Коллекционер

Глава 2

Катер мчался по темным водам Большого канала, рассекая волны как нож. Лия сидела напротив своего похитителя, судорожно сжимая руки. Он молчал, глядя на проплывающие мимо палаццо с такой же невозмутимостью, с какой другие люди смотрят телевизор.

В свете фонарей девушка могла рассмотреть его лучше. Лет тридцати с небольшим, в безукоризненно сшитом костюме, который стоил больше, чем она тратила на жизнь за полгода. Часы на запястье отливали золотом, а от него исходил тонкий аромат дорогого парфюма, смешанного с опасностью.

Кто он? Мафиози? Наемный убийца?

— Как вас зовут? — решилась спросить она.

Мужчина перевел взгляд на нее. В полумраке его глаза казались почти черными.

— Энрико, — ответил после паузы. — Энрико Моретти.

Фамилия показалась смутно знакомой, но Лия не могла вспомнить, где слышала ее раньше. Катер причалил к частному пирсу возле огромного палаццо XVI века. Мраморные фасады отражались в воде, а готические окна смотрели на канал слепыми глазами.

— Добро пожаловать в мой дом, — сказал Энрико, помогая ей выйти из лодки. Лия оглянулась на водителя, но тот уже отчаливал, оставляя ее наедине с незнакомцем.

Внутри палаццо дух захватывало от роскоши. Мраморная лестница с резными перилами вела на второй этаж, а стены украшали картины, которые Лия видела только в учебниках по истории искусства. Тициан, Тинторетто, Веронезе — настоящие шедевры эпохи Возрождения.

— Впечатляет? — заметил Энрико, проследив за ее взглядом.

— Это… это музей?

— Нет. Частная коллекция, — в его голосе прозвучала гордость. — Я коллекционирую прекрасные вещи.

Он провел ее в просторную гостиную с огромным камином. Антикварная мебель, персидские ковры, хрустальные люстры — все кричало о богатстве и власти.

— Садись, — указал на бархатное кресло. Лия осталась стоять, скрестив руки на груди. Страх постепенно сменялся злостью.

— Чего вы от меня хотите? Зачем привели меня сюда?

Энрико налил себе виски из хрустального графина, не предложив ей. Сделал глоток, смакуя напиток.

— Ты оказалась в неподходящем месте в неподходящее время, — сказал наконец. — И теперь это моя проблема.

— Я никому не скажу! — воскликнула Лия. — У меня здесь нет друзей, некому рассказывать. Я вообще почти ни с кем не общаюсь.

— Знаю, — его ответ заставил испытать шок. — Лия Морган, девятнадцать лет, сирота. Живет в Венеции три месяца, снимает комнату на Кастелло. Учится в Академии Палукка на стипендии. Родители погибли два года назад в автокатастрофе в Лондоне. Единственный родственник — тетя Марта Уилсон, которая была не против избавиться от племянницы.

Кровь отлила от лица Лии. Он знал о ней все. Значит, следил? Или узнал за те полчаса, что они добирались сюда?

— Откуда вы…

— У меня есть ресурсы, — перебил Энрико. — И ты права — тебя действительно никто не будет искать. Что упрощает дело.

— Какое дело? — прошептала она.

Энрико подошел к окну, глядя на канал. Силуэт его фигуры четко вырисовывался на фоне ночных огней.

— Карло Романо был информатором полиции, — сказал он без эмоций. — Продавал информацию о моих операциях. Сегодня он получил то, что заслужил.

— Вы убили его.

— Да.

Простота, с которой он это признал, ужаснула ее больше, чем сам факт убийства. Никаких оправданий, никакой попытки приукрасить реальность.

— А теперь вы убьете меня, — констатировала Лия, удивляясь собственному спокойствию.

Энрико повернулся к ней, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на удивление.

— Нет, — сказал он медленно. — Я не убиваю детей. И уж тем более — невинных балерин с глазами оленя.

— Тогда что?

