Наказание жизнью

Глава 18 Поспешное решение

Гилиаму не спалось. Он вначале долго лежал в своей постели и смотрел в потолок палатки. Потом сел, приложил руки к вискам. Голова гудела.

– Увидела созданий. Увидела, – бормотал мужчина, не до конца осознавая, что думает вслух. – Шутки шутить изволите, боги?

Встав и натянув на ноги сапоги, вышел на улицу. Почти все уже спали. Один из патрулей, тихо переговариваясь, прошёл мимо.

Серое, затянутое дымкой небо выплёвывало мелкие снежинки. Лагерь поставили недалеко от границы, и были видны старые скрюченные временем деревья Рощи. А южнее прорисовывались горы.

– Мы отрезаны от остального мира, – продолжил монолог мужчина. Снег хрустел под подошвой, а ноги несли его в глубь лагеря. Остановился у шатра мадам Беатры. Уж очень хотелось воину справиться о здоровье назначенного им командира. Из мыслей вырвал звонкий голосок:

– Мастер Гилиам, обещайте, что не позволите Мартону погибнуть.

Главнокомандующий обернулся. В тени шатра стояла тощая фигура, кутаясь в плащ. Волосы она подвязала лентой и выжидательно смотрела на мужчину.

– Ты почему не спишь, охотница из селения Гудрас?

– Свои последние часы хотелось бы провести с учителем. Но мадам Беатра днём не впустила меня, а сейчас уже поздно.

– Последние часы? – нахмурился собеседник.

– Вы ведь сами приказали, – грустно улыбнулась девушка и опустила глаза. – Да и заслужила я. Мастер Ферт прав. Это предательство.

Гилиам взлохматил волосы, силясь вспомнить, что делал сегодня утром.

– Не знаю, о чём ты. Я никаких приказов на твою особу не давал. Что случилось, охотница?

Лилиит подняла взгляд на мужчину, который вселял в неё страх.

– Я покалечила одного из командиров пехоты. Отрубила ему кисть.

– Зачем? – У мужчины не вязался образ хрупкой девушки с нападением на воина его армии.

Вместо ответа Лил сделала шаг вперёд, выходя в свет небольшого костра, что выбрасывал свои искры в серое небо.

Нижняя губа напухла и треснула. В центре запеклась кровь. Подбородок по цвету был таким же, как глаза охотницы.

– Кто именно из командиров это сделал? – голос посуровел, а девушка вздрогнула.

– Я не знаю его имени.

– Ферт, значит? Иди в выделенный охотникам шатёр и отоспись. Никаких приказов о твоём наказании я не отдавал. Никто не посмеет и пальцем тронуть отряд, собранный мною.

Он говорил как фанатик. Карие глаза пылали идеей, о которой девушка ещё не знала.

– Мастер Гилиам, – осторожно начала Лилиит, – я бы хотела увидеть Мартона и узнать, как он себя чувствует.

– И об этом завтра. А сейчас иди спать. Это приказ.

Кинув последний взгляд на мужчину, который только что избавил её от повешения, Лилиит удалилась.

Гилиам выбрал направление и ускорил шаг. Шатёр братьев Конви расположен был южнее и имел золотистый оттенок.

– Ферт! – гаркнул полководец, не смея вламываться на личную территорию баннеретов.

– Мастер Гилиам? – На улицу вышел Велд, сонно потирая кулаком заспанные серые глаза.

– Где Ферт?

Мужчина пожал плечами. Сегодня вечером он не видел младшего брата.

– Он вроде к искусительницам собирался.

– Мадам Беатра сейчас использует шатёр под лазарет. Сомневаюсь, что из-за желаний одного воина она решит нарушить покой раненых.

– А что случилось?

– Твой брат лезет не в свои дела.

– Молодая кровь горяча, – покачал головой старший Конви.

– Когда он вернётся, передай, что я хотел его видеть.

– Хорошо, мастер Гилиам.

Полководец отошёл от палатки и поднял взгляд к мутному серому небу.

Лилиит не спалось. Она ворочалась, то и дело толкаясь спящих рядом парней. Они возмущённо бурчали и вновь ныряли в сновидения. Холодный ветер иногда прорывался через приоткрытый полог палатки, заставляя плотнее кутаться в тёплый плащ, который девушка использовала вместо одеяла. Мимо шатра охотников прозвучали шаги патрульных и приглушённые голоса.

– Слышал новость? Ферт Конви пропал. Со вчерашнего вечера его никто не видел.

– Так он же с охотниками поцапался. Может, того? Укокошили они его?

– Джамас этим утром собирает командиров пехоты. Сказал, что даже сам полководец не сможет защитить эту бабёнку. Она должна ответить и за командира, и за баннерета.

Девушка встрепенулась и села. Неужели они думают, что она могла убить баннерета?

«Надо что-то делать», – решила она и, забрав свою суму, выскользнула из шатра.

