– Приложи к ране. – Дитани подала своей гостье круглый серый камень с розовыми прожилками. Он будто пульсировал.
– Что это?
Лилиит взяла в ладони тёплый гладкий камешек и поднесла к пламени свечи, чтобы разглядеть получше.
– Мы называем их дани`рами, и они живые.
Охотница недоверчиво посмотрела на данную ей вещицу:
– Живые?
– Да. Но они дружелюбны, не бойся. Это раса лекарей. Жаль только, живут недолго, потому что впитывают всё то, от чего избавляют.
Доверившись демону-нунаби, девушка поднесла камешек к подбородку и прислонила. Она не видела, как из него выскользнули тонкие розовые щупальца и проникли под кожу. Лилиит чувствовала только лёгкое покалывание.
Дитани улыбнулась. Она привела Лил в свой небольшой дом. Каменные стены не пропускали мороз и ветер. Окон не наблюдалось, зато под самым потолком тянулась прозрачная полоса из неизвестного охотнице материала, позволяя видеть серое ночное небо.
– Ты, наверно, голодна. Я сейчас что-нибудь придумаю. – Демон-нунаби выскользнула из комнаты. Ткань, заменяющая дверь, качнулась. Лилиит убрала от лица камень. Одна из розовых прожилок почернела. Девушка зевнула и потёрла глаза. Не отдавая себе отчёта, она положила камень-дани`р в суму и обвела взглядом небольшую комнату. Узкая низкая кровать, сплошь укрытая тёплыми шкурами, и вырезанная из камня чаша с водой для умывания стояли у глухой стены напротив выхода. И больше ничего. Только голые серые стены, украшенные маленькими светильниками.
– Не заскучала? – Демон-нунаби откинула в сторону занавеску и зашла в комнату с двумя пиалами в руках. В ёмкостях плескалась зеленоватая жидкость с кусочками чего-то непонятного.
– Спасибо. – Лилиит приняла пиалу из рук. – А что это?
– Чара. Похлёбка из подземных грибов. Не нравится?
Лилиит задержала дыхание и сделала первый глоток. Горячая жидкость скользнула по горлу, а на языке остался сладковатый привкус. Зажмурившись от удовольствия, охотница поблагодарила новую знакомую за угощение.
В глубине дома что-то упало и со звоном разлетелось на кусочки. Дитани, ничего не говоря, поставила свой нетронутый ужин на каменный пол и вылетела из комнаты с помощью доступного только демонам-нунаби умения. Лилиит подавила в себе зависть и продолжила поглощать чару. Грибы скользкими кусочками хрустели на зубах, но голод утоляли. Когда хозяйка дома вернулась, охотница уже поела и рассматривала своё отражение в чаше с водой: кровоподтёк на подбородке исчез, а губа зажила.
– Брат вернулся. Я хочу вас познакомить. Идём.
Лилиит бросила последний взгляд на своё отражение и проследовала за Дитани. Охотница полностью доверяла новой знакомой, и это чувство её пугало. Всё это походило на хорошо обставленную ловушку. Вот только зачем им понадобилась именно она? Лил вышла за демоном-нунаби в идеально круглый коридор. За спиной осталась одна из занавесок. Две другие, по всей видимости, вели в кухню и комнату брата Дитани. А вот четвёртый выход, который вёл на улицу, был перекрыт каменной плитой.
Демон свернула направо и пропустила гостью в комнату. Обставлена она была не в пример лучше. Такая же низкая кровать, но шире, укрытая пушистой белой шкурой, и чаша для умывания. Единственным отличием был широкий, светящийся изнутри камень высотой по пояс в углу комнаты. По всей видимости, использовали его как стол.
– Кого ты притащила, сестра?
На кровати сидел мужчина. В полумраке было сложно разобрать черты лица. Он встал и обратил взгляд к Дитани.
– Отвечай! – он говорил тихо, но и этого было достаточно чтобы сжаться от страха. Белые волосы доходили ему до плеч, а глаза смотрели уже не на сестру, а на гостью.
