Академия Эдрегор. Иная

Глава 41

В окно стучался дождь. Монотонно и бездумно, словно бродячий пастырь, читающий молитву забытым богам. Этот стук — единственное, что хоть как-то разбавляло тишину, повисшую в моей комнате.

— Значит, вы видели, как магистр Эленгель применяла темную магию, — все же нарушил кисельную тишину Брай, почему-то разглядывая исключительно свои пальцы. — Чье открытие?

— Мое, — отозвался лис.

Он облюбовал подоконник и с интересом следил за тем, как мелкие капли стекаются в капли побольше и ныряют за оконную раму. В общем, всеми силами делал вид, что его это все не касается, и предоставил мне возможность объясняться самостоятельно. Странно, что вообще голос подал.

— И почему ты поделился своими догадками со студенткой-первокурсницей, а не с умудренными опытом преподавателями? — вздернув бровь, решил уточнить мой напарник.

— Наверное, меня побудили к этому те же доводы, что и чуть ранее вас, ваше высочество, — переключив все внимание на Брая, процедил сквозь зубы лис. — Ведь вы тоже не побежали искать помощи в деканате у дядюшки, а впутали во все это невинное создание с прекрасными наивными синими глазами. Совесть вас не грызла? Ведь вы подставили ее. Рассказали, что ваша мать пыталась вылечить последствия темного ритуала у оборотня клана тигров?

— Мы не знали, что это было!

— Уверен, что ваша мать достаточно мудра и опытна, чтобы отличить темный ритуал от лихорадки! Даже моя мать, имеющая исключительно горизонтальные отношения с магией, смогла сделать правильные выводы…

— Это…

— Хватит! — рявкнула я, не выдержав этой перепалки. От перенапряжения, заполненного темной магией резерва и просто усталости у меня сильно гудела голова и клонило в сон. А яд в их разговоре добавлял горечи в эту и без того малоперспективную, но такую нужную беседу. — Никто не обратился в деканат потому, что причина не только в том, что доверять некому, но и… это не эльфийка применяла магию.

— Что-то я не понял. Вы мне только что рассказали…

— Что видели. Но не все то, что мы видим, — правда. Я слышала, как магистр говорила с призраком. Она говорила, как мужчина. И хранитель врат подтвердила мои догадки. Она говорит о темном маге, который притворяется белым. Он использует амулеты, чтобы не попасться гончим. Но это мужчина.

— Хранитель врат, значит, говорит с тобой…

— Совсем немного.

— И почему с тобой?!

Я открыла рот, но не смогла ответить. Слова… это не то, чем можно было убедить его. Слишком долго он считал таких, как я, злом. И теперь тот, кто все это затеял, — докажет, что Брай был прав, считая темных магов чудовищами.

— Я не знаю, — мотнув головой, ответила я. — Она просто иногда что-то говорит мне. Предупредила о неприятной встрече, когда мы выходили в город, теперь об опасности. Но я понятия не имею, чем так полюбилась хранителю. Да и не важно это. Нас призвал Эдрегор. Всех троих. И значит — важно найти общий язык. Выяснить, что именно мы можем сделать.

— И кому потом это все рассказать, — снова подал голос лис. Чем заработал полный неприязни взгляд Брая. — Не смотри на меня так. Хочешь сказать, в твоей семейке не ищут способов укрепить и усилить свою власть и влияние? Семь Лучей с начала времен не могли поделить корону. И, я слышал, мало что изменилось, когда их осталось всего четыре.

— Маг — темный! — справедливо напомнил Ноллан.

— И что? Долго заключить сделку? Два одинаково мощных Луча — это куда выгодней и проще, чем семь, да еще и неравносильных. Я слышал, магия иссякает. Кто не пойдет на сделку, когда цель так выгодна и благородна, а цена — пара-тройка дивных?

— Думай, что говоришь! — вскочил со стула Брай.

