Заложница стаи

Глава 9

Вернувшись в спальню, только сейчас обратила внимание на то, что моя одежда исчезла. Правда, взамен оставили местную, аккуратно развешанную в платяном шкафу, куда я все же догадалась заглянуть. Скрепя сердце надела на себя длинное темно-зеленое платье, которое показалось более-менее нормальным. По сравнению с остальными, конечно, на которых без слез не глянешь. И как только местные женщины такое терпят? Вспомнила высказывание Ярова про то, что моя внешность не нуждается в украшательствах для того, чтобы привлечь внимание мужчин. Наверняка другие местные собственники думают так же насчет своих женщин.

Я быстро причесалась перед зеркалом, висящим на стене, и мстительно не стала собирать волосы. Хоть так брошу вызов местным средневековым порядкам! И решительно двинулась прочь из комнаты, запоздало вспомнив о том, что дверь может быть закрыта. Но к моему удивлению, беспрепятственно вышла. Яров настолько уверен, что я от него никуда не денусь? Ну-ну…

Запах жарящихся оладий доносился все отчетливее, у меня прямо слюнки потекли. Я спустилась на первый этаж и легко нашла кухню. Правда, на пороге застыла, увидев хлопочущую у плиты мать альфы. С неудовольствием ощутила замешательство. Как вести себя дальше, не знала. Эта женщина даже не скрывала неприязни ко мне, поэтому вряд ли придет в восторг от моего общества. Так, чего это я расклеилась? Нельзя показывать ненавистным оборотням слабость! Они только порадуются.

И я вошла внутрь и нагло уселась на табурет за столом.

– Доброе утро, – изображая издевательскую улыбку, бросила я.

Не поворачивая головы и даже не вздрогнув, словно почуяла мое присутствие уже давно, женщина бросила ответное приветствие.

– Как я могу к вам обращаться? – снова подала я голос. Память отшибло напрочь в этом вопросе, пусть даже нас когда-то представляли друг другу. Но тогда я даже не посчитала нужным запомнить имя этой женщины, решив, что никогда ее больше не увижу.

– Славия, – последовал краткий ответ.

– Не могу сказать, что мне очень приятно познакомиться, – сказала я, – но все же не могла не спросить.

На меня бросили колкий взгляд, но ничего не сказали.

– Надеюсь, голодом у вас пленников не морят? – отпустила я новую колкость. Можно было, конечно, просто вежливо попросить у нее что-нибудь поесть, но лебезить перед этой хмурой особой я не собиралась.

– Завтрак скоро будет готов, – процедила Славия. – Ты могла бы пока разлить чай по чашкам.

– Могла бы, – я растянула губы в улыбке, – но не буду. Не собираюсь делать вид, что все в порядке. Моя бы воля, я бы и секунды не осталась в вашем доме.

– И что только он нашел в тебе? – похоже, я все же вывела ее из себя, что немного порадовало.

Женщина с шумом сама поставила на стол три чашки и начала разливать чай. Похоже, Яров к нам тоже скоро присоединится, что изрядно подпортило мне настроение.

– Я так же, как и вы, не в восторге от внимания ко мне вашего сыночка, – в этот раз охотно ее поддержала. – Так что хоть что-то у нас есть общее!

Она ничего не ответила, глядя куда-то поверх моей головы. А меня будто жаром опалило. Яров что сейчас стоит за спиной? Мигом вспомнилась прошлая ночь, и щеки поневоле вспыхнули. Стараясь скрыть замешательство, я небрежно повернула голову и наткнулась на мрачный взгляд Ярова. Аппетит начал стремительно исчезать. Я уже всерьез задумывалась над тем, чтобы подняться из-за стола и вернуться в спальню. Но для этого пришлось бы пройти мимо альфы, а от самой этой мысли сердце трусливо уходило в пятки.

– Доброе утро, – бросил он, проходя к столу и устраиваясь напротив меня. Ну вот он специально это сделал? Чтобы мне и кусок в горло не полез? Сволочь он все-таки!

Славия ответила ему улыбкой и поставила на стол тарелку с дымящимися оладьями. Я же отозвалась в привычном для нашего с ним общения репертуаре:

– А оно доброе?

