Коллекционер

Глава 8

Еще одна неделя прошла в безумном водовороте страсти.

Энрико словно стремился показать Лии все грани своего темного желания, и она жадно впитывала каждый урок. Он научил ее получать удовольствие от боли, находить экстаз в полном подчинении.

Их игры становились все смелее, и Лия открывала в себе такие глубины чувственности, о существовании которых даже не подозревала.

Прошлой ночью он взял ее так, как никогда раньше. Медленно, осторожно, но неотвратимо, открывая для нее новые грани наслаждения. Лия плакала от боли, которая плавно перетекала в невероятное удовольствие, а он шептал ей на ухо, какая она прекрасная, как идеально ему подходит.

— Теперь ты полностью моя, — прошептал он, когда они лежали в объятиях друг друга. — Каждая клеточка твоего тела помнит мои прикосновения.

И это была правда. Лия принадлежала ему настолько, что не могла представить свою жизнь без него.

Утром Энрико уехал по делам, как обычно, не сказав, куда и надолго ли. Лия провела день в библиотеке, пытаясь читать, но мысли постоянно возвращались к нему. Тело помнило каждое его прикосновение, каждый поцелуй, каждое распоряжение.

Около четырех часов дня Джанлука доложил о посетительнице.

— Синьорина Феррари просит принять ее, — сказал он с легким неодобрением в голосе.

Лия нахмурилась. Изабелла? Что ей здесь нужно без Энрико?

— Хорошо, проводите ее в гостиную.

Изабелла появилась через несколько минут — элегантная, в светло-сером костюме, с безупречной прической и холодной улыбкой.

— Лия, дорогая, — она чмокнула ее в обе щеки. — Как дела? Энрико нет дома?

— Уехал по делам, — сдержанно ответила Лия. — Что привело вас ко мне?

— Забота, — Изабелла села в кресло, изящно скрестив ноги. — О тебе.

— Обо мне?

— Дорогая моя, ты же понимаешь, в каком положении оказалась? — Изабелла сочувственно покачала головой. — Энрико — опасный человек. Очень опасный.

— Я знаю, кто он такой.

— Знаешь? — Изабелла приподняла бровь. — Правда? Тогда скажи мне, знаешь ли ты о Софии?

Лия замерла.

— О какой Софии?

— О девушке, которая была до тебя. Двадцати двух лет, красивая, как ангел. Он тоже «спасал» ее, тоже говорил о любви.

— Что с ней случилось? — по спине Лии побежали мурашки.

— Она попыталась уйти, — Изабелла наклонилась вперед и понизила голос. — Ее нашли в канале через неделю. Официально — самоубийство. Но мы-то знаем правду.

— Это ложь, — прошептала Лия, но голос ее дрожал.

— Дорогая, зачем мне лгать? — Изабелла достала телефон и показала фотографию. — Вот она. Красивая, правда? Энрико очень любил фотографировать ее… в разных позах.

На экране была изображена молодая девушка со светлыми волосами, связанная и с кляпом во рту. Глаза ее были широко раскрыты от ужаса.

— Он фотографировал ее пытки, — равнодушно продолжила Изабелла. — У него целая коллекция таких снимков. Хочешь посмотреть?

— Нет, — Лия отвернулась, чувствуя тошноту.

— Энрико получает удовольствие от страданий, Лия. Да, сначала он нежен и заботлив. Но потом… — она пожала плечами. — Садизм у него в крови. Рано или поздно ему надоедают игрушки.

— Почему вы мне это рассказываете?

— Потому что ты мне нравишься. Ты напоминаешь мне меня в молодости. — Изабелла встала и подошла к окну. — И потому что я не хочу, чтобы в канале нашли еще один труп.

Лия прижала руки к груди, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

— Что вы предлагаете?

— Уйти. Прямо сейчас. У меня есть машина, деньги, документы. Через час ты будешь в безопасности.

