Его маленькая заноза

Глава 8

Мира

Когда за Артемом закрылась дверь, я выдыхаю. Что это сейчас было? Зачем полезла к нему, что он быстренько засобирался. Чудесно просто.

Подпираю руками подбородок и задумываюсь. Я тут — это уже плюс. Но Артема со мной нет и это такое себе. И как мне быть?

Определенно нужно что-то придумать. Но вот что?

Закрываю глаза и вспоминаю, как пальцами коснулась его лица, как стерла пятнышко сметаны. Еле успела погасить порыв облизнуть пальцы. А их вот сейчас покалывает. Крышечка едет у тебя, Мира Алексеевна?

Вздыхаю. И тряхнув головой, принимаюсь за уборку кухни. Мою посуду и раскладываю ее на полотенце. А потом еще раз изучаю содержимое холодильника. Да тут можно сварить борщ. Всех овощей достаточно. Артем же все равно приедет домой? Я могу, мне несложно. А завтра он еще вкуснее будет, настоится.

Так и принимаюсь готовить обед.

А после, пока суп булькает в кастрюле, я сажусь и заглядываю в Интернет. Как ни крути, а искать жилье нужно. У меня будет всего пару дней, для приличия, еще тут потусоваться. Но съезжать придется. Поэтому залезаю на нужный сайт и ищу комнату. О квартире я молчу, столько денег у меня нет, конечно. А еще мне нужна будет работа. И даже выписываю пару номеров. Понимаю, что все будет зависеть от жилья, потому что чтобы понимать, сколько времени будет занимать дорога до работы. В общем, куда пока ни ткнись — тупик.

Откладываю телефон, проверяю готовность борща и выключаю кастрюлю. Но потом что-то щелкает, и я решаюсь еще и испечь чесночные булочки. В общем, мое нервное состояние ушло в русло готовки. К вечеру мои вещи были выстираны. Влажная уборка была проведена. С тетей Машей я пару раз созванивалась и узнавала, как там мой Рексик. Пока все хорошо. И Лена не приезжала. Это хорошо, значит, скандал пока откладывается на неопределенное время.

К семи вечера я понимаю, что хочу есть, и еще раз решаю перекусить бутербродами. Кидаю тоскливый взгляд на пышки и остывающий борщ на плите. Без Артема не хочется к ним прикасаться. Принимаю душ, еще раз перенюхав бутыльки мужчины, и переодеваюсь в свою пижаму. Расстилаю постель и, включив телевизор с какой-то мелодрамой, укутываюсь в одеяло, обняв подушку, пялюсь в экран телевизора.

Артем

Сажусь в машину и что? Куда я еду? К Светлане. Чувствую себя трусом. Но об этом я буду думать потом. Сейчас меня ждут.

Спустя минут тридцать останавливаюсь у дома девушки. Глушу двигатель, но выходить не тороплюсь.

В кармане оживает телефон. Отвечаю.

— А я тебя вижу, — звучит довольный женский голос. — Чего не заходишь?

— Задумался, сейчас иду, — отвечаю и отбиваю звонок.

Теперь будет странно, если я уеду. Поэтому покидаю автомобильный салон и, поставив машину на сигналку, направляюсь уже к знакомому подъезду.

— М-м-м, — стоит только войти в квартиру Светы, как она тут же выходит меня встречать. — Привет.

— Привет, — отвечаю, прислонившись плечом к стене.

— Артем? — подходит ко мне и касается лица. — Я соскучилась.

Ничего не отвечаю.

Ее пальчики пробегают по поло и цепляются за край футболки, пробираются под нее и теперь уже касается кожи, слегка оцарапывая.

— Тебя не было больше недели.

Смотрю на нее и понимаю одну странную вещь. Она похожа на Лену. Такая же фигуристая, с темными волосами длинными и цепким взглядом. Что я в ней нашел? Хороша, умная, любит секс, как и я. А дальше мы не заходили.

— Иди ко мне, — цепляется пальцами за футболку и тянет за собой.

Я на ходу стягиваю ботинки и поддаюсь ей. Хрен с ним. Уж очень хочется перезагрузить мозги.

— У тебя все хорошо? — спрашивает, подойдя со спины.

