Мои две половинки

Глава 3

«Какие планы на вечер пятницы-развратницы?»

«Сонечка, заезжай в гости. Целую, Ба.»

«Систер, забуримся вечерком в Синюю Яму?»

«Вам звонил +77746277807 в 16:26. Сообщения не оставлено. Детали: t2.ru/vap»

Последнее сообщение смахивала дрожащей рукой. А молитвы-то действуют. Рома пытался позвонить.

И что мне с этим знанием делать?

Предыдущие сообщения просто проигнорировала, как поступала весь предыдущий месяц. Нет у меня настроения на гулянки и вечеринки. Лучшая компания для меня сейчас — это море подушек, тёплый плед, тарелка орешек и обе части фильма «Супер Майк», которые помогали выдрать себя за волосья со дна озера депрессии.

К бабушке я решила наведаться в субботу, о чем написала в ответе. Но что делать с этой лазером бьющей по глазам надписью: вам звонил +77746277807 в 16:26?

Перезвонить? Записать короткое голосовое сообщение, содержащее брань и ругательства? Назначить встречу и явиться к месту с топором наперевес?

Похоже, я начинаю невольно сочувствовать серийным убийцам, поскольку понимаю, что в особо опасные моменты жизни в душе может созреть безотчётное желание убивать.

Я всё же набрала номер, но не Ромкин, а тот, что получила сегодня на работе от бывшего ученика нашей директрисы — Ильи Зарубина.

Он явился сегодня с утра, не спросясь развалился на стуле возле моего стола и передал взволнованной Олечке личное дело своего сына и все необходимые копии.

— Привет, — поздоровался как со старой знакомой.

— Доброе утро, — вежливо пожелала, не поворачивая головы от монитора.

— Как настроение?

— Как у жаворонка в полночь — недосуг чирикать.

Олечка почти бесшумно перелистывала бумаги и слишком уж въедливо прислушивалась к разговору.

— Колючая такая, — ухмыльнулся Илья и добавил: — Такой тебя и запомнил. Сколько должен за химчистку?

Я, наконец, снизошла до открытого взгляда. Нахмурила брови, соображая, о какой химчистке речь.

— Суббота, серебристый «Лексус». Ты воевала с «Крузаком», я предложил помочь — припоминаешь?

— А, так это тебя усыновила семья гамадрил и забыла научить хорошим манерам?

— Каюсь, повинен, — он широко улыбнулся и чуть склонил голову набок. — Я тебя ещё вчера узнал. Так сколько за испорченное пальто?

Какой удивительный экземпляр. Вначале по-хамски окатил из лужи, зачем-то запомнил аж на целый месяц, потом отыскал и горит потребностью возместить убытки. Может, у него биполярка?

— Не утруждайтесь, я в состоянии оплатить химчистку. А вам могу посоветовать курсы, где прививают зачатки воспитания.

— Вот здесь заполните, пожалуйста, — Олечка сунула родителю под нос несколько бланков, глянула на меня чуть ли не с завистью и отвернулась к своему экрану.

— И снова на «вы», — Илья вздохнул раздосадовано и взял с моего стола ручку, чтобы вписать данные в графы. — Насчёт курсов идея неплохая. Подыщи для меня что-нибудь, потом позвонишь и скажешь, когда и куда подъехать.

Не особо заморачиваясь, он оторвал от стопки цветной стикер, размашисто вывел на нём цепочку цифр и приклеил к нижнему краю монитора.

— Боюсь, тут одними курсами ситуацию не выправить. Как насчёт полной профессиональной переподготовки? — я потихоньку начала втягиваться в игру, хотя и чувствовала затаённую угрозу.

Пикапер же, как пить дать. Все эти обезоруживающие улыбочки, пулемётная стрельба глазами, расслабленная поза, призванная подчеркнуть его статус хозяина вселенной — тут и не пахло ювелирной тонкостью.

— Ради тебя готов хоть завтра записаться в институт благородных джентльменов, — он вывел затейливый росчерк внизу бланка и приступил к следующему опроснику.

— Какие жертвы ради незнакомки. Наверняка ты дико занят большую часть времени, раз исполняешь повеление каждой первой встречной.

