Наследство испанской бабушки

Глава 6

Несколько минут я сижу и хлопаю глазами. То ли меня так поразило признание Бернарда, то ли я вообще ничего не сообразила.

В общем, наливаю себе еще полбокальчика, выпиваю залпом и отправляюсь домой, предварительно захватив вино и фруктовые корзиночки.

На вопросы прислуги лаконично молчу. Без Бернарда вернулась и ладно.

Только в спальне становлюсь у окна и всматриваюсь в соседний дом, замечая там соседа, сидящего в кресле в комнате прямо напротив. Хотя, наверное, вряд ли мы отчетливо видим друг друга. Может мне вообще привиделся его силуэт?

Но отчего-то кажется, что я ловлю его грустный взгляд перед тем, как на панорамное окно опускается темная плотная штора.

Нет, а чего он вдруг так разоткровенничался? В принципе странно, что Бернард рассказал мне столько правды о себе. Выпил он немного, чтобы болтнуть лишнего. Да и правда у него какая-то странная…. Сначала о пулеметных ранениях говорит, а потом признается, что соврал по какой-то ерунде.

Нет, конечно, обидно, что он слукавил, но это ведь не преступление века. Ничего плохого он не увидел, да и признался сам. А так говорил об этом, как будто своими руками перерезал весь мой род.

Наверное, этим вечером меня слишком сильно развезло, чтобы соображать трезво. Поэтому я не стала дальше думать. И писать Бернарду не стала. Просто легла в одежде на кровать, не расправляя ее, и вырубилась.

А утром меня разбудил Николай, доставив в половине девятого в комнату букет каких-то ранее не знакомых мне цветов.

– Откуда это? – сонным голосом спрашиваю я, потягиваясь в кровати.

– Передал Ваш сосед. Охрана проверила букет на наличие посторонних предметов, все чисто.

– Господи, это просто букет! Думаете, он мог туда бомбу запихать или полкило динамита? Уйдите, Николай, я сама цветы поставлю.

Мужчина учтиво кланяется и выходит из комнаты, оставляя букет на прикроватной тумбе.

Сначала я долго смотрю на цветы, пытаясь понять, откуда они такие взялись. Вроде на орхидеи похожи, а вроде и не они. Надо будет поискать в интернете. А то я не удивлюсь, если Бернард выдернул из какого-нибудь заповедника последние три куста этого растения.

Оторвавшись от созерцания подарка, я вдруг осознаю, что у меня жутко болит голова, а во рту сухо так, словно туда переехала Сахара.

– Если это похмелье, то мне оно не понравилось, – говорю сама себе, пытаясь нащупать телефон, который своей надоедливой трелью давит на виски, – да.

– Соня, тебе передали цветы? Вообще я хотел подарить букет, но твои охранники так его шнуровали, что, мне кажется, до тебя доехала только мочалка из травы.

– Бернард? – уточняю я, глядя на экран телефона, – да. Букет. Доехал. Но не надо вот этого. Ты ни в чем не виноват, я не обижаюсь, цветы забери.

– Почему? Тебе не понравились?

– Я не принимаю цветы от мужчин, с которыми не встречаюсь. Чтобы не давать ложных надежд и ничем себя не обязывать.

Выходит, что я в жизни ни одного букета не приняла…. Да и, честно говоря, никто не спешил мне дарить цветов.

– Нет, это букет без намека. Просто мои извинения.

– Бернард, отстань, мне плохо. Я потом позвоню и подарю тебе цветы.

Откидывая телефон на соседнюю подушку, я разваливаюсь на кровати в форме звезды и хватаюсь за ноющую голову. Чего ж все так болит? Пара бокалов вина, оказывается, действует на меня сильнее, чем марафонский бег.

Хотя, откуда мне знать про бег? Максимальная дистанция, на которую я способна, – тридцатиметровка от спальни до кухни. Ну, не считая кроссов в школьные годы, конечно.

Кое-как я нашариваю на тумбочке бутылку с водой, в косметичке нахожу таблетку обезболивающего и запихиваю все это в себя. Сухость во рту пропадает, но легче мне не становится.

И только в душе я понимаю, что к утреннему похмелью добавились нежданные гости. Зашибись денек начался!

После утренних процедур забираюсь обратно в кровать, укутываюсь в теплое одеяло и прошу Николая меня не беспокоить. Пусть единственным раздражителем сегодня будет телефон, который не утихает ни на секунду.

