2.Мейсон

ГЛАВА 29

МЕЙСОН

Переодевшись, мы все встречаемся в здании клуба, чтобы выпить. Фэлкон ждет, пока у каждого в руке окажется бокал, а затем произносит: — Мне нужна ваша помощь в одной проблеме.

Мистер Рейес вскидывает голову, на его лице мелькает тень тревоги.

— Должно быть, что-то серьезное, раз ты впервые просишь о помощи.

— Ситуация неприятная. — Фэлкон достает телефон Серены, открывает переписку и передает его отцу.

По мере того как мистер Рейес читает сообщения, его лицо каменеет.

— Они сделали это с Лейлой? — Его голос звучит низко и угрожающе.

— Да, сэр.

Мистер Рейес кивает и на мгновение устремляет взгляд в пространство, а затем говорит: — Ашер, перекрой Клэр кислород.

— Почему? — спрашивает мой отец. Он наклоняется к мистеру Рейесу и заглядывает в телефон. — Боже правый...

— Дочь Стефани едва не погибла из-за них, — бормочет мистер Рейес. — Тодд, завтра же подготовь бумаги. Я хочу, чтобы Клэр исчезла из моей жизни без каких-либо выплат.

— Ты разводишься с мамой? — спрашивает Джулиан. И когда взгляд отца приковывается к нему, он быстро добавляет: — Я не против.

— Пап, — Фэлкон пытается привлечь внимание отца. Когда их взгляды встречаются, он продолжает: — Этого недостаточно. Я хочу, чтобы она была разорена. Хочу, чтобы она потеряла свой статус.

Мистер Рейес кивает и задумывается.

— Мы могли бы слить эту переписку в газеты. Это уничтожит её положение в обществе, — предлагает Лейк.

Мистер Рейес качает голвой.

— Я думаю, дело должно дойти до суда. — Он смотрит на мистера Катлера и передает ему телефон. — У тебя всё еще остались связи в прокуратуре?

— Да, я могу позвонить.

— Покажи ему сообщения и спроси, достаточно ли этого для возбуждения дела.

Мистер Катлер просматривает текст.

— Готова ли мисс Вайнсток дать показания? С её помощью они смогут довести дело до конца.

— Серена использует свои показания против Клэр, чтобы выторговать сделку со следствием, — бормочет Лейк.

Я хмурюсь, глядя на Лейка.

— Ты хочешь сказать, что одна из них выйдет сухой из воды?

— Нет, Серена всё равно получит срок, если её признают виновной. Но его могут сократить, — объясняет мистер Катлер.

— Сократить до чего? — спрашиваю я. Мне это совсем не нравится.

— К примеру, её могут приговорить к году тюрьмы и двум годам испытательного срока. — Когда я открываю рот, мистер Катлер поднимает руку. — Это только пример, Мейсон. Мы будем настаивать на самом суровом наказании.

— Давайте возьмем время всё обдумать, — говорит мистер Рейес. — Нам нужно всё тщательно подготовить, прежде чем начинать эту войну.

— Серена не может отделаться легким испугом. — Закрыв глаза, я потираю их. — Я обещал Кингсли.

— Девушке, с которой ты встречаешься? — уточняет папа.

Мистер Рейес подается вперед, его лицо напоминает грозовую тучу.

— О чем ты, Мейсон?

— Девушка на видео — это Кингсли, — отвечает Лейк за меня.

Отец встает и отходит от стола, а мистер Рейес медленно поднимается на ноги, рыча: — Почему мне не доложили об этом?

— Мы всё держали под контролем, — отвечает Джулиан.

— Ты знал? — Мистер Рейес бьет кулаком по столу. — Боже мой.

— Сядь, Уоррен, — бормочет мистер Катлер, придерживая его за руку. — Завтра утром я сам наведаюсь в прокуратуру.

Я встаю и шепчу: «Прошу прощения». Подойдя к отцу, который стоит на террасе, я останавливаюсь рядом и смотрю на зеленые поля.

— Почему ты не сказал мне? — шепчет он, и в его голосе нет и следа того смеха, которым мы делились сегодня.

Я делаю глубокий вдох.

— Кингсли была моим главным приоритетом. Я даже не подумал сообщить тебе. Прости, пап.

— Не извиняйся, — шепчет он. — Если бы я больше участвовал в твоей жизни, я бы и так знал, что происходит.