– Не начинай, женщина, – процедил Яров, продолжая сверлить меня взглядом. Если так и дальше будет продолжаться, к концу завтрака дыру во мне прожжет.

– Я и не начинаю. Просто сомневаюсь в твоей формулировке, – съязвила я и перевела глаза на хлопочущую Славию, лишь бы не смотреть на альфу.

Женщина расставила перед нами чистые тарелки и к оладьям подала еще мед и варенье. Не дожидаясь приглашения, я первая потянулась к угощению, чем вызвала у нее недовольный взгляд. По-видимому, снова нарушила какие-то местные дурацкие правила. А, плевать! Украдкой покосилась на Ярова и с удивлением увидела, что по его лицу расползается ухмылка. Его это просто позабавило и даже настроение подняло? Нет, ну я точно вряд ли его когда-нибудь пойму!

Оладьи оказались вкусными, и я сама не заметила, как в один присест умяла сразу три. Уже раздумывала над тем, чтобы сделать комплимент хозяйке, но глянув на ее недовольно поджатые губы, передумала. Завтрак проходил в молчании, хотя видно было, что сказать нам всем друг другу есть что. И вряд ли лицеприятное. И все же первой не выдержала я:

– Что ты намерен делать со мной дальше, Яров?

– Уже говорил, – последовал невозмутимый ответ. – Ты останешься в моем доме.

– И что, по-твоему, я должна здесь делать? – я прищурилась, уставившись на него, поглощающего очередную порцию оладьев.

– Осваивайся. Думаю, для всех будет лучше, если вы с мамой постараетесь найти общий язык.

– Ты серьезно? – я откинулась назад, яростно сжимая вилку. – Думаешь, и правда буду это делать?

– Так будет лучше в первую очередь для тебя, – он даже не глянул на меня. – Учись вести хозяйство, это тебе пригодится.

– Не собираюсь я этому учиться, Яров! И становиться твоей домашней рабыней тоже!

– Не вижу связи между заботами о доме и рабством, – альфа пожал плечами и все же посмотрел на меня. В этот раз я не смогла разгадать выражения его глаз. – Обычная женская работа.

– У меня уже есть работа, и она меня вполне устраивает! – выпалила я, отшвыривая вилку. Та упала на пол, но я даже не собиралась ее поднимать.

– Боюсь, от той твоей работы тебе придется отказаться. Ты вполне можешь ее доверить своему заместителю. Слышал, он весьма толковый малый.

– Как хорошо ты, оказывается, осведомлен о моей жизни! – с сарказмом заметила я.

Славия поднялась с места, явно намереваясь поднять несчастную вилку, но альфа одним взглядом остановил ее.

– Венда, ты кое-что уронила.

– Не уронила, а бросила, – с издевкой уточнила я.

– Подними, – нарочито-спокойно сказал Яров.

– И не подумаю.

– В моем доме думать буду я, – последовал жесткий ответ. – Подними.

– Нет.

Взгляд альфы полыхнул золотистым огнем и в следующую секунду стены сотряслись от прорвавшегося наружу рыка:

– Подними!

А я ощутила себя так, словно меня обухом по голове ударили. В ушах раздавался тревожный звон, всю затрясло, а внутри липким комком собирался инстинктивный глубинный страх. Прежде чем сама сообразила, что делаю, соскочила с места и дрожащими руками подняла злосчастную вилку. Проклиная себя за то, что вообще делаю это, бросила в раковину и услышала новый приказ:

– После завтрака помоешь всю посуду и в течение дня будешь помогать моей матери по хозяйству. Это не обсуждается! В моем доме у всех есть свои обязанности.

Я застыла у раковины, чувствуя, как меня всю сотрясает дрожь, а из глаз выкатываются первые слезы. Со мной еще никто и никогда не говорил ТАК. И вместе с неприязнью и яростным протестом пробуждалось что-то непостижимое для меня самой. Впервые я чувствовала, что не могу не покориться. Что со мной происходит, черт возьми? Неужели это и есть то самое влияние альфы, о котором я так много слышала? И оно уже действует на меня, даже несмотря на то, что волчица пока только делает первые робкие движения внутри. Это ощущение мне не нравилось, вызывало ненавистное чувство беспомощности перед чужой волей.

