Марго. Помощница для вампира

Глава 9

В комнате уже был накрыт стол. Дымящаяся чашка, от которой исходил густой запах трав, какая-то еда, на которую я уже даже не обратила внимания. Выпила немного горячего отвара, завернулась в одеяло и прикрыла глаза.

Видимо, напиток был с чем-то успокоительным и расслабляющим. Тело окутало тепло. Разум заволакивал туман, и я постепенно стала проваливаться в сон.

— Ага! Вот мы и пообщаемся!

Вздрогнула и шарахнулась к спинке кровати, отгородившись подушкой от неизвестной опасности. Сон как рукой сняло. Сердце сделало кульбит, ухнув в пятки и тут же подкатив к горлу. Вместо крика получился сдавленный хрип.

Перед кроватью из ниоткуда сгустилась белесая дымка, которая постепенно становилась плотнее и обрела форму человека. Призрак. Вернее дух-хранитель. Только этого сегодня для полного счастья и не хватало.

— Господи, подари мне обморок, — вслух взмолилась я, с опаской глядя на призрачного хранителя. Могла поклясться, что его глаза в этот момент блеснули алчным азартным огнем. Или голодным? Сегодня я уже была не в состоянии разбираться в оттенках таких вот лихорадочных взглядов. Все они мне казались просто угрожающими.

Дерек говорил о духе. Значит, вреда мне не причинит. Но его нездоровый интерес ко мне изрядно пугал. Особенно тогда, когда я решила, наконец, расслабиться и отдохнуть после напряженного дня. Но этот кошмарный день не собирался, судя по всему, оставлять меня в покое.

— Так-так-так, — он оскалился, подплыл ближе, оглядел мою кровать и плюхнулся своей призрачной задницей на мое одеяло. Сложил руки на груди и вперил в меня острый взгляд. — Ну что, немочь, рассказывай, — еще и кивнул, милостиво разрешая, видимо, покаяться. В чем угодно.

— Ч-что? — выдохнула я, все еще удерживая подушку перед собой. Так сохранялась хотя бы иллюзия защищенности.

— Все рассказывай, полудохлая твоя душонка, и обманывать не думай, — свёл брови к переносице и пальцем погрозил.

— Не понимаю, чего вы от меня хотите, — устало выдохнула. Понимала, что быстро отделаться от духа не выйдет. Тот явно жаждил общения. Осторожно отложила подушку, подтянула повыше одеяло и настороженно наблюдала за призраком.

— Не хочешь чистосердечно признаваться, значит, — поцокал языком. — Ладно. Ну хотя бы можно предположить, почему ты меня слышишь, — задумчиво проговорил он и вскинулся. — Так как, ты говоришь, тут оказалась?

— А я не говорила, — насупилась я. — Ещё не говорила. Но ничего удивительного в этом нет. На рынке меня господин купил. Через море приплыли. И вот я здесь. На свою беду. — И ведь ни словом не соврала. Ай да я, ай да молодец. Честность — мое второе имя.

— Ты мне зубы-то не заговаривай, — он вскинул подбородок и прищурился. — Как на Даэрисе оказалась, спрашиваю?

— Где? — не поняла я и вскинула брови удивленно.

А он в это время бормотал себе под нос тихо, едва различимо, что пришлось прислушаться:

— Господи, Господи, Господи… Где же я это слышал? Дэркенс? Нет, там Всевышний. На Велире Богиня. Там Бог. У этих вообще Демирги. Господи… Ведь помню же. Знаю. Земля! — он хлопнул себя по лбу! — С Земли! И как тебя сюда занесло?

Он подскочил и начал метаться по комнате. А я похолодела. Откуда? Откуда он мог знать про мой мир! Хотя… Может, местные Боги сжалились и послали мне помощника? Шанс на возвращение. Если он говорит, что где-то это слышал, значит… Он был на Земле. И дух тут же подтвердил мои мысли:

— У вас же там магии капли. Не могла ты пробить брешь между мирами. Или что-то изменилось? Сколько ж времени прошло, как я туда заглядывал. Странный мирок, — он потирал призрачный подбородок и качал полупрозрачной головой.

Дух явно привык разговаривать сам с собой. И я ему не мешала, лихорадочно соображая, что теперь делать и чем мне грозит осведомленность духа.

— В-вы были на Земле? — севшим голосом проговорила я, понимая, что смысла отпираться нет.

— Я? Да где я только не был, — махнул он рукой. — Другой вопрос, как ты здесь оказалась? Надо же… Господин Ториэс знает, какую диковинку к себе привез?

