Ангел для Кречета. Запретная

Глава 23

Снежана

Разговор с мамой многое во мне изменил. Первые минуты у нее был шок. О на не могла сообразить, о чем я говорю, а когда поняла, заплакала. За все то время, что я себя помню, она плакала три раза, при мне во всяком случае, и каждый раз только от радости. А сейчас я очень долго слушала ее слезы. Похоже, что все эти годы мама ждала его, надеялась случайно встретится и прожить остаток времени вместе.

Ей было девятнадцать, закончила второй курс. Конец июля выдался тяжелым. В тот год у нее был конфликт с преподавателем, который решил добиться от студентки расположения и склонить к близости за зачет по практике. Их первое знакомство с папой вышло не самым приятным. Как мамуля сказала: «наши отношения начались с моих слез». Сбежав от преподавателя, она оказалась в парке, плакала и обнимала себя. И тут к ней подошел папа.

Она не стала рассказывать всю историю, поделилась общими фактами. Как красиво он за ней ухаживал. Взрослый, окрепший мужчина без следов подросткового максимализма, и ведь разница в возрасте всего в пять лет. Тогда он окружил ее заботой и любовью. Милова— старшая прекрасно знала кто он, чем занимается и какой ведет образ жизни.

Не могу понять этого. Почему мы обе влюбились в бандитов? Буквально вложили наши хрупкие сердечки в их руки, а они с радостью забрали их в единоличное пользование, забыв поделиться своими. Хотя ее мужчина хотя бы думал о ней всю жизнь, мой же… Вообще с ним ничего непонятно. Не представляю себя на ее месте, как бы я поступила. Я немного спрашивала, но самым главным был лишь один вопрос.

— Но ведь он бандит, все ради денег, ради власти. Как, мам? — в голосе не было осуждения или обиды, хотелось просто понять почему.

— Ты смотришь на это так категорично, потому что в жизни повстречала плохих людей. Таких, как Тимофеевы, много, подавляющее большинство, но есть и исключения. Юра был одним из немногих, кто выживал, а не стремился к подобной жизни. Деньги, власть, — да, он получал это, но если бы мог, переиграл все от и до, сделал бы это. Только было поздно. На кону уже была жизнь, чтобы соскочить, нужен был либо большой компромат, либо большой статус. В те времена у него не было ни того, ни другого. Мы любили друг друга, Снеж. Так, как любят лишь раз в жизни.

Мы обе плакали и говорили, глотая противный ком в горле, который не хотел проходить. Наоборот, с каждым услышанным словом становился все больше.

— Поверь, когда сердце бьется только ради него, каждый вздох только рядом с ним, тебе уже все равно чем он занимается, как зарабатывает деньги. Ты будешь рядом и в богатстве, и в бедности, и под пулями, и у кровати, потому что главное быть рядом. Не осуждай его, не надо. Он был куда благороднее всех этих богатеев, что выбились без крови на руках. Я не знаю, убивал ли Князев, но одно могу сказать точно, если и да, то при острой угрозе жизни тех, кто этого не заслуживает.

Верю. Верю каждому слову. И увы, нахожу отражение их истории в нас с Кречетом.

— Юра всегда был человеком чести. Он ни разу не взял чужого, и свое не отдавал. Именно за это я его и полюбила, снежинка.

Что можно было ей на это ответить? Ничего. Я мысленно сравнивала Кречета и Князева между собой, мудрые, сильные, добрые, криминальные… Не зная отца, выбрала его точную копию. Все, как в народной мудрости. И ладно бы просто выбрала похожего, я влюбилась в его подопечного. На организм от переизбытка эмоций накатила сильная усталость. Поэтому быстро рассказав маме о наследстве, попросила приехать ко мне.

Сожаление никогда не ходило со мной за ручку, поэтому я отмахнулась от ненужных мыслей. Сердце поболит и перестанет, возможно, потом я смогу кому-то позволить полюбить себя, а сама буду рядом из уважения и дружбы. А пока я просто живу и радуюсь каждому дню. И немного тому факту, что нужно ломать себя, принимая отца ради мамы.

