Миссия: реабилитировать злодейку! Том2

Глава 7

Подготовка к ритуалу исцеления матери Райлона закончилась быстрее, чем предполагалось. Его самого я не видела больше суток с тех пор, как он отправился за младшими. Только получала известия от Рене, что они благополучно добрались в королевский дворец и обосновались в одной из комнат для прислуги на первое время.

Торопиться со знакомством не было нужды, детям требовалось время прийти в себя, а передо мной стояла важная миссия. И я вся извелась ожиданием прибытия Линды, ведь Бьёрн принудительно загнал меня в постель, лишая любой активности, что могла расплескать даже крупицы маны. К тому же из спальни вынесли все магические камни, включая и те, что давали свет, разжигали камин и поддерживали прочие мелочи комфортного быта. Поначалу я ворчала от недовольства, но затем и правда ощутила, как мана распирает духовный камень в груди и не находит выхода.

— Мы привели ее в подземелье дворца, госпожа, — едва Рене появилась на пороге, как я подскочила с кресла, в которое меня усадили после утренних сборов, настоятельно рекомендуя не шевелить и пальцем.

— Идем! — бодро скомандовала, и едва не активировала магический замок на потайной двери, но Бьёрн перехватил мою руку.

— Позвольте мне, хозяйка.

Таким взволнованным и напряженным я не видела мага даже в день нашей встречи. Он пытался не подавать виду, натягивая маску отрешенного спокойствия, но я же знала его, как облупленного. Все его жесты, взгляды, тон голоса… Бьёрн переживал, и это придавало мне сил. Я должна была со всем справиться, должна показать, на что способна.

Спустившись на нашу тайную базу суперзлодеев, так я называла подземелье про себя, первым делом заметила, что пространство, бывшее ранее пустым, преобразилось. Помрачнело — сказали бы многие, стало уютным — подумала я.

Мне всегда бил по глазам чистый стерильный свет от магических камней, которыми был усыпан потолок. Теперь же они пропали, а мрак рассеивали огромные чаши установленные на постаментах в которых горел живой огонь. В центре помещения была поставлена кровать под ножками которой расстелили шкуры с коротким мехом, добротное резное кресло с бархатной отделкой и мягкой сидушкой — по всей видимости подготовили для меня. Несколько тележек были наполнены лекарствами, ведрами с водой и полотенцами, ведь Линду постоянно лихорадило, а кашель нередко сопровождался кровотечением.

Именно в один из приступов я и застала ее, невольно замедляя шаг и ужасаясь увиденному. Изможденное тело и сероватый цвет кожи, редкие пряди черных волос и сухие обескровленные губы оказались не самым страшным последствием. Из-за одежды видно было немного, но я не сомневалась, что черный плотный узор, вьющийся сотнями змей по шее и лицу женщины, охватывал все ее тело.

Это было сродни проклятию, что пожирало Атила и оставляло метку на его коже. Сейчас это было еще не заметно в наглухо застегнутом мундире, но я знала, что через десять лет и его лицо охватит черная паутина разрушающей магии древнего бога Морел. И чем дальше она расходилась от духовного камня, тем меньше времени у ее носителя оставалось.

У Линды его не осталось вовсе.

— Ах! Простите мне мой вид, благородная леди…

Стоило ей заметить меня, как Линда попыталась встать, поддерживаемая двумя служанками, лиц которых я раньше не видела. Но они меня по всей видимости знали, склонили головы, а когда распрямились после жеста Рене, я заметила на их шеях серебряный обруч в виде змеи.

— Прошу вас, не вставайте, — тихо сказала я под недоуменным взглядом.

Женщина откровенно боялась меня и желала закрыться от моего взгляда. Она растерянно смотрела нам за спины и на глазах становилась все более обреченной.

— Мне сказали… — прохрипела она, прикладывая сухую ладонь к груди, — здесь я смогу встретиться с сыном.

— Перед вами… — начал было торжественное представление моей персоны Бьёрн, не растрачиваясь на ответ Линде, но моего беглого взгляда хватило, чтобы он замолчал.

— Матушка! — раскатился голос за нашими спинами, и я обернулась, чтобы увидеть, как Райлон стремительно приближается, перепрыгивая за раз по несколько ступеней.