— Н-нет. И пока я не знаю, чем мне это грозит, хотелось бы, чтобы так и оставалось, — осторожно заметила я. — Я вижу, у вас ко мне много вопросов. Предлагаю сделку — я отвечаю на ваши, а вы — на мои.

— Хм, — он криво улыбнулся и оглядел меня, завернутую в одеяло, словно в кокон. — Ладно. Мне нет дела до секретов обитателей этого дома. Если они, конечно, не угрожают безопасности господина Ториэса и его подопечных.

— Уж поверьте, я никому ничем угрожать не собираюсь. Если вы не в курсе, как выяснилось, это мне тут угрожает неведомо кто. И уже пытался прибить. Так что, главное, чего я хочу — жить. Ну так что, вы согласны на мое предложение?

— О, тощая моя подруга, я так давно ни с кем не общался по-человечески, что вполне могу помочь тебе с ответами. Итак, как ты тут оказалась? Кстати, советую и правда пока молчать о своем иномирном происхождении. Вирры никогда не оставляли попыток найти путь обратно. И тебя могут забрать для исследования.

— Да уж, рабой, наложницей была. Осталось только подопытной мышью побывать. Сплошное веселье, — угрюмо пробормотала я. — А оказалась… Шла по улице, никого не трогала. Мечтала о горячем чае. И тут, бац, воронка, крик, ничего не понятно. Я и подумать ни о чем не успела. Очнулась уже одна на рынке. Больная, ничего не помнящая. Вот и вся история. Как мне вернуться на Землю? Как вы туда попадали?

— Это два вопроса, недосъеденная моя красота, — оскалился в улыбке этот острый на язык дух.

— А не могли бы вы, мой 100 % мертвый собеседник, обращаться ко мне по имени без всех этих эпитетов сомнительного содержания?

— Не мог бы, — отмахнулся он, — так вот, если ты не обладаешь феноменальными способностями и огромной силой, то кто-то другой втянул твое недозаморенное тельце в наш мир. Но это практически невозможно. Видишь ли, такое случалось лишь однажды — когда в наш мир пришли вирры, айры и вирейры. Прорвать пространство в обратном направлении пытались, но не получалось. Сил не хватало. Я бы с уверенностью сказал, что ты не вернешься. Но ведь как-то ты здесь оказалась. Невероятно. И ты говоришь, кто-то шел с тобой? Значит, вас всех втянуло?

— Одна. По крайней мере, девушка, которая шла впереди, вообще ничего не заметила. Вторая — закричала. Но я не видела, постигла ли ее та же участь, что и меня. Могу и ошибаться. А как вы попадали на Землю и в другие миры?

— А что мне помешает? Я всего лишь дух. Для меня нет преград. Как и занятий не было лет тридцать после смерти, пока меня не притянул господин Ториэс и не связал заклинанием с особняком. Вот и путешествовал. После появления здесь иномирцев, стало ясно, что есть другие миры. А когда я умер и осознал, что остался в этом мире, послонялся немного, встретил таких же, как я, и отправился путешествовать.

— Значит, вирры тоже пришлые. Не местные. А как им удалось попасть сюда?

— О, это очень интересная, трагичная для нашего мира история.

Мы проговорили почти до самого утра. Эторох оказался вполне приятным собеседником, которого было интересно слушать, несмотря на все его сомнительные комплименты, которые он рассыпал мне от всей своей щедрой мертвой души.

Дэркенс. Именно так назывался жестокий мир, из которого пришли вирры, айры и вирейры. Крылатые чудовища, которые принесли с собой ужас, боль и погибель многим людям. Неизвестные существа, сильные, одаренные магией, они появились из ниоткуда и стали нападать на людей. Люди были практически бессильны против этих существ. Лишь одно преимущество было против них — количество.