На кухне царило гнетущее молчание. Я даже не слышала звяканья вилок о тарелки. Похоже, аппетит утратили все. Не знаю, сколько прошло времени, когда послышался странный сдавленный голос альфы:

– Мама, ты можешь ненадолго выйти?

Послышался шум отодвигаемого табурета и звук шагов, хлопанье двери. Осознав, что мы с Яровым остались наедине, я сжалась. Что он еще от меня хочет? Уже и так поставил на место, дал ощутить себя полным ничтожеством. В следующую секунду вздрогнула, услышав чуть виноватый голос:

– Прости, я перегнул палку.

Слышать такое из уст Ярова было особенно невероятным, но я не спешила реагировать. Продолжала стоять у раковины, обхватив плечи руками, спиной к нему, и пыталась остановить градом струящиеся по щекам слезы.

– Пожалуйста, не молчи, – тот же тон, вызывающий непонятный отклик в моем теле, заставил закусить губу.

– А что ты хочешь услышать, альфа? – наконец, сдавленно пробормотала я. – Скажи, ты всерьез полагаешь, что я буду счастлива с тобой? Что когда-нибудь смирюсь с таким отношением?

Меня развернули к себе так резко, что я вскрикнула. И как только подобрался так незаметно? Сквозь пелену слез не могла различить выражение его лица.

– Каким отношением, Венда? – с трудом проговорил он. – Ты даже не представляешь, КАК я отношусь к тебе!

– А я и не хочу представлять, Яров! – яростно выпалила и смахнула слезы. Тут же едва не задохнулась от напора чувств, читающихся в его глазах. И дальнейшие колкости застряли в горле.

– Ты вольна делать, что хочешь, в этом доме, – глухо проговорил он. – Понимаю, что для тебя сложно будет так сразу принять наши обычаи. Надеюсь, со временем все изменится. Но пока не стану тебя неволить. Просто хочу, чтобы ты относилась к моей матери с уважением. То, что происходит между нами… Она к этому отношения не имеет. Не срывай на ней злость. Я не требую… Прошу.

Представляю, каких усилий ему стоило так говорить со мной. Не навязывать свою волю, не проявлять агрессию, а говорить рассудительно и спокойно. Хотя, судя по блеску в глазах, до спокойствия ему было ой как далеко. Но его тон подействовал так, как никогда бы не подействовали угрозы. Мне стало стыдно. За то, как вела себя с его матерью. Славия и правда ни при чем. И я не имела права так себя вести за столом. Решила, что как бы ни относилась к Ярову, других это затрагивать не будет. Пусть я не питаю к Славии теплых чувств, но постараюсь хотя бы проявлять элементарное уважение.

– Хорошо, – выдавила я, и он разжал пальцы, отпуская мои плечи.

– У меня сегодня много дел. Поэтому не стану докучать тебе своим обществом, – уже прежним холодным тоном проговорил Яров, возвращаясь к столу. – Ты можешь делать что хочешь. За исключением, конечно, того, чтобы покинуть территорию. Все уже предупреждены о том, что выпускать тебя отсюда нельзя. Так что не делай глупостей.

Я тоже вернулась за стол, хотя есть больше не хотелось. Внутри поднималась глухая тоска. У меня голова разрывалась от одолевавших эмоций, которые я даже выплеснуть никуда не могла.

– Я могу, по крайней мере, сестру навестить? – вцепившись в столешницу побелевшими от напряжения пальцами, спросила я. Чувствовала, что просто взорвусь, если он скажет «нет».

– Да, – он коротко кивнул. – Но если рассчитываешь, что Ждана поможет тебе бежать, забудь. Она одна из нас и никогда не пойдет на это. И постарайся не слишком нервировать ее своими гневными выпадами. Ей сейчас волноваться вредно.

– Яров, ты всерьез считаешь, что я буду вымещать злость на Ждане? – взорвалась я, чувствуя, как, наконец, отступает то странное забитое состояние, что ощущала еще недавно. – За кого ты меня принимаешь?

