Бывшие. Скучала по мне?

Глава 20

Дамир

Стою на пороге дома и надеюсь, что Серафима сейчас появится. Сука, на кой хрен я купил такой большой участок? На жену маячок поставлю, чтобы знать, где она находится. Ну как можно быть такой безответственной? Где она?

— Ром, где она может быть? Ты мне хоть направление дай, я в тачку прыгну, поеду искать.

Топчусь на пороге, просто не знаю, в какую сторону мне идти или ехать. Убью ее. С маленьким ребенком под такой ливень попасть! Ну попала под ливень, так беги домой скорее! Но Серафимы на горизонте нет.

— Ваша супруга точно не покидала территорию, — заверяет меня Рома. — Я сейчас как раз камеры уличные смотрю, они всегда активны.

— Тогда где она?

— Уличные камеры работают всегда. За ворота ваша жена не уходила, к будке охраны не приходила. Несколько раз попалась в поле зрения камеры, ушла вглубь участка.

— Ты видел, какой ливень? Куда она там делась? Там даже от дождя не спрячешься. — Рома не отвечает мне. — Посмотри еще раз, я поехал искать.

Ладно, это не важно. Рома подсказал, в какую сторону ушла жена. Иду в гараж за машиной. Буквально метров двадцать прошел, а в гараж я уже вошел абсолютно мокрый. Писец. Завожу машину. Хоть и злюсь на Огонек, но волнуюсь за нее и сына гораздо больше.

Выезжаю из гаража. Дождь льет так, что дворники не справляются. Блядь. Да где же ты, Огонек? Звонит телефон.

— Да, Ром.

— Дамир Расулович, может, она в старом доме?

— В каком?

— Вы когда участок купили, там в конце дом был. В нем еще строителей поселили.

— Та развалюха? — переспрашиваю я, вспоминая.

— В любом случае там можно от дождя укрыться. Плохо, что дорогу к дому мы забросили. Ливень такой, боюсь, на своей вы не доедете.

— Посрать, куда доеду. [Там дойду. Давай, Ром, я отзвонюсь. А ты с охраной поселка свяжись. Глянь там записи.

— Хорошо. Но забор у нас слишком высокий, с коляской тем более она не могла пробраться. Сейчас свяжусь.

Я понимаю логику Ромы, но он не знает моего Огонька. Упертая. Она может и в щель просочиться, если захочет.

Дворники работают в активном темпе, а толку ноль. Еду по памяти. Тот дом и домом-то не назвать. Крыше писец уже давно пришел. Сквозняк везде, полы менять надо. Но Рома прав в любом случае — это место, где от дождя укрыться можно.

Тачка буксует, едет хреново, сюда на Ниве надо в такой дождь пробираться. Наконец-то подъехал к дому. Дождь немного ослаб. Выхожу из машины, кроссовки сразу в грязи тонут. Пофигу. Иду к дому, тяну ручку — не заперто.

Захожу и вижу ее. Сука, прибью. Жена моя стоит и моет посуду, на звук открывшейся двери поворачивается, кривится и продолжает заниматься своими делами. Руки сжимаю в кулаки, стараясь справиться с яростью. Подойти сзади и шею ей свернуть. Подхожу и крепко прижимаю ее к себе. Похер на ее заскоки, главное — цела и невредима.

— Нашлась, — шепчу ей на ухо, продолжая держать ее. Желание моментально стреляет в пах. Я так долго на голодном пайке не выдержу.

Серафима извивается, стараясь освободиться от моей хватки. Только хрен я ее отпущу.

— Ты мокрый. Чай будешь?

— Тебя буду.

— Дамир, прекрати.

— А что прекрати? — целую жену в шею, она выгибается, повинуясь инстинктам. Блядь, у меня сейчас пар из ушей пойдет. Какое там отпустить. Она прекрасно чувствует, как сильно я ее хочу, а ее попытки вырваться лишь сильнее меня заводят.

— Дамир, не надо. Пусти меня.

— Ага, прямо сейчас.

Мелкий начинает громко кричать, и жену приходится отпустить. Серафима бежит к сыну, берет его на руки, начинает разговаривать и покачивать, чтобы Данияр успокоился.

— Сын, я думал, мы с тобой за одно, а ты у меня постоянно жену уводишь в самый неподходящий момент. Знаешь, жадничать нехорошо, это не только твоя мама, это еще и моя женщина. И я хочу получать ее.

Сын внимательно смотрит на меня и улыбается, словно смеется над моими словами. Эх, размечтался я. Конечно, она его грудью кормит и на руках таскает. Кто от такого может отказаться.

Данияр успокоился, жена кладет сына на диван. Снова баррикады свои из подушек настроила. Малой смотрит вокруг, дергает руками и ногами. Настроение отличное. Конечно, мамка к груди прижимала, меня бы прижала, я бы так же радовался. Это жесть какая-то, я завидую собственному маленькому сыну.

— Ну что, сынок, сейчас дождь немного успокоится, и поедем домой.

Серафима

— Мы никуда не поедем, — спокойно, но жестко говорю я бывшему. — Чай будешь?

Дамир тяжело вздыхает.

— Буду.

Иду наливать, чайник горячий, сама хотела чай попить. С утра только йогурт один выпила, а Данияр поел уже три раза. Голода немного кружится, и щеки страшно горят, но это, видимо, меня змеюки обсуждают. Наливаю две кружки, ставлю на стол, присаживаюсь, стараясь сделать вид, что присутствие Дамира меня не слишком беспокоит.

Зачем-то Дамир приехал за нами. Не могла же тетя Зарема упустить такой шанс и не пожаловаться на меня, тем более теперь у нее поддержка отличная появилась в виде ревнивой собственницы Дианы. Ну не могли они упустить такую возможность. Но факты таковы: Дамир тут. Мокрая майка обтягивает его мышцы. Он меня искал, промок.