Я стою на балконе с повязанным на бедрах полотенцем и с сигаретой в руках.

— Да, почему спрашиваешь? — затягиваюсь.

— Ты молчалив. Обычно ты все время говоришь, — улыбается. — Где пропадал?

— По семейным делам уезжал.

— Понятно. Меня подруги зовут на острова. Как думаешь, ехать?

— Тебе решать, — даже не реагирую. Понимаю, что это манипуляция. Раньше я такого за ней не наблюдал.

— А ты?

— А что я? — перевожу на нее взгляд. — У меня работа со следующей недели.

— Так, может, рванем с тобой на дня три? Насладимся друг другом? Наверстаем упущенную неделю. Ты что-то не сильно активный сегодня. Ты там кого-то нашел?

Тушу остатки сигареты, закрываю окно.

— Ты уверена, что хочешь в это лезть? — спрашиваю.

— Во что? — хмурится.

Ну, Свет, ты же умная женщина. Мы с тобой все обсуждали.

— В брак, — отвечаю.

— Ну, — поджимает губы. — Ты будешь рядом. Просыпаться, ложиться вместе.

— Это можно и без штампа в паспорте.

— Можно. Но ты не торопишься, — отворачивается.

Так-так… говорил мне Грозовский, что почти каждая женщина, регулярно бывающая в твоей постели, рано или поздно захочет конкретики. Я спорил. Видимо, зря.

— Не тороплюсь и тебя ставил в известность.

— Артем, нам же хорошо вместе? — снова смотрит на меня.

— Хорошо. В постели у нас хорошо, — уточняю. — Остальное пробовать не хочу. Извини. И я даже пойму, если ты попросишь меня уйти. Но я всегда был с тобой предельно честным.

— Тогда уходи.

Не думал, что так быстро. Но, может, оно и к лучшему.

— Хорошо, — соглашаюсь и, обойдя ее, скрываюсь в комнате.

Быстро собравшись, тороплюсь на выход. Обуваюсь и, зависнув на пару секунд у двери, понимаю, что Света не выйдет провожать. Оставляю ключи от ее квартиры на прихожке, которые она мне дала, и покидаю квартиру, закрыв за собой дверь.

Сажусь за руль и выезжаю с парковки. Нет у меня ощущения законченности этих отношений, если их так можно назвать. Думаю, мы еще к этому разговору вернемся. А сейчас я еду в сторону офиса. Где и пропадаю до позднего вечера.

— Я тебе говорил, что нехер тебе тут делать, — смеется Натан, когда спускаемся на парковку. — Но спасибо, что зашел. Кстати, все в силе, в следующий понедельник выходишь.

— Ага, хорошо, что заехал, — киваю, улыбаясь.

— Я тебе серьезно говорю. Кстати, приезжай в субботу. За город. Шашлык-машлык. Дети будут тебе рады. Пашка тоже.

— Вот только не начинай, — ухмыляюсь.

— А ты не обольщайся, — ржет этот старый пень.

— По-моему, тебе уже пора забыть тот разговор. Столько лет прошло.

— А как? Как забыть, когда мой лучший друг заявляет, что неровно дышит к моей жене?

— Считай, что я влюбчивый и быстро переключаюсь с одной на другую.

— Кстати, можешь с собой Свету привозить, — наступает на мозоль друг.

— Да нет, кажется, у нас все, — доходим до машин и останавливаемся.

— Так, — качает головой Натан. — Ладно, приезжай один.

Молчу. Одному слиться на выхи тоже не вариант. Миру одну оставить? Неудобно. Если только не сниму ей квартиру раньше выходных.

— Ты явно что-то хочешь мне сказать.

— У тебя нет знакомых, кто сдает квартиру? — выпаливаю.

— Не понял, у тебя проблемы с жильем? — уставляется на меня.

— Давай куда-нибудь завалимся? По чашке чая выпьем? — предлагаю, понимая, что хочется выговориться.

И Натан соглашается.

Через десять минут мы уже сидим за столиком в кафешке.

И я рассказываю ему все. Почти.

— Ого, — хмыкает Натан, отпивая чай. — Значит, бывшая пыталась восстановить свои права, — подводит итог.

— Ну, — хмыкаю. — Мне одного раза хватило. А еще жениться хотел.