— На самом деле действительно занят — работой, но готов посвятить всё свободное время самообразованию. Меня ведь чуть совесть живьём не сожрала за тот инцидент.

— Бедняжка, — присвистнула в пылу азарта. — Могу и здесь посоветовать делать на ночь йодную сетку. Отлично помогает от мук заторможенной совести.

— Из личного опыта знаешь? — он покрутил между пальцами авторучку и, не дожидаясь ответа, проговорил: — То, что окатил тебя из лужи, заметил сразу, но остановиться не мог — срочно вызвали на работу. Потом несколько раз приезжал в тот двор, пару раз заставал на том же месте «Крузак», но тебя отчего-то так и не встретил.

Правильно, потому что я навсегда покинула тот злополучный дом и прокляла владельца внедорожника.

Я опять уплыла мыслями в тот траурный день и отключилась от происходящего.

Олечка сумела перетянуть внимание Ильи на себя, они быстро закончили с оформлением документов, а я так и продолжала водить курсором по рабочему столу, отдаваясь арктическим водам воспоминаний.

На прощание Илья постучал пальцем по жёлтому стикеру со своим номером телефона и бросил:

— Непременно позвони насчёт учёбы. Хочу стать лучшей версией себя.

И я, дурёха, набрала номер тем же вечером, когда стрелки часов перевалили за отметку «10».

— Да, — ответил неандерталец почти мгновенно, будто только и ждал входящего вызова.

— Московский гуманитарный институт имени Патриса Лумумбы ведёт набор на факультет диагностики девиантного поведения, — понесла я откровенную околесицу.

— Так-так, погоди, я записываю, — сквозь короткий смешок отозвался Илья. — Как пишется слово «девиантный»?

— Через тире, — уверенно брякнула и закусила губу, сдерживая рвущийся смех.

— Записал: «факультет диагностики девиантного через тире поведения». Сонь, телефончик приёмной комиссии не подскажешь?

Веселье вмиг улетучилось.

— Откуда имя моё знаешь?

— Так на сайте школы нашёл. Фото, кстати, отличное. Тебе идёт загадочная полуулыбка.

— В курсе, что подобное явление нынче называется сталкерством?

— В мою молодость это именовалось заинтересованностью, но уверен, что ты способна подыскать универ, в котором меня отучат любопытничать. Какой-нибудь жутко модный бакалавриат по специальности Небельмеса Коляды.

— В тебе сейчас говорят «Смешарики»?

— А ты сведуща во всех темах. Признаю, смотрел с сыном на ночь, кое-что отложилось в лексиконе. У тебя тоже есть дети?

— Племянники, они обожают этих колобков, да и мне иногда интересно поглядеть на зайца с ёжиком.

— Что есть, то есть. Почему ты в тишине в вечер пятницы?

— А ты?

— Кир ещё не дорос до развратных вечеринок, — Илья добавил в голос веселья. — Вот через пару годиков зажжём с ним по полной. Блэкджек, океан продажной любви и всё такое прочее.

Меня передёрнуло от упоминания продажной любви и совсем не к месту вспомнилась Ромкина соседка с голыми сиськами.

— Дети сейчас рано взрослеют, — изрекла без тени улыбки.

— Да я шучу. Так почему ты дома, Соня?

— Потому что домосед.

— Значит, я нашёл твою фейковую страницу во ВКонтакте. Жаль.

Чёрт! Мне захотелось хлопнуть себя по лбу. Проклятая цифровизация. Теперь всякий человек лишён права на личное пространство. Всюду объективы камер и гигабайты беспечно разбросанных данных.

— Меня начинают пугать твои наклонности.

— «Знай своего врага, как самого себя, и выйдешь победителем из многих битв», — процитировал он и хотел добавить: — Это...

— Сунь-цзы из трактата «Искусство войны», я знаю, — похвастала умом и расслабленно откинулась на спинку кровати. — Так я для тебя враг?

— А сама как думаешь? Я потерял сон и покой с тех пор, как тебя увидел.

— Уверенно, это что сезонное, вроде авитаминоза или скарлатины. Что ещё поведал обо мне интернет?

— Я позже пришлю тебе видео, которое откопал в даркнете. Ты наверняка удивишься.

— Надеюсь, без моего участия. Ты и даркнет шерстил?

— Я очень дотошный.

