Не хочешь по-хорошему?

45

Первая мысль — отказать, но я прекрасно уяснила, что Хасанов отказов не любит, а еще больше не любит когда его бортуют на виду у пары десятков глаз направленных на нас. Тем не менее, рискую.

— Я плохой танцор, — раздраженно отзываюсь и опускаю взгляд на его пальцы сталью стянувшие мое запястье. — Полагаю, в зале найдется немало особ, готовых разделить с вами этот танец…

Красноречиво замолкаю, но Арман, словно не слыша отказа, притягивает меня к себе, и вторая его рука заключает в плен мою талию, на мгновение впечатывая меня в его торс.

Каменею, сводя брови, и мой бывший муж чуть ослабляет хватку, и мне удается выиграть пару сантиметров расстояния между нашими телами.

— Согласен, не мало, но мне по стечению обстоятельств нужна лишь одна из них, — от его низкого и глубокого голоса мои щеки начинают пылать, и я отвожу глаза, слыша продолжение фразы. — Но она сейчас танцует с твоим женихом, так что мне ничего не остается кроме как довольствоваться малым.

Смысл доходит, и я вскидываю полный ярости взгляд на бывшего мужа, видя в глазах напротив искорки издевки. Оглядываю танцующие пары и с раздражением замечаю спутницу Армана в объятиях Ольховского. Что он затеял?

— Не удержался, извини…

Мелодия льется по залу, обволакивая десятки пар атмосферой романтики, а я как натянутая струна стою, боясь сделать лишнее движение и привлечь ненужное внимание. Хасанов напротив, доволен и расслаблен как сытый лев, и его хорошее настроение напрягает, но я мысленно уговариваю себя потерпеть до конца танца и не выцарапывать ему глаза. Люди смотрят…

— Зачем ты меня пригласил? — стараюсь, чтобы при разговоре эмоции не взяли верх, и мне удается даже улыбнуться, будто мы мило беседуем, а не мечтаем поубивать друг друга.

— Мне нужны гарантии, что ты не перепрячешь сына и снова не попытаешься скрыться, — чтобы это произнести он склонился к моему уху и обжег кожу горячим дыханием. Трепет внутри сводит с ума, и кровь беснуется в венах. — С некоторых пор я тебе не доверяю…

— Надо же это у нас взаимно, — саркастично шиплю, чуть отклонившись чтобы видеть его лицо. — Я тоже не доверяю тебе.

Дыхание перехватывает, когда взгляд Хасанова опускается к моим губам и я машинально их облизываю потому что пересохли.

— Очень зря… Ведь ты можешь быть спокойна, я никому не рассказал о нашем трахе на капоте, даже Света не в курсе, хотя я знаю какая она любительница докопаться до сути…

Застываю как статуя, руки сводит, настолько сильно я сжимаю ткань смокинга на широких плечах Хасанова, сердце сбивается с пульса и теперь молотит как отбойник.

Шантаж, значит…

— Решил использовать все методы, да? — какая же он сволочь!

— Просто напоминаю, чтобы тебе не взбрело в голову, что я шутил по поводу своих намерений, малышка, — мелодия подходит к концу, люди начинают расходиться, но мы продолжаем стоять рядом и сверлим друг друга прямыми немигающими взглядами. — Адрес назови, утром буду…

— Я ненавижу тебя, Хасанов, не трудись туда ехать, утром мы будем уже дома, — смотрю на мелькнувший в глубине черной тьмы огонек ярости, и ушей касается тихое, как рокот хищника, предупреждение: «Ангел». Стискиваю зубы и цежу сквозь них адрес Татьяны Петровны, Хасанов недобро ухмыляется.

— Я заберу вас оттуда, будь готова к восьми.

— Я сама в состоянии доехать…

— Ангел, — обрывает раздраженно, бросая взгляд за мою спину, а потом снова на меня. — Ты опять начала? Не хочешь по-хорошему? Ведь могу и иначе…

— Давно не виделись, Хасанов, — Игорь подходит так внезапно, что я вздрагиваю. Разжимаю пальцы и опускаю руки с широких плеч, вставая полу боком к Арману. — Какими судьбами?

Атмосфера, и