Его маленькая заноза

Глава 7

Артем

Завершив дела, я, как и планировал, собираюсь вечером уезжать. Собрал свои шмотки, еще раз оглядел дом на предмет каких-либо поломок. Но ничего такого не нашлось. Словно сам невольно ищу причину остаться. Для чего? А хрен знает. Но уехать тоже хочется. И от Ленки подальше, мало ли что еще ей взбредет в голову. И… А вот Миру оставлять здесь одну не по себе. Ну что девчонка здесь видит? Молоденькая совсем. Но мысленно себя ругаю. Это меня не должно касаться. Мы просто знакомые. А по факту-то и вовсе чужие. Поэтому, пока мои шальные мысли не завели меня в дебри, пора сматывать удочки. Ключи отданы риелтору, договор заключен. Документы все выправлены. Что от меня требовалось, все сделано. Совесть практически чиста. Поэтому… пора.

Забегаю к Мире. Снова мотался за пирожными. А увидев ее, так и вовсе почувствовал какую-то жалость. Хорошо мы провели эти дни, когда пересекались.

От девчонки глаз не оторвать. Она будто замкнулась. Пара слов. Руки спрятала за спину. Но пора сваливать.

На часах почти девять, до города еще примерно час с небольшим. Набираю Натану, включаю на громкую.

— Все-таки свалил из деревни? — смеется.

— Да. По работе соскучился. Готовь для меня задания.

— Ну уж нет. До следующей недели чтобы тебя не видел.

— Как скажешь, — отвечаю и сбрасываю вызов.

Решаю заехать на заправку, заодно кофе прикупить, да выдохнуть пару минут. А то что-то начинает мерещиться все четче девчачий запах. Духи у нее, что ли, такие? Еле уловимые, тонкие… Но, мать его, в подкорку записались так, будто она тут рядом.

Заезжаю на АЗС, заодно и заправлюсь. Пока работник станции разбирается с пистолетом, я прохожу в маркет. Заказываю двойной эспрессо и бутылочку воды. А когда выхожу, расплатившись, сажусь за руль и отъезжаю в сторону, припарковываюсь.

Кофе перебивает все запахи в машине. Немного расслабляюсь.

Но слух цепляется за шуршание, доносящееся с заднего сиденья.

— Кхм, — слышу.

Смотрю в зеркало заднего вида и…

— Твою мать, — ругаюсь, чуть не опрокинув на себя горячий кофе. — Инфаркт чуть не схлопотал. Рубец так точно на всю жизнь, — сам не понимаю, почему закипаю от злости.

— Извини, — шепчет одними губами.

— Ты как тут оказалась? — оборачиваюсь и смотрю на притихшую девчонку.

— С самого отъезда, — говорит уже громче.

— Пересядь сюда, а то я шею сломаю еще, — киваю на соседнее кресло.

Два раза просить не нужно, она выходит из машины и садится на пассажирское рядом. Вот теперь понимаю, что это не глюки с запахами. Это ее я и чувствовал.

— И? — все-таки делаю глоток горячего кофе и морщусь. Черт, вот это горечь.

— Ой, — вдруг ее личико озаряется улыбкой. Она поворачивается назад и тянется к сиденью. Вжикает молнией и уже через пару секунд передо мной коробочка из кондитерки, которую я ей вечером принес.

— Спасибо, но в другой раз, — отказываюсь.

А Мира закрывает коробочку и возвращает на место.

— Так что будем делать? — спрашиваю.

Молчит. Хмыкаю.

— Почему просто не сказала, что хочешь уехать? — смотрю на нее.

— Ты бы сказал об этом Лене. Она не отпустила бы.

— Так тебе лет-то сколько?

— Девятнадцать.

— Ну так как она тебя может не отпустить? — удивляюсь.

— Она не любит Москву. Была бы против.

— Та-а-ак, — тяну, пытаясь составить план действий. Еще минуту назад я понимал, что хочу. А сейчас снова кавардак в голове.