— Тогда прощаемся. С минуты на минуту к тебе нагрянут парни из кабинета номер девять.

— Что ещё за кабинет такой?

— По типу британской Ми-6, отслеживают пользователей запрещённых ресурсов и прочих киберпреступников.

— Как вовремя ты предупредила, пойду съём распечатку с секретными кодами для взлома Пентагона.

— Господи Иисусе, зачем ты упомянул Пентагон?! — я театрально всполошилась. — Теперь мы оба под колпаком спецслужб. Телефоны уже на прослушке, в вентиляционные шахты опущены жучки с видеокамерами.

— Боюсь предположить, какому воздействию подвергся мусоропровод. По нему небось пущен смертоносный отряд морских котиков?

— Которые замаскированы под ниндзя-ассасинов. Короче, нам кабзда.

— Я так понимаю, ты и компьютерными играми не гнушаешься?

— Могу залипнуть в игрушку на пару выходных дней. Предпочтение отдаю интерактивным фильмам вроде «Детройт» или «Хэви Рейн», хотя по настроению могу погонять «Сталкера» либо «Скайрим».

— Прости за пафос, но я искал тебя всю жизнь, о прекрасная! — патетически воскликнул Илья. — А если серьёзно, ты классная. Давно так не трепал языком обо всякой ерунде. Можно нескромный вопрос?

Градус лёгкости беседы просел. Я мысленно насторожилась.

— В рамках приличий.

— Само собой. Тот блондин, что рядом с тобой на большинстве последних фото — это бывший или нынешний?

— Это горькое прошлое, умершее в настоящем.

— Болезненное расставание?

— Жёсткий удар под дых, — отделалась бестолковым ответом и попыталась закруглить разговор. — Ты извини, время уже позднее. Завтра с утра на вокзал, электричка отходит в 7:25. Я, пожалуй, спать.

— Собираешься в гости к родителям?

— К бабушке.

— Тогда, может, я с утреца заеду в «Командор», наберу кулёк пирожков и в качестве злого серого волка доставлю тебя к бабушке?

— Мне лень стирать и гладить костюм Красной шапочки, инсценировка отменяется. А электричкам я доверяю больше, чем хакерам со сталкерскими наклонностями.

— Жестокосердная София.

— Доброй ночи, Илья.

— Повтори!

— Доброй ночи, — после небольшой паузы проговорила вновь.

— Нет, моё имя. В интерпретации твоего голоса звучит очень... интимно.

— Не выдумывай.

— Повтори, а я включу диктофон. Сама сможешь услышать, как томно ты произнесла моё имя.

— Ничего подобного! Я вежливо пожелала тебе приятных снов.

— А чмокнешь на прощание?

— С чего это?

— Хотя бы потому, что я добавил «пожалуйста».

— Ты уже просмотрел первую лекцию из университета Патриса Лумумбы?

— Пока что начал изучение словаря Даля. Все новые для себя слова обвожу красным цветом. Буду заучивать, — он вздохнул, якобы опасаясь предстоящего объёма работы.

— Какая самоотдача! Ты начинаешь меня восхищать...

И чуть было не ляпнула: «... Ромыч».

Осознание едва не свершившейся ошибки сдавило нутро.

— Я вообще могу перевернуть твоё восприятие мира с ног на голову, так что не смущайся сублимировать на мне свои тайные желания.

— Вот например сейчас я хочу спать. Только тс-с, никому!

— Если примешь от меня видео вызов, готов заклеить себе рот скотчем.

— Почему мне постоянно кажется, что ты втягиваешь меня в какие-то сомнительные провокации?

— М-м, потому что я и впрямь втягиваю?

— Ну хоть признался.

— Тогда давай ответную откровенность. Ты уже в пижаме?

— Что ты, как можно?! На мне флисовый комбинезон, термобельё, шерстяные носки до колен и сверху душегрейка.

— Звучит жарковато. Поблизости на полную мощь работает кондиционер?

— Нет, я остужаю твой пыл, торопыга.

— Что ж, ты промахнулась. Я вообразил тебя в прозрачной шерсти и малость завёлся.

— Шерсть не бывает прозрачной.

— Тебе самой бы обновить знания. Разве не в курсе, что шерсть полярных медведей не белая, а прозрачная?