– Да чтоб тебя! – говорю я, принимая входящий вызов.

– Сонь, что с тобой случилось?!

– Тебе честно или подбирая слова.

– Да скажи уже хоть как-нибудь! – вскипает Бернард, переходя на повышенные тона.

– Со мной случилось похмелье и первый день менструального цикла. Гаденькое сочетание, если честное.

– А…. Ты выпила таблетку?

– Слушай, у меня тут полный дом нянек, да и я сама не маленькая девочка. Все необходимые процедуры я сделала. Так что жить буду. А ты, если хочешь помочь, приди сам за цветами, будь добр.

– Меня твои охранники не пускают, – жалуется мужчина, а я только сейчас понимаю, что в трубке шумит ветер и раздаются голоса моих подчиненных.

– Дай-ка им трубочку, пожалуйста.

– Да, Софья Александровна, – тут же раздается приземистый бас, в котором я узнаю начальника охраны.

– Вот у меня даже нет сил Вас ругать! Пустите Бернарда ко мне.

– Софья Александровна, у него при себе оружие.

– Значит так, – начинаю я так громко, чтобы услышали все участники разговора, – стоят там два здоровых мужика, разобраться не могут. Бернард, выложил все свои прибамбасы и зашел в дом! Охрана моя многоуважаемая, согласовывать приходы людей со мной, а не самовольничать. Всем все ясно?! Любая неисполнительность закончится обидой с моей стороны!

В трубке что-то шуршит, после чего Бернард отключается. Нет, а чего они меня бесят с самого утра? Один особо умным с оружием приперся, другой стоит там мнется. Ужас какой-то! Все на мне, все на мне….

Через пять минут в сопровождении Николая в комнате появляется Бернард. Мужчины стреляют друг в друга опасными взглядами, но помалкивают, чувствуя мое настроение.

– Софья Александровна, что-то необходимо?

– Спасибо, Николай, ничего не нужно, – я отпускаю дворецкого и, постелив порывало на кровать, сажусь поверх.

– Доброе утро, – здоровается мой сосед.

– Не такое уж оно и доброе, Бернард, раз Вы решили пронести в мой дом оружие. Признавайтесь, кто Вас больше выбесил. Я или Николай? А может Лев?

– Софья Александровна, это недоразумение! – мужчина тут же протестует, глядя на меня виноватым взглядом, – оно ж у меня оказалось, так сказать, по привычке. Хотел на работу ехать, а пошел к Вам. А охранники ведь главное молчат! Не пускают и все.

– Ой, прекратите оправдываться! Хотели подстрелить меня больную, да?

– Шутишь сейчас, правда? – наконец понимает мой тон мужчина.

– Конечно. Пристрелить ты мог бы меня через окно, зачем проникать в мой дом?

Бернард закатывает глаза и осторожно присаживается на краешек кровати, откидывая в сторону полу своего серого пальто.

– Как себя чувствуешь, Сонь? Я даже не думал, что тебя после двух бокалов хорошего вина настигнет похмелье.

– Да все нормально. Таблетка подействовала, да и пол-литра воды помогли. Так что я практически огурцом. А что за цветы ты мне послал? – мой взгляд снова падает на букет из розового подобия орхидей.

– Да я не знаю. Выглядят вроде красиво, вот я и взял. Но ты, оказывается, букеты не принимаешь. Как за тобой мужчины вообще ухаживают?!

– Никак, – честно отвечаю я. – Пока желающих не было.

– У тебя ни разу не было мужчины? – Бернард выпячивает на меня свои зеленые глаза через тонкие линзы очков.

– Ну нормально вообще такие вопросы задавать! Отношений у меня не было, если тебе от этого станет легче.

– Да, извини. Это не мое дело, конечно.

– Да ладно. У тебя ведь тоже второй половинки никогда не было, – уверенно говорю я, глядя на реакцию мужчины. Как ни странно, он напрягается и сводит брови. А это явный признак того, что я попала в точку.

– Откуда ты….

– Просто я агент ФСБ и знаю о тебе все! – говорю серьезно и начинаю улыбаться во весь рот, когда вижу вытянувшееся лицо Бернарда. – Да расслабься! У тебя на лбу написано, что к себе ни одну девушку близко не подпустишь. Ну, близко психологически, ментально.

– Да я…. Сонь, давай закроем тему?