— Помнишь, ты сказал мне в первый день своего приезда, что я могу просить у тебя все, что захочу? — смотрит на меня своими зелеными омутами.

Я помню свои слова. Еще бы.

— Так вот. Хочу воспользоваться правом на желание, — натягивает улыбку. Я почему-то взглядом цепляюсь за ее пухлые алые губы, которые она кусает. Сглатываю. Нет, это полная хрень. Мои же слова против меня. Но отказываться будет верхом идиотизма. — Возьми меня с собой. Я, честно, не буду мешать и надоедать. У меня есть деньги, просто помоги снять номер в отеле на пару дней. Я сама разгребусь и не буду мелькать у тебя перед глазами, — тараторит. — Найду комнату, где разрешат держать собаку. Я же его не могу бросить! Кто я буду после этого?

Ее зрачки пожирают зеленую радужку. Волнуется, от этого и строчит, как из пулемета. И про собаку… а я своего сбагрил родителям. Даже стыдно становится. Я не справился, а девчонка переживает за своего мохнатого друга.

— А сейчас кто с ним там? Кормежка на ком? — спрашиваю.

— Тетя Маша, соседка. Она и за курами присмотрит. Ей не в тягость, да и яйца будут. Зерна там еще много. А потом видно будет. Или вернусь, если тут ничего не получится, либо отдам ей их насовсем.

— Ясно, — выдыхаю.

Завожу машину и, поставив стаканчик в подстаканник, выезжаю с парковки. В голове снова карусель.

И куда ее везти? В отель? Гостиницу? И что потом? Я же не смогу продолжить спокойно заниматься своими делами, прекрасно зная, что она где-то здесь. В чужом огромном городе. Среди чужих людей. И что мне прикажете делать?

— Артем! — мои мысли разрезает испуганный голос. — Красный!

Черт! Бью по тормозам, все же успевая вовремя остановить машину у светофора, который уже во всю горит запрещающим движение сигналом.

Так, Артем Сергеевич, кажется, ты теряешь бдительность. Пора уже взять себя в руки.

Как только снова загорается зеленый, страгиваюсь с места.

Мотель-отель-гостиница. Пашка в тот раз со мной не поехала. Хотя я был готов ее приютить. И что, я Мирку отправлю в отель? Сам себя грызу за эту мысль.

Правильное на первый взгляд решение приходит само собой. Через еще час мы въезжаем на территорию дома, в котором я живу. Проезжаю в подземный паркинг и паркуюсь. Глушу двигатель.

— И куда ты меня привез? — подает голос Мира.

Поворачиваюсь к ней и смотрю в милое личико.

— К себе, — а вот теперь я точно понимаю, что просто мне не будет.

Мира

С виду спокойный, но его состояние выдает постукивание пальцами по рулю. Он сосредоточенно о чем-то думает. Но при этом нервничает. Да, это я виновата. Влезла в его размеренный образ жизни. Натрепала ему про то, что сама справлюсь… бла-бла-бла. Актриса ты, Мира. Ну как одна? Я эту Москву боюсь, как не знаю что. И только из-за того, что боялась потерять связь с Артемом, решилась на такое. Теперь-то вот сижу и понимаю, что произошло. Это вообще на меня не похоже. Моя зона комфорта осталась там, дома.

А когда мы въезжаем на территорию какой-то сумасшедшее красивой высотки, понимаю, что это не гостиница. А когда спрашиваю, догадываюсь, какой будет ответ. Да, я догадывалась, что он меня не бросит. Чувство ответственности. Он такой. Я знаю. Откуда? Не отвечу на этот вопрос. Но я чувствую на каком-то непонятном для меня уровне, что Артем хороший. Во всех смыслах. И то, что он привез меня к себе, это о многом говорит. Ну или я просто его романтизирую.

— Пойдем, — дергает за ручку на двери и выходит из машины.

Достает из багажника свою сумку и ждет меня. Я быстренько выбираюсь из машины и с заднего сиденья забираю свою сумку.