— Прости, но в его словах есть крупицы истины, — пресекла я его порыв, чем заработала полный неверия взгляд. — Сам посуди — маги слабеют, болеют, стареют… Магистр Левенталь попал в целительскую. Поговаривают — у него приступ. Когда в последний раз маги просто болели? Все пытаются найти ответы и решения. И тут я согласна с деканом Лоусоном — тот, кто это все затеял, пытается вернуть магию не только темным, но и светлым. И еще… не просто так тебя всеми правдами и неправдами пытаются удалить от Эдрегора. Сначала на испытании, потом помолвка… Кат говорила, что если бы ты не отказался от этой Сани, мог в течении полутора месяцев оказаться очень далеко от столицы. Кто-то знает, что ты можешь помешать, знает, зачем ты в этих стенах. И это тот, кто знает лично тебя. А значит, искать нужно обе стороны монетки.

Ноллан наградил меня таким нечитаемым взглядом, что я не выдержала и потупилась. И все же промолчал. Он не глуп. Понимал, что мои слова справедливы.

— Ладно… ссорьтесь без меня, — спрыгнув с подоконника, дал нам свое высшее дозволение лис. — Я еще собирался пробежаться на ночь. Если что замечу — расскажу за завтраком. Доброй ночи!

В ответ я только кивнула.

— Ты серьезно поддерживаешь его? — взвился Брай, едва за лисом закрылась дверь. — Ты вообще знаешь, кто он? Он воришка, пройдоха и врун. Я о нем справки наводил.

— Я тоже. И поверь, это только малая часть его способностей, — я позволила себе скупую улыбку, но быстро стерла ее с лица и взяла напарника за руку. — Брай, он нужен нам. У него куда больше талантов, чем мы себе можем представить. К тому же пока он не выследил магистра, у нас вообще никаких догадок не было. Согласись, он может быть нам полезен.

— Нам?! Или все же тебе? — процедил сквозь зубы Брай.

Чем несколько выбил меня из колеи. Так значит, все это…

— Проклятые боги, ты ревнуешь? — в этот раз я даже не попыталась сдерживать улыбку.

— А нет повода? Я ведь чувствую, что ты что-то скрываешь!

Чувствует. Эта фраза, тон. Они были словно удар под дых. Я хотела рассказать. Всем сердцем.

— Я обязательно тебе все расскажу. Просто дай мне еще немного времени. Но, Брай, поверь: все, что нас связывает с лисом, — расследование. И… — я поднялась с места и, отбросив все сомнения и стеснение, присела на колени Ноллана, склонилась к его уху и прошептала: —…мне никто не нужен, кроме тебя.

Брайан посмотрел мне в глаза, словно искал какой-то подвох, но после улыбнулся. Его пальцы зарылись в мои волосы, чуть растрепав их, а уже через мгновение он притянул меня к себе, отыскав губами мои губы.

Дыхание сбилось, сердце уже привычно подстроилось под его сердцебиение. И все медленно ушло на другой план. Что-то в груди задрожало от радости, потянулось к нему. Мне не хватало его. Вот так близко. Совсем рядом. И я упивалась его поцелуем, словно набиралась из него сил.

Его руки скользили по спине, забравшись под рубашку и чуть оцарапывая кожу мозолями на ладонях. А я все сильнее прижималась к нему, словно пыталась втиснуться, стать с ним одним целым, доказать, что только он мне нужен.

Он осторожно, одну за одной, расстегивал пуговицы моей форменной рубашки, словно ожидал сопротивления, и не переставал целовать. Но мне не хотелось сопротивляться. Наоборот. Я точно так же осторожно, но уверенно начала расстегивать его рубашку, разорвала поцелуй и, повинуясь порыву, — прикусила мочку его уха, вырвав у Брая тихий хриплый стон. И он сильнее прижал меня к себе.

— Эми…

В окно едва слышно поскреблись. Можно было перепутать с царапающими по стеклу ветками, но я насторожилась. Прислушалась.

— Показалось, — успокоил меня Брай, попытавшись снова поцеловать.

Но я увернулась.

Снова такой же звук. Я выпуталась из объятий Брайана.

— Проверю, — словно извиняясь, обронила я, подходя к окну, и приоткрыла створку.

И едва не вскрикнула, когда в комнату буквально ввалился огромный кот. Скатился с подоконника и замер на полу, тяжело дыша и вздрагивая.

— Лорд Демиан, — выкрикнула я, присев на корточки и попытавшись поднять его, но руки скользили от чего-то теплого и мокрого.

Брай хлопнул в ладоши, включая свет, а я едва сдержала крик.

Мои руки были в крови, а на боку кота зияла огромная рваная рана.