. В нем я и правда казалась старше. Юбка доходила до колен, но была такой бесформенной, что только уродовала ноги. Пиджак был явно на размер больше чем надо. Я уже давно носила прическу каре и красила волосы в темно-русый, чтобы приблизиться к образу деловой леди еще больше. Так что сейчас, глядя на себя в зеркало, довольно ухмыльнулась. Офисный синий чулок, который вряд ли способен заинтересовать мужчину. В качестве последнего штриха полностью смыла косметику и теперь казалась себе бледной молью. То, что надо! Я довольно показала отражению в зеркале большой палец и выпорхнула из дома. Настроение несколько улучшилось.

И все же, подъезжая к уже знакомой территории и не чувствуя рядом успокаивающего присутствия отца, немного занервничала. Тут же отругала себя за это. В конце концов, я уже взрослая самостоятельная женщина, и мне не нужно прятаться за чью-либо спину. На блок-посте пришлось остановиться. Двое громил-оборотней, смерив любопытными взглядами, проверили документы и, сказав, что меня уже ждут, беспрепятственно пропустили. Похоже, Яров позаботился о том, чтобы уменьшить все возможные неудобства. Но никакой благодарности я по этому поводу не испытывала. Скорее, наоборот. Нашла новый повод для злости. Он мог согласиться на встречу с кем-то из моих людей, тогда и вовсе не нужно было бы тащиться сюда. Яров не упустил случая поиздеваться, вот и все! Альфа недоделанный!

Так, настраивая себя на боевой дух, я оставила машину на специальной стоянке, предназначенной для этого, и двинулась по улице. На автомобилях по самому поселению ездить запрещалось, это я помнила еще из прошлой поездки. И снова ощущение дежавю. Местные с любопытством поглядывали на меня, хотя в этот раз не так неодобрительно. Видимо, моя одежда, не вызывающая, а вполне себе скромная, вызвала у них более теплые чувства. И все же каждый шаг давался с трудом. А чем ближе подходила к дому альфы, тем сильнее колотилось сердце. Открытие того, что я взволнована не на шутку, неприятно поразило.

Прежде чем войти в распахнутую калитку, с минуту постояла, унимая бешеный стук сердца. Только потом двинулась дальше. Вздрогнула, когда на осторожный стук в дверь вышла жена бывшего альфы. Та самая, что в прошлый раз не скрывала неприязни ко мне. Губы поневоле стиснулись, пытаясь сдержать язвительные реплики, грозящиеся с них сорваться. Вместо этого я сдержанно поздоровалась:

– Добрый день. У меня назначена встреча с Виданом Яровым.

– Да, сын говорил, – последовал спокойный ответ, и цепкие темно-карие глаза, такие же, как у младшего Ярова, оглядели меня с ног до головы. Угадать, к какому выводу на этот раз пришла женщина, не представлялось возможности. Я поневоле восхитилась. Мне тоже стоит научиться таким вот образом держать эмоции при себе. – Входите. Я провожу вас в его кабинет.

Проходя по дому альфы, я с невольным любопытством оглядывалась. Дочери в этот раз нигде не было видно. Может, замуж вышла и, по обычаю оборотней, сразу покинула отчий дом? У них тут с этим делом не затягивали, а девица и тогда уже была достаточно взрослая. Старше меня тогдашней точно. Но судьба незнакомой девушки-оборотня не вызывала особого интереса, и я тут же выбросила ее из головы.

Мы дошли до добротной массивной двери, слегка приоткрытой. Правда, в оставленную щель виднелся только краешек стоящего напротив шкафа, и ничего больше. Зато слышался голос Ярова, повелительный и жесткий, от которого в этот раз вместо привычного томления возникли ледяные мурашки. Я рассердилась на себя за то, что невольно оробела.

Мать нынешнего альфы деликатно постучала и заглянула в кабинет, не впуская туда, однако, меня.

– Приехала дочь Деяна.

– Впусти, – немедленно послышался ответ. Показалось, или голос Видана смягчился?