Растрепанный, с алыми щеками и тяжелым дыханием, он едва не пробежал мимо меня, но все же остановился и заставил себя учтиво поклониться.

— Моя королева, — поприветствовал он, и я махнула, отпуская Райлона к матери.

Линда стала еще бледней и испуганней после этих слов.

— К-королева?.. — одними губами прошептала она.

— Ее Высочество Кларисса Морел дель Турин! — все же смог объявить Бьёрн, словно мы были на пороге императорского бала.

Уж не знаю, виной тому была моя репутация или же вторая фамилия, любезно подаренная Атилом, но Линда покачнулась и обмякла в руках горничных, теряя последние крохи сознания.

Привести ее в чувства удалось не сразу. И пока Райлон с горничными суетились возле кровати, я отвесила Бьёрну хлопок по плечу, и маг тут же обхватил его ладонью, натягивая такую гримасу, будто и правда серьезно пострадал.

— Хозяйка…

— Мы же договорились, объясняться будет Райлон. — я вскинула бровь, намекая, что время для споров неподходящее, но маг так не считал.

— Я всего лишь представил вас, — буркнул Бьёрн, тряхнув белой челкой. — Сколько еще окружающие будут называть вас леди, когда вы Ее Высочество Королева.

— Должно быть, когда так меня станет называть Его Величество, — усмехнулась я, замечая как звереет маг от моего равнодушия в этом вопросе, а потому поспешила добавить: — Будь уверен, однажды он станет.

Моей самоуверенности вполне хватило, чтобы Бьёрн выдохнул. Он даже заметно ободрился и повеселел. Коротко кивнув, маг отправился проверять все барьерные камни по сотому кругу и наставлять других магов, присланных Рене. Они уже должно быть наизусть выучили всю его речь, но продолжали смиренно кивать, чтобы не попасть в немилость хозяйки гильдии и меня, естественно.

Поскольку никто не должен был узнать, что мы задумали совершить, маги расположились в рабочей зоне, которая отделялась от пространства, что я окрестила на будущее тренировочным полем, толстой стеной. С помощью магического механизма можно было продвинуть ее и полностью отделить две зоны, что демонстрировалось мне единожды, и тогда показалось, что дворец просто рухнет от грохота и движения каменного барьера.

Ответственностью магов было не допустить возможной утечки магии из-за стены и запечатать ее, если подобное произойдет. Но Бьёрн уверял, что и сам справиться с этой задачей. По плану он выстилал своей силой стену с внутренней стороны. До него должно было дойти процентов тридцать магии Эскама, если барьерные камни, что были отпороты с моего последнего платья и выложены возле постели Линды в круг, выдержат и поглотят достаточно высвобожденной маны. Но никто не мог знать исход сегодняшнего ритуала наверняка, а потому напряжение все же витало в воздухе.

Линда с трудом пришла в себя и не сразу осознала, где и почему находится. Но когда ее прошило воспоминаниями, на лице вновь отразился ужас. Однако близость смерти позволила ей переключить все внимание на сына, не заботясь о моей нескромной персоне.

— Райлон! — хрипло воскликнула она. — Что стряслось?! Во что ты ввязался? Отвечай!

Она впилась тонкими пальцами с почерневшими наполовину ногтями в крепкие плечи. Райлон стоял перед ней, опустившись на одно колено, и она смотрела в глаза сына с неверием и мольбой.

— Переживания ослабят тебя, матушка, — парень положил свои ладони поверх ее. — Моя королева…

— Твоя… королева? — выдохнула неверяще, а затем лицо ее исказилось таким гневом, что казалось прямо сейчас моему рыцарю зададут такую порку ремнем, что стоять он будет неделю, а спать на животе вдвое больше. — Райлон!

— Всем выйти! — скомандовала я прежде, чем разговор перешел черту.

Мой приказ был выполнен в считанные мгновения, и Бьёрн сразу же отделил нас стеной, заканчивая последние приготовления к ритуалу. Мы остались вчетвером намеренно, чтобы Райлон стал свидетелем моей силы и моему обещанию.

— Пожалуйста, скажи, что это неправда! — взмолилась Линда. — Ты мне обещал! Обещал никогда и никому не приносить клятву верности! Райлон, ты же не мог?..