Артем оглядывает меня с ног до головы и, кивнув своим мыслям, направился к лифтам. Я за ним.

Войдя в железную коробку, он нажимает на кнопку с цифрой пятнадцать. И лифт мягко поднимается вверх. Это время кажется вечностью, хотя от силы минута, если не меньше.

Он стоит ко мне спиной. Высокий, подтянутый. С симпатичной з…

Черт! Щеки мигом становятся красными. Разве это нормально, разглядывать мужскую задницу? Вот такую, шикарно обтянутую джинсами.

Зажмуриваюсь. Это становится неконтролируемым. Нет, не пялиться на задницу Гаранина. А разглядывать его. Оно само как-то выходит.

Лифт мягко останавливается и двери расползаются в разные стороны. Артем выходит первым, я за ним. На площадке три квартиры. Подходим к одной из дверей. Мужчина отпирает замок и открывает дверь, пропуская меня вперед.

Не люблю входить первая. Хотела уже испугаться, что темно, но сразу же включается свет в небольшой прихожей. Точечные светильники на высоком потолке ярко освещают пространство.

Артем разувается, наступив на пятки ботинок, и, кинув сумку на пол, проходит внутрь квартиры. Я разуваюсь и по светлому полу прохожу за ним. Небольшая прихожая, перетекающая в коридор, который ведет на кухню и в большую гостиную с огромными окнами в пол.

Артема не видно. И в квартире стоит тишина. Разглядываю интерьер. Мужской. С четкими линиями. Светлый пол, серая мебель… даже не серая, а дымчатого цвета. На первый взгляд кажется, будто коснешься поверхности и она окажется приятной на ощупь. Стены… это обои или краска? Не понимаю. И белоснежный потолок.

Очень эффектно. И будто передает характер живущего тут мужчины. Подхожу к окну и выдыхаю. Вау. Это не передать словами, какой вид. Будто город на ладони перед тобой. А ты смотришь на все с высоты птичьего полета.

— Нравится? — рядом бесшумно появляется Артем.

Уже переоделся в домашние брюки и футболку. Руки в карманах. Ступни босые. И я от его вида вообще теряю дар речи. Пялюсь, как идиотка.

А когда он, не дождавшись от меня ответа, поворачивается и смотрит на меня, я киваю.

— Очень.

Мне очень нравишься ты. А все остальное… не важно.

— Мне тоже нравится, — говорит, вернув взгляд в окно. — Ощущение полета и свободы. Спать будешь тут, — оборачивается и кивает на огромный диван. — Комнаты еще одной у меня, к сожалению, нет, — хмыкает. — Но здесь должно быть удобно. Так, что еще, — чешет подбородок. — Пойдем, покажу тебе ванную. Кстати, кухня там, — показывает направление рукой. — Все, что найдешь, бери, не спрашивай.

Идет впереди, я снова за ним, как хвостик.

Открывает дверь.

— Ванная. Хотя, наверное, больше душевая.

Тут все в цвете серого камня. За что цепляется взгляд, так это за сам душ, который разделяет остальную часть помещения лишь почти прозрачным стеклом.

— Тут моя спальня, там, — он указывает на дверь в конце коридора. — Должен был быть мой кабинет, но в итоге комната, забитая хламом.

— Поняла, — подаю голос.

— Есть хочешь? — поворачивается ко мне, возвышаясь надо мной.

Пожимаю плечами.

— Пиццу будешь? — возвращается в гостиную, берет со столика свой телефон. — Сейчас доставку закажу.

— Так время уже двенадцатый час. Неудобно, — говорю и, поймав его взгляд, закусываю губу. — Глупость сморозила, да?

— Ага, — улыбается. — Доставка много где работает круглосуточно. Так что не стоит переживать.

— Понятно, — приземляюсь на диван. Он действительно очень удобный. По крайней мере, на первый взгляд.

Артем что-то делает в телефоне. Затем раздается сигнал.

— Заказ будет через полчаса. Если хочешь, можешь принять душ. Я сейчас принесу постельное, должно что-то быть, — и уходит, оставив меня одну.