Мать Ярова вышла из кабинета и махнула мне рукой, приглашая войти. Сама же отправилась по своим делам. Я поразилась возникшему желанию броситься за ней следом и попросить не бросать. Глупости! Мотнув головой, решительно переступила порог и замерла, оглядывая кабинет, который меньше всего ожидала увидеть в жилище оборотня. Оборудованный по последнему слову техники. Мебель, правда, оставалась немного громоздкой и построенной явно своими руками. Но это даже придавало своеобразного шарма как самому помещению, так и его владельцу. Представить себе Ярова сидящим за более хрупкой современной офисной мебелью было трудно.

Видан сидел за столом, вальяжно развалившись в кресле. С момента нашей последней встречи он, казалось, еще больше разросся в плечах. Настоящая глыба мышц, что не добавляло мне уверенности. Никого, кроме нас двоих, в кабинете не было, и я поняла, что услышанный разговор наверняка происходил по телефону. Об этом говорило и то, что Яров до сих пор держал мобильный в руке. Правда, сейчас небрежно отбросил его на столешницу. С того момента как я переступила порог кабинета, он не сводил с меня пристального взгляда. Оглядывал с ног до головы, не упуская, казалось, ни одной детали. Я не могла понять, о чем он думает – по суровому мужественному лицу разгадать это было сложно.

– Спасибо, что согласились встретиться, – холодно сказала, чтобы прервать гнетущее молчание, заставляющее нервничать еще сильнее. – Не хочу долго отнимать ваше время. Так что, надеюсь, решим дело быстро…

Осеклась, стоило ему подняться из-за стола. По телу пронеслась предательская дрожь, а сердце снова зачастило, словно при тахикардии. Но еще хуже стало, когда он, не говоря ни слова, медленно приблизился. Пришлось задрать голову, чтобы теперь смотреть в его лицо. Тут же нахлынуло ощущение собственной хрупкости и слабости, а такое ощущение я ненавидела. Даже ходила на курсы по самообороне, чтобы стать сильнее. От этого мужчины больше, чем от кого бы то ни было из встреченных мною по жизни людей, исходило ощущение силы и опасности.

Видан склонился надо мной, не прерывая зрительного контакта, отчего стало не по себе еще больше. Когда же Яров томительно медленно провел носом по моей щеке, опускаясь к шее, сердце и вовсе едва из груди не выпрыгнуло. А с телом снова начало твориться нечто невероятное. Такой мощнейший отклик, что у меня даже ноги стали ватными. Я стиснула зубы, а потом из последних сил процедила:

– Что вы себе позволяете?

– Ничего из того, на что не имею права, – губы альфы дрогнули в ироничной ухмылке.

А это уже вообще ни в какие рамки не лезет! Я уже подбирала слова, чтобы выразить всю степень возмущения, когда Яров более миролюбиво добавил:

– Запаха других мужчин от тебя не чувствую. Это хорошо.

У меня даже щеки запылали от стыда и возмущения. Да по какому праву?! И вообще, моя личная жизнь – это моя личная жизнь! Его она интересовать должна меньше всего. Пусть в последний год у меня вообще никого не было. Да и до этого связи были нерегулярными и беспорядочными. Но Ярова это вообще не касается!

Возмущение застряло в горле, когда Видан разогнулся и снова вернулся за стол.

– Присаживайся, – спокойно обратился ко мне.

Стараясь справиться с дрожью, колотящей тело, я села в кресло напротив стола и нервно перекинула ногу за ногу. Руки тоже скрестила на груди, инстинктивно защищаясь от проникающего до основания взгляда этого мужчины.

– Ну, давай, гляну твой контракт, – он небрежно откинул со лба прядь волос и его глаза на краткий миг полыхнули золотистым.

У оборотней особая пигментация глаз, такие вот игры цветов происходят довольно часто. Но меня почему-то зрелище заворожило. Я попыталась представить, как выглядит его звериная сущность. Наверняка громадный и свирепый волчара. Такой же самоуверенный и непримиримый, как и его человеческое воплощение. Но почему-то мысль об этом снова вызвала непонятный глубинный отклик внутри. Я лихорадочно напрягла память: не забыла ли сегодня принять ликапин? Вспомнила, что привычно выпила за завтраком таблетку, и немного расслабилась. Волчица упрятана далеко и надежно, на этот счет волноваться не следует.