— Ее Высочество поможет тебе, исцелит…

— Глупец! — рявкнула женщина из последних сил и слабо стукнула кулаком по каменному плечу. — Ты лучше всех знаешь, что это невозможно! Ты… Кха!..

— Матушка!

Линда зашлась заливистым кашлем, что раздирал ее изнутри. Служанок больше не было, и я не задумываясь схватила чистый обрез ткани с тележки и помогла приложить к кровоточащим губам. Вторая же ладонь легла на трясущуюся спину, и я осторожно влила немного своей магии в умирающее тело.

Кашель быстро сошел на нет, а Линда медленно подняла голову и уставилась на меня во все глаза, что на мгновение блеснули знакомым серебром прежде чем их вновь заволокло фиолетовой дымкой.

— Выслушайте своего сына, — тихо сказала я. — Он пошел на большую жертву, чтобы спасти вашу жизнь, и сделал это без колебаний. Не отвергайте его выбор. Этот выбор сделан из любви.

— Ты глупый… — Линда тихо шмыгнула носом и повесила голову. — Несмышленый дурак… Ты должен был беречь свою силу! Должен был жить, как я никогда не жила.

Райлон подхватил ослабевшие руки матери и подался к ней навстречу, обнимая так бережно, словно она была слеплена из тонкого льда.

— Ничего, матушка, — отвечал парень, осторожно стирая крупные слезы, что бежали по ее щекам. — Зачем мне нужна эта сила, если я не могу спасти тебя?

Я едва не задохнулась от этих простых слов. Райлон, сам того не ведая, пронзил мою душу острым клинком. Мурашки побежали по телу крупными стаями, а сердце пустилось в такой быстрый бег, что казалось просто в один миг остановится. Бьёрн тонко почувствовал во мне перемену и помог опуститься в кресло, что было подготовлено для меня.

Ни Райлон, ни его мать не замечали за своими эмоциями меня. И мне удалось справиться с той волной, что едва не накрыла меня с головой. На секунду прикрыла веки и позволила слабой улыбке скользнуть по губам. Я, как никто другой, знала, о чем говорит Райлон. Вот только он имел возможность изничтожить свою боль. А я все еще не придумала, что буду делать со своей.

— Сила Ее Высочества способна тебя спасти. Только эта сила.

Сколько бы Райлон не объяснял, Линда продолжала качать головой и хмурить брови. Нет, она понимала, что сын не будет ей лгать, в этом не имелось смысла. И все же поверить, что в той самой недокоролеве скрыта потерянная много столетий назад сила Эскама, ее сознание напрочь отказывалось.

— Но как… такое возможно?.. — шептала она, с опаской поглядывая в мою сторону.

— У богов своеобразные шутки, мадам. — буркнула я, подпирая щеку кулаком.

— Ах, я не… — засуетилась женщина вновь страшно побледнев, и я подалась вперед, стараясь выразить самую мягкую из возможных на этом лице улыбок:

— Райлон уже получил мою фамилию. И пусть она не из самых желанных в империи, но все же дает право ему и его семье войти в благородное общество Турина.

— Для меня это слишком… — Линда опустила глаза.

— Но без вас это было бы невозможно. Я тоже родилась и выросла в Орсе. Но до встречи с вами и подумать не могла, что слухи, гуляющие по королевству, хоть на букву правдивы. Но теперь… меня терзает вопрос — почему вы хранили этот секрет даже ценой своей жизни?

Эта мысль пришла ко мне только сейчас и сорвалась с губ раньше, чем я смогла ее хорошенько обдумать. Но судя по лицу Райлона, что заострилось напряжением, он понимал, к чему я клоню. И, не скрывая этого, злился.

— Его Величество мог бы… — продолжала бормотать, ощущая как висок сверлит недоуменный взгляд Бьёрна.

— Его Величество Атилиус не приемлет подобного рода эксперименты, особенно это касается жизни детей. — резко отрезал Райлон, и только руки матери не дали ему подняться и угрожающе нависнуть надо мной. — Он бы попросту казнил нас, узнай обо всем. И любого, кто вздумает пойти по этому пути тоже.

— Говори прямо, — ухмыльнулась одним уголком губ в ответ. — Ты решил, что мне в голову только что пришла идея, как нарастить свою мощь. Но это не так, расслабься.