Ну что ж. Может, действительно сходить в душ?

Что я и делаю. Не сидеть же сиднем и смотреть в одну точку, пока едет заказ. Поэтому достаю из сумки полотенце, щетку с пастой, шампунь и иду в ванную. Сразу же запираю дверь, щелкнув замочком. И выдыхаю.

Тут все стерильно чисто, все блестит. Я раздеваюсь, складывая свои вещи, и подхожу к раковине. Тут электрическая щетка Артема и баночка с дозатором. Открыв шкафчик у большого овального зеркала с подсветкой, нахожу его бритву, баночки с лосьонами, туалетную воду. Беру флакончик в руки и, открыв колпачок, нюхаю. М-м-м, вот он — этот запах. До мурашек аж. Все ставлю на место и направляюсь к душу. Снимаю белье и вхожу внутрь, закрыв за собой полупрозрачную стеклянную дверь. Боже, как тут разобраться с рычагами. Открываю один, полилась вода прямо на меня сверху. Холодная. Закусив губу, подавила вскрик. Сверху из огромной лейки течет вода. Я меняю положение рычага и, наконец, вода становится теплой, а потом и вовсе комфортной по температуре. Тут в самом углу полочка с еще парой бутыльков. Беру посмотреть. Шампунь, гель для душа. Открываю по очереди, нюхаю. Черт, запах просто бомбезный и так ему подходящий.

Я себя одергиваю и ругаю за любопытство. Открываю свой шампунь и мою голову. Потом понимаю, что у меня нет губки и геля для душа, решаюсь домыться шампунем. Нужно будет приобрести недостающее в магазине. Ну не брать же чужое!

Выключаю воду. Обтираюсь своим полотенцем и повязываю его на волосах. А сухое и чистое белье я не взяла.

Вот дура!

Взгляд падает на висящий на стене белый махровый халат. Эм… будет ужасно дерзко, если я им воспользуюсь? Наверное, будет хуже, если я выйду голой… Поэтому беру халат и автоматом утыкаюсь носом в ткань. Он чистый, пахнет кондиционером. Выдыхаю с облегчением и напяливаю его на себя, сильнее перевязав поясом. Волосы сушу полотенцем, чищу зубы и складываю свои вещи, которые я при удобном случае постираю. И выхожу из ванной.

Мира

Когда выхожу, то нахожу Артема в гостиной. На диване лежит стопка чистого белья. А он щелкает пультом от телевизора, переключая каналы.

Услышав меня, поднимает голову, окинув взглядом. А мне жуть как неудобно.

— Извини, — присаживаюсь на другом конце дивана. — Я твоим халатом воспользовалась.

— Хорошо, — губы кривит усмешка.

В дверь раздается звонок.

— Доставка, наверное, — поднимается на ноги и идет открывать.

И действительно. Доставка. Артем ставит пару коробок на журнальный столик и еще одну небольшую вручает мне.

— Это пироженка, — улыбается.

— Спасибо, — благодарю.

Через минут пять мы уже сидим на ковре с чашками чая и открытыми коробками с пиццей. Оба молча едим и смотрим какую-то ночную программу. С ним даже молчать приятно.

Но вскоре тишину нарушает жужжание его телефона. Он достает его из кармана и не торопится отвечать. Меня же разбирает любопытство. Кто его беспокоит в такой поздний час. Вряд ли по работе. Я невольно подслушала его разговор в машине. Там его не ждут еще неделю. А вот личное…

Телефон замолкает. Но в ту же секунду снова начинает вибрировать.

— Нужно ответить, — поднимается на ноги, отставив чашку на столик, и уходит в сторону своей комнаты. — Да, — слышу его голос. — Нет, извини, сегодня уже не могу. Устал, упал спать, — говорит.

А я понимаю, что говорит он явно с женщиной. Ему при мне уже раз звонила Света… что удивительного? У мужчины может быть и должна быть женщина. Но мне это понимание не нравится. Артем планировал с ней встретиться сегодня? А пришлось возиться со мной… Уф!

