Академия Эдрегор. Иная

Глава 18

Вышагивая следом за своим чеканящим каждый шаг напарником и разглядывая его затянутую в синий форменный китель спину, я думала: а как он бы отреагировал, узнай, что свой тубус непутевая студентка, волею случая навязанная ему на следующие пять лет в Щиты — вообще в комнате оставила. Не специально. Так получилось. Собиралась утром, еще не проснувшись…

Ладно, после пары забегу в общежитие, а Ноллану просто ничего говорить не стану. В принципе, ему-то что? Это мои проблемы, если не брать во внимание такие вот случаи.

Проснувшись окончательно от такой встряски, мысли в моей голове закопошились быстрее и ровнее. По крайней мере, мне вдруг стала понятна причина недовольства его высочества. Или как там его величать? По сути, для всей академии мы не просто напарники — Меч и его Щит, мы — пара. Любовники даже, гоблинова печенка. И тут на глазах у такого количества народа рыжий лис вдруг начинает всякие… интимные поползновения в мою сторону.

Никому не докажешь, что оборотню почудилось, будто мой запах изменился, а с Нолланом у меня никогда ничего не было и быть не может, и им обоим наплевать с высоты драконьего полета на мою маленькую, очень скромную, но совершенно неудачливую персону.

Поползут новые слухи. И вот они уже не вытирание моей девичьей честью грязных сапог, хотя и не без этого, но — это уже сомнения в состоятельности и способности Брайана Ноллана удержать возле себя девушку. Или его полная неспособность разбираться в людях, что для отпрыска Луча недопустимо. Еще бы… изменяет прямо на глазах у кучи народа. Топчется по его мужскому самолюбию. Ай-яй-яй!

Теперь понятно, почему с появлением Меча наступила такая тишина.

Неудобно все же получилось… Но с другой стороны, не я же оборотня нюхала и чуть не облизывала. Кто вообще мог подумать, что ему такое в голову взбредет?

И вообще, может, мы расстались. Прошла любовь… неделю отлюбились и… все. Вот такие мы ветреные.

Пока я лихорадочно пыталась сообразить, что мне делать и как себя вести, мы свернули в проулок между зданиями.

Здесь явно не часто ходили, даже тропинка заросла чахлыми, но, в общем-то, ровными, непримятыми травинками. Из-за высоты строений и узкого прохода казалось, что идешь по узкому горному коридору, протискиваясь между скалами. Даже солнечные лучи едва окрашивали самые верхушки строений золотистым светом.

Мрачноватое место, нужно заметить.

— Слушай, а ты точно уверен, что нам сюда? — робко полюбопытствовала я, уже не с таким рвением шагая за Нолланом.

Он остановился, но не ответил. И я благоразумно замера в шаге позади. Какое-то время мы оба изображали из себя нелепые скульптуры. Я пялилась на его спину, понимая, что меня сейчас все же ждет выволочка, и готовилась защищаться всеми доступными аргументами, включая натренированный отцом правый хук. Щиты щитами, а при моих бывших подработках пара приемов физического воздействия часто была куда действенней затратных заклинаний.

Но к тому, что произошло дальше, я была не готова от слова совсем.

Ноллан развернулся так стремительно, что я даже отшатнуться не успела. Наверное, именно потому он довольно быстро и без особых трудностей схватил меня за плечи. Я не могла и слова вымолвить, глядя, как снова потемнели его глаза — не той магической чернотой, а сами по себе, словно в его душе в этот момент бушевала настоящая буря. И у меня она почему-то вызывала чистый, незамутненный восторг. Напряженное до каменной твердости лицо, сжатые в одну узкую полоску губы, словно он сдерживался из последних сил. Сердце затрепыхалось в груди, будто только этого и ждало и теперь ликовало.

— К демону! Не могу больше, — с каким-то обреченным стоном выдохнул Брайан.

Я даже не успела задаться вопросом, что именно он там не может, как его губы буквально обрушились на мои, выбивая воздух из легких, сметая ураганом едва зарождающие мысли и наполняя огнем кровь.