— Рыцарь, сомневающийся в своей госпоже недостоин… — зашипел было Бьёрн, но я вскинула ладонь:

— Он пока плохо меня знает. — ничуть не обиделась я. — Но вопрос был не о том “как”, а “почему”? Почему вы не попытались получить помощь отца Его Величества Атилиуса. Он мог бы даровать Райлону земли и титул, облегчить ваши страдания с целительным камнем Эскама. Уверена, он отдал бы многое за секрет, что мог изменить все.

Стоило только подумать, что прошлый император мог узнать о мальчике, который выжил в утробе матери, принимавшей яд из монстров. О мальчике, который мог противостоять темной мане Морел, и ледяные мурашки покрывали все мое тело.

За способ получить пару десятков таких детей, прошлый император отдал бы многое. Ведь тогда Орсу можно было бы стереть с лица земли и больше не зависеть от такого маленького королевства, единственной ценностью которого были первородные и оружие, что они создавали. Случись такое, и я бы не сидела здесь. Кларисса уже давно была бы в рабстве или мертва, как дочь павшего королевства.

— Молю, Ваше Высочество! Никто не должен об этом узнать! — Линда обхватила мои руки ледяными пальцами и сжала, что было сил. — Я не видела иного пути и была готова погубить нас обоих, лишь бы мой ребенок не прожил жизнь подобно моей. Но только первая капля ядовитого зелья коснулась моего языка, я поняла — это ошибка!

Она говорила торопливо, будто вслед за Райлоном испугалась моего интереса. Больше не утаивая и не подбирая слов, женщина рассказывала, как провела долгие месяцы в страхе и боли, а затем и разрушалась за годом год.

Барьерная магия, сродни той, что была у Бьёрна, защищала духовный камень ребенка в ее утробе, пропуская в него лишь чистую ману, что накапливалась внутри день за днем. Но защитить себя у Линды сил не осталось, а потому черная магия древнего бога отравила ее собственный камень души.

— Многие погибнут, если пойдут по моему пути! Ваше Высочество! Матери, дети, и ваша родина! Вы не должны!..

— Никто не узнает, даю слово. — твердо и четко говорила, глядя в глаза. И напряжение Линды постепенно исчезало. — Есть секреты цена которых непомерно велика. Я знаю это, как никто другой.

И мне пришлось пересилить себя. Пришлось так же открыто и честно рассказать обо всем, что ее ждет. Спасение, а затем неведение и чужбина. Я открыто призналась, что не могу просто доверить свой секрет. И что заберу ее память. О себе, о случившемся и даже о ее сыне.

— Обещаю, что мои люди о вас позаботятся. И даю свое слово — я сделаю все возможное, чтобы однажды вы вновь обрели друг друга. Пусть вы не будете этого помнить, но Райлон не даст мне забыть.

Я глянула на своего рыцаря, и тот кивнул в ответ. И мне стало немного легче от того, что он понимает. Как и его мать, что не стала проклинать меня всеми словами, а лишь тихо выдохнула:

— Вы только… берегите его, Ваше Высочество.

— Я — рыцарь-защитник, матушка… — растерянно глядел на нас Райлон, но мы с Линдой лишь обменялись взглядами, которые могла понять только мать.

— Обещаю.

Больше медлить было нельзя, мы и без того слишком разговорились. Бьёрн и Райлон заняли свои места, оставив нас с Линдой одних. Несмотря на слабый протест, я помогла ей распахнуть платье и лечь на подушки. Старалась не подавать виду, но волнение захватило меня со страшной силой. Кожа в ореоле духовного камня полностью почернела, и стоило только коснуться ее пальцами, как они будто покрылись коркой льда.

Я отчетливо ощущала нечто темное, сосущее и ледяное, что пыталось подпитаться и моей силой, проникнуть под мою кожу, в мой камень души. И потому едва Бьёрн активировал все барьеры, я высвободила поток маны, взывая к своей магии и желая изничтожить все эти чувства как можно быстрей.

Бьёрн предупреждал, что большой всплеск может прорвать первый барьер, созданный вокруг кровати из магических камней. И так оно и случилось. Яркая золотая вспышка разлилась бурлящей волной и поглотила голубую вуаль в считанные секунды.

— Хозяйка! — рявкнул маг, напрягаясь всем телом.