Бывший присаживается напротив меня, своей огромной рукой забирает одну чашку и отпивает чай, даже не спуская с меня взгляда.

— Серафима. Какого хрена происходит? — шипит на меня Дамир. Я вижу, как крепко он сжимает кружку.

Я пожимаю плечами, делаю маленький глоток чая. А ну, вот сейчас меня будут обвинять в том, что я его тетю и Диану не уважаю. Надеюсь, после этого я останусь тут.

— Я вот тоже не понимаю. Стараюсь разобраться, а все не выходит.

— Серафима, ты издеваешься надо мной? Собирайся, домой поедем, — закипая, говорит Дамир, ладонью хлопая по столу.

— Я ни-ку-да не по-еду.

Дамир злится, бедная кружка сейчас треснет в его руках.

— Серафима, ты забыла про те условия, которые я озвучил во Владивостоке?

— А разве я их не выполняю? — злобно ухмыльнулась я, тараню мужа взглядом так же, как и он меня. — Я в доме, который ты купил. Никуда не ухожу, сбежать не стараюсь. Этот дом находится на твоем участке, и за ворота я ни разу не выходила.

Дамир тяжело вздыхает. Я и вправду никуда не ушла, но возвращаться в тот ад со змеями я не собираюсь. Это просто немыслимо.

— Наш участок и наш дом, твой и мой, общий, — поправляет меня Дамир.

Я начинаю громко смеяться. Что за бред. Наше. Вспомнил. А еще Диана... ну тоже наша. Удобно-то как. Словно при коммунизме живем, все общее.

— Такая большая и нежадная семья. А ОНА тоже наша? Ну, Диана тоже наша с тобой общая?

— Огонек, хватит включать ревность, — закатывает глаза бывший, а я понимаю, что уже не могу сдерживаться и сейчас выскажу Дамиру все, что думаю о нем и его тетях, женах и вообще всем окружении.

— А это не ревность. Я не позволю о меня вытирать ноги, — громко возмущаюсь я, допиваю чай. От горячего напитка щеки еще сильнее начинают гореть, а голова сильнее кружится.

— А кто о тебя ноги вытирает?

Я смеясь убираю кружку в раковину.

— Да, ты знаешь, желающих более чем предостаточно. Все кому не попадя.

Одни тети чего стоят, а Диана так она совсем не знает границ. Меня в этом доме только Эльвира и Роза еще не поливали грязью.

— Мне просто осточертела эта война. Я хочу спокойствия.

Я снова смеюсь. Спокойствия он захотел. Я спокойно жила с сыном, но он приехал и притащил меня в этот ад.

— Спокойная милая семья: ты, я и Диана. Спать в одной постели станем? — Дамир меняется в лице, подскакивает и кидается ко мне, сгребая в охапку.

— Хватит ревновать, — Дамир берет мое лицо в свои огромные ладони и заглядывает прямо в глаза.

Сердце начинает стучать чаще. Злюсь на свое тело.

— Да я не ревную тебя! Можешь прямо сейчас разворачиваться и уходить к своей.

— Да что ты ее приплетаешь везде? Мне плевать на Диану, меня интересует только мой Огонек. Понимаешь?

Смотрю на Дамира и не вижу в его глазах притворства. Но он привез Диану, и эта женщина не плод моих фантазий. Она существует.

— Хватит врать.

— Да я тебе клянусь. Мне плевать на Диану. Да, скорее всего, тетя Зарема что-то там захотела промутить за моей спиной. Но МНЕ плевать на ее планы.

Хочется верить ему. Но я не соглашусь быть очередной в его длинном списке, даже если и возглавляю этот список. Это грязно. Это просто бред.

— Дамир, хватит. Ей ты тоже самое говоришь? «Да, она просто моя жена, но люблю я тебя. Она так... просто. Мне на нее плевать».

— А ну, успокойся, — говорит Дамир спокойно, касается губами моего лба. — Огонек, ты горишь вся.

— Хватит переводить тему разговора. Я не буду жить в одном доме с твоей еще одной женой. Я против. Ты прекрасно должен был понимать, что я на такое не соглашусь. Они правы, я не подхожу тебе. Я не могу принять еще одну жену, это вне моего понимания.

Меня просто бесит его спокойный тон и то, как он старается сменить тему разговора. Чаша терпения переполнена, начинаю кричать на мужа.

— Огонек, у тебя жар, — Дамир пробирается рукой мне под майку и гладит мою спину.

Снова старается сменить тему разговора. Да, я плохо себя чувствую, более того, мне хреново. Накатывает на меня такой комок, что говорить больно, глаза застилают слезы, вот-вот и начнется самая настоящая истерика. Но я не сумасшедшая, и не мое самочувствие привело Диану в дом, который Дамир называет нашим.

— Да, да. А если бы я тебе сказала: «Познакомься, это мой еще один муж», — говорю я мужу.

— Я бы его убил, — рычит Дамир. — Даже вслух такой бред не говори.

— Тогда почему ты считаешь, что я должна принять вторую жену? — спрашиваю я и, наконец-то высказав все обиды, расслабляюсь. Слезы потоком хлынули из глаз.

Дамир ничего не ответил, только крепче прижал к себе. Давлюсь слезами, тело сотрясается, бью Дамира кулаками по плечам, а он только крепко держит меня и гладит по спине. Ненавижу его. Ненавижу. Ненавижу. Поднимаю взгляд на Дамира, он смотрит с такой любовью, что тошно становится. Его лицо становится мутным, и я проваливаюсь в темноту…