– Это Лилиит. Она человек.
– Человек? – Брат Дитани перевёл взгляд на родственницу. – Зачем ты привела в наш дом человека?
– Она была одна в пустоши. Её могли убить или съесть. Как я могла покинуть нуждающегося?
– А ты уверена, что она в тебе нуждается? – Рот искривился в усмешке. – Что делает человек по эту сторону Рощи?
– Так ты знаешь о такой расе? – Дитани удивлённо вздохнула.
– Слышал от предков.
Лилиит наблюдала за этим разговором и чувствовала, как внутренности сжимаются в комок от страха. Она запоздало вспомнила, что оставила свой меч в комнате Дитани, а быстрее нунаби она туда добраться точно не сможет.
– Так какие боги провели тебя, человек, через Рощу?
– К сожалению, богов в нашей армии я не заметила, – пожала плечами охотница, наблюдая за реакцией мужчины.
– Армия? – демон-нунаби нахмурил лоб. – Тут?
– Я видела их. – Дитани кивнула головой. – Несколько тысяч воинов. Но издали не признала в них человеков.
– Людей, – поправила её Лилиит.
– Моё имя Аминуан. И я глава клана Нунаби. Человек Лилиит, расскажи, с каким умыслом тут человеческая армия. Я хочу сберечь в целостности жителей своего племени. Мы сохраняем нейтралитет на протяжении пяти сотен лет и не хотим его нарушать.
Дитани закусила губу.
– Завоевательная кампания. – Охотница сама не знала, зачем выдаёт эту информацию. – Королевство Айвория, чьи границы заканчиваются с той стороны Рощи, решило расширить свои территории.
– Вот как… – Демон-нунаби улыбнулся, демонстрируя идеально круглые зубы. – А какие именно земли собирается присвоить себе ваш правитель?
– Это мне не известно. – Лилиит постаралась прикусить язык, но он выбалтывал все тайны.
– Имя командира и численность армии?
– Гилиам. Свыше трёх тысяч воинов.
– Кого ты привела и зачем? – Теперь Аминуан смотрел на свою сестру. Может, он и до этого обращал на родственницу взгляды, но из-за отсутствия зрачков Лилиит этого не замечала.
Дитани сплела руки на груди в замок:
– Я спасла её. Ясно тебе?
– Иди в комнату моей сестры, – повелел демон.
И, к своему ужасу, Лил не смогла ослушаться.
– Тебе не показалось, мастер, что моя ученица вела себя странно последнее время? Может, что-то случилось при переходе Рощи?
Мартон и Гилиам находились в шатре мадам Беатры. Охотнику порекомендовали ещё несколько дней провести в лежачем положении. Лагерь все ещё стоял на месте и не спешил сниматься в путь, что дало Мартону такую возможность.
– Если бы я знал, какая она на самом деле, – ответил. – Я могу охарактеризовать её только одним словом – упёртая.
Полководец рассмеялся:
– Тут не поспоришь. Она ломилась к тебе всё время после того случая в Роще.
– А я ведь так тебя и не поблагодарил за спасение, мастер Гилиам.
– С тобой было проще, чем с твоей ученицей, – признался мужчина, прикладывая руки к гудящей голове.
– Я могу попросить тебя выделить мне лошадь на несколько дней? Я хочу найти её. А держать всю армию на одном месте плохая идея – люди начинают роптать.
Гилиам покачал головой:
– Это я тебя кое о чём попрошу.
– О чём? – Мужчина напрягся и приподнялся на локтях, чтобы лучше видеть лицо своего собеседника.
– Присмотри за моими людьми и выдели мне несколько умелых охотников. Не с твоим здоровьем сейчас разъезжать по Мёртвым Землям. Если эту охотницу можно ещё отыскать, я это сделаю. К тому же и у меня есть причины её искать.
– Какие? – Мартон уже сидел.