Моя магия хлестко ударилась в стену, отделяющую нас от остального мира, и Бьёрн едва сумел полностью ее поглотить.

— Не отвлекайтесь! — вновь скомандовал он.

И я медленно вдохнула и выдохнула, сужая золотую сферу, что окружала нас с Линдой, до маленького солнышка, едва покрывающего мою ладонь. Началась битва на истощение. Я должна была действовать крайне осторожно. Возвращать во времени частичку за частичкой, разом восстанавливая поврежденное тело и очищая ману женщины от расползающейся тьмы.

Перед глазами все плыло. Минуты тянулись невозможно долго, нехотя сливались в часы, и в какой-то момент мне вовсе показалось, что время остановило свой бег. Я лишь слышала грохот собственного сердца в ушах, чувствовала как пульсирует в груди духовный камень, и как стремительно мана вырывается из него и неутомимо бьет в мои ладони. А я должна была превратить этот бушующий поток в тонкую золотую нить, что прошла бы в самое тонкое ушко иголки.

И этой невесомой нитью скрепить каждую возвращенную к жизни клеточку тела, залатать трещины в духовном камне, что был ими испещрен, и пронзить каждое темное пятно, что в ужасе пряталось от меня и выжидало.

Выжидало, пока я не дам слабину. А она пришла, хоть и не звали. Я даже не сразу поняла, что алые бусины, появляются на бледной коже из-за меня. Но когда я почувствовала привкус крови во рту, то невольно мазнула пальцем под носом. Только тогда поняла, что мои силы уже на исходе.

— Остановитесь, хозяйка! Этого достаточно! Достаточно!

Крик Бьёрна был далеким и глухим. Слова сливались в протяжное гудение. Я задыхалась, чувствовала как горит все мое тело, но еще… Еще я видела, что осталось чуть-чуть.

Совсем немного и я сдержу свое слово. Еще немного и духовный камень Линды вернет себе прежний блеск. Еще немного и я полностью изничтожу темную ману Морел, избавлю от нее хотя бы одного человека.

— Моя королева!.. — послышался взволнованный окрик Райлона.

И я призвала остатки своих сил. Золотая вспышка оказалась настолько мощной, что я ослепла. Так показалось.

Но на самом деле я провалилась во тьму.

И эта тьма оказалась необычно пустой. Тихой и безмятежной. В ней не чувствовалось пугающего всепоглощающего присутствия, я будто попала в колыбель. Мягкую, словно облачко. Она обволакивала и наполняла изможденное тело потерянной энергией и жизненной силой.

И в какой-то момент они словно вытолкнули меня на поверхность. Открыв глаза, я увидела знакомый балдахин, обрамленный тонкими бликами луны. Затем почувствовала тяжесть на своей ладони, и, повернув голову, увидела спящего прямо на стуле Бьёрна.

Его светлые брови хмурились, а рука плотно сжимала мою. Под глазами пролегли глубокие складки усталости, и от этого вида я сразу же почувствовала укол вины. Старалась не двигаться и дышать так же разменяно, чтобы случайно не разбудить мага. Но Бьёрн будто почувствовал мое пробуждение, и вскоре в полумраке загорелись два фиолетовых огня.

— Бьёрн?.. — позвала несмело под сужающимся взглядом мага.

И он будто только вместе с моим голосом полностью очнулся ото сна. Резко поднявшись, Бьёрн с решительностью императорского лекаря проверил температуру, внимательно заглянул в глаза, осторожно оттягивая веки, а затем приложил ладонь к моему духовному камню и прикрыл глаза, сосредотачиваясь на тонком мосту между нашими душами.

— Все в порядке? — шепотом спросила я, а затем само собой вырвалось: — Нам удалось?..

Маг резко распахнул глаза, которые довольно зловеще сверкали в полутьме. Это Атил больше брал репутацией и своеобразной харизмой, но в действительности цвет его радужек еще попробуй разбери в темноте. А вот глаза Бьёрна заполненные фиолетовой дымкой слишком ярко напоминали о близости темной магии Морел, и я на мгновения успела испугаться затянувшемуся молчанию.

Но когда смуглое лицо исказилось гневом, и Бьёрн разразился ожидаемым негодованием, меня отпустило.