— Значит, хорошо, что все так сложилось, — говорит Натан. — А квартира-то зачем?

— Да девчонка прицепилась.

— Соседская? — кое-кто внимательно меня слушал, браво.

— Ага.

— Сестра бывшей?

— Да, — снова киваю.

— И где она сейчас?

— У меня.

— Так-так, — чешет заросший подбородок. — И что думаешь?

— Думаю, что нужно ей снять квартиру. Она собаку свою привезет. Там немец приличных размеров. Учиться вроде поступает в ветеринарку, если я правильно понял. Но не знаю, здесь подавала документы или нет.

— А чего сразу ее не отвез в отель?

— И кем я буду после этого? — спрашиваю. — Своя она, что ли, — качаю головой и запускаю пальцы в волосы, ероша их.

— А ей сколько?

— Девятнадцать.

— Очень интересно, — усмехается Натан. — Ты ей, случаем, не нравишься? — задает вопрос, и смотрит на меня внимательно.

— Что? Ты меня об этом спрашиваешь? — не понимаю. Или…

— Ну а кого? Не со мной девчонка из деревни увязалась. Она поехала с тобой, значит, она в тебе уверена, что ты не обидишь и не бросишь. Я могу ошибаться по поводу влюбленности и прочего, но знаешь… — он задумывается. — В субботу привози ее с собой. Пообщаемся. Посмотрим на твою гостью. У Пашки глаз наметан, сразу все о ней скажет.

— Да ну брось. Зачем?

— Давай-давай, тогда и подумаешь насчет квартиры, — хлопает меня по плечу и на этом мы решаем разойтись.

Домой возвращаюсь, когда на часах стрелка уже близится к двенадцати. Это обычный мой рабочий день. Я, собственно, всегда во столько возвращаюсь. Могу и позже. Так даже проще, когда дома тебя никто не ждет. Никто не читает нотации, что работа для меня важнее, и прочее. Приехал, помылся, закинулся чем-то из заказанного из ресторана и спать. А утром снова чашка кофе и вперед, в бой.

Вхожу в квартиру. Включаю свет в прихожей. Разуваюсь. Тишина. Заглядываю в гостиную. Работает телевизор. Девчонка спит, закинув ногу на одеяло, обняв подушку и уткнувшись в нее носом. Забавная такая. Уютная. Светлые волосы разметались по постели.

Чтобы не разбудить, возвращаюсь в кухню. Замечаю кастрюлю на плите. Заглядываю, обалдев от вида наваристого борща. А запах? Язык проглотить можно. Рядом на столе прикрытая полотенцем корзинка. В ней булочки. Принюхиваюсь, с чесноком.

Оседаю в недоумении на стул. Она что, получается. Меня ждала? Или это за то, что приютил? Благодарность, скорее всего. Но, черт возьми, как приятно.

— Ой, — оборачиваюсь. — Не знала, что ты вернулся, — и улыбается.

Заспанная. И, черт возьми, что за мысли полезли мне в голову? Что там Натан сказал? Нравлюсь?

— Да, не хотел тебя будить, — отвечаю, прочистив горло. — Старался тихо себя вести.

— А я проснулась, чтобы выключить телевизор, и увидела свет. Подумала, что забыла. Тогда ладно, — разворачивается, чтобы уйти.

А я только сейчас понимаю, какой голодный. В прямом смысле. И этот запах домашний, так и щекочет нос и возбуждает аппетит.

— Борщ… — говорю, а Мира останавливается и оборачивается.

— А, да, — улыбается снова. — Не знала, куда себя деть, вот, — пожимает плечами.

— Ты сама-то ела? — спрашиваю, поднимаюсь со стула и снова подхожу к кастрюле. Беру половник, достаю тарелку.

— Нет, — отвечает скромно. — Думала с тобой, так и уснула.

Смотрю на нее. Ждала меня, значит.

— Будешь? — спрашиваю ее.

Зеленые глаза расширяются от удивления.

— Буду, — соглашается тут же. — Ты садись, я сейчас все сделаю, — подскакивает ко мне и уже хочет отобрать половник.

— Сядь, Мир, — говорю спокойно. — Я сам.