Потом Артем возвращается и мы продолжаем пялиться в телевизор и есть вкусную пиццу.

Через полчаса мы все-таки расходимся спать.

— Тебе помочь? — спрашивает Артем, принеся подушку с одеялом.

— Нет, я сама, спасибо! — благодарю. — Ты и так много для меня сделал. Извини, что так вышло.

— Все нормально, — и оставляет меня одну.

Я стелю себе постель. Простынь, подушку в наволочку, одеяло в пододеяльник и укладываюсь поудобнее. И замираю, прислушиваясь к тишине.

Просто обалдеть! Я у Артема дома! Вчера я и мечтать о таком не могла. А сегодня вот, пожалуйста. Но все это временно. И за это время мне нужно что-то предпринять. Понимаю каждой клеточкой, что путь будет непростым. Он меня серьезно не воспринимает. И будет ли, большой вопрос. Но как-то нужно ему это доказать, что я уже выросла.

Но… есть еще много но. И возраст, в который он обязательно упрется.

Так и засыпаю с этими мыслями. То одна атакует, то вторая, то третья.

Утром распахиваю глаза и зависаю. Где я? Оглядываю комнату, приподнявшись на локте, и вспоминаю вчерашний вечер. Улыбка сама собой наползает на губы. Поднимаюсь и тороплюсь в ванную. Быстро умываюсь и привожу себя в порядок. Закидываю свои вещи в стиралку, сама же переодеваюсь в домашнее, брюки да длинную футболку. Все максимально закрыто. Собираю волосы в хвост и направляюсь в кухню.

— Ох, ничего себе, — шепчу в тишину.

Здесь уютно. Много техники. И все чисто. Собственно, по-другому и быть не могло. Я подхожу к холодильнику и заглядываю внутрь. Тут много всего и свежее. Если учесть, что Темы не было тут больше недели, то кто забил его холодильник? Та самая Света? У нее, значит, есть ключи? Или это вчера доставку привезли?

Но я стараюсь взять себя в руки и достаю упаковку с творогом. Тут и сметана есть. Отлично. Беру яйца. Попробую сделать сырники. Хочется ему угодить и накормить вкусным завтраком. Так и принимаюсь за готовку.

Артем

Проснулся, еле разлепив глаза. Снова проворочался всю ночь и глаза закрылись, лишь когда за окном стало светать. Что за напасть такая? В деревне спал хорошо. Воздух, что ли, другой? Или эмоции?

Смотрю на часы, почти девять. Беру в руки телефон. Света уже с утра написала, что ждет меня к себе. Не отвечаю. Поднимаюсь с кровати и, натянув штаны, выхожу из спальни. Чищу зубы, замечаю зубную щетку.

Мира. Скромно оставила свою щетку на раковине или забыла ее убрать? Ставлю во второй свободный стаканчик.

Вчера, когда вышла в халате, совсем маленькой показалась. Ей девятнадцать и она явно хочет выбраться из той глуши. Я ведь и Ленке предлагал. Позвал с собой, готов был жениться. Это, кстати, был единичный порыв, больше я за свою жизнь никому подобного не предлагал. Не знаю, может, страх, что тебя снова отвергнут, или просто не нашлось той самой.

Выйдя из ванной, вернулся все же в спальню и натянул на себя футболку. Я пока не один. Поэтому не стоит светить перед девчонкой голым торсом.

Уже в коридоре улавливаю аппетитные запахи. В гостиной никого нет. Постельное белье сложено и лежит в углу дивана. Улыбнуло.

А подойдя к кухне, замираю, наблюдая за приплясывающей девчонкой у плиты.

Это похоже на видение. У меня по молодости была мечта увидеть у себя вот такую картину. Только в той мечте я подходил и обнимал девушку, целовал в макушку, вдохнув запах волос, и на душе разливалось щемящее чувство нежности и тепла. Сейчас же я лишь тахикардию ощущаю. Чего никогда не замечал у себя до этого.