Воины прошли мимо, и блики факелов терялись в предутренней мгле. Она не до конца понимала, что хочет сделать. Но судьба решила за неё.

– Я, кажется, велел тебе идти спать, охотница.

Гилиам шёл тем же путём, что и патрульные.

– Вы нашли мастера Ферта?

– Нет, – честно признался воин. – Брат его не видел. В лагере он не появлялся. Где же его носит?

Девушка закусила губу, борясь с собой.

– А что?

– Я слышала разговор патрулирующих воинов… – начала она и замолчала.

– Продолжай.

– Да нет, ничего такого. У вас есть предположения, куда мог пропасть ваш баннерет?

– Это не должно касаться рядового охотника.

– Я вас поняла, мастер Гилиам. В таком случае позвольте откланяться.

– Куда ты собралась, охотница из селения Гудрас, в такую рань?

– Это не должно касаться рядового полководца, – улыбнулась девушка, вогнав Гилиама в ступор.

– Плутовка, – возмутился воин, когда Лилиит скрылась за шатром.

Уже через час весь лагерь будет стоять на ушах от двух новостей. Пропал баннерет Ферт Конви, который на досуге поругался с охотницей и подделал документы на её казнь. А также исчезла обвиняемая в предательстве девушка. Гилиам никому не сказал, что видел её перед побегом дважды. Но очень жалел о том, что позволил ей так легко уйти. Всё же три бессонные ночи плохо сказывались на способности здраво мыслить. Мартон пришёл в себя, но лазарет не покидал. Когда он услышал о побеге ученицы и возможной казни, пришёл в бешенство и чуть ли не вытряс душу из полководца, требуя отыскать её.

Лилиит сама не знала, зачем покинула лагерь в такой спешке, ведь Гилиам обещал ей защиту. Но пропажа баннерета и слухи выбили почву из-под ног, и она сделала так, как советовала ей интуиция. Вот только внутренний голос говорил все тише, заглушаемый здравым смыслом. Она сама у себя спрашивала, куда несут её ноги. Ей совершенно ничего не известно о Землях Мёртвых. Кто знает, какие опасности её поджидают через следующий десяток шагов? Но упрямство гнало её вперёд. Местность медленно обрастала буграми и ярами. Снега становилось всё меньше. Деревья попадались редко. Да и были они скрючены и тянулись ветвями к земле, а не к светилу.

Ближе к полудню Лилиит остановилась на берегу реки Каланта. Лёд был тонкий. Видимо, весна уже подкрадывалась к ним. Набрав воды во флягу, которую девушка одолжила у Осванда, присела отдохнуть. Она совершенно не представляла, как выживать и куда держать путь. Можно, конечно, вернуться обратно в лагерь при условии, что она найдёт дорогу, и сказать, что прихватило живот. Но это не объяснит, зачем она взяла с собой вещи и оружие. Кляня себя за собственную дурость, девушка встала с земли и отряхнула плащ от снега и налипших комьев грязи.

На другом берегу реки кто-то стоял и, наклонив голову вбок, наблюдал за Лилиит. Она моргнула, но человек не пропал.

Не отрывая взгляда от незнакомца, девушка начала медленно отступать. Но тот не двигался, продолжая пристально смотреть в сторону охотницы. Как только река скрылась за холмом, Лил наконец свободно выдохнула и сделала два больших глотка из фляги. Ледяная жидкость опалила горло, заставив поёжиться.

– Кто ты?

Охотница вздрогнула, выронив флягу. Прямо перед ней стояло существо, похожее на человека. Серая кожа была настолько тонка, что просвечивались вены. Они пульсировали, образовывая паутину на лице. Два заплывших кровью глаза, не мигая, смотрели на Лилиит.

– Человек. А ты?

– Человек? – удивился внезапный собеседник, шевеля тонкими губами, которые находились на том же месте, что и у обычных людей.

И теперь девушка признала в этом существе того, кто наблюдал за ней с того берега реки Каланта. Вот только понять не могла, как он смог так быстро её пересечь.

– А что такое человек? – продолжал допрос неизвестный вид.

– Раса, заселившая бо`льшую часть мира! – выпалила ответ охотница.

– Никогда о такой не слышала, – удручённо покачало головой серокожее создание, наконец выдавая свой пол.

– А ты кто? – полюбопытствовала Лилиит, она никогда не встречала разумных монстров. Даже не слышала о таких.

– Я? – удивилась вопросу незнакомка. – Я демон.

– Я требую собрать отряд и найти Лилиит! – Мартон стоял в палатке полководца, опираясь на узловатую палку.

– Тратить столько усилий на дезертира? – поджал губы Велд Конви. Из своих сорока одного года двадцать он провёл в армии и очень часто становился свидетелем дезертирства. Таких обычно нагоняли и вешали на ближайшей ветке. Вот только Гилиам не позволил бы так поступить с одним из охотников. – Лучше разыщите моего брата. Ферт никогда не отлучался так надолго.