– Давай лучше дружить.

– Чего? – непонимающе переспрашивает Бернард. А я и сама не до конца понимаю, что ляпнула. Но назад дороги нет.

– Ну дружить. У тебя есть друзья? Чтобы звонить по вечерам, с днем рождения поздравлять, отправлять смешные картинки, – мужчина отрицательно мотает головой, – вот и у меня нет. А так хочется иногда поговорить с кем-то, поделиться тем, что на душе.

– Я в такие моменты просто напиваюсь.

– Пьют в одного только алкаши! – парирую я, подскакивая на кровати. – Так что, будем дружить?

– Это самое странное предложение, которое мне поступало, но давай попробуем….

– Круто! Ты теперь мой друг.

Наверное, из меня не до конца выпарился алкоголь, потому что я явно творю что-то невероятно глупое! Вот как можно было догадаться предложить Бернарду дружить?! Ему можно предложить ограбить банк, переехать на Сицилию, замутить государственный переворот, но не дружить.

Но, как говорится, сгорел сарай – гори и хата. Поэтому я, стаскивая с мужчины пальто, заставляю его отложить все дела и усаживаю смотреть вместе с собой «Красотку». Это мой любимый фильм, а он его даже ни разу не видел!

Наверное, больше всех происходящим был шокирован Николай, когда я распорядилась принести вазу для букета (его, кстати, решила оставить) и каких-нибудь вкусностей для меня и моего друга. У мужчины последние волосы дыбом встали, честное слово.

Но через десять минут у нас была целая тарелка поп-корна, две чашки какао с маленькими зефирками и, конечно, полюбившиеся мне фруктовые корзиночки.

Было невероятно странно сидеть с Бернардом на кровати, жевать воздушную кукурузу и наблюдать за Вивьен на экране.

Мужчина сначала к процессу относился без энтузиазма, а потом втянулся. Даже задавал вопросы, смеялся с шуток и искренне сопереживал героям. А еще он расслабился. Скинул с себя маску злого босса, закатал рукава рубашки и стал самым обычным человеком. Который ест в чужом доме, кстати.

– Как тебе фильм? – спросила я после того, как на экране пошли титры.

– Какая-то девчачья сказка! Ни один уважающий себя миллионер не возьмет себе дешевую проститутку не то что в жены, даже в постель.

– Ой, ну тебя! Сам сидел, чуть не плакал полфильма, – я отмахиваюсь от мужчины и пытаюсь встать с кровати, но он хватает меня за талию и роняет обратно.

– Я?! – Бернард нависает надо мной и горячо дышит прямо в лицо, – да никогда сопливая мелодрама не заставит меня плакать!

– В следующий раз покажу тебе «Пятьдесят оттенков серого». Там точно разрыдаешься, – я хохочу, уворачиваясь от мужской руки, которая хочет припечатать меня к кровати, и хватаю подушку, которой не очень сильно бью Бернарда по корпусу.

– Ты нарываешься, Сонь! Я не посмотрю, что ты девушка, получишь по полной, – мужчина вскакивает с кровати и обходит ее вокруг, пытаясь поймать меня, но я со смехом каждый раз увиливаю от его рук. Конечно, мы больше дурачимся, чем взаправду охотимся друг на друга, но это вызывает столько теплоты внутри.

– Я сдаюсь! – кричу на всю комнату, когда Бернард все-таки заваливает меня на кровать и начинает щекотать через тонкую ткань домашней майки.

– Вот и умница! Нечего со мной тягаться.

– Мы просто в разных весовых категориях! – констатирую я, отодвигая со своего плеча тяжеленную руку мужчины. – Спасибо, что составил компанию.

– Это тебе спасибо, Сонь, – совсем искренне говорит Бернард, – я тысячу лет не смотрел фильмов. А вот так вот легко и просто проводил время, наверное, только в детстве.

– Обращайся, если нужно будет растормошить твою грустную тушку. У меня в арсенале еще много фильмов.

– Значит мы вот так вот просто можем увидеться и заняться вместе какой-нибудь ерундой? – уточняет Бернард, садясь напротив меня в позе лотоса.

– А почему нет? Друзья иногда так делают. А мы друзья.

– Я завтра собирался на ферму покататься на лошадях. Может составишь мне компанию?

– Слушай, только в рекламе девушки в эти дни танцуют, катаются на лошадях и разгуливают в белых шортах. В жизни все немного сложнее.