На удивление, сквозь серые тучи сегодня выглядывало солнышко. Учеба закончилась, и я со спокойной душой и потрепанными нервами стою у ворот. И все потому, что теперь Лобанова снова смотрит на меня свысока и смеется. Правда отныне меня ее слова совсем не трогают. Она обычная зазнавшаяся девчонка с комплексом «недостаток внимания». Оксану хочется пожалеть.

Подставив лицо солнышку, я наслаждалась остатками тепла. Надо же, уже почти месяц прошел с того момента, как моя жизнь кардинально изменилась. Буквально несколько дней и все. Сейчас бы Кнопку рядом и погулять в парке с красавицей. Так хочется ее увидеть и потискать. Все же я сильно привязалась к собаке.

— Привет. Давно не виделись. Не хочешь прогуляться? — рядом неожиданно появился Никита.

Ослепительная улыбка, классное пальто и вечные черные очки — красивый, но не мой. Смогу ли я так же ему улыбнуться хоть когда-нибудь? Не сейчас во всяком случае. На данный момент все только для одного, но он об этом никогда не узнает. Я не мама, не смогу. Умом понимаю, что он и близко не лежал с таким, как Тимофеев, и все же.

— Привет. Можно, — натянула улыбку и повернулась к парку.

Снежана

Воодушевленный моим ответом, надеюсь на это, ведь за черными стеклами ничего не видно, Никита положил мою руку на сгиб своего локтя и повел в сторону парка. Молодой аспирант увлеченно рассказывал о своей учебе, первых днях учебы, в то время как я бессовестно пропускала все мимо ушей.

Красивый голос раздражал. Он с лишком слащавый и высокий. Внешность смазливая, без единого изъяна. Что такой человек забыл в институте, вернее в целой аспирантуре — не понятно. Ведь когда ты в нее поступаешь, значит собираешься посвятить жизнь науке. Не похож Никита на ученого с пробирками в руках, или на кого он там учится. Ему бы в модели податься, отбоя не было бы.

Хотя, подобных ему много, красивые мордашки примелькались и не вызывают нужного восторга. Но, возможно, все дело во мне. Смотрю на одного, вижу другого, с взрывным характером, шрамом над бровью. Да, Милова, ты попала. Капитально. Любая другая пищала бы от восторга, окажись рядом с молодым и перспективным.

И снова вру. После фееричного появления Нила у института, о парне в кожанке не шептался разве что ленивый. Даже одногрупники несколько раз решались задеть меня разговорами, не подалась ли я в… В нехорошее в общем. Правда не видя никакой реакции, отстали. Это еще больше смущало. По— любому пакость затеяли, просто ждут, когда перестану ходить настороженно и озираться по сторонам. Максимальный ведь эффект достигается когда? Когда жертва совсем не ждет.

— Ты занята, да? — ладонь накрывает что-то теплое, и немного бьется током. Вздрагиваю о т соприкосновения.

— Что? Прости, немного задумалась, — смахиваю с мыслей все ненужное и смотрю на парня.

— Спрашиваю, ты занята? Просто все время, как в собственных мыслях. Если не вовремя пригласил прогуляться, только скажи. Я понятливый, Снеж. Можем перенести на любое время в любой другой день. Продолжаем или переносим? — голос, как у змея искусителя.

Сердце кричит: беги, спасайся, от него веет не твоим, возможно, даже опасностью, не ведись на сладкие речи. Разум пытается прогнуть свою линию: тебе нужна новая жизнь, рядом отличный вариант, не теряйся и хватай красавчика, пока сам в руки плывет, чтобы локти не пришлось потом кусать. И кого послушать, разум или сердце?

— У меня просто период в жизни сложный, сплошные потрясения. Боюсь откладывания приятностей лишь усугубит, — все же разум одерживает победу, потому что ответ вышел именно таким, а на лице появляется подобие прежней улыбки.

— Смотри, я предупреждал. Вижу, что ты уставшая, поэтому предлагаю сделать круг по парку и проводить до дома. Как смотришь на это?

— Совершенно не против, — удобнее перехватив его локоть, продолжила путь.

