Дамир уехал, слышала, как громко он хлопнул дверью.
Я понятия не имею, что мне делать. Куда бежать? Да и как? Телефон Дамир забрал еще в самолете, пока я спала.
Спускаюсь вниз, осматриваю по дороге дом. Дом, который он назвал нашим.
Тетю Залиму нашла на первом этаже в гостиной. В кресле сидит тетя Зарема, Данияр лежит на диване. Тетя Залима крутится вокруг мелкого, что-то улюлюкает ему.
— О, пришла. Долго общались, — недовольно говорит тетя Зарема.
— Я за сыном.
— Смотрите, какая «хорошая» мать, — грубо говорит тетя Зарема.
Не понимаю ни ее грубого тона, ни отношения ко мне. Мы только познакомились.
— Я вас обидела чем-то?
Женщина не ответила, усмехнулась и отвернулась.
— Зарема, прекрати.
— Ты ее еще защищай. Я говорила, что Дамира надо отговорить от женитьбы на этой, — женщина показывает на меня рукой, — Переспал бы пару раз и хватит. Но вы меня не слушали. Вот и пожинайте плоды.
Тетя Зарема злобно говорит, словно змею увидела, смотрит на меня, и искры из глаз летят. Чувствую себя совершенно нежданным гостем.
— Во-первых, я тут стою и все слышу. Во-вторых, в смысле «переспал бы пару раз»? Вы меня, наверное, путаете с кем-то.
— Ты еще обиделась? Обычная потаскушка. Говорила, что ему нужна порядочная девушка.
— А я, значит, не порядочная?
— Ты все слышала. Даже говорить с тобой позорно. Еще надо Дамира заставить тест сделать на отцовство. Неизвестно, с кем эта гуляла и чей это сын.
— Мне плевать на ваши оскорбления, — рычу я, подходя к дивану и беря Данияра на руки. — Можете говорить что угодно мне. Но сына моего оскорблять не смейте.
— А мне плевать на тебя. Закрой свой рот. Пока Дамира нет в доме, я тут главная. Я запрещаю тебе говорить со мной и приходить в эту часть дома. И лучше не попадайся мне на глаза.
— Зарема, — останавливает ее тетя Залима. — Дамир не будет рад твоим словам, зачем его злить?
— Ну да, ты права. Эта ноги раздвинет, наговорит черте что. Но ничего, я справлюсь с его гневом. Дамиру нужно раскрыть глаза, он должен понять, что она потаскуха, а на руках — ее ублюдок.
— Хватит, — громко говорю я. — Лучше попасть в комнату со змеями, чем с вами. Отдыхайте.
Громко говорю я и ухожу. Дамир обещал мне ад, и вот его родственница с удовольствием в этом помогает.
Поднимаюсь по лестнице в свою комнату. Дверь запираю на ключ. Кладу сына на кровать и чувствую, как все сжалось внутри, слезы сами собой катятся по щекам.
Видимо, тетя Зарема не слишком рада меня видеть и не скрывает этого. Зачем Дамир меня сюда привез? Зачем я вышла за него? Конечно, у него теперь есть вторая жена — правильная, чистенькая. А меня сразу в потаскухи записали. Хотя у меня, кроме Дамира, никого и не было. Но этого я не докажу, да и незачем.
Может, эта змеюка нажалуется на меня, и Дамир отпустит меня. Появилась надежда, что именно эта женщина мне и поможет расстаться с Дамиром. Но ее злые слова все равно больно ранят. Меня никогда так не называли. Никто не смел меня оскорблять. Даже когда я родила сама, сама ходила в больницу, и меня никто не встретил из роддома. Никто не бросал такие слова, наоборот, смотрели на меня с сочувствием.
Я разобрала вещи, разложила их по местам. Когда утром Дамир появился на пороге, я просто в шоке была, думала только о сыне. Своих вещей я не брала, и только сейчас пожалела об этом. Мне даже не во что переодеться.
За окном стемнело, я так и не выходила из комнаты, уложила сына, обложив его подушками со всех сторон.
В дверь послышался тихий стук. Не хочу никого видеть, сижу на полу, держу сына за ручку. Я никогда не спала в одной кровати с сыном — слишком боюсь за его безопасность.
— Серафима, открой, пожалуйста, — слышится из-за двери голос тети Залимы.
Она не плохой человек — единственный, кто в этом доме на моей стороне. Подхожу, открываю дверь. Тетя Залима стоит с тарелкой, на которой лежит картофельное пюре и жареная курица.
— Серафима, ты не спускалась на ужин.
— Я не голодна.
— Так прекрати, — тетя Залима входит в комнату, ставит на стол тарелку с едой и присаживается в кресло. — А ну-ка поела, тебе дитя кормить.
— Я ела в самолете. Правда, не голодна, я спать хочу.
— Нет, моя милая. Если Дамир узнает, что устроила Зарема, будет скандал. А все только начало налаживаться. Так что садись и кушай.
Я сажусь напротив женщины, беру тарелку с едой. Откусив курицу, понимаю, что не просто голодна — я жутко голодная. Набрасываюсь на еду. Данияр очень хорошо кушает, и, как результат, я постоянно голодная. Тетя Залима молча наблюдает за мной.
— Не говори Дамиру, что с тобой здесь плохо обращаются.
— И не собиралась. Я не по своей воле тут.
— Думать надо было. А не сбегать.
— А не вы ли мне говорили, чтобы я ушла?
Тетя Залима побледнела и шепотом заговорила.
— Не говори никому, что я тебе рассказала тогда. И я не говорила тебе сбегать от Дамира. Я говорила про развод. Уехала бы к родителям, сказала бы, что он тебя бьет.
— Дамир никогда такого не делал.
— И что? Я говорила разойтись. Сказала бы ему, что у тебя другой появился. Разойтись нужно было. А ты сбежала, ничего не сказав, еще и ребенка ему родила. На что ты рассчитывала?
— Я не думала ни о чем. Вечером мы поругались с Дамиром, он даже не отрицал ничего про свадьбу. Утром уехал, а потом я поняла, что беременна. Вспомнила о ваших словах, о том, что Дамир меня не отпустит.
— И ничего лучше, как молча уехать, ты не придумала?
— Не придумала. Я уехала на другой конец страны. Откуда мне было знать, что он меня найдет. Есть шансы уговорить Дамира отпустить меня? Хотя бы в город переехать?
Тетя Залима задумалась.
— Ты знаешь, деточка, ты молчи и не жалуйся. Думаю, Зарема все за нас сделает. Я ее знаю — будет на тебя такие помои лить, а ты не отрицай и не жалуйся. Чтобы Дамир тебя жалеть не начал.
— Вот еще нужна мне его жалость, как собаке пятая нога.
Мы с женщиной еще немного поболтали, пока я ела, после чего тетя Залима ушла. Я слишком уставшая, ужасно хотела спать, но рядом с Данияром я не лягу. Боюсь его придавить. Сажусь на пол, голову кладу на кровать, обеими руками берусь за маленькие ладошки сына и моментально засыпаю.