– Блин, совсем забыл… Тогда поеду один, там какая-то бумажная волокита есть.

Мы еще долго болтаем о кино, о людях. С Бернардом это почему-то получается легко и просто, будто мы знакомы тысячу лет и понимаем друг друга с полуслова.

Но в конечном счете от совместного обеда мужчина отказывается, ссылаясь на срочные рабочие дела. И мне приходится провожать своего нового друга.

– Николай, хотел сказать, что Вы отличный дворецкий! – говорит Бернард, когда спускается по лестнице, – еще ни в одном доме я не видел такого порядка и организованности. Соне очень повезло с таким работником.

– Неприкрытая лесть в моем доме не приветствуется.

– Это не лесть, а правда, – утверждает мужчина, целуя меня в тыльную сторону ладони, – всего доброго, Сонь. До скорой встречи. И, кстати, выплати премию охране. Они защищают тебя лучше, чем защищают королеву Англии!

– Иди уже, подхалим.

Бернард с широкой улыбкой покидает мой дом, а я поворачиваюсь к штабу прислуги, чтобы выслушать очередную порцию советов. Хм, а я уже даже к ним привыкла….

– Софья Александровна, – начинает дворецкий, – общение с Бернардом – Ваш выбор. Мы не вправе запрещать, можем лишь оберегать и гарантировать безопасность.

– А мне кажется, он вообще нормальный мужик! – заявляет кто-то из охраны, но тут же получает в бок локтем от Льва.

Что-что, а неприкрытая лесть и подхалимство на моих домашних подействовали. Впервые за все время моего обитания здесь после ухода Бернарда я не услышал тысячу и один гневный совет.

Остаток дня я провожу у себя в спальне за просмотром фильмов. Такой ленивый день хотя бы изредка необходим мне, чтобы наполниться жизненными силами и энергией.

Но ничегонеделанье заканчивается следующим утром, когда меня будят первые солнечные лучи, пробивающиеся сквозь тонкие шторы. Хорошая погода заставляет проснуться пораньше и выйти в сад, чтобы заняться чем-нибудь полезным.

Пока поселок находится во власти знойной жары, я наслаждаюсь солнышком и солнечными ванными. Практически каждый день провожу на свежем воздухе, играюсь с собаками Бернарда, которых он приводит ко мне, когда уезжает на работу.

У моего соседа случились какие-то проблемы с бизнесом, поэтому дома он почти не появляется. Я вижу его лишь изредка по вечерам, когда уже ложусь в кровать и смотрю на окно соседнего дома.

А к концу недели Бернард и вовсе сообщает о внеплановой командировке и, оставив на меня Джули и Джека, уезжает на своем черном внедорожнике в закат. Точнее в аэропорт.

Прислуга потихоньку привыкает к тому, что у меня появился такой странный и загадочный друг. Его уже впускают без тотального обыска, предлагают еду и напитки, а доберманов так вообще принимают как родных.

– Софья Александровна, – одним вечером зовет меня Себастьян, – к Вам сосед пришел. Пускать?

– Бернард же должен вернуться только завтра утром? Пускайте, конечно.

Думая, что напутала с датами, я не отрываюсь от прополки лука. Собаки, только услышав имя хозяина, становятся рядом со мной и выжидающе смотрят на тропинку, радостно виляя хвостами.

Но почему-то начинают громко гавкать, когда неподалеку слышатся шаги.

– Ты завела себе собак? – сразу спрашивает Шамаев, присаживаясь на скамейку и снимая с себя солнцезащитные очки. – Скажи им, чтобы не гавкали.

До сих пор не понимая, что тут забыл Влад, я жестом отгоняют от него собак и подхожу ближе к мужчине.

– Решил зайти в гости, спросить как дела, как жизнь вообще.

– Спасибо, все в порядке, – отвечаю я скорее из вежливости, – а у тебя как?

– Да кручусь, верчусь. Все как обычно. Слушай, давай чаю хоть попьем? А то чего как чужие.

Хочу сказать, что мы и есть друг другу чужие, но тактично прошу Себастьяна принести заварник и чего-нибудь сладкого.

Не скажу, что я обрадовалась визиту Шамаева. Мне казалось, что наше общение прекратилось, не успев начаться. А тут он снова заявляется. Не поверю, что он просто хочет спросить о моих делах.

