Маргарита
Мы ехали около получаса по пустым дорогам. Изредка навстречу попадались другие машины, мелькали прохожие — мужчины и женщины в простой одежде, спешащие куда-то по ночным улицам.
Вскоре мы заехали в район, который я про себя прозвала зеленым. Пышные деревья, густые кустарники, аккуратно постриженные газоны у придомовых территорий шикарных особняков. Сады, подсвеченные уличными фонарями, цветы в клумбах за кованными заборами. Машина постепенно начала сбавлять ход. Мы подъехали к широким кружевным воротам, которые распахнулись, впуская хозяина домой. Машина въехала во двор, прокатилась по узкой дорожке и остановилась у лестницы из четырех ступенек, ведущей к двери двухэтажного каменного дома.
Меня выпустил из машины все тот же молчаливый водитель. Хозяин расщедрился на короткое «за мной» и пошагал к лестнице. Подчинилась, делать нечего. Мы вошли в дом. Нас никто даже не встречал. Хотела спросить, что дальше, но вдруг осознала, что даже не знаю имени своего хозяина. Незадача. Он остановился. Я тоже притормозила в нескольких шагах от него. Решила воспользоваться передышкой и оглядеться.
Огромный холл, широкая лестница, укрытая темным ковром. Перила с узором в виде переплетенных веток неизвестного растения. Два коридора по бокам. Пушистые цветы в высоких кадках. Огромная люстра свисающая с высокого потолка сейчас источала тусклый свет. Весь холл тонул в полумраке. Стены были задрапированы в темную ткань со светлым, словно серебристым узором, который мягко блестел в тусклом свете. Несколько картин в резных золоченых рамках с изображением бушующего моря, какого-то утеса и туманных гор. Мрачненько, но симпатично.
Кожи коснулся холодок. Странный, неестественный, от которого мурашки тут же бросились врассыпную по телу. Передернула плечами и повернула голову. От ужаса замерла. Крик застрял где-то в горле.
Вирр же стоял абсолютно спокойно и прямо смотрел в глаза призраку.
С трудом сглотнула. Медленно обвела взглядом холл, ища пути к отступлению. Даже дыхание задержала.
— Богиня Пресветлая, это же где он тебя такую убогую отыскал-то, — скорбно поцокал кто-то языком.
Вздрогнула и взглянула на источник звука. И снова похолодела. Хотя, куда уж больше. Ещё чуть-чуть и хлопнусь в обморок. Говорил призрак. И оценивающе так, совсем без стеснения меня осматривал.
— Тощая, немощная, того и гляди, прям тут Богине душу отдаст, — покачал головой и посмотрел мне в глаза. — Ишь, а пялится, пялится как, — хмыкнул, — будто оживший дух увидела, — хохотнул он.
— За мной, — вырвал из оцепенения приказ вирра.
— А? Ага, — выдохнула я и бочком, аккуратно обходя стороной призрака, двинулась за вирром.
— Ещё и примороженная какая-то. Бестолковая. Где он тебя нашёл? Вот раньше привозил. Девки, как девки. Глаз радуется. Да и не только глаз, — вновь хохотнул он очень даже живо. — А тут что? Обнять и плакать!
— На себя посмотри, — буркнула я, не выдержав словесных оскорблений этого призрака.
— Что?
— Ты…
Одновременно сказали вирр и дух. И если хозяин дома задал вопрос, как и всегда безразличным тоном, лишь полуобернувшись, то дух едва ли воздухом не поперхнулся от возмущения. Подпрыгнул на месте и вытянулся, будто готовый сорваться сию секунду ко мне.
— Ничего, — ответила вирру и опустила взгляд, но все ещё продолжала следить за пугающим обитателем дома. Пока единственным, встретившимся мне.
— Ты, — в меня обвиняюще указали пальцем, — ты…
Вирр на восклицания духа не обращал внимания. И я решила последовать его примеру. От греха подальше.
— Не притворяйся, смертная, — притопнул он ногой. — Ты слышишь меня, — и столько обвинения было в его словах, будто я что-то противозаконное сделала. — А ну отвечай, — он все же метнулся ко мне, вклинился между мной и вирром, так и летел, пока мы продолжали путь.
А я не знала, куда глаза деть. А язык и вовсе прикусила, чтобы ненароком ещё чего не ляпнуть.
— Вот же, зараза бледнокожая, — продолжал распаляться дух. — А ну отвечай, слышишь? Слышишь меня? Немочь, я с тобой разговариваю!
Передернула плечами, бросила на него быстрый взгляд и снова не ответила. Но ему и такой реакции оказалось достаточно.
— Вот! Вот опять, — он ткнул в меня прозрачным пальцем, — слышишь, — рассмеялся, крутанулся на месте, — во дела! Это ж где он тебя такую нашёл?