— Доброе утро, — говорю, прочистив горло, и вхожу, опускаюсь на стул.

— Привет, — оборачивается, улыбнувшись.

Глаза девчонки сияют.

— Я тут хозяйничаю, извини, — краснеют щеки.

Я, как идиот, пялюсь на нее и не могу отвести глаз.

— Хозяйничай, я не против, — отвечаю и понимаю, как двусмысленно звучат мои слова. Но девчонка-то скромная, поймет, как нужно.

— Не знаю, что ты любишь. Вот нашла творог, решила сделать сырники. Будешь? — ставит на стол тарелку с ароматными, пышными сырниками.

— Я почти никогда не завтракаю, — признаюсь.

— О, — тут же гаснет ее улыбка. — Буду знать. Никаких завтраков, — виновато улыбается. — Чай? Или кофе?

— Кофе, — отвечаю. — Вон кофемашина. Она обычно мне готовит бодрость с утра.

— Ясно, — прячет руки за спину. — Я не дружу с техникой, так что тебе придется самому.

— Давай покажу, — поднимаюсь и подхожу к Мире.

И так получается, что она оказывается между мной и столом, на котором стоит машина.

— Вот сюда ставишь чашку. Здесь выбираешь программу. Тут не только эспрессо или любая другая горькая гадость, но и капучино с латте вполне тоже готовит, — говорю, а самого щекочут волосы, выбившиеся из ее хвоста. И запах… черт возьми, она вкусно пахнет.

Когда кнопка нажата и кофе начал готовиться, я отхожу в сторону.

— Постараюсь запомнить, — прячет глаза.

Так, все-таки смутил ее. Ок, больше ничего подобного и мозг желательно включать сразу, прежде чем двигаться в непосредственной близости с ней.

Когда кофе готов, Мира ставит чашку передо мной. А себе наливает чай, все же избегая контакта с кофемашиной. Ничего, освоится.

Но тут же одергиваю себя. Пара-тройка дней и она сама сказала, что решит для себя, куда дальше. Максимум, что могу, это помочь снять ей квартиру. Про комнату и речи быть не может. Мало ли какие соседи попадутся. Да еще и собака… однозначно нужна квартира.

Себе на блюдце девчонка накладывает сметану и подхватывает тонкими пальчиками сырник, макает его в белую массу и откусывает кусочек.

— Это вкусно, — ловит мой взгляд быстрее, чем я успеваю его отвести. — Попробуй.

Делать нечего. Пробую. Нет, я уверен, что это вкусно, но реально завтракал последний раз, наверное, когда жил у родителей.

— М-м, язык проглотить можно, — отвечаю.

— У тебя…

— Что? — спрашиваю.

— Сметана осталась в уголке губ, — говорит и тянется ко мне рукой.

Прохладные пальчики касаются меня, стирая остатки сметаны.

— Вот так, — снова смущается.

Так… это что-то непонятное и мегастранное, то, что со мной происходит в этот момент. Сердце будто остановилось на мгновение, а потом понеслось со скоростью света.

Старею? К кардиологу пора записываться?

— Спасибо, — отвечаю. Быстро доедаю свою начатую порцию и, допив горький кофе, поднимаюсь из-за стола.

— Пожалуйста.

— Какие планы на день? — спрашиваю. Что-то же надо спросить?

— Не знаю, — пожимает плечами. — Думала прогуляться, но я не знаю город. Посижу в сети, поизучаю, составлю маршрут. Я ни разу не была в Москве. Нужно куда-то выбраться. Да займусь поисками.

— Хорошо, — отвечаю. — Я отъеду. Мой номер у тебя есть. Если что, звони.

— Ага, — кивает, наблюдая за мной.

Я же возвращаюсь к себе в спальню, переодеваюсь и, подхватив телефон, отвечаю Свете, что скоро буду. А через пять минут покидаю квартиру и чувствую себя беглецом. С этим еще предстоит разобраться.