Папа поворачивается ко мне и, положив руки мне на плечи, говорит: — Мы выиграем это дело. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь тебе.

Я и не подозревал, как сильно мне нужно было услышать эти слова. Моё дыхание учащается, я пытаюсь подавить эмоции, но когда отец прижимает меня к своей груди, плотина рушится.

Он крепко обнимает меня.

— Я здесь, сын.

Мне требуется вся воля, чтобы не расплакаться. Мой голос звучит хрипло и неровно, когда я говорю: — Серена чуть не убила женщину, которую я люблю. Я хочу видеть, как она страдает.

— И она будет страдать, — отвечает отец, отстраняясь. Наши взгляды встречаются, и когда я вижу решимость на его лице, груз на моих плечах становится чуть легче.

КИНГСЛИ

Отправив наконец задание, я закрываю ноутбук и вздыхаю с облегчением.

— Ну, хотя бы с этим покончено.

Я встаю, чтобы размяться, и тут раздается стук в дверь. Стоит мне её открыть, как Мейсон врывается внутрь и подхватывает меня на руки. Смех пузырится у меня на губах, пока я обнимаю его в ответ.

— Закончила с заданием? — спрашивает он, опуская меня на пол.

— Секунду назад.

Он целует меня в губы и говорит: — Я кое-что хочу сделать вместе с тобой.

— О-о-у... звучит многообещающе.

На мгновение он улыбается, но выражение его лица быстро становится серьезным.

— Я знаю, возможно, еще слишком рано, и я пойму, если ты не готова, но я очень хочу научить тебя плавать.

Я не ожидала от него такого, поэтому моему мозгу требуется пара секунд, чтобы переварить информацию.

— Сегодня?

— Я хочу сделать это как можно скорее, но только если ты готова. Не хочу давить. Если ты боишься воды, то мы...

— Я не боюсь воды, — перебиваю я его. — Я боюсь глубокой воды. — Я кусаю нижнюю губу, чувствуя, как тревога сжимает желудок. — А можно учиться там, где мелко?

— Конечно, — быстро отвечает он. — Нам не обязательно делать всё сразу. Может, сегодня просто зайдем в бассейн. Как только освоишься, сделаем следующий шаг.

— Так мне нравится больше, — признаюсь я, чувствуя, как напряжение немного отступает.

— У тебя есть купальник? — спрашивает он.

Я заливаюсь смехом и качаю головой.

— Ничего страшного. Я забронировал номер с частным бассейном в отеле Bel-Air, на случай, если ты согласишься. Там нас никто не увидит. Я не хотел, чтобы твое первое возвращение в воду случилось там, где всё произошло.

Этот мужчина... Кто знал, что он может быть таким заботливым?

— Мне надеть шорты и футболку? — спрашиваю я.

— В отель можешь идти в чем угодно, — отвечает он, а затем ухмыляется. — А плавать можешь хоть голышом. От меня жалоб не услышишь.

— Вот это я называю правильной мотивацией, — поддразниваю я его.

Входя в президентский люкс, я в сотый раз за вечер округляю глаза.

— Сначала полет на вертолете, теперь это? — спрашиваю я, оглядывая кричащую роскошь. — Не то чтобы я неблагодарная, но... это... слишком много. — Мне трудно подобрать слова.

Мейсон обнимает меня сзади, и его голос рокочет над ухом: — Просто скажи «спасибо», чтобы мы могли раздеться.

— Спасибо, — шепчу я. Поворачиваюсь в его руках и улыбаюсь. — Спасибо, что делаешь всё это для меня.

— Для тебя — что угодно.

Он отпускает меня и открывает дверь на террасу.

— Ничего, если мы не будем включать свет снаружи, или хочешь, чтобы было светло?

— Темнота — это нормально. Главное, не оставляй меня там одну, — отвечаю я, подходя к нему. — Тут так красиво. Если бы ты предупредил, я бы надела что-то поприличнее джинсов и футболки.

Мейсон оглядывается через плечо и хмурится: — А что не так с твоей одеждой?

— Мейс, я выгляжу так, будто только что вылезла из корзины для грязного белья.

— Ну так сними её, и проблема решена, — подмигивает он.

— Окей. — Я стаскиваю футболку через голову и бросаю на пол. Мейсон прислоняется к косяку и наблюдает, как я раздеваюсь.

— Ты собрался плавать в одежде? — спрашиваю я, когда остаюсь в чем мать родила.