— О чем вы только думали, хозяйка?! — рявкнул маг, напрочь забывая о манерах и статусах, чего он себе не позволял со дня моего появления в теле Клариссы. — Вы совсем не бережете свою жизнь! Я думал вы хотите защитить принца Каэля, хотите сами прожить долгую и достойную жизнь, но вопреки словам рискуете ей так беспечно! А после первым делом спрашиваете “как все прошло”?! Да я!.. Чуть с ума не сошел…

Бьёрн тяжело дышал и сжимал кулаки, и я поднялась, чтобы сесть на край кровати, и коснулась его холодных пальцев ладонями.

— Прости. Прости что пришлось переживать за меня.

Это было искренне, и потому маг послушно осел в кресло напротив, когда я осторожно потянула его за запястья. Бьёрн не мог посмотреть мне в глаза, боролся с собой, чтобы не выплеснуть еще больше чувств. И я понимала, что вновь не обошлась парой часов в отключке.

— Я думал, что понимаю вас, хозяйка. Я верил вашим словам! Верил, что вы взойдете на вершину лестницы к самим звездам и позволите даже такому как я увидеть их хоть одним глазком!

Его плечи задрожали, а голос стал совсем тихим:

— Но вы… будто стремитесь закончить со всем поскорей.

Откровение, что терзало его душу, сорвалось с губ, которые маг тут же закусил. Он качал головой, будто пытаясь отогнать от себя эти мысли, но лишь сильнее погружался в них.

— Это не так, Бьёрн. — тихо, но твердо ответила я. — Посмотри на меня. Дай руку.

Бьёрн поднял голову и не сразу посмотрел в глаза. Но когда встретился с моим уверенным взглядом, протянул ладонь, которую я тут же обхватила своими.

— Невозможное становится возможным, если ты в это веришь. Если ты веришь в себя. Одна лишь эта вера способна протащить через любые дебри неудач. И мне нужно было обрести эту веру.

Я обнажала перед ним душу, желая, чтобы Бьёрн понял меня до конца. Понял причину, а не пустые обещания беречь себя в следующий раз. Ведь я знала, что моя дорога в этом мире будет становиться только извилистей.

— Мне нужно было знать, что моя сила хоть кому-то может помочь. Что я способна изменить жизни близких людей к лучшему. Спасти и себя, и Каэля, и Атила…

— Нельзя произносить имя Его Величества подобным непотребным образом!.. — буркнул маг скорей по привычке меня поправлять.

— И тебя. — припечатала я, получив в ответ обескураженный взгляд.

— Что?..

— У тебя никогда не было настоящего выбора — служить ли мне или найти собственный путь. Теперь я знаю, что могу очистить твой духовный камень и снять рабский контракт.

Бьёрн выдрал свою руку и вжался в спинку кресла так, будто я была в шаге от задуманного. Лицо его, что мгновение назад выражало испуганное удивление, постепенно наливалась яростным недовольством.

— Я потеряю большую часть своих сил. Не смогу помогать вам!

— Твоя жизнь мне дороже. Я не могу… не хочу использовать тебя. Но прежде чем лезть в твою душу, я должна была знать наверняка, что способна полностью изничтожить силу Морел. Поэтому не могла себе позволить потерпеть неудачу с Линдой.

— И это причина, чтобы выйти за свой предел и пролежать без сознания четверо суток?

Бьёрн выглядел так, будто его ударили, а у меня жар прилил к щекам и сердце заколотилось. Я не думала, что ослабею настолько, и никак не могла подобрать слова.

— Я отказываюсь. — разрезал тишину твердый ответ на вопрос, что так и не слетел с моих губ.

— Ты так много для меня сделал, даже словами не передать, как я тебе благодарна. И ты нужен мне рядом, это чистая правда. Но чем я плачу в ответ? Твоя жизнь в постоянной опасности рядом со мной.

— Рядом с вами она чего-то да стоит.

Мы смотрели друг другу в глаза и понимали, что этот разговор зашел в тупик. Не было никакого смысла забирать ману Морел силой. Но это вовсе не значило, что я так легко отступлю.

— Хорошо. Тогда я спрошу тебя еще раз позже. Когда мы уничтожим Морел и подчиним себе всю империю. Согласен?

Это звучало как никогда. И маг с легкой улыбкой согласился.