Мужчина подошел ближе. Лия почувствовала исходящее от него тепло, услышала его дыхание. Инстинкт велел отступить, но она заставила себя стоять на месте.

— Ты останешься здесь, — сказал тихо. — Под моим присмотром. До тех пор, пока я не решу, что с тобой делать.

— Это называется похищение, — выдавила она.

— Это называется самосохранение. Мое и твое.

Энрико поднял руку и легко коснулся ее щеки. Лия дернулась, но он уже убирал ладонь.

— У тебя есть выбор, малышка, — его голос стал еще тише, почти гипнотически. — Ты можешь сотрудничать и жить в комфорте. Или сопротивляться и усложнить жизнь нам обоим.

— А если я закричу? Вызову полицию?

Уголки его губ слегка приподнялись — не улыбка, а скорее снисходительная усмешка.

— Кричи. Здесь толстые стены, а ближайшие соседи привыкли не слышать лишнего. Что касается полиции… — он сделал паузу, — в Венеции у семьи Моретти много друзей в правоохранительных органах.

Холод пошел по спине Лии. Моретти. Теперь она вспомнила, где слышала эту фамилию. В новостях, в шепоте людей на улицах. Одна из самых влиятельных криминальных семей Северной Италии.

— Я вижу, ты вспомнила, — заметил Энрико. — Хорошо. Это избавит нас от лишних объяснений.

Лия опустилась в кресло, ноги больше не держали. Реальность происходящего наконец дошла до нее. Она попала в лапы к мафиози, и никто на свете не знает, где она находится.

— Что вы со мной сделаете? — спросила она, ненавидя дрожь в собственном голосе.

Энрико допил виски и поставил бокал на стол. Подошел к ней и присел на корточки перед креслом, заглядывая в глаза. Лия попыталась отвернуться, но он мягко взял ее за подбородок.

— Ничего плохого, — сказал он. — Если будешь послушной девочкой.

В его прикосновении не было агрессии, но Лия чувствовала скрытую под внешним спокойствием силу. Этот человек мог сломать ее одной рукой, но предпочитал действовать по-другому.

— Джанлука покажет тебе комнату, — продолжил Энрико, отпуская ее. — Там есть все необходимое. Завтра мы поговорим о правилах.

— Каких правилах?

— Правилах выживания в моем мире, cara mia.

Он поднялся и направился к двери. У порога обернулся.

— И Лия? — его голос заставил ее вздрогнуть. — Даже не думай о попытках сбежать. Я найду тебя везде. И тогда мне придется применить менее… цивилизованные методы убеждения.

После его ухода Лия осталась одна в огромной гостиной. Тишина давила на уши, а огонь в камине бросал пляшущие тени на стены. Она попыталась встать, но ноги не слушались.

Что со мной будет? Что он задумал?

Через несколько минут появился мужчина средних лет в строгом костюме — вероятно, тот самый Джанлука.

— Сигнорина, — он вежливо кивнул, — пройдемте, пожалуйста.

Лия поднялась и пошла за ним по длинному коридору, заставленному статуями. Ее комната оказалась на втором этаже: просторная, с антикварной мебелью и огромной кроватью под балдахином. Окна выходили во внутренний дворик.

— Если вам что-нибудь понадобится, нажмите на кнопку у кровати, — сказал Джанлука. — Завтрак подадут в восемь.

Он ушел, и Лия услышала, как в замке поворачивается ключ. Она подбежала к двери, дернула за ручку — заперто.

Подойдя к окну, она выглянула наружу. Второй этаж, гладкие стены, никаких водосточных труб. Даже если она спрыгнет, то окажется в замкнутом дворике, из которого наверняка нет выхода.

Лия рухнула на кровать и впервые за этот кошмарный вечер позволила себе заплакать. Тихо, безнадежно, как плачут те, кто понимает, что помощи ждать неоткуда.

Энрико Моретти был прав. Ее никто не будет искать. И теперь она принадлежала ему.