– Хороший чай у тебя, качественный.

– Спасибо, – Влад все время смотрит куда-то сквозь меня, будто что-то выискивая. И это меня напрягает.

– Слушай, я чего хотел спросить, – о, а вот и истинная причина визита подъехала, – ты помочь мне можешь?

– Смотря с чем…. Но вообще я очень занята! – оговариваюсь тут же.

– Да там дел на три копейки. Тем более я плачу! – на лице мужчины появляется гаденькая ухмылочка. А мое желание помогать ему падает на уровень ниже нуля.

– Влад, скажи прямо, что от меня нужно. Я подумаю, но ничего не обещаю.

– Да от тебя нужно просто хорошо провести время в моей компании. Съездим с тобой на острова, потусим, в океане поплаваем. Знаешь, фрукты, песок, пальмы, музыка – все самое лучшее.

– А я причем? Возьми своих подруг, им только в радость. А я не любитель такого отдыха, – мне казалось, что после этой фразы Влад должен понять, что никуда я с ним не поеду, но тут звучит самое абсурдное предложение, которое я только слышала.

– Так там не просто отдых, а отдых с моими родителями. Я им невесту пообещал, понимаешь? – теперь, кажется, понимаю….

– А зачем им невеста?

– Да не им невеста, а мне! Они вечно наезжают, что мне скоро три десятка стукнет, а я все в игрушки играю. Им, видите ли, внуков подавай! А оно мне надо? Я для себя хочу пожить, мир повидать, насладиться моментом. Ну они и сказали: или наслаждаешься вместе с невестой, или наслаждаешься за свой счет.

– От родительской титьки тебя отрывают, да? – мужчина тяжело вздыхает и кивает. – Не, Влад, я на такую аферу не подпишусь. Попроси любую девушку из своего окружения, или найди кого-нибудь за скромную оплату.

– Ага! Ты еще проститутку предложи родителям показать. Им ведь не нужна тусовщица, они хотят, чтобы я привел невинного ангела, хозяюшку, маму их внуков, целочку. А где я такую возьму в своем окружении? – даже не знаю, плакать мне или смеяться. Меня, значит, считают вот таким вот ангелом воплоти?

– Мне, конечно, очень жаль, что ты встал перед таким выбором, но помогать я не буду. Не люблю врать и тем более притворяться чужими невестами.

– Сонь, ты была моя последняя надежда! – Влад кидает на меня грустный взгляд, но я мотаю головой, поджимая губы.

– Прости, но никак.

– Блин! Может у тебя подружка есть, которая может роль будущей примерной жены сыграть? – ага! Подружка у меня с бородой и усами укатила по делам в Европу.

– Нет. Сам себе невесту ищи.

– Ладно. Но, если надумаешь, звони в любое время дня и ночи.

Не успеваю я намекнуть Владу, что пора бы ему уходить, как в саду появляется дворецкий и сообщает, что ко мне идет сосед. У нас тут что, соседское собрание? Совет улицы?

На тропинке появляется радостный, но уставший Бернард. К мужчине тут же устремляются доберманы прямо по моим грядкам с цветами! Ох, оставлю их без ужина в следующий раз.

– Сонь, привет, – здоровается мужчина весело, но очень скоро переменяется в лице, когда замечает в беседке еще одного соседа, – и Вам не хворать.

– Привет! – Влад протягивает руку, но Бернард этот жест показательно игнорирует.

– Сонь, можно тебя на пару слов?

Уже предвосхищая что-то нехорошее, я вздыхаю и выхожу из беседки. Мужчина отводит меня в сторону на несколько метров, но при этом не сводит суровый взгляд с Влада.

– Я помешал? Что он вообще у тебя делает?

– Чай пьет, – отвечаю я очевидное.

– На чай, значит, зашел?

– Нет. Зашел сделать предложение.

– Какое предложение? – несмотря на внешнюю мягкость, голос Бернарда становится твердым и уверенным, а желваки на скулах заметно напрягаются.

– Ну ты как маленький, честное слово! Какие предложения делают девушкам? Хотел, чтобы я его невестой стала.

На секунду Бернард теряется, даже рот от удивления открывает, но потом возвращает своему лицу былое равнодушие.

– Он тебя замуж позвал? Вы встречались, что ли?

Я больше не могу быть серьезной. Смех вырывается наружу, и я начинаю хохотать, упираясь лбом в плечо Бернарда.

