Наследство испанской бабушки

Глава 12

Утро началось для меня ровно в шесть с похрустывания собственных ребер. Вообще на тумбочке вот уже как несколько минут разрывался будильник, но он не беспокоил ни меня, ни Бернарда. Мужчина только потянулся в кровати и сжал меня так крепко, что я проснулась.

Отключив навязчивую мелодию, я рухнула обратно на подушку, так и не избавившись от крепких объятий. Бернард будто не собирался просыпаться и отпускать меня.

И я решила воспользоваться моментом. Мне никогда не предоставлялась возможность рассмотреть мужчину так близко, а теперь, когда он спит крепким сном, я могу позволить себе эту маленькую слабость.

Густая шевелюра светло-рыжих волос с пшеничным отливом даже сейчас была уложена назад, будто его прическа приняла такую форму и не меняла ее даже во сне. Еще у Бернарда были невероятно густые брови и ухоженная симпатичная борода, которая ему очень шла.

Грубую, на первый взгляд, кожу покрывали мелкие шрамики и царапинки. Но на лице еще не было морщин, свидетельствующих об усталости и нелегкой работе.

А эти мощные руки…. Я никак не могла отказать себе в удовольствии в который раз провести пальчиками по прохладной коже мощных плеч, по витиеватым татуировкам, доходившим до запястий.

– Соня, не щекотись, – пробурчал мужчина сквозь сон и перевернулся на другой бок, не забыв перетащить меня с собой. Я чуть с кровати не улетела, блин!

– У тебя звенел будильник, уже шесть утра.

– Я не хочу на работу.

– А кто хочет? Давай, вставай! Любишь хорошо зарабатывать – люби и работать.

– Говорит мне девушка, которой несколько миллионов на голову свалились, – на голову Бернарда сваливается подушка, которую я кидаю, и мужчина безапелляционно встает с кровати, – все, поднимаюсь, поднимаюсь. Сонь, я вечером только приеду.

– Ну ничего. Я буду ждать.

Пока Бернард собирается на работу (интересно, в чем вообще заключается его работа?) я валяюсь в кровати, сладко потягиваясь на простынях. Нет, а что? Мне в шесть утра на работу не надо, так что могу себе позволить.

Все так же лежа в кровати, я помогаю Бернарду выбрать костюм, галстук и целую на прощание, отправляя на работу. Прямо семейное утро какое-то!

Единственным минусом этого утра было то, что оно началось не в моем доме. Здесь не было моих вещей, моего дворецкого. Пусть Бернард и позаботился о самом необходимом для меня, это все равно было не то.

Так что, когда через пятнадцать минут я выползла из кровати, заправила ее и почистила зубы, потопала к себе домой. В гостях оно, конечно, хорошо, а дома прислуга.

– Софья Александровна, – удивленно в коридоре встретил меня Николай, – что-то Вы рано. Доброе утро.

– Доброе утро! Кто ж знал, что Бернарду нужно будет в шесть свалить на работу? Жаворонок он недоделанный! Знала бы, все перья повыщипывала. А что у меня на завтрак, Николай?

Прислуга, не готовая к столь раннему появлению хозяйки, шустро бегала по дому, пока я выбирала домашний костюм и писала Насте с приглашением на чай и девичью беседу.

Хоть в наших взаимоотношениях с Бернардом я сама пока ничего не понимала, мне жутко хотелось поделиться этим с кем-нибудь. И единственным кандидатом была соседка. Еще Шамаев, конечно, но с ним у нас пока не настолько доверительные отношения….

Сразу после дивных блинчиков со смородиновым вареньем я отправилась в сад. В конце концов, нужно же посмотреть, что случилось с растениями за время моего отсутствия.

А потом на грядки пришла и Настя. Девушку так взволновало мое сообщение, что она сразу приема пищи оставила дочь на Артема и примчалась ко мне.

– Вы с ним переспали? – был первый вопрос, как только я оказалась в радиусе ее зрения.

– И тебе здравствуй, Насть. Между нами ничего не было, но мы спали вместе….

За прополкой перцев я рассказала девушке все так, как было. И о бабушке, и о дворецком, и об отъезде в Испанию на несколько дней, и даже о загадочном начальнике Бернарда, который ему уже вовсе не начальник.

Настя слушала, разинув рот. Судя по всему, такие страсти в их поселке не кипели еще никогда.

– У тебя не жизнь, а сценарий остросюжетного романа…. Это ж надо было влюбиться во владельца незаконного бизнеса!