— С момента их появления на Даэрисе очень многое изменилось. Сам мир изменился. Я думаю, сама Богиня Пресветлая вмешалась, когда поняла, что ее мир превращается в подобие Дэркенса. Жуткий для людей мирок. Люди там — всего лишь корм. Их выращивают на фермах, как скот. Используют их рабский труд и питаются ими. Представляешь? Когда они пришли, что тут творилось? Чем больше было людей, тем, с одной стороны, больше шанса убить чудовище, а с другой — тем больше для них пищи, а значит, они становились сильнее. Людей завоевывали и уничтожали, порабощали, пока в нашем мире не стали появляться магически одаренные люди. В основном огневики. Их огонь оказался смертельно опасен для чудовищ. Война между людьми и пришлыми продолжалась несколько десятилетий, пока не заключили мирный договор, чтобы остановить взаимное уничтожение. К тому моменту погибли уже миллионы жителей. Но и среди пришлых осталась лишь горстка в несколько сотен особей каждого вида. Со временем пришлые поняли, что в этом мире у них обнаружилась новая и самая главная проблема — их женщины не могли забеременеть. И война с людьми грозила им полным истреблением. И они ушли на острова. Отгородились от людей. Стали жить обособленно. Наладили торговлю, освободили завоеванные земли, оставив за собой лишь какие-то трофеи — производства, шахты, рудники. Они стали выкупать людей и забирать преступников. Стали выступать в роли последней инстанции суда в спорных вопросах. Обменивали свои знания, разработки и магические штучки на необходимые товары. А потом и среди людей стали все чаще появляться одаренные. И они стали их забирать на острова для обучения. Я был одним из таких адептов.

— Они выкупают людей, чтобы жрать? — выдавила я из себя, похолодев. Стало так дурно, что голова пошла кругом.

— Нет, бестолковая моя собеседница, те времена далеко позади. Люди и пришлые научились сосуществовать. Они…хм, кормятся уже иначе. Хотя иногда и позволяют себе некоторые старые развлечения. Не волнуйся, ты не проснешься однажды, с откушенной зад… ай, — он махнул рукой, — от тебя и откусить- то нечего. Одни кости. Только подавиться и зубы обломать.

— И слава Богу! — выдохнула я.

— Прекращай, недалекая моя сообщница, славить своего Бога. Здесь только Богиня Пресветлая. Даэрис. В честь нее мир назван. Если не хочешь выдать себя, называй ее.

— Вы правы, — поморщилась я. Придется постоянно быть начеку, чтобы не сболтнуть лишнего. — Что мне делать с Тайлингом? Как себя вести? Что будет, если он узнает?

— Уважать, угождать, ублажать. Что скажет, то и будешь делать.

Прям правило трех «У» какое-то. А Эторох тем временем продолжал.

— Будешь умничкой и будешь жить сытой жизнью. Он неплохой господин. Не обижает своих подопечных. Но не терпит неповиновения, бессмысленных капризов и пререканий, предательств. Насчет того, что будет, если узнает, что ты из другого мира, трудно сказать. Вариантов масса. Сама понимаешь, такая ситуация — новая. В какой-то момент пришлые пытались прорвать брешь. Даже несколько раз. Чтобы вернуться. Но у них ничего не вышло. Они все еще ищут решение этого вопроса. Потому что они вырождаются. Чистокровных вирров почти не осталось. Полукровки, рожденные от местных женщин. Но они слабы, не настолько одарены тьмой в большинстве своем. А в последние годы случается так, что тьма их и вовсе отвергает.

— У меня ощущение, что я попала прям в самый центр задницы. Хуже просто не придумаешь. Хотела бы я пообщаться с тем, кто меня в это втянул.

— Да, кстати, я попробую узнать не случалось ли раньше появиться кому-то из других миров, как тебе. Вдруг, такое не в первые. Если случалось, то в любом случае, какие-то слухи должны были появиться.

— Спасибо.

— Пожалуйста, моя полудохлая слушательница. Спи. А то испустишь дух прямо здесь. Я буду очень расстроен, что мне не с кем больше поговорить из живых. О, а вот и господин вернулся. Мне пора.

Засыпала я в полном раздрае. Вопросов стало еще больше. Да еще и возвращение Тайлинга всколыхнуло любопытство — узнал ли он что-то о том, чем я не угодила его водителю? Завтра попытаюсь разузнать.

Ноги коснулось что-то теплое, едва ощутимой лаской пробежалось по ступне, протянулось до колена, скользнуло по бедру. Вздрогнула и распахнула глаза. Сердце сделало кульбит, нырнуло в пятки и подскочило к горлу. Комната была затоплена ночной темнотой. Я замерла. Прислушалась. Тихо. Неужели приснилось? Подтянула одеяло до самого носа. Аккуратно огляделась. Никого. Но отчего-то же сердце так тревожно бьется? Отчего же на коже, даже под одеялом, чувствуется чужое прикосновение. Судорожно выдохнула, когда по шее, щеке и губам вновь пробежалась теплая щекотка. Гулко сглотнула. И все пропало. Я тут с ними с ума сойду точно.