– Ты бы видел свое лицо! Ну какой встречались, Бер? Виделись всего пару раз. Ему нужна лженевеста для родителей, и он любезно предложил эту роль мне.

– И ты?… – ох, какие мы любознательные!

– Что я? Я невестой ни разу не была. Знаешь как заманчиво! Попробовать что-то новое, сыграть роль…. – Бернард прокашливается в сторону, явно сдерживая порывы высказать все, что думает. – Боже, какой ты наивный! Отказалась я, конечно. Не хватало чужим людям врать.

– А чего он тогда тут сидит?

– Откуда мне знать? Хочет и сидит. Если так интересно, пойди и у него спроси.

Я, конечно, не ожидала, что Бернард теперь пойдет разбираться с Владом. А он пошел. Вызывал теперь в сторонку обескураженного мужчину, у которого, кажется, все волосы дыбом встали от грозного баса.

Я спокойно пила чай с печеньем, пока мои соседи о чем-то беседовали. Краем глаза, конечно, поглядывала, чтобы они не затеяли драку. А то молодые, горячие, еще сцепятся.

Наконец Бернард предупредительно хлопнул Влада по спине да так, что мужчина согнулся и пошел прочь из сада, даже не попрощавшись со мной.

– Что ты ему сказал? – уточнила я сразу.

– Чтобы себе невест среди продажных девушек искал, а не к тебе клинья подбивал.

– Слушай, а ты не думаешь, что я взрослая девочка и сама разберусь с теми, кто подбивает ко мне клинья? – Бернард окинул меня оценивающим взглядом и отрицательно мотнул головой.

– Я же твой друг. Должен помогать и оберегать от всяких неприятностей.

– Ну да. Друг, – хмыкнула я, отпивая чай.

Друг из Бернарда был неплохой. Он действительно поддерживал, заботился, помогал по разным мелочам. Но с каждым днем я понимала, что он забирает себе все больше и больше прав на меня. Даже прислуга к нему стала относиться как к хозяину дома.

Не знаю, напрягало меня это или нет…. На подкорках сознания отложился разговор с одним охранником, произошедший пару дней назад. Я даже не знала имени мужчины, который пришел ко мне в гостиную и осмелился заговорить.

– Софья Александровна, – серьезно начал тогда он, – Ваш сосед хороший мужчина. Но он очень властный, к тому же жуткий собственник. Если сейчас Вы не обрубите все связи с ним, он просто Вас никуда не отпустит.

Тогда я подумала, что мужчина спятил или решил наклеветать на Бернарда, но он очень точно аргументировал свои слова.

– Вы ему небезразличны, поверьте. То, как он на Вас смотрит, как защищает. Да он даже охранников от Вас на расстоянии держит, лишь бы лишний раз никто кроме него не открыл Вам дверь, не подал руку. Если хотите знать, он связался с такими людьми, – на этом слове мужчина показал пальцем вверх, – которые выложили ему всю информацию о штабе подчиненных. Всю и даже больше.

– Откуда Вы знаете об этом?

– Я майор запаса, у меня достаточно связей, чтобы узнать первым, что на меня роют информацию. На прошлой неделе две горничных ушли не по своему желанию, ему не понравились некоторые моменты в их биографии. И, как видите, он сделал все возможное, чтобы убрать их от Вас.

– Хотите сказать, что я нравлюсь Бернарду и он делает все возможное, чтобы подчинить меня себе?

– Чтобы уберечь Вас. Насколько я знаю, Ваш сосед все время вел достаточно скрытный образ жизни. Но, несмотря на это, он держит себя в форме, ездит куда-то на работу. Вроде бы живет обычной жизнью, но Вы и сами знаете, что жизнь его не совсем обычная…. Он умеет ценить то, что у него есть. И, поверьте, если у него что-то есть, он это не потеряет.

– И что мне делать?

– Будьте аккуратнее, Софья Александровна, – сказал мне тогда мужчина тихо, – я не говорю, что он любит Вас. Скорее всего, Бернард и сам не понимает того, что творится у него в душе. Но уже сейчас есть чувство ответственности за Вашу жизнь.

– Спасибо Вам. Я подумаю над этими словами.

И с того момента я думала над словами своего охранника каждый день. То я находила им подтверждение в поведении Бернарда, то совершенно разочаровывалась в догадках, когда целыми сутками мужчина не замечал моего существования.