— Все в порядке, Ваше Высочество? — раздался размеренный стук в дверь, а за ним и голос Райлона. — Могу я войти?

Слух мастера меча не мог пропустить наш маленький спор, и все же Райлон дал нам закончить перед тем, как обозначил себя.

— Входи.

Едва я разрешила, Райлон стремительно прошагал внутрь. Замер на мгновение, озадаченно глянув на Бьёрна, должно быть он все еще не понимал, как раб может спокойно сидеть в присутствии своей хозяйки, но затем мотнул головой и опустился около меня на колено, низко склоняя голову.

— Моя королева.

Голос его слегка дрожал, а безусловная покорность, которую он выражал всем своим видом, не давала усомниться — у меня получилось. И улыбка сама расплылась на губах, а рука потянулась потрепать по черной макушке, но к счастью я вовремя опомнилась и одернула руку под озадаченный взгляд Бьёрна.

— Как твоя матушка? У меня не было возможности попрощаться.

— Вы сотворили чудо, моя королева. — Райлон поднял голову, и в его глазах можно было все прочитать без слов. — Вы вернули блеск не только ее духовному камню, но и глазам, что стали совсем как мои. Сколько себя помню, в них не было серебра — лишь белесая пустота, да и та за последние месяцы жизни заволоклась фиолетовым маревом отравленной маны. Вы будто… вернули ей молодость.

Я удивленно глянула на Бьёрна. Уже успела воодушевиться, что маг был не прав, и я совсем скоро смогу творить такую магию, что чертов Морел сам в ужасе спрячется в самую далекую и темную нору, и больше никогда не выползет на поверхность.

— Разумеется, молодость Линде вы вернуть никак не могли. — остановил мое воображение маг, выставив перед собой ладонь. — Но здоровая кожа и волосы, румяный цвет лица преображают получше любых зелий красоты, ято так популярны у дам высшего общества. Вы полностью избавили ее от чужеродной маны.

— Мои тело и душа отныне преданы вам, моя королева.

Райлон обхватил руками мою ладонь и прислонился лбом к тыльной стороне, замирая на несколько мгновений. Мое сердце невольно ускорило бег, но неподобающей атмосфере не давал разлиться один невозможный маг.

— Ты уже давал клятву, — занудно напомнил Бьёрн. Он фыркнул и откинул вьющуюся челку с глаза, вокруг которого цвела черная метка.

А я знала, что эти слова значат для Райлона намного больше, чем рыцарская клятва, и от меня теперь зависела еще одна жизнь.

— Хорошо. А теперь встань. — приказала, высвободив руку. — Коленоприклонство у меня не в почете, когда нет посторонних глаз.

Райлон распрямился с вопросом застывшим в глазах. Я лишь легко ухмыльнулась, как бы обещая, что привыкнет к своей новой жизни этот парень не сразу.

— Рене еще не вернулась?

— Нет, хозяйка. — перехватил инициативу маг. — К вам временно приставлена Жанна личной служанкой.

Четыре дня и впрямь небольшой срок для того, чтобы спрятать Линду на окраине королевства и вернуться во дворец. Я спросила это лишь затем, чтобы убедиться, что Рене не пренебрегла нашими договоренностями из-за моего состояния. И она сделала правильный выбор.

— Ничего не случилось за дни, что я была не в себе?

Спросила, не ожидая ничего серьезного в ответ, но видя, как напряглись лица напротив, сразу поняла, что мирной жизни вокруг меня не бывает, даже когда я просто лежу бревном. И за что этот мир так со мной?

— Бьёрн? — вскинула бровь, смиряясь с действительностью, в которой мне постоянно приходилось уворачиваться от бесконечных стрел судьбы.

— Для внешнего мира вы были заняты восстановлением душевного равновесия после неприятного инцидента с Его Величеством при выборе рыцаря. — Бьёрн отзеркалил мою ухмылку — знал, что такая отговорка придется мне по душе. — Что сильно не понравилось Его Величеству.

Закатила глаза, благо сейчас стесняться мне было не кого, и я могла вывалить все свое эмоции на всеобщее обозрение. Атил раздражал меня одним своим существованием, а уж когда он открывал рот… В общем было довольно забавно осознавать, что никто кроме него не смог бы полностью понять эти чувства.

— Он трижды вызывал меня на аудиенцию, но получал от вас письменный отказ отпустить единственного личного рыцаря.