– Не ори ты, Насть. Мне, в конце концов, не с бизнесом жить, а с Бернардом. Да и вообще может не жить еще. Он сказал, что я ему нравлюсь. Я призналась, что мне он симпатичен. Но дальше разговор как-то не зашел….

– Знаешь, подруга, когда двое людей говорят о чувствах, дальше обычно разговор идет уже о свадьбе!

– Нет, нет, нет, – открестилась я, – никакой свадьбы пока. Я о нем не знаю практически ничего! Между нами, конечно, остросюжетная заварушка произошла, но без отношений в ЗАГС не пойду. Сначала романтика, свидания, знакомство с родителями, предложение красиво, а потом уже свадьба.

– Ага! – Настя почему-то захохотала во весь голос, только отмахиваюсь от меня, – прямо вылитая я в молодости! Только моей уверенной позиции хватило на месяц. А потом день романтика, день на переезд и день на подачу заявления.

– Ну не знаю….

С Настей мы говорили еще долго. Точнее говорили мы ровно до того момента, пока Артем не позвонил жене и не потребовал ее домой в срочном порядке, потому что их любимой малышке захотелось в туалет.

В какой-то степени я очень хотела жить такой жизнью, которой жила Настя. Мне хотелось семью, заботливого мужа рядом, ребеночка. Но всего этого мне хотелось не настолько сильно, чтобы забыв обо всем, выходить замуж за соседа, которого едва знаю.

Советоваться с дворецким я постеснялась. Он, конечно, знает Бернарда дольше, чем я. Но отчего-то мне казалось, что мужчине наши любовные страсти нигде не уперлись.

За ужином я бездумно листала ленту в социальной сети, параллельно втыкая вилку в кусок копченой курицы в салате. Я бы и продолжила так делать, если в кухню бы не влетел Бернард, точно вихрь.

Мужчина так быстро оказался позади меня, что я пискнуть не успела, как была посажена на стол, где несколькими секундами ранее преспокойно стояла тарелка с салатом.

Бернард навалился на меня всем телом и нагло впился в губы с горячим поцелуем, сносящим остатки разума. Я даже забыла, что нужно сопротивляться, и чуть не отдалась ему прямо на обеденном столе!

– Джентльмены, – обратился Бернард к шокированным повару и дворецкому, – будьте добры, оставьте нас с Софьей Александровной на пару минут.

Мужчины удалились с кухни. В помещении остались только мы. Я, Бернард и искра страсти, вспыхнувшая между нами.

– Ты обещала дождаться меня, Сонь, – говорит мой собеседник чуть строго, присаживаясь за стол.

– Так говоришь, как будто ты в армию ушел, а я замуж за твоего лучшего друга вышла…. Я не дождалась по-твоему? Видишь, сижу, жду.

– Но ты не у меня дома! – вспыхнул Бернард, пододвигая к себе не доеденный мною салат.

– Так мы не договаривались, что я буду у тебя дома…. Бер, у тебя скучно! Я там ничего не знаю. Мне одной вообще страшно в домах находиться.

– Ладно, прощаю тебя на первый раз. Прости, не подумал, что тебе может быть некомфортно без меня в доме, – я только понимающе киваю и отбираю у мужчины вилку.

– А на ужин только диетический салат?

– Нет, повар, кажется, еще что-то готовил. Но ты выставил за дверь его вместе с дворецким! Иди раздевайся, мой руки и будем ужинать.

Когда Бернард с удовольствием согласился составить мне компанию, я даже застеснялась, потому что пригласила его на ужин, приготовленный не мною. Эх, знала бы, поколдовала тут на кухне!

Николай быстро накрыл стол на две персоны и, по-доброму улыбнувшись, удалился с кухни.

Ужин прошел очень тихо, по-семейному. Бернард рассказывал о работе, правда вскользь, спрашивал о моем дне, хвалил стряпню. В общем, все было так, будто мы настоящая семья вот уже несколько лет!

– Спасибо, ужин был замечательный. Сонь, завтра на ужин я хотел бы пригласить тебя в ресторан. Вообще нас босс приглашает…. Если ты не хочешь, можешь не ходить.

– Я бы с удовольствием куда-нибудь выбралась. Только нужно платье подходящее выбрать.

– Можем съездить и купить что-нибудь, – говорит Бернард, обнимая меня сзади, – завтра весь день я в твоем распоряжении. Я и мой кошелек.