На какое-то мгновение меня словно заклятьем парализовало. Я застыла, неловко вскинув руки, возможно, хотела попытаться вырваться… но это чувство мелькнуло на одно-единственное мгновение и мне самой показалось смешным. Я сдавалась. Без боя, или даже намека на него. Губы сами приоткрылись — и Ноллан мгновенно этим воспользовался. Горячий язык проник внутрь, рассыпая искры по всему телу.

Я таяла. Плавилась, чувствуя жар его тела под моими быстро нашедшими опору ладонями, словно не существовало плотной ткани кителя и рубашки. И даже сердце, не понимая, как на это все реагировать, колотилось то в горле, то где-то внизу живота, заставляя ноги подгибаться. Из головы выветрились все мысли до единой. Мне отчаянно не хватало воздуха, он словно превратился в густой кисель с самым странным для киселя ароматом — цитруса и хвои. Но даже маленькие глоточки этого умопомрачительного воздуха заставляли голову кружиться.

Самое странное, что когда он отстранился, разрывая поцелуй, я на какое-то мгновение почувствовала пустоту и одиночество. И Брайан, словно прочитав мои мысли, обнял меня, крепко прижав к груди и растрепав волосы на затылке.

Его сердце отстукивало ритм громко, как барабан на поле боя, грудь шумно наполнялась воздухом, а я расслабленно и доверчиво жмурилась, прижавшись к нему и прислушиваясь к этим звукам и совершенно новым, не знакомым мне ощущениям.

— Если этот лис еще раз к тебе подойдет, я сломаю ему… нос, — безапелляционно заявил моей макушке Меч, а я ощутила как окаменели мышцы под моими ладонями.

Хотелось мурлыкать, на все соглашаясь…

Как — сломает нос?! Это еще с какой радости?

Я решительно отстранилась, упираясь в окаменевшую грудь своего напарника. До меня резкими росчерками начало доходить, что вообще происходит: я целуюсь в проулке с совершенно чужим мне парнем, о котором наверняка знаю не больше остальных, а то и меньше, жмусь к нему, как кошка, и уже готова урчать и соглашаться с каждым его словом! И щеки постепенно начали заливаться румянцем.

Что, демоны его дери, это было?! Но спросила я другое.

— Это еще с какой стати? — поинтересовалась я, глядя на него прямо и ощущая, как в груди вместо недавней ликующей радости растекается холодный отрезвляющий гнев.

Расслабленная улыбка сползла с лица Ноллана так стремительно, словно ее смахнули, как пыль с книжной полки. Брови сошлись к переносице, и между ними залегла хмурая складка. А в глазах появился ледяной холод.

На какое-то мгновение мне даже показалось, что на улице стало откровенно темнее и холоднее. Ветерок беспокойно зашелестел трусливыми листьями осин. Мне даже почудился какой-то потусторонний шепот, словно кто-то третий был здесь и пытался мне что-то сказать. Но меня занимали совершенно иные мысли и чувства.

По телу пробежало какое-то незнакомое ощущение, а кончики пальцев онемели, словно от зимней стужи. И я скорее рефлекторно сжала руки в кулаки, прикусив губу изнутри, попыталась совладать с эмоциями.

Я злилась. На себя — за то, что ни с того ни с сего вешаюсь на едва знакомого мне парня и при этом чуть из форменных штанов не выпрыгиваю. Сейчас страшно хотелось вскинуть подбородок и заявить, что я не такая! Но после того, как я жалась к Байану, это прозвучало бы смешно. Да и кому мне тут что доказывать?

Злилась на него, что ни с того ни с сего вздумал мне указывать, что я должна делать и кто может меня окружать.

Пока Алан, даже с его странной тягой к обнюхиванию всего вокруг, казался мне менее опасным и более… понятным, что ли? От него я знала, чего можно ожидать, как себя вести с ним. А Ноллан… он оставался для меня кем-то чужим, даже несмотря на то, что нас связала магия Эдрегора. И в то же время он с легкостью воришки ломал все замки, на которые так старательно закрывалась.

С ним моя выдержка терпела поражение. Я превращалась в его руках в мягкую глину, теряла бдительность и осторожность. А там и головы лишиться недолго, если так пойдет.

И да. Учитывая, что напрочь не понимала, что со мной творится и почему я так реагирую на свой Меч, предпочла бы невинные посиделки с Аланом. Он ко мне хоть целоваться не лез.