– А кто сказал, что дезертиром является Лилиит, а не твой брат? – Мартон сверкал зелёными глазами, будто хищник в поисках добычи.

– Успокойтесь, – постарался утихомирить спорщиков Азард, ища поддержки у Гилиама. Но тот молчал.

– Тогда я сам выдвинусь на поиски Ферта, – злился Велд.

– Азард прав. Успокойтесь оба. Я ищу выход. – Главнокомандующий приложил руки к пульсирующим вискам. Ему так и не удалось поспать. – Велд Конви, когда ты в последний раз видел брата? Вспомни, может, он вёл себя странно или сказал что-то, что врезалось тебе в память.

Мужчина отвёл взгляд в сторону, стараясь припомнить их последнюю встречу, а потом отрицательно мотнул головой:

– Ничего. Абсолютно.

– Лилиит я видел дважды перед её побегом, – раскололся мужчина. – Первый раз у шатра мадам Беатры. Она надеялась попасть внутрь и попрощаться со своим учителем, так как Ферт Конви убедил девушку в том, что я огласил ей смертный приговор. А потом утром у шатра охотников. Она уходила.

– И ты не остановил её? – Если бы не палица, что сохраняла равновесие, Мартон бы кинулся на него.

– Я и предположить не мог, что она сбегает, – развёл руками Гилиам.

– Она что-то сказала? Что-то что указывало бы на её вину в смерти моего брата?

– Сказала только, что слышала речь патрульных. Но о чём они говорили, смолчала.

– Да не могла девчонка убить Ферта Конви! Что за глупости? – Азард накручивал на палец кончики седых волос, собранных в хвост. – Тут что-то другое.

– И ты туда же, Азард? Тоже будешь защищать охотников?

– Я не охотников защищаю, а здравый смысл. Поговори с командирами пехоты. Я уверен, что под градусом у них язык развяжется.

Гилиам устало смотрел на Мартона. Он упустил охотника, в котором проснулись способности.

Велд Конви быстрым шагом направлялся к одному из костров. При виде баннерета разговоры поутихли.

– Кто из вас Джамас?

– Я, мастер. – От костра отошёл высокий мужчина с широким лбом.

– Если ты ответишь правдиво на мои вопросы, то получишь флягу дорогого вина.

Глаза мужика алчно блеснули.

– Когда ты видел моего брата в последний раз?

– Дык, тем вечером, когда та полоумная баба Патану кисть отпанахала.

– Где сейчас Патан?

– С того вечера я его не видел, – развёл руками Джамас.

– Почему не доложили о пропаже? – посуровел баннерет.

Мужик опустил глаза и не смог дать вразумительного ответа.

Велд Конви обречённо вздохнул и направился к шатру главнокомандующего. Мальчишка, которому он должен был доложить о происшествии, был младше его почти вдвое. О чём думал Йосфрин?

– Третий, – высказал мысли подчинённого Гилиам.

– И никаких зацепок. Мы не можем сдвинуть лагерь, пока не вернём моего брата.

– В этом я с тобой согласен. Но нам также необходимо отыскать охотницу и командира отряда пехоты.

– Ты ставишь их жизнь на одну линию с моим братом. Не зарывайся!

– Для меня все подчинённые равны. Будь на моём месте кто-то другой, отряд бы уже давно отправился дальше, не обращая внимания на потери и записав их в журнал погибших.

Велду нечего было ответить. Тут Гилиам был прав. Только из-за одного человеколюбия полководец задерживается на несколько дней на одном месте.

В шатёр без предупреждения ворвался мужчина. Волосы растрёпаны, из-под кольчуги торчит грязная рубаха, голенище правого сапога сползло:

– Я хочу доложить мастеру Гилиаму о том, что видел баннерета Ферта Конви сегодня утром. И он просил передать его брату, чтобы не искал его. Он направился обратно к батюшке с матушкой. Сказал, что война не его ремесло.

– Почему ты явился только сейчас? – Главнокомандующий почти рычал.

– Мастер Ферт любезно поделился со мной своими запасами вина, – стыдливо опустил глаза воин. – Я только сейчас проснулся.

– Беспредел! – взмахнул руками полководец. – Велд, твой брат мог так поступить?

– Нет, – покачал головой мужчина. – Этот солдат или лжёт, или принял кого-то не того за моего брата.

– Но я лично провёл его до Рощи, – оправдывался воин.

– Что? – В этот раз баннерет и полководец выдохнули одновременно.

– Он просил показать ему путь.

– Гилиам, мне нужны люди и несколько охотников. Я отправляюсь проверить слова этого человека. Если он лжёт, разреши мне прирезать его на месте.

– Разрешаю, – махнул рукой главнокомандующий, наблюдая за тем, как бледнеет гонец. – У тебя есть два дня. Если не вернёшься сам или с братом, я снимаю лагерь.

– Спасибо, мастер Гилиам, – чинно склонил голову Велд Конви и вытащил за шкирку воина, принёсшего новость, на улицу.