Больше не уходила в себя, старалась ловить каждое слово. Было не так интересно, как с Кречетом. Скорее всего, виной сердце, что осталось крайне недовольно выбором своей хозяйки. Иначе как объяснить боль в висках и легкую слабость? Хорошо, что еще идем неспешно, иначе бы рухнула без сил.

Оказалось, что парень учится на втором курсе аспирантуры, факультет языкознания, если упрощенно. Как правильно называется — не запомнила, слишком сложно. Никита квалифицируется на англо-саксонском направлении. Так и не поняла кем он может работать. Он и не учитель, и не переводчик. Кто его знает. Даже голову забивать ненужными вопросами не хочется, поэтому молча киваю и иногда поддакиваю, чисто для разнообразия.

Потом речь зашла о посвящении в студенты. В его время все было еще более, как бы так помягче сказать, развратно что ли. Даже слушать не хотелось, что собственно я и сделала. Забивала голову собственными мыслями. Вечером надо в магазин сходить за свежим хлебом и яблочками, непременно зелеными и сочными, чтобы хруст аж за ушами и сок по пальцам. В каком магазинчике такие найти можно?

Дальше был рассказ об увлечении фотографией. Должным образом не смогла поддержать тему, поэтому лишь кивала, как болванчик, и вспоминала факты про наши «мыльницы», как их в народе называли. Мы никогда не стремились к профессиональной технике. Сделать фотографии на праздниках нам и такого агрегата хватало. Стоило парню услышать об этом, так мне прочитали целую лекцию, что я просто не знаю разницы, поэтому так заблуждаюсь. Даже посмеялась на его искренность. У меня нет таких тем в арсенале, за которые я могу порвать любого, кто встанет на моем пути.

Ой, кажется я погорячилась. Что он там про собак вещать начал? Их можно только истреблять? Да я самого его сейчас истреблю, если не замолчит. Его кошки тоже могут порвать любого и сорок уколов обеспечено. Или сколько их там сейчас делают?

— Никит, ты слишком категоричен. У меня бабушку кусала собака, тоже подвергалась жутким уколам, но от этого меньше любить животных она не стала. Бешенство и неадекватность есть среди всех животных, — старалась говорить максимально вежливо и дружелюбно, хотя отвесить пару пинков двухметровому индивиду желания было больше.

— С кошками это происходит в сотни раз меньше. К тому же кошки благороднее и умнее. Собаки слишком тупые, они даже дрессуре поддаются на раз два. От кошки добиться послушания очень тяжело. Она должна признать в тебе силу и начать уважать. И вот когда мурлыка слушается, чувствуешь себя героем. А собака, она любого примет и будет послушной.

Да остановите же его хоть кто-нибудь. Сейчас милая Снежана батьковна превратится в мегеру батьковну. На грани ты, Никита, ой, на грани. Еще пара фраз в подобном тоне, и будешь свою модельную тушку уносить только в путь. Улыбка держится на моем лице из последних сил.

— А еще их преимущество...

Но договорить ему было не суждено. И нет, не меня прорвало. Сбоку на нас, как ураган, обрушился Кречет. Оттеснив меня себе за спину, параллельно откидывая студента— старшекурсника назад.

— Слышишь, мужик. Ты второй раз лезешь куда не просят.

Получив согласие на прогулку, Никита, видимо, сам себя поднял на определенный уровень, раз позволяет так общаться с посторонним. Только он ошибся с противником. У парня, за чьей спиной я стою, от запаха которого кружит приятно голову и уходит противная боль в голове, явно прав куда больше.

— Исчезни, а? Мы с моей девушкой вообще-то общаемся, и ты тут явно лишний.

От подобной наглости я даже очнулась из приятного дурмана. Кто ему позволил вешать на меня подобный ярлык? Я вообще-то свободная девушка! Но это ладно, разберемся. Сейчас меня больше пугает напрягшийся Ник, который явно готов физически доказать противнику, кто здесь и чей парень.

Мне бы возмутиться, защитить нового знакомого, навсегда перечеркнув все между нами, обезопасить себя от бандитских личностей, ведь подобного Кречет не простит, но не могу. Сердце снова побеждает. И пока я вела борьбу с самой собой, реальность заполнила драка.