Я вскинула подбородок и посмотрела ему прямо в глаза, ожидая объяснений его собственническим заявлениям. Не помню, чтобы где-то было написано, что Щит — это личная собственность Меча.

— А что тебя не устраивает? — цедя слова сквозь зубы и хмурясь, решил для разнообразия уточнить мой напарник.

О! Он еще спрашивает?

— Именно в этой ситуации? — сделав неопределенный знак рукой и радуясь, что голос не дал петуха, решила уточнить я. — Меня не устраивает, что ты непонятно по какой причине сейчас пытаешься навязать мне свою волю. Мы с тобой равноправные напарники. Даже не друзья, — жестко чеканя слова и удивляясь силе и холодности в голосе разъяснила я Ноллану. В иное время я бы себе никогда не позволила так разговаривать с посторонним человеком, но что-то внутри меня требовало поставить его на место, показать, что со мной необходимо считаться, а не помыкать мной. — А ты почему-то решил, что имеешь какое-то право мне указывать, что я могу делать и кого считать своим другом.

— Лис меня бесит, — так же холодно уведомил меня напарник, глядя мне прямо в глаза.

— Ну а меня бесит, когда мной пытаются помыкать. К тому же ты сам меня кое о чем просил, если помнишь. Или уже не требуется? — вовремя вспомнила я его просьбу в темном коридоре академии.

А ведь именно он просил меня разведать настроение кланов, словно оборотни спят и видят, как бы рассказать все свои секреты одной первокурснице, которой делать нечего — лезет во взрослые дела.

Но теперь, после откровений черного кота, я прекрасно понимаю причину интереса Байана Ноллана.

Вот тебе и первые звоночки, о которых предупреждал Демиан. Сам отпрыск третьего Луча явился, чтоб выяснить — откуда здесь чернокнижные печати растут. Любопытно, как бы он отреагировал, узнав, что у нас очень схожие интересы по отношению к оборотню? А как расстроился бы Алан…

Мне тоже необходимо было больше информации. Но не у его высочества спрашивать же? Хотя… если я добуду немного информации у Алана, мне будет, что предложить взамен Ноллану.

Брайан шумно выдохнул. Сталью в его взгляде можно было шинковать врагов на мелкие кусочки. Но я была тверда и не собиралась ни сдавать позиций, ни подпускать его к себе. Хватит. Как-то я неадекватно себя рядом с ним веду. Надо бы еще выяснить, что это за помутнение рассудка. А то кто знает, чем следующий его порыв закочиться может.

— Ладно… — сдался Меч, перевел дыхание и даже качнулся с пятки на носок. Мгновенно изменившись, словно и не бушевала минуту назад настоящая буря. — Я погорячился. Все в силе. Узнай у него все, что сможешь. Сегодня прекрасный шанс, потому постарайся не упустить ничего.

О, как сразу изменился тон разговора.

Сгустившиеся над нами тучи потихоньку развивались, но между лопаток до сих пор ощущался какой-то холодок. В груди все еще ныло и гудело — так мне напоминал о том, что поберечь себя нужно, почти не восстановившийся резерв. Он у меня и в лучшие времена восстанавливался прискорбно медленно. И после практических занятий я долгое время напоминала вяленую рыбину.

Не мешало бы нам обсудить наше дальнейшее сотрудничество в более спокойной обстановке. А то как-то странно все получается. После ритуала нам не удалось ни разу поговорить даже — а тут то целуемся, то чуть не деремся. Просто удивительно прекрасное начало делового сотрудничества. Если так дальше пойдет, то до пятого курса кто-то из нас точно не доживет.

Боги подземных миров, я сейчас бы многое отдала, чтобы узнать о чем он там думает.

— Опаздываем, — спохватился напарник, вспомнив, что мы вообще-то не на прогулку вышли.

Брайан развернулся на месте с грацией большого хищника и мягкой пружинящей походкой двинулся дальше. И я последовала за ним.

Душу раздирали смешанные чувства — с одной стороны, облегчение, оттого что гроза миновала. А с другой… сожаление, что он так легко отступился.

Похоже, я точно сошла с ума…