И вот сейчас, став свидетелем этой сцены отнюдь не дружеской ревности, я снова вспомнила о том, что говорил мне мужчина.

Бернард еще немного посидел со мной за чашкой чая, рассказал о Европе и теплой погоде на юге Испании. Я слушала, улыбалась, даже что-то отвечала, насколько позволяли мои знания.

Но в конечном счете мужчина, отказавшись от совместного обеда, засобирался к себе домой. Вместе с ним с места подорвались и доберманы, явно соскучившиеся по своему хозяину за несколько дней.

– Бел! – не успели мы выйти за ворота, как на Бернарда буквально повисла маленькая загорелая девчонка. – И бабаки тозе тут!

– Привет, Аришка. Ты из каких краев такая шоколадная? – мужчина мягко улыбается и присаживается на корточки, чтобы поговорить с ребенком. – Здравствуйте, Анастасия Ивановна, Артемий Викторович.

– Здравствуйте, Бернард, – сухо здоровается глава семейства, – Арина, аккуратнее с собаками, прошу тебя!

– Привет! – я так рада видеть Настю с Артемом, что не отказываю себе в удовольствии по-дружески обнять их. – Вы действительно где так загорели? Вроде на две недели уехали, а как будто пару лет на солнышке жарились.

– Мы были на Салдине! – весело заявляет Аришка, атакуя радостных собак.

– Доча, правильно говорить на Сардинии. Сонь, мы прилетели только сегодня, так что забежали буквально на пару минут. Хотели позвать тебя на Аришкин день рождения в пятницу. Придешь?

– Конечно! Как я могу пропустить такое событие?

– Бел, а ты плидешь ко мне? – скорая именинница с надеждой смотрит на мужчину, а тот поднимает взгляд на явно недовольных Аришкиных родителей.

– Прости, Маленькая, у меня очень много работы. Но я обязательно передам тебе подарок. Что ты хочешь?

– Я бы хотела большую бабаку! Как у тебя. Но мама не лазлешает.

– Может хочешь плюшевого песика? Или собаку-робота? Ты могла бы с ней разговаривать, – Аришка только пожимает плечами и возвращается к тисканью доберманов.

– Вы простите, мне пора идти. И так задерживаю разговор уже на десять минут. Всего доброго.

Бернард вежливо прощается со всеми, треплет Аришке кудряшки, нежно целует мне руку и скрывается за воротами своего дома.

Кажется, в растерянности остаемся мы все. Ну, кроме Аришки, конечно. Она просто расстроена, что обожаемые ею песики ушли.

– Тем, идите с дочкой домой. А я поговорю с Соней немного и приду.

Настя отправляет своих домашних, а сама заводит меня во двор дома.

Я уже, конечно, представляю, на какую тему мы с ней будем разговаривать. В какой-то степени я и сама хотела посплетничать с подругой о Бернарде и наших «дружеских» взаимоотношениях.

– Сонь, вы вместе или как? – спрашивает осторожно Настя, когда мы оказываемся на скамейке.

– Скорее «или как». Мы общаемся, но как друзья. Хотя мне кажется, что я ему нравлюсь….

– Подруга, таким мужикам не нравится ничто и никто кроме самого себя. Не ведись на него, пожалуйста.

– Слушай, без обид, но ты его не знаешь совсем. Он может быть хорошим, очень добрым и заботливым. К Аришке твоей хорошо относится, так искренне. Да и к тому же, ты сама за кем замужем? Твой Артем на первый взгляд самый закоренелый бабник. А ничего, живете.

– Нет, Темочка хороший. Он знаешь нас как любит! Я за все годы в нем ни разу не усомнилась. А Аришка да…. Она ведь добрых людей за версту чувствует. Даже «здравствуйте» не скажет, если ей человек не нравится. А тут сама бежит….

– Ну вот. К тому же, мы не встречаемся, замуж я не собираюсь. От простого общения еще никто не умирал.

– Все равно будь аккуратнее, – говорит Настя, – а я, может, мужа уговорю пригласить и Бернарда на день рождения. А то неудобно, он ведь подарок хочет подарить.

– Решайте сами, Насть.

Мы еще немного болтаем о всякой женской ерунде, об отдыхе на Сардинии. И Настя собирается домой, чтобы Артем не поднял панику по поводу долгого отсутствия супруги.