— Серафима, вставай, скоро приземляемся.
Слышу голос Дамира. Снова сон про него. Снова он в моей голове. Открываю глаза и подскакиваю на кровати. Стараюсь отбросить сон. Вокруг меня всё белое. Данияр спит рядом. Это был не сон. Я не дома, мы в самолёте. И всё произошедшее — правда.
— Собирайся, Серафима, и поешь, — говорит Дамир.
Смотрите, как он заботится об обеде своего сына. Нет, не обо мне — только о том, чтобы у меня было молоко для Данияра.
Не разговариваю с Дамиром. Не о чем говорить.
Если он рассчитывает, что я молча приму его решение, то крупно ошибается. Не буду же я под круглосуточной охраной! Да и с соседями у нас были прекрасные отношения. Как он собирается меня удерживать? Я просто уйду, когда он поедет на работу.
Самолёт приземлился. Стюардесса слишком тепло попрощалась с Дамиром и, не скрывая, сунула ему в руку листок со своим номером. Не могу сказать, что ситуация меня не задела, но мне должно быть всё равно.
Огромная разница во времени: мы вылетели утром и приземлились тоже утром, но усталость — дикая. Словно этих восьми часов и не было.
Нас встречала машина с охраной. Ну, смешно, честное слово. Ну, довезут они нас «домой», а дальше-то что?
Дамир вопросительно посмотрел на охранника, тот кивнул. Всё без слов. Но мне почему-то не нравятся их молчаливые переглядывания.
Сажусь на заднее сиденье. Для Данияра установлено детское кресло. Какой заботливый папа.
Через пятнадцать минут я поняла: мы не повернули в город, а проехали дальше.
— Мы куда?
— Домой, — спокойно говорит Дамир.
— Мы проехали поворот.
Он усмехнулся, но не ответил. Машина едет дальше, а на меня накатывает волнение. Неужели он поменял квартиру? Но это неважно — не в башню же он меня посадит.
Подъезжаем к коттеджному посёлку. Водитель притормаживает у будки охраны. Ворота разъезжаются, мы проезжаем.
«Белая усадьба». Я знаю это место — о нём весь город говорил. Охрана тут серьёзная. Только свои могут заехать, чужих не пускают. Тут ценят тишину. Дома далеко друг от друга, заборы высокие. Едем вглубь. Да, тут кричи не кричи — никто не услышит.
Машина останавливается у четырёхметровых ворот. Ну нет, только не это! Водитель нажимает на пульт, ворота открываются. Проезжаем на территорию. Дома и не видно — кругом деревья.
— Куда ты меня привёз? — спрашиваю у «бывшего».
— Дома поговорим, — отрезает Дамир.
— Ты меня в лес привёз? Какой дом?
— Серафима, скоро будем, — прекращает все мои попытки разговора.
Дом действительно был — спрятанный в глубине за деревьями. Машина остановилась. Дамир молча выходит, открывает дверь и забирает сына.
— Идём, — командует он.
— Где мы?
— Дома.
— Да что ты заладил: «дома, дома»? Это не мой дом!
— Это наш новый дом.
— Наш?
— Ну, мы же не разведены. Куплен в браке.
— Мне твоё имущество не нужно.
— Оставь возмущение на потом. Сейчас познакомлю тебя со всеми, потом обсудим остальное.
«Со всеми»? Это с кем?
— Дамир приехал! — к нам бежит тётя Залима. Увидев ребёнка на руках у Дамира, она замирает. Потом замечает меня — на её лице боль.
Да, она была права. Он меня не отпустит.
Тётя Залима стоит в ступоре.
— Ну что встала? Знакомься с моим сыном. С Серафимой вы знакомы.
— Добрый день.
Тётя Залима тепло обнимает меня, берёт за руки. В её глазах — сожаление. Видимо, Дамир ничего не рассказывал ей о своих планах. Потом всё её внимание переключается на Данияра.
— Ой, кто тут у нас такой красивый! А какой маленький! — восторженно говорит она. — Можно взять?
Я киваю. Она аккуратно забирает Данияра, умиляется.
Пока тётя Залима занята ребёнком, к нам выходят ещё две незнакомые женщины и молодая девушка. В этот момент всё внутри обрывается. Это и есть «вторая жена» моего мужа? Звучит ужасно. Противно. Немыслимо.
— Тётя Зарема, знакомьтесь — это Серафима. Серафима, это моя тётя Зарема, живёт с нами. Это Эльвира — у нас заведует хозяйством. Если что-то понадобится, обращайся к ней. И Роза — дочь тёти Залимы.
Девушка мило улыбается. О том, что у тёти Залимы есть дочь, я знала, но мы не были знакомы.
— Добрый день, — здороваюсь я.
— Очень приятно! Дамир так много о вас рассказывал, — говорит Роза.
— Роза, не придумывай. Мы о Серафиме не разговаривали, — грубо обрывает её Дамир.
Все женщины съёживаются от его тона.
— Можно и помягче, — поправляю я.
Дамир шумно выдыхает.
— Я покажу Серафиме комнату. Посидите с Данияром.
Он хватает меня за локоть. Хочу вырваться, но хватка железная. Поднимаемся на второй этаж, идём по светлому коридору. Дамир открывает дверь и буквально впихивает меня внутрь.
— За языком следи, Серафима.
— Я и раньше не держала его за зубами. Неужели надеешься, что теперь стану?
— Это твоя комната. Моя — следующая. Если что-то надо — заходи, говори.
— Вот ещё! А тут прямо цветник развёл — одни женщины кругом.
Осматриваю комнату. Большая, светлая, с огромным окном. Двуспальная кровать, аккуратно застеленная бежевым бельём. Два кресла у окна и столик между ними.
— Завтра привезут кровать для Данияра. Если хочешь, чтобы он был с тобой.
— А как иначе? Или ты решил, что я тут по другой причине, кроме сына?
— Я в курсе.
— Мне в город надо — одежду купить.
— Нет.
— Дамир, ты не можешь мне запрещать! Мы в современном обществе живём, я не в темнице!
— А где же? — ухмыляется он, подходя вплотную. — Именно в темнице. Только окна без решёток. Ты живёшь тут. С территории тебя не выпустят. Присмотр круглосуточный. Ты наивно думала, что я отвезу тебя в городскую квартиру, и ты сбежишь? Нет, милая. Либо принимаешь это, либо я построю для тебя дом на краю участка и запру. С сыном видеться не будешь. Женщин в доме хватает — Данияра воспитают.
Он прекрасно понял мой план и привёз меня сюда, под круглосуточный контроль.
— Зря ты это затеял.
Дамир начинает смеяться. Хватает меня за шею, притягивает к себе.
— Твои угрозы смешны. Ты в моей власти, — злобно шепчет он на ухо.
— Ты обещал пальцем меня не трогать.
— Не фантазируй. Ты мне неинтересна. Я лишь показываю твоё место.
— Думаешь, я на это согласна?
— Зачем мне твоё согласие? Мы оба знаем, что я сильнее. Добро пожаловать в ад, Серафима. Обустраивайся.
Он уходит, оставляя меня одну.