Уголок его рта ползет вверх. Когда я прохожу мимо него на террасу, он замечает: — Глядя на твою сексуальную задницу, я думаю, нам стоит сначала заглянуть в спальню.

Я оборачиваюсь и смеюсь: — А я думала, мы проверим, каков секс в бассейне.

— Идет, — бросает он и начинает быстро стягивать одежду.

Я перевожу взгляд на воду, и тревога начинает расти. Я сжимаю кулаки.

Ты справишься, Кингсли. Мейсон с тобой. Ты справишься.

Мейсон прижимается ко мне сзади.

— Иди так медленно, как тебе нужно.

Я поворачиваюсь к нему: — Может, просто закинешь меня на плечо и прыгнешь? Как в прошлый раз. Если я пойду медленно, я никогда не зайду.

Он внимательно всматривается в мое лицо.

— Я не буду прыгать с тобой в этот бассейн, Кингсли. — Он задумывается, а затем улыбается. Подхватив меня за бедра, он поднимает меня: — Ноги вокруг талии.

Я тут же расплываюсь в улыбке и делаю, как он велит.

— Готова? — спрашивает он, не сводя с меня глаз.

Я глубоко вдыхаю.

— Да.

Когда он направляется к воде, я оглядываюсь через плечо.

— Смотри на меня, Хант.

Я тут же поворачиваю голову и впиваюсь в него взглядом, хотя он смотрит мимо меня, выбирая дорогу. Когда он делает первый шаг вниз, я крепче обхватываю его шею.

— Какую музыку ты любишь? — внезапно спрашивает он.

— Любую, в которой есть смысл, — тараторю я, чувствуя, как в животе всё сжимается.

— А любимая песня есть?

Я качаю головой.

— Во сколько лет ты потеряла девственность? — спрашивает он.

— В шестнадцать. — Он делает еще шаг вниз, и слова буквально вылетают из меня: — Это было на заднем сиденье машины Дэниела. Там воняло старыми потными носками.

Мейсон движется вперед, и когда я чувствую, как вода касается моей попы, я вскрикиваю.

— Стой! — Я едва не лезу на него, как на дерево, но в итоге просто прячу лицо у него на шее. Моё дыхание становится прерывистым. — Стой.

Он крепче прижимает меня к себе.

— Я тебя держу. — Он целует меня в плечо и продолжает: — Я люблю серфинг. Выходить в океан на рассвете, когда вокруг тишина... это одно из лучших чувств в мире.

— Спорю, ты в этом хорош, — выдыхаю я сквозь панику, которая ледяными пальцами карабкается по позвоночнику.

— Лейк лучший из нас троих. Он будто рожден для этого. То, как он ловит волну... это надо видеть.

Я немного расслабляюсь и отстраняюсь, чтобы снова посмотреть на Мейсона. Он не сводит с меня глаз.

— Ты хоть представляешь, как ты прекрасна в лунном свете?

Я с трудом выдыхаю, не в силах сейчас рассмеяться. Мейсон прижимается своим лбом к моему и шепчет: — Ты мне доверяешь?

Я отвечаю без колебаний.

— Да.

— Я сделаю еще шаг, но остановлюсь, как только вода дойдет до моих рук. Ты согласна?

Я делаю пару вдохов, прежде чем кивнуть. Я не отрываю взгляда от него, и когда вода начинает медленно подниматься по моей спине, Мейсон говорит:

— Спасибо, что дала мне шанс.

Я киваю, и к тревоге примешиваются эмоции, отчего на глазах наворачиваются слезы.

— Спасибо, что не отступил, когда я хамила тебе.

Вода доходит до моей талии, и волна сильной паники мешает дышать. Мейсон делает глубокий вдох, и я чувствую, как его грудь прижимается к моей. Его голос звучит невероятно спокойно: — Дыши вместе со мной. Вдох.

Когда я чувствую, как его грудная клетка расширяется, я судорожно втягиваю воздух. Повторяю за ним снова и снова, пока дыхание не выравнивается.

Его черты лица смягчаются от гордости.

— Ты сделала это, Кингсли.

— Правда?

Он кивает, разворачивается и бредет обратно к краю. Он усаживает меня на бортик и берет мое лицо в ладони.

— Я так, черт возьми, тобой горжусь.

Я хватаю его за предплечья и улыбаюсь, когда он целует меня.