– В этой девочке откликнулась сила охотника. Именно благодаря ей мы все живы, а не лежим в Роще с обглоданными носами. Если боги не пошутили, то я в состоянии выполнить свою мечту. Она мне нужна.
Мартон промолчал. Он не шибко верил в легенды и не разделял безумных идей полководца, но Лилиит отыскать надо, и теперь он согласится на любые условия. Сейчас Мартон чувствовал себя так, будто потерял не ученицу, а дочь.
Главнокомандующий оставил охотника и направился к кровати, отделённой ширмами. Велд Конви не спал, а смотрел в цветастый потолок стеклянными глазами.
– Ты меня слышишь? – Гилиам опустился на складной стульчик.
– Да, – глухо отозвался баннерет.
– Как ты?
– Такое чувство, что из меня всю жизнь высосали. Болит все, и говорить не хочется.
– Если ты расскажешь мне то, что произошло с тобой в Роще и как ты нашёл Ферта, у нас будет шанс отомстить тем, кто это сделал. Кто это сделал, Велд?
Мужчина повернул голову набок и заглянул в глаза Гилиаму:
– Демоны. Они убили моего брата.
– Ты сейчас бредишь. Нет тут демонов.
– Есть, но они отводят нам глаза. Шестипалые демоны убили моего брата и командира пехоты – Патона. Не удивлюсь, если тело твоей охотницы тоже в скором времени обнаружится.
– Почему ты уверен в этом?
– Я заплатил за эту информацию, королевич.
Гилиам вздрогнул:
– Я воин. Никаких привилегий у меня нет.
– Как скажешь, – согласился старший Конви. – Только они по эту сторону Рощи и по эту сторону реки. Они настолько близко, что ты и представить себе не можешь. Больше ничем тебе помочь не могу. Но если встретишь шестипалую тварь – убей. Ради моего брата – убей её и повесь на собственных кишках.
Полководец пожелал скорого выздоровления и вышел из шатра мадам Беатры. Стоило приступать к поискам, но он даже не представлял, с чего ему начать.
Лилиит не знала, сколько прошло времени со знакомства с шаманом клана Нунаби. Серый свет сменился на розовый, затем на белый. Наступил день. А она так и сидела на кровати Дитани и не смела пошевелиться. Спина болела от напряжения, руки и ноги затекли. Но сигнал из мозга не поступал. Прислонённый к стене стоял её меч, но она не могла его взять. Лилиит не контролировала своё тело.
– Есть хочешь?
Охотница подняла глаза на демона-нунаби, что стояла в проходе.
– Нет. – Слово оцарапало горло.
Демон присела на кровать рядом со своей гостьей и провела рукой по её растрепавшимся каштановым волосам:
– Не держи на меня зла, человек. Я всегда хотела себе игрушку. У всех была своя, кроме меня. Ведь я сестра шамана, мне не положено по статусу. А я ведь спасла тебя, ты должна мне быть благодарна. Не смотри так. Ты всё равно не сможешь ничего теперь сделать. Нунаби могут внушать не только страх, но и другие эмоции и мысли. Думаешь, что ушла из лагеря по своей воле? Как бы не так. Я давно за тобой присматриваю. Женская особь в кругу мужских может наделать много глупостей. Я уберегу тебя, моя игрушка. Только моя… – Тонкие пальцы с длинными когтями перебирали пряди, которые так и норовили завиться в колечки.
– Почему я?
– Я же уже сказала: меня привлекло то, что ты не такая, как твоё окружение. Это уже там, у реки, я поняла, что ты особь женского пола. Странная у вас раса. Вроде и похожа на нашу, но такая слабая, несовершенная. Да и к тому же тебя изгнали. Это я тоже знаю. Смертный приговор простым существам не выносят. Моя игрушка.
Лилиит вспомнила слова Сэлис во время их первой встречи. Тогда они были где-то между мирами. Она говорила так же одержимо. Присваивала себе её душу. Охотница стиснула зубы и пообещала себе, что даже ценой собственной жизни выберется отсюда.