Диагноз: В самое сердце

Глава 9

– У меня…. Герпес вскочил. Губу раздуло на пол лица. Не хочу испортить первое впечатление.

– Да мы ж врачи, чего только не видели, – смотрит в глаза Амосов.

– Вы прежде всего мужчины, а я не ваш пациент. Поэтому, как для вас важно слово “честь”, так для меня важны слова “внешность и красота”.

– Садитесь, Инна Викторовна, – Артём кивает на свободный стул. – В восемь тридцать у нас пятиминутка, – смотрит на меня. – Опаздывать можно только, если спасаете чью-то жизнь или вы на операции. Все понятно? – Я киваю. – Продолжаем. Какие у нас сегодня плановые операции?

Планерка у Амосова длится минут пятнадцать. Они разбирают одни операции, пару сложных пациентов. Я в их терминах и болезнях – ноль. Только что понимаю, когда речь об анализах. Надо почитать, чтобы хоть немного там ориентироваться. Как тут протянуть две недели? Всего лишь второй день, а я уже в центре внимания.

– Артём Александрович. Снова поступила Варвара Степановна, – напоследок выдает один из кардиологов, – что лечить будем?

Он усмехается… В смысле, что лечить будем?

– А вы что, лечите не по показаниям? – не сдерживаюсь и вставляю пять копеек.

– О! – Амосов поднимает палец вверх. – Сергей Сергеевич, – обращается к этому кардиологу, – поручим Варвару Степановну Инне Викторовне.

– Мне?

Настоящего пациента? И что мне с ней делать? Холодок по спине. А если у нее что-то серьёзное? А если я не так диагностирую?

– Вам Инна, Сергей Сергеич, вам поручу проверить диагностику и назначения. – Тот кивает, усмехаясь.

Смешно им… А мне совсем не до смеха.

– Все. Работаем. Инна задержитесь на пару минут.

Жду, когда все разойдутся. Нервно дергаю ногой. Если вдруг силой захочет снять маску и все поймет, то будет конец всему. Поэтому этого допустить никак нельзя.

– Справку от терапевта принесли, что здоровы? – спрашивает, когда остаемся наедине.

– Так я не успела сходить. Когда?

– Сейчас идите в терапию, я позвоню, договорюсь.

Блин. Ещё лучше. Мне вообще нельзя фейсом светиться тут. Кто-то из врачей или медсестер по любому меня видел.

– Так…. у меня же пациент… Давайте, я сама, после работы.

– Если есть возможность спасти от какой-нибудь заразы все отделение, пожертвовав одним человеком, то я им пожертвую. Ваш пациент дождется, не волнуйтесь.

– Так я же ординатор, мне нельзя лечить.

– С кого-то надо начинать, – натягивает улыбку и снимает трубку телефона, набирая кого-то. – Глеб, привет, Амосов. Отправлю к тебе одного врача, Инна Смолова. Осмотри на предмет здоровья, дай заключение может ли работать с пациентами, – черт. И слово вставить не получается. Он уже договаривается. – Спасибо. Кстати, Варвара Степановна у нас. Долго держать не смогу, поэтому жди пополнение… Шутки у тебя… – закатывает глаза и улыбается. – Договорились, – заканчивает вызов и кивает мне.

– Пятнадцать минут тебе на визит в терапию. Там тебя ждут. Найдешь там Глеба Анатольевича. Без справки от него не возвращайся.

– Да я здорова.

– Тогда тем более нечего боятся. Или что-то не так?

Все не так!

– Хорошо.

Выхожу из кабинета, осматриваюсь. Что придумать? Нельзя мне туда… Узнают. Все полетит к чертям. Ещё пациентка эта. Что с ней делать?

Олеся идет мимо и взваливает на стойку поста стопку историй болезней.

– Олесь, – беру ее под локоть и наклоняюсь к уху, – а ты знаешь Глеба Анатольевича из терапии?

– Неа.

– Супер! Выручишь?

– Что делать?

– Здравствуйте, Олег Альбертович, – на знакомое имя реагирую мгновенно и оборачиваюсь.

– Здравствуйте, – папа отвечает медсестрам и идет в нашу сторону.

Твою мать…

Хватаю Олесю за руку и тяну в первое попавшееся помещёние.

– Ты чего, Ин?

Оказываемся в процедурной.

– Не хочу с Гуляевым встречаться. Это надолго, а мне надо в другое отделение сбегать.

– А от меня ты что хотела?