– Спасибо, но кошелек у меня и свой есть. А поехали куда-нибудь в торговый центр? По магазинам пройдем, кино посмотрим, мороженое поедим.

– Только если шоколадное, – соглашается Бернард.

После ужина я решаю помыть посуду. Несмотря на наличие прислуги в доме, я хочу оставаться хозяйкой. Как бы много денег у меня не было, человеческие функции хочу выполнять сама, а не сгружать все на других.

Бернард, как ни странно, вызывается мне помочь. Он становится рядом и протирает полотенцем только что вымытую посуду. Параллельно мы болтаем о чем-то отвлеченном: то о моде, то о соседях, а то и вовсе о погоде.

И на меня вдруг накатывает чувство безграничного счастья. Вот как будто то, что происходит со мной сейчас, и есть самое конкретное определение слова «счастье», иначе просто не скажешь.

Мы стоим на кухне, вместе моем посуду после ужина и просто разговариваем, о чем вздумается. Неужели может быть что-то прекраснее?

Пожалуй, только момент, когда Бернард обнимает меня сзади за талию и нежно целует в шею, поднимая волосы своим горячим дыханием.

– Я уберу кружки, – говорит он, когда я смешно встаю на носочки и пытаюсь дотянуться до верхнего шкафчика, – у меня, кстати, для тебя маленький подарочек.

– Киндер! – моей радости нет предела. Как маленькая девочка я прыгаю на месте и вешаюсь на шею Бернарду в знак благодарности, – спасибо большое.

– Да не за что. Идем в сад? Только накинь что-нибудь, на улице прохладно.

От одних только этих слов мне становится тепло.

В саду мы устраиваемся на качели, прижавшись друг к другу, и смотрим куда-то вдаль. Точнее смотрит только Бернард, а я раскрываю шоколадное яйцо.

– И давно ли производитель яиц с сюрпризом сотрудничает с ювелирной маркой, а не с магазином игрушек? – интересуюсь я, разглядывая невероятные серьги с голубыми камнями. А Бернард только улыбается.

– Знаешь, я был бы рад, если Ферерро начали сотрудничать со Сваровски. Но пока, увы, этого не произошло, так что пришлось собственноручно заменять твою игрушку.

– А где принцесса? Здесь должна была быть принцесса!

– Там была не принцесса, а принц. И я тебе его не отдам, – совершенно однозначно заявляет Бернард, уже вытаскивая из ушей мои старые серьги и надевая новые.

– Это еще почему?

– Потому что я твой принц. Зачем тебе еще один? Я буду ревновать, – у меня вырывается истерический смешок. Вроде бы такой взрослый, а иногда ведет себя ну точно как ребенок!

– А разве ты мой принц? Насчет принца не спорю…. Но мы не договаривались, что ты мой собственный.

– Давай сейчас договоримся. Я буду твоим собственным принцем, а ты моей собственной принцессой.

– Это вроде как предложение встречаться? – уточняю я.

– Ну да. В яйце же не кольцо. Значит пока только встречаться.

– Ну ладно, принц. Соглашусь стать твоей собственной принцессой, – Бернард, пытаясь скрыть улыбку, смотрит на меня со всей нежностью и любовью и осторожно целует, будто боясь спугнуть, – и спасибо за сережки. Они очень красивые.

– Такие прекрасные ушки должны украшать не менее прекрасные серьги.

– Только не балуй меня сильно, хорошо? Я не привыкла к дорогим подаркам и мне немного неудобно принимать их от тебя….

– Как получится, Сонь.

До глубокой ночи мы обнимались и целовались до хруста костей и посинения губ. Я никогда не была столь раскованной и страстной, как сейчас. И только с этим мужчиной мне хотелось быть такой, хотелось выпускать своего внутреннего зверя.

А потом, нежась в очередных объятиях, я почувствовала, как начала засыпать. Это почувствовал и Бернард, поэтому подхватил меня на руки и понес в сторону дома, шепча на ухо что-то невероятно приятное.

Сквозь сон, когда мы проходили по коридору, я услышала разговор Бернарда с дворецким.

– Господин О`Рурк, я должен передать это Софье Александровне.

– Николай, называйте меня Бернардом, будьте добры. Вам нужно срочно отдать эту коробочку? Просто Соня немного спит….

– Нет, не срочно. Я отдам ей это завтра. Вы останетесь у нас на ночь, Бернард?

– Да. Пожалуй, да.

И после этого со спокойной душой я уснула очень крепко, потому что знала, что спать этой ночью буду не одна.