Я зашарила в портфеле и с неудовольствием заметила, как дрожат руки. Потом нервно вытащила нужный документ и протянула Ярову. Для этого пришлось перегнуться через его стол. Он сделал то же самое, слегка улыбаясь, и его пальцы, принимая бумаги, словно невзначай погладили мою руку. В месте прикосновения будто током ударило, распространяя по телу обжигающие волны. Я поспешила отпрянуть и вжаться в кресло, с неприязнью глядя на смущающего меня мужчину. Тот, казалось, прекрасно знал о том, что со мной происходит. С чувственных губ не сходила легкая улыбка.

Просматривая контракт, он то и дело поглядывал на меня, не позволяя успокоиться. Каждый раз взгляд словно обжигал, переворачивая все внутри.

– Мой отец был слишком поблажлив к вам, – наконец, нарушил Яров молчание. – Тебе не кажется, что условия выгодны в первую очередь для вас?

Я ожидала такого поворота, и как ни странно, меня это успокоило. Разговор перешел в деловое русло, а здесь я чувствовала себя уверенно. Мигом нацепив на лицо привычное любезно-официальное выражение, стала излагать ему преимущества, какие дает клану Яровых сотрудничество с нашей фирмой. Немного смущало, что слушал Видан это со снисходительной улыбочкой и чуть приподнятыми бровями. Но я старалась не обращать на это внимания. Когда уже казалось, что он благосклонно относится к выдвинутым доводам, Яров вдруг сменил выражение лица. Холодный взгляд из-под густых бровей и чеканный голос:

– Пустой треп. Отец мог вытребовать с вас втрое больше, но слишком хорошо относился к твоему отцу. Тебе придется сильно постараться, чтобы заслужить и мое хорошее отношение… – в последней реплике тон слегка сменился, и мое тело полыхнуло жаром. Я прекрасно поняла намек.

Все! Это уже последняя капля!

– Да катись ты, Яров! – мишура самообладания слетела, как луковая шелуха.

Я вскочила на ноги и, кипя от негодования, ринулась к двери.

– Отличный способ вести дела! – донеслось саркастическое. – Даю твоей фирме максимум год. Потом под таким руководством она точно ко дну пойдет.

Я застыла столбом, уже занеся ногу над порогом. Потом медленно обернулась. Буравила невозмутимо наблюдающего за мной оборотня ненавидящим взглядом и понимала, что так просто уходить нельзя. Это будет означать, что он прав – никчемный из меня директор фирмы. Развернулась и двинулась обратно. В этот раз сев в кресло, постаралась принять более уверенную позу и с вызовом взглянула в глаза Ярову.

– Мы готовы пересмотреть условия контракта. Хотите вознаграждение больше? Давайте обсудим.

– Деньги меня не интересуют, – протянул он, и в его глазах снова зажглись золотистые отблески.

– Ничего иного я предложить вам не могу, – холодно откликнулась я.

– Еще как можешь, девочка, – голос приобрел легкую хрипотцу, и внизу живота заныло так, что я нервно заерзала на месте. – Ты ведь понимаешь, что я чую тебя? – еле слышно и рокочуще проговорил Видан. – Как сильно ты возбуждена. Как и в тот раз. Помнишь? Я вот не забыл той встречи. Знаешь ли, не люблю незавершенных дел.

Да плевать на то, что ты там любишь! – хотелось выпалить, но я сдержалась. Хоть и с трудом!

– А я вот не собираюсь иметь с вами никаких отношений, помимо деловых, – заявила, вскидывая подбородок. – Так что это ваши проблемы, – последнее уже было лишнее, но вырвалось почти помимо воли.

– Не принимай ты ликапин, я мог бы тебе приказать. Ты ведь это понимаешь? – взгляд его сделался таким тяжелым, что в этот раз я не выдержала и опустила глаза.

Я прекрасно понимала. Отец рассказывал, как сильно влияние альфы на членов своей стаи. Ему стоит приказать, и отказать будет невозможно. Своего рода гипноз или безусловный рефлекс.2041a3

– Ты ведь все еще остаешься частью моей стаи, – услышала новую реплику. – Твоему отцу разрешили нас покинуть, но речь о его детях-оборотнях не шла.

– Я больше не оборотень! – процедила, все еще не решаясь взглянуть на него. – И я рождена свободной. Вы не имеете права предъявлять мне какие-то требования.