Легкая усмешка исчезла с моих губ, а недовольство во всю расцвело на лице. И чего теперь этому чертиле надо от моего рыцаря? Настроение только испоганил. Что Райлон принял на свой счет и начал извиняться за Бьёрна, который писал отказы моим почерком. Маг в свою очередь его тираду прервал более мрачными новостями.

— Сегодня вечером дворец посетил барон Бенуа. Он передал вам приглашение от имени леди Тибессы в императорский дворец, и новое требование для сэра Райлона от Его Величества на то же время. Встреча назначена через три дня. Благо вы очнулись раньше, чем нам пришлось придумывать новый предлог для отказа.

А это уже создавало проблемы. Леди Тибесса, как одна из Эскама, была слишком опасна для меня. Одно неверное движение, непрочный контроль маны, и она узнает, кто я на самом деле. И отказаться было нельзя, не хотелось проверять, каким будет следующий шаг Его Величества, который всегда получал то, чего хотел. Так будет и в этот раз. Но не впредь. Уж я позабочусь.

— Вот же неугомонный. — фыркнула я. — Что нибудь еще?

— После чаепития у леди Тибессы запланировано важное объявление от императорского двора. Нам лучше присутствовать.

— Известно, о чем пойдет речь?

— Обычно в это время объявляют бал открывающий подготовку к осеннему охотничьему фестивалю.

— Хорошо.

— Было еще одно письмо.

И вот тут Бьёрн занервничал. А вместе с ним и я, ведь знала, что мало какое событие могло выбить мага из равновесия. Ему всегда было что мне предложить, план действий всегда зрел в голове. Но сейчас он выглядел растерянно.

— Вскоре в столицу прибудет посланник из Орсы. — он говорил с осторожностью, но волоски на моих руках встали дыбом. — Это доверенный вашего отца. И он уже запросил аудиенцию в королевский дворец.

Я совершенно не понимала, почему каждый раз, когда речь заходила о родине Клариссы и ее отце, все тело сковывало судорогой напряжения. Я не могла ни вздохнуть, ни протолкнуть комок, вставший в горле. Воспоминания ускользали от меня, стоило только захотеть узнать больше. Мои пальцы заледенели, словно температура в помещении резко ушла вниз, и сердце больно забилось о ребра.

— Обсудим это позже, Бьёрн. — тихо выдохнула я. — У нас же еще есть время?

— Около двух недель.

Легче от этого мне не стало, но я постаралась взять себя в руки и глянула на Райлона, который решительно ничего не понимал, но готов был слушать мои приказы. И у меня было достаточно работенки для него.

— Сэр Райлон. — тон вышел таким, что парень вытянулся по струнке. — Я хочу, чтобы ты взял на себя обязанности по управлению охраной дворца. Сначала разберись с десятком рыцарей, что прислал Его Величество. Ты можешь сам решать, у кого есть потенциал, а кого лучше отпустить с миром. Возможно, кто-то из тех желторотых птенцов даже представляет для меня опасность, кто знает? В любом случае тебе не нужно обсуждать свои решения со мной. И помни, ты исполняешь мою волю. Поэтому если кто-то вздумает перечить или оскорблять тебя, я приму это на свой счет. Это понятно?

— Да, Ваше Высочество.

— После займись набором рыцарей, которые будут достойны доверия. Как ты уже понимаешь, мне нет дела до статуса их семей. Я хочу, чтобы мои ночи проходили в тишине и спокойствии. Тебе это все по силам?

— Да, Ваше Высочество.

— И еще кое-что. — замялась, что тут же считал Бьёрн и подозрительно сощурился. — Я хочу, чтобы ты время от времени давал моему сыну уроки владения мечом. Его личный рыцарь способный, не спорю. Но есть навыки, которые он не может у него как следует развить.

— Хозяйка, вы же не… — начал было протестовать Бьёрн, но я его остановила.

— Сэр Райлон теперь один из нас. И он не сможет делать свою работу как нужно, если мы будем что-то скрывать от него.

Бьёрн шумно засопел и потер ладонями лицо, чтобы скрыть гримасу негодования. Я же улыбнулась Райлону и приказала:

— Неси стул. У меня в запасе слишком много секретов. Разговор будет долгим.