Девчонка послушно садится за стол. Я разливаю ароматный и еще не до конца остывший борщ по тарелкам и ставлю на стол. Мира снимает полотенце с пышек. И мы принимаемся за еду. Это очень вкусно. У меня даже мама так не умеет.

Едим, переглядываемся.

— Не думал, что девочки едет в полночь борщи, — выдаю я, в очередной раз поймав ее взгляд.

— Не думала, что деловые дяди в полночь вместе с девочками едят борщи, — хмыкает девчонка, заставляя и меня улыбнуться.

— Согласен. Очень необычно. Но очень вкусно, — говорю, кусая булку. — Очень.

— Я рада, что тебе понравилось.

Доев по тарелке борща, Мира собирает посуду и моет.

— Тут посудомойка есть, — решаю уточнить.

— Мне несложно руками, — говорит.

А я понимаю, что она просто стесняется.

— Смотри, — показываю, как запускать посудомойку.

— Это все хорошо, — кивает Мира. — Только нас-то два человека. Ты вообще ею пользовался? — спрашивает, посмотрев на меня.

— Нет, — отвечаю честно.

— Ну вот, — улыбается.

Так и приходится от девчонки отстать, пока она моет эти две тарелки.

— Спасибо, что составила компанию за поздним ужином, ну или очень ранним завтраком.

— Пожалуйста. Обращайся, если что. Поесть я люблю. А тут такая компания, как отказаться? — смеется.

А я снова и снова прокручиваю вопрос Натана…

Расходимся по своим спальным местам. Я забираюсь в душ перед тем, как лечь. А потом заваливаюсь в постель и пытаюсь разобраться в сегодняшнем дне. Наверное, я никогда еще не был так дотошен до сказанных кем-либо слов.

Пока решил не предлагать поездку со мной на выходные Мире, хоть тут и осталось немного. Пока думаю. Может, все же стоит ее отселить и дальше жить как есть, как было. Ведь как было меня устраивало по сей день, так ведь?

Переворачиваюсь на бок и утыкаюсь в подушку. Черт-те что! С чего бы вдруг у меня такой диссонанс в мыслях? Всего сутки она у меня дома. Сутки! Которые меня не было рядом. И что в итоге? Весь мой мозг занят ей. Обычной девчонкой. Да, хозяйственная и добрая, симпатичная и прочее. Но я-то мужик тридцати семи лет. Где она и где я! Твою то… бабушку.

Обнимаю подушку и закрываю глаза. Уснуть. Просто уснуть. Завтра будет день, завтра буду думать, как быть дальше. А сейчас уснуть.

Да вот только снова не получается. Ближе к трем я поднимаюсь с постели и иду в кухню. Тихо, стараясь не разбудить Миру. Наливаю себе стакан воды, выпиваю залпом. Зудит желание закурить.

Но сигарет дома не держу. Пачка в машине в бардачке лежит. Но не бежать же за ней?

Поэтому выхожу из кухни и направляюсь к своей комнате.

— Не спится? — звучит сонный женский голос.

Поворачиваюсь, на меня смотрит Мира, лежа на диване, чуть приподнявшись на локте.

— Немного. Ты спи, — хочу уйти, но она снова заговаривает.

— Иди сюда.

Я не сразу понимаю, что она хочет. Стою как вкопанный и смотрю на нее.

— Да иди же, — садится в постели и хлопает рядом с собой ладошкой.

Я подхожу.

— Садись.

Приземляюсь рядом.

Улыбка озаряет ее личико.

— А теперь закрой глаза, — говорит, внимательно на меня посмотрев.

— Зачем?

— Артем, давай так. Я говорю, ты делаешь. Ок? — зеленые глаза впиваются в мои.

Киваю и все-таки слушаюсь. Закрываю глаза. И замираю.

Спустя пару секунд на мои плечи ложатся прохладные ладошки. Чуть сжимает кожу, ощупывает шею. Каждое ее движение сопровождается мурашками по коже. По позвоночнику, вверх, вниз, к голове и обратно к ногам. А Мира продолжает массировать, пощипывать, перекатывать. В голове появляется туман. Глаза сами собой закрываются. А когда ее пальчики пробираются в волосы и начинают массировать кожу головы, я отключаюсь.