– Сейчас, – выглядываю в щель. Папа останавливается возле поста и что-то спрашивает у медсестры, потом направляется в кабинет к Амосову. – Пошли, – вытягиваю девчонку за руку и быстрым шагом веду ее к выходу.

– Олесь, мне нужна справка, что я здорова, но… мне нельзя к терапевту.

– Почему? Ты болеешь?

– Нет.… Он… В общем, я тебе потом все расскажу, это длинная история. Просто скажи, что ты Инна Смолова, от Амосова, за справкой, что здорова. Артём Александрович звонил ему, предупредил. Тебя ждут. У тебя маска есть?

– Да.

– Надевай. И это ещё, – снимаю с головы парик и надеваю ей. Сама надеваю ее медицинскую шапочку.

– Ты в парике?

– Да. Хочу стрижку сделать, вот примеряюсь, как мне, пойдет или нет.

Олеся кривится, отговорка у меня на троечку, согласна.

– Давай, – отправляю ее в терапию. Сама жду под кабинетом. Скрещиваю пальцы. Лишь бы прокатило и все нормально было.

В кармане вибрирует телефон. Амосов.

Ну что опять?..

– Да, – отвечаю шепотом.

– Инна, вы где? С вами тут главврач хочет встретиться. – черт. Папа меня четвертует, если узнает.

– Я…. так за справкой сижу, в очереди. Тут самый пик сейчас.

– Потом возьмешь, давай в отделение.

Ага. Бегу. Жду Олесю. Та выходит минут через десять только.

– Ну что, взяла?

– Взяла. Все в порядке, – передает мне бумажку.

– Спасибо, – в порыве обнимаю ее и тяну снова в туалет. Надеваю парик, маску. Ей возвращаю шапочку.

– Ты прячешься от кого-то, Инна?

Замираю и смотрю на нее.

– Да. Я тебе расскажу, но не сейчас. Не выдавай меня.

– Ну, хорошо. В отделение тогда идём?

– Мне нельзя, там па.… там Гуляев.

– А что ты будешь делать?

– Придумаю. Если что, говори, что не видела меня и не дозвонилась. Если что-то срочное, то напиши мне.

– А нам не попадет за это?

Мне точно попадет.

– Я тебя не выдам, если что. Давай, беги в отделение, напиши, когда Гуляев уйдет.

Я прячусь у Макса. Рассказываю ему все, спрашиваю, что делать. Брат только смеётся в ответ и говорит, что я дура, которой все пользуются.

– А ты бы ради Нарзана не сделал такого?

– Я бы лучше купил ему справку, что болел, на этот период.

– Я не подумала… Макс, что делать теперь?

– А что ты сделаешь? Это надо было Инне твоей идти к врачу и брать больничный. А тебе кто теперь даст на ее имя без паспорта?

– И что теперь?

– Когда она возвращается?

– Через две недели.

– Ты сама веришь, что протянешь так долго? – усмехается мне и протягивает яблоко.

– Неа, – машу головой и откусываю кусок, пережевываю. – Мне сегодня пациента поручили. А я что могу с ней сделать?

У меня снова играет телефон. Амосов.

– Чего не отвечаешь? – кивает брат.

– Это Амосов. Папа пришёл в отделение и хочет со мной встретиться. Он же меня на раз-два раскусит. Макс, ну придумай что-нибудь.

– Ладно, скажу, что в груди заболело. Вызову его. Много времени у него нет расхаживать по больнице и вылавливать тебя.

– Спасибо, я твоя должница, – наклоняюсь и целую его в щеку.

Жду у окна, прикрываюсь бумагами. Папа скоро выходит из нашего отделения, идет на лестницу, спускается вниз. Прости, папуль.

Следом захожу в отделение и сразу к Артёму.

– Артём Александрович, – залетаю в кабинет к заву.

Амосов отрывается от экрана компьютера и поворачивается ко мне. В пальцах держит кубик Рубика и четко, но плавно шевелит пальцами, будто играет на музыкальном инструменте, передвигает стороны кубика.

– Что? – недовольно кивает.

– Я справку принесла, – кладу на стол бумажку, которую он просил. – Я здорова.

– Почему не сказала, что дружишь с дочкой Гуляева?

– А что это меняет? Я тут не из-за неё, сама получила это место.

– Угу.… сама она получила! – Амосов двигает стороны кубика так быстро, что я залипаю на его движениях. Как у него это получается красиво и даже сексуально где-то. Как грудь мою трогал тогда в машине. Беспардонно, но приятно.

– Пациентка у тебя есть, иди диагностируй.

И пойду. И докажу, что Инна достойна этого места.