Альфа промолчал, лишь чуть приподнял бровь. А мне захотелось сквозь землю провалиться. А за кого меня можно принимать, если рядом с ним я веду себя, как подросток, одолеваемый гормонами? Постоянно хочется кричать, злить его, еще и с телом происходит что-то невероятное.

– Да пошел ты, Яров! – подтверждая собственные выводы, не смогла удержаться я и вскочила из-за стола.

Он даже не отреагировал. Наверное, уже привык к моим дурацким вспышкам и пропускал мимо ушей. Что особенно бесило. Ведет себя, как матерый зверь, снисходительно наблюдающий за гиперактивным щенком. Я выбежала из кухни и ураганом ворвалась в отведенную мне спальню. Некоторое время расхаживала по ней, пытаясь успокоиться. Только когда дыхание окончательно выровнялось и я обрела подобие себя прежней, вышла наружу. В этом доме точно оставаться не буду! Как я ни зла на Ждану за то, что приняла не мою сторону во всей этой ситуации, лучше отправлюсь к ней. И останусь до того момента, пока она сама меня не выгонит. Все лучше, чем терпеть общество альфы и его матери!

Пока шла по просыпающемуся поселению, старалась игнорировать любопытные взгляды. Улавливала шепоток и понимала, что наверняка обсуждают меня. Какие-то две девицы у одного забора покосились с явной неприязнью. Одна что-то сказала и залилась едким издевательским смехом. Я не удержалась от того, чтобы не окинуть ее уничтожающим взглядом. Высокая и статная девка, с большой грудью и крутыми бедрами. Глаза даже в человеческом обличье кажутся золотистыми. Густая темно-русая коса, доходящая до бедер, покоилась на одном плече. Девица нагло встретила мой взгляд и осклабилась в издевательской улыбке. Я мысленно послала ее подальше и двинулась дальше, к дому Жданы. Как же хотелось увидеть сейчас хоть одно дружелюбное лицо! Я уже была просто на грани!

В ответ на мой настойчивый стук дверь, наконец, отворилась. Появившаяся на пороге сестра тут же издала сдавленный возглас и кинулась меня обнимать.

– Вендочка, родная! Я так переживала за тебя!

В голове вертелись едкие слова о том, что если переживала, могла бы как-то поучаствовать в моей судьбе. Но я сдержалась. На Ждане я и правда не собиралась срывать злость. Пусть это сомнительное счастье достанется только Ярову. Когда сестра отстранилась, я заметила, что у нее глаза красные. Осознание того, что она и правда переживала, плакала из-за меня, немного смягчило.

– Входи, дорогая, – сказала Ждана, увлекая за собой. – Белояр скоро уйдет, а мы сможем вдоволь наговориться.

Она провела меня на кухню, где сидел бета, с аппетитом поглощая омлет с помидорами и зеленью. Я хмуро поприветствовала его, на что он ответил дружелюбной улыбкой. Поразилась лицемерию этого обаятельного мерзавца. Ведет себя так, словно все в порядке вещей. И что нет ничего особенного в том, что меня здесь удерживают против воли.

– Завтракать будешь? – засуетилась вокруг меня сестра, усаживая за стол.

– Нет, спасибо. Уже позавтракала. А вот от чаю не откажусь.

К моей радости, вскоре Белояр и правда нас покинул, на прощание запечатлев на губах жены долгий и страстный поцелуй. Поразительно, они уже два года женаты, а отношения все такие же пылкие! Или у настоящих пар всегда так? Мысль о настоящих парах навела на не особо утешительные размышления, и я уткнулась взглядом в дымящийся ароматный напиток. Имею ли я право грузить этим Ждану?

– Рассказывай, – вздрогнула, услышав решительный возглас сестры.

Подняла глаза и увидела, что ее лицо дышит живейшим участием.

– О чем? – из чувства непонятного протеста выпалила я.

– О том, что происходит между тобой и альфой. Тут об этом только ленивый не говорит! Особенно после того, как вчера ночью он тебя из лесу обратно тащил.

Осознание того, что у моего позорного побега, оказывается, свидетели были, не добавило настроения.

– А этот обыск! Все поселение вчера перевернули вверх дном!

– Судя по тому, что я все еще здесь, плохо перевернули, – хмуро бросила я.