Молчание тянулось так долго, что я все же решилась поднять глаза. Тут же об этом пожалела. Альфа смотрел таким голодным звериным взглядом, что меня практически вдавило в кресло. Я с шумом выдохнула и сипло произнесла:

– Давайте вернемся к обсуждению контракта. Я здесь только за этим.

– Неужели? – лицо альфы приобрело более спокойное выражение, но я физически ощущала его напряжение. – Еще скажи, что не думала обо мне все это время!

– Не думала, – солгала я, хотя этот мерзавец приходил в мои мысли и сны гораздо чаще, чем хотелось бы.

– Ты ведь знаешь, что оборотни знают, когда им лгут, – протянул Видан и его глаза довольно блеснули. – Сердцебиение учащается, интонации голоса слегка меняются. Давай начистоту, волчица.

– Я не волчица! – тут же огрызнулась я, чувствуя, как самообладание снова трещит по швам.

– Волчица, – он ухмыльнулся, – как бы ни пыталась это отрицать. Между нами с самого начала возникло особое притяжение. Надеюсь, этого ты отрицать не будешь?

В этот раз я не решилась солгать. Все больше хотелось вскочить и, наплевав на все, убежать прочь. Подальше от так смущающего мужчины.

– Я тоже думал о тебе, – его неожиданное признание совершенно огорошило. Я даже дышать перестала, с неудовольствием замечая, как сердце охватывает что-то вроде ликования. Какого черта?! Да плевать вообще, думал он обо мне или нет! Меня это вообще заботить не должно! – Хочу, чтобы ты осталась в стае. В моем доме.

А вот теперь я поняла, что значит настоящий шок. Округлившимися глазами смотрела на альфу, по чьему лицу сейчас ничего нельзя было прочесть. Только глаза светились теперь отчетливым золотистым светом, что выдавало, насколько сильны эмоции, бушующие у него внутри.

– В качестве кого? – выдавила я, судорожно цепляясь за свой портфель, словно утопающий за спасательный круг.

– Ну, для начала в качестве моей женщины.

Контрольный в голову! Сама формулировка настолько возмутила, что мне не без труда, но все же удалось унять возбуждение. Да за кого он себя принимает?! Предлагает мне роль своей девки так, словно делает величайшее одолжение! Еще и дает понять, что я могу ему надоесть, и мое положение может измениться.

– Этого не будет никогда, – процедила я, поднимаясь и не глядя на него, чтобы не лишиться мужества. – Контракт оставляю у вас. О своем решении насчет него сообщите. Можете послать письмом в мой офис или передать с кем-то из своих людей. В любом случае это наша с вами последняя встреча.

Я резко крутанулась на каблуках и двинулась к выходу, спиной чувствуя буравящий спину взгляд. Услышав утробный рык, застигнувший уже у самого порога, почувствовала, как сердце ухнуло в пятки. Дернувшись, обернулась и зажала себе рот рукой от охватившего ужаса. У Видана началась трансформация. Он судорожно цеплялся за столешницу, и я видела, как его пальцы становятся крупнее и длиннее, а ногти на них удлиняются и заостряются. Вся фигура тоже становилась ощутимо больше, рубашка жалобно трещала по швам. Нижняя челюсть выдвигалась, обнажая устрашающие клыки. Глаза теперь стали совершенно звериными. Волчьими. И эти самые глаза были устремлены прямо на меня!

Я закричала, напрочь позабыв об извечном желании все решать своими силами:

– Помогите! Помогите, кто-нибудь!

В мозгу панически билась мысль – меня сейчас просто разорвут!

– Убирайся! – рычание, вырвавшееся из устрашающей челюсти Ярова, уже мало напоминало человеческую речь, но разобрать слова все же было можно. – Вон!

Я не заставила себя упрашивать и опрометью ринулась прочь, больше ни разу не оглянувшись.

Не чувствовала себя в безопасности даже когда оказалась в своей машине и покинула территорию оборотней. Все казалось, что машину преследует громадный волк. Позже трансформацию Ярова не раз видела в кошмарных снах и каждый раз просыпалась от собственного крика.

Но что самое странное – через три дня к нам в офис прислали контракт. Подписанный Яровым. Он согласился на все условия. Это уж вовсе не укладывалось в голове. Но я тогда вздохнула с облегчением. Не напрасно пережила всю эту жуть!

Какой выбор сделает Яров теперь, четыре года спустя, оставалось только догадываться…