— А если он меня найдет?

— Не найдет. У меня есть связи и места, где можно спрятаться. — Изабелла повернулась к ней. — Но решать нужно быстро. Когда он вернется, может быть уже поздно.

Лия закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Но в голове была каша. Неужели все, что было между ними, — всего лишь игра? Неужели его нежность, его страсть — всего лишь прелюдия к чему-то ужасному?

Но он же любит меня, — в отчаянии подумала она. Говорил, что я особенная…

— Все они так говорят, — произнесла Изабелла, словно читая ее мысли. — И София думала, что она особенная. До самого конца.

— Я… мне нужно подумать.

— Времени нет, дорогая. Энрико может вернуться в любой момент. — Изабелла взяла ее за руки. — Лия, посмотри на меня. Ты правда думаешь, что нормальный мужчина будет связывать женщину и причинять ей боль?

— Но мне нравилось…

— Потому что он научил тебя получать от этого удовольствие! — Изабелла крепче сжала ее руки. — Это называется промыванием мозгов, дорогая. Он превратил тебя в идеальную жертву. Игрушку, свою куколку.

Сомнения терзали Лию изнутри. А что, если Изабелла права? Что, если она действительно стала жертвой изощренной психологической игры?

— Хорошо, — сказала она наконец. — Я поеду с вами.

Изабелла улыбнулась — холодной, торжествующей улыбкой.

— Мудрое решение. Собирай только самое необходимое. Через пять минут встречаемся у черного хода.

Лия поднялась в спальню и дрожащими руками положила в пакет немного одежды, сумочку с документами и деньги, которые оставил ей Энрико. На прикроватной тумбочке лежала его утренняя записка: «Вернусь к ужину. Скучай по мне. Твой Э.»

Прости меня, — подумала она, пряча записку в сумку. Изабелла ждала у черного хода возле черного седана с тонированными стеклами.

— Быстрее, — поторопила она, открывая дверь.

Лия села на заднее сиденье, машина тронулась. За рулем сидел незнакомый мужчина в темных очках.

— Куда мы едем? — спросила Лия.

— В безопасное место, — ответила Изабелла, доставая из сумочки небольшой флакон.

— Что это?

— Успокоительное. Ты слишком нервничаешь.

— Не нужно, я в порядке…

Но Изабелла уже пропитала носовой платок жидкостью из флакона.

— Это необходимо, дорогая. Дорога будет долгой.

Она прижала платок к лицу Лии. В нос ударил резкий химический запах.

— Что вы делаете⁈ — Лия попыталась оттолкнуть ее, но силы быстро покидали ее.

— То, что нужно, — равнодушно ответила Изабелла. — Извини, дорогая, но у меня на тебя свои планы.

— Вы… лгали… — Лия пыталась сопротивляться, но веки становились все тяжелее.

— Конечно, лгала. Никакой Софии не было. Энрико действительно любит тебя — до безумия, до глупости. Даже смотреть на это противно. — Изабелла поправила прическу, глядя в зеркальце. — Именно поэтому ты мне и нужна.

— Зачем…

— Чтобы заставить его страдать, как страдала я. Чтобы он понял, каково это — потерять то, что любишь больше жизни.

Лия пыталась что-то сказать, но язык не слушался. Мир поплыл перед глазами.

— Спи, красавица, — прошептала Изабелла. — Когда проснешься, начнется самое интересное.

Последнее, что помнила Лия перед тем, как провалиться в темноту, — это злобную улыбку Изабеллы и осознание того, что она совершила ужасную ошибку.

Энрико, — думала она, теряя сознание. Прости меня. Найди меня. Пожалуйста…

Но было уже поздно. Машина мчалась прочь от Венеции, увозя ее от единственного мужчины, которого она любила, навстречу неизвестной опасности.

А в палаццо на Большом канале начинал накрапывать дождь, словно само небо плакало о разлуке.