Марго. Помощница для вампира

26.3

Мне на его злость было плевать. Пусть злится. Придерживая левой рукой его за плечо, скользнула правой к сердцу. Не знаю, почему так, это получилось интуитивно.

— В центр-р-р, — рыкнул он недовольно.

— Не рычи на меня, я и так боюсь, но не тебя, — фыркнула я и переместила руку к центру.

— Закрой глаза и р-раслабься.

— Легко сказать: «Расслабься». Обстановочка, знаешь ли, не располагает.

— Молчи, — прошипел он. — Хотела п-помочь. П-помогай.

— Крови б хлебнул и все дела.

— Р-р-р.

— Молчу-молчу.

Я закрыла глаза и попыталась расслабиться. Не особо получалось. Меня колотило. Мысли, как беспокойные пчелы, не оставляли в покое. И страх. Жуткий, животный страх за себя, за Тая… Я попыталась дышать. Глубоко и размеренно. Только сейчас ощутила тошнотворный запах обугленной плоти. Постаралась отрешиться и от этих ощущений. Сосредоточилась на дыхании. Вдох-выдох. Глубокий вдох и медленный выдох. В какой-то момент, показалось, что вместе с каждым выдохом, из тела утекают все силы. Наверное, адреналин схлынул и теперь меня ждет слабость. Снова вдох-выдох. И слабость накатывает все сильнее. Кажется, даже руки стали невероятно тяжелыми. Еще чуть-чуть и я не смогу удерживать не только Тая, но и саму себя. Вдох-выдох.

— Все, — из какого-то странного транса вырвал меня уже более уверенный голос Тая. — Почти.

Распахнула глаза и уже сама ухватилась за плечо своего хозяина. Голова кружилась. По лбу катились капельки пота. Тай внимательно и с прищуром смотрел на меня. Уж не знаю, что он там хотел рассмотреть, это меня мало волновало. Хотела сказать, что пора бы и валить из этой богодельни, но вдалеке послышался шум. Открыла рот и захлопнула его, лишь шумно выдохнув и ошарашенно глядя в нормальные глаза мужчины.

— Поцелуй, — он нахмурился и смотрел в глаза.

— Что «поцелуй»? — получилось как-то обреченно.

— Для завершения ритуала, нужен поцелуй, — подражая моему тону, проговорил Тай.

Смотрела в его глаза, искала подвох. Подвох не находился. Либо хорошо прятался, либо честные глаза Тайлинга говорили о честных помыслах. Ладно, чего уж там, если для того, чтобы вытащить нас отсюда, нужен поцелуй, пусть будет поцелуй. Уж такой мелочи не жалко за спасение собственной жизни.

— Ладно, только быстро, — сдалась я.

Он притянул меня, дрожащей от слабости рукой обнял, другой накрыл мою на своей груди и склонился к губам. Медленно, словно боялся спугнуть, коснулся нежно, осторожно, словно пробуя на вкус. Его горячие губы согревали и дарили тепло. Ласково скользнул по губам, втянул нижнюю губу, заставляя раскрыться навстречу. И если сначала я была так напряжена, что едва ли могла воспринимать поцелуй ни как процедуру лечения, то теперь прижалась к его губам отчаянно, словно это мой последний поцелуй. Самый сладкий. Самый желанный. Самый нужный сейчас. По телу прошла горячая волна, дрожь отдавалась в сердце, заставляя его таять и стекать вниз живота обжигающим желанием. Сжала остатки его рубашки в кулак, вцепилась другой рукой за его плечо. Скользнула языком в дразнящей ласке по губам, прихватила кончик его языка зубами и сама же не сдержала тихого стона. Тай стиснул меня в своих объятиях. Ласка перестала быть невинной, нежной, превратилась в яростное желание.

Тайлинг оставил в покое мои губы только для того, чтобы проложить дорожку по щекам к скуле, прикусить мочку уха. Я задрожала и прижалась к нему так тесно, как только могла. Под ладонью бешено колотилось его сердце. Сильно уверенно. Моё же напротив — то и дело срывалось с ритма. Трепыхалось в груди, словно пытались выпрыгнуть. Слабость, которая накрывала меня была такой сладкой, такой приятной, что я вновь тихо и хрипло застонала, когда горячий влажный язык заскользил по шее. — Пожалуй, стоит остановиться, колючка, — тяжело дыша чуть отстранился и прислонился лбом к моему лбу. На губах его играла лукавая улыбка. В глаза почему-то смотреть было страшно. Я ловила его тяжёлое тёплое дыхание губами и пыталась восстановить свое. — Давно надо было прикинуться смертельно раненным, — доверительным шёпотом сообщил мне. — Ч-что? — выдохнула и взглянула в его глаза. В серой стали сверкали смешинки и догорали искры страсти и желания. — Ты… Ты что? Ты меня обманул? — сил возмущаться по-настоящему, громко с чувством, не было. Слабость все ещё одолевала меня. — Как же я мог? — притворно оскорбился этот негодяй и прижал меня к себе снова. — Я без твоей помощи не смог бы подняться на ноги. Это правда. А без твоего поцелуя не видел в этом никакого смысла, — его губы дрогнули и разъехались, — волшебный поцелуй, — хриплый шёпот рассыпался мурашками по спине. — Ради повторения, придется победить всех наших врагов. Ну, или снова умереть. Почти.

— Вот не был бы ты ранен, а я так слаба, я бы тебе треснула, — проворчала. Получилось неубедительно. Наверное, потому что грелась в его объятиях и не хотела их покидать. А вкус его поцелуя до сих пор был на губах, и несмотря на то, что творилось вокруг, я могла думать только об этом.

— Пройдет, — с видом знатока заявил он. — Поднимайся. Надо искать выход. Нас уже ищут. И судя по звукам, не только мои ребята.