— По-твоему, я выпендрилась в шкуру полярного медведя?

— Вне всяких сомнений. И под моим углом зрения — это чистый секс.

— Ты неравнодушен к мишкам?

— А ты догадливая, раскусила мою мишкофилию на раз.

— Илья...

— Так что насчёт завтрашней совместной поездки к бабушке? Мне нестись с утреца за выпечкой?

— Тебе говорили, что ты ненормальный?

— Пытались намекнуть, но я не слишком легковерный. Так да или да?

— Осмелюсь предупредить, что моя бабушка — весьма крепкая пожилая женщина. В обиду себя не даст.

— А ты дашь?

— Так, мне стоит наведаться к окну и проверить, не полнолуние ли сегодня.

— Нет, глупенькая, я всего лишь спросил, дашь ли ты себя в обиду. Двусмысленно прозвучало, прости.

— Прощаю. Очередное незнакомое слово из томика Даля?

— Угадала. Я хоть правильно применил?

— Вне всяких сомнений. Самообразование тебе к лицу.

— Ты так активно хвалишь, что мне хочется урчать.

— Мы не закончим этот разговор. Я отключаюсь, Илья.

— Мы продолжим утром. Какой кофе ты любишь?

— Растворимый со сливками.

— Серьёзно?

— А ты ожидал услышать какой-нибудь «лавандовый флэт-уйат с халвой»?

— Скорее «зелёный чайный макиато с матча и шоколадом», хотя нет, лажанулся. Ты же не ешь сладкое.

— Вот именно. Отбой, Илюш.

— Чертовка. Так нежно лизнула меня в ушко и планируешь сбежать?

— У тебя пунктик на собственном имени?

— Скорее на твоём голосе. Он у тебя очень мягкий и глубокий, так бы и слушал всю ночь.

— Спешу тебя разочаровать, я громко и гулко храплю.

— Это из-за тяжести медвежьей шкуры. Она тебя душит. Готов предложить эквивалент: мои невесомые объятия. Они и согреют, и приласкают в нужный момент.

— Начинаю храпеть: хр-р-р.

— Приезжай ко мне, вместе почитаем Даля. У тебя явно наметились пробелы в вежливости.

— Продолжаю посвистывать...

— О, становится интереснее. А постанывать ты будешь?

— У-у-и-и...

— Это визжание, моя старательная храпунья. Я о настоящих стонах. Какая ты в момент удовольствия? Тихая или...

— Чао, развратник!

Я отключила телефон, убрала звук и бросила его на тумбочку. Заулыбалась от ощущения непередаваемого веселья. Давненько я так от души не потешалась над собеседником. И ведь вовсе не глуп оказался.

На этом моменте я закрыла глаза, натянула одеяло до самого подбородка и позволила воображению дорисовать рядом с собой тепло Ромкиного тела.

Как же его не хватает! До вспоротых нервных окончаний и надсадного ора.

Только додумалась до этого сравнения, как руки сами схватили телефон, а пальцы бегло прошлись по цифрам.

— Сонь? Случилось чего? — сонно прошептал в трубку голос, который окончательно затуманил воспалённый разум.

— Чего звонил? — спросила яростно, без грамма нежности или умиления, которые заливали изнутри.

— Услышать тебя хотел. И увидеть. Тоскую очень.

Он говорил отрывисто, словно взвешивал каждое слово. А я сопела в микрофон и до боли прижимала к лицу телефон, мысленно костеря себя за идиотизм. Ну зачем поддалась истерике? Для чего позвонила?

— У тебя всё хорошо? — с долей обеспокоенности спросил Рома.

— Чудесно. Завтра вот еду у бабушке с пирожками в компании серого волка.

Захлопнись! Прекрати!

— Познакомилась с мужчиной. Вроде ничего такой, — несла я откровенную чушь и не могла остановиться.

— Мне приятно слышать, что у тебя всё налаживается. Честно. Сонь?

— Надеюсь, у тебя тоже всё хорошо.

— Более-менее. Я люблю тебя. Сладких снов.

Я задохнулась от возмущения, а потом оборвала вызов и зарылась лицом в подушку, чтобы прокричаться.

Сукин сын! Да он никого кроме себя не любит. Чтоб ему пусто стало. Ненавижу.