– Видела твоего вампира, – помолчав, сказала Ждана и неодобрительно наморщила лобик. – Он, конечно, красивый, как ты и говорила. Но все равно… Он же вампир, Венда! Как ты могла с ним?.. – она трогательно покраснела, не закончив мысли.

– Поверь, если выбирать между ним и Яровым, я даже колебаться не буду, – насмешливо произнесла я.

– Мне жаль это слышать, – сестра тяжело вздохнула. – Знаешь, я втайне мечтала, что ты и он…

– Я с Яровым? – пораженно откликнулась я. – В смысле мечтала? Почему тебе вообще такая мысль в голову пришла?

Ждана покраснела еще больше и зачем-то стала помешивать чай, сахар в котором явно уже растворился.

– Только ты ему не говори…

– Уж в этом не сомневайся! – с сарказмом сказала я.

– Когда речь о тебе заходила, у него всегда такое лицо становилось… Да и Белояр на что-то такое намекал. Прямо не говорил, конечно. Когда речь об альфе, он даже со мной не до конца откровенен. Но я ж не полная дура. Поняла, что к чему. Венда, да он с ума по тебе сходит!

– Думаешь, ты мне что-то новое открыла? – я поморщилась.

– Неужели он тебе ну ни капельки не нравится? – поразилась Ждана. – Видан… Он же такой!.. Он же!..

– Так, похоже, одному бете стоит задуматься и начать ревновать, – усмехнулась я.

Сестра даже руками замахала от возмущения.

– Да нет, ты что! Для меня лучше Белояра никого нет! Но Видан Яров! Да по нему столько наших девиц сохнут. Ему поманить стоит, как любая за ним пойдет.

– И много таких ходило уже? – сама не знаю, что заставило задать этот вопрос. С неудовольствием ощутила, как от упоминания Ярова в связи с другими женщинами неприятно кольнуло сердце. Что со мной? Мне вообще на это должно быть плевать!

– Достаточно, – уклонилась от прямого ответа Ждана, а на душе стало еще более гадостно. Помимо воли в голову полезла сегодняшняя девица. Уж не одна ли из пассий Ярова? Иначе с чего такая явная ненависть во взгляде?

– Ну вот и выбрал бы одну из них, – кусая губы, заметила я. – Я-то ему зачем?

– Венда, – лицо сестры приобрело лукавое выражение. – А ты не забыла, что я вообще-то оборотень?

– И что? – я недоуменно сдвинула брови.

– И ложь чувствую, – пояснила она.

Настал мой черед краснеть – щеки буквально запылали.

– Совершенно не понимаю, о чем ты говоришь.

– О том, что тебе неприятно слышать о том, что у альфы кто-то есть.

– Значит, есть и сейчас? – черт, откуда в голосе эти рычащие нотки? А еще на мгновение ощутила странное шевеление внутри, будто кто-то настороженно повел ушами.

– Ну, они время от времени по ночам вместе бегают. Правда, в дом альфа никогда своих волчиц не водит. Кроме тебя, конечно.

– Я не его волчица, – напомнила я, а изнутри уже более отчетливо что-то скреблось и выло, отзываясь на слова Жданы о том, что Яров с кем-то там бегает по ночам. Не понять, что на местном сленге имелось в виду, было трудно.

– Ты снова забываешь, что я оборотень, – победно улыбнулась сестра. – Запах.

Я нервно обхватила руками чашку с полуостывшим чаем.

– Полагала, что я не уловлю на тебе запах альфы?

– Как думаешь, остальные ваши это тоже уловили? – бросила я со злостью.

– Даже не сомневаюсь.

Черт! Захотелось сквозь землю провалиться и остаться там навсегда. Теперь взгляды местных и многозначительный шепоток обретал новый смысл. Да каждый из них без труда понял, чем мы с Яровым ночью занимались! И его мать тоже! Я с шумом втянула воздух и в очередной подумала о том, что ненавижу оборотней. Никакой личной жизни! Все тут же обо всем узнают. И как только Ждана тут живет?!

А что если и Аден почувствует на мне запах Ярова? Я нервно сглотнула. Так, об этом думать точно преждевременно. Сначала нужно выбраться отсюда, а потом уж думать о реакции вампира.

– И как у вас все прошло? – новый вопрос Жданы выбил из колеи.

Обсуждать подобное с ней хотелось меньше всего. Пусть даже раньше в этом плане между нами секретов не было. Мы делились друг с другом почти всем. Я даже Ждане рассказывала о моих отношениях с Аденом Ларесом, когда мы общались по телефону. Но о Ярове не говорила никому и никогда. Даже ей. Это был мой постыдный секрет, который я несла сама.

– Повторения мне не хочется, – солгала я и по вспыхнувшим глазам Жданы поняла, что она снова без труда разгадала мою ложь. Сестра что-то довольно замурлыкала, подливая мне еще чаю. – Послушай! – взорвалась я. – Хорошо, не буду скрывать, в сексе Яров неплох. Но и только! Не хочу я с ним связываться! Все, чего хочу, поскорее убраться отсюда. Подальше от него.

– Я надеюсь, что когда в тебе проснется волчица, ты передумаешь, – подмигнула сестра, добив меня окончательно.

– Значит, ты заодно с ним? Полностью одобряешь? – процедила я.

Ждана изменилась в лице, мигом посерьезнев. Потом сжала мою руку.

– Я и правда считаю, что твое место здесь. Венда, только не обманывай меня и не говори, что там, в большом мире, ты счастлива. Я ведь твоя сестра. Знаю тебя лучше, чем кто бы то ни был.

Я молчала, все во мне противилось ее словам, но что-то помимо воли откликалось на них.

– Ты пыталась найти свое место, использовала для этого работу. Убедила саму себя, что это цель твоей жизни. Но была ли ты на самом деле счастлива? Я помню эту тоску в твоих глазах. Ты пыталась ее скрывать, но я видела. И еще, Венда… Я кое-что знаю. Не хотела тебе говорить, чтобы не расстраивать. Но, думаю, сейчас настал момент, когда должна сказать…

– Ты о чем? – насторожилась я.

– Я помню, какая ты вернулась из первой поездки в поселение, – то, что разговор зайдет об этом, застал меня врасплох. Я не могла отвести взгляда от серьезного и грустного лица Жданы. – В тебе что-то изменилось тогда. Ты напоминала дикого зверька, который мечется, ищет что-то, но никак не может найти. Я спрашивала отца об этой вашей поездке, но он всегда переводил разговор.

Внезапная догадка опалила так сильно, что я судорожно вздохнула. Отец знал! Не мог не знать! Он не мог не почуять на мне запах Ярова тогда! Как и все остальные. У меня все в голове помутилось. Никогда не чувствовала себя более по-идиотски. Все из вежливости делали вид, что ничего не произошло, но прекрасно знали, что между мной и Виданом тогда что-то было.

– И потом точно такой же взгляд я видела у тебя четыре года спустя. Ты могла даже не говорить мне, что случилось. Я поняла, что ты опять была в поселении. Позже, когда мы уже начали встречаться с Белояром, я его осторожно расспрашивала. Так и сопоставила все по туманным намекам и обрывкам фраз. Венда, да ты по уши влюблена в Ярова!

Я вскочила так резко, что едва не опрокинула чашку.

– Ждана, не смей так больше говорить! – прошипела, с трудом сдерживая рвущиеся наружу ругательства. – Если, конечно, хочешь и дальше оставаться моей сестрой!

Она побледнела, глядя на меня в немом потрясении. Я тут же устыдилась такой своей реакции и медленно опустилась на стул.

– Прости, – глухо пробормотала. – Но ты понятия не имеешь, о чем говоришь. Я не то, что не люблю этого мужчину. Я его ненавижу! Он мне неприятен больше, чем кто бы то ни было! – к моменту окончания этой гневной тирады меня всю трясло.

– Я вижу другое, – мягко возразила Ждана. – То, что еще никогда и ни о ком ты не говорила с такими сильными эмоциями.

– Давай закроем эту тему! Просто закроем! – напряженно процедила я.

– Хорошо, раз ты так хочешь, – она вздохнула и заговорила о другом.

Но меня еще долго всю колотило внутри после того, что она только что сказала. Да как Ждане такое вообще в голову пришло? Сказать, что я влюблена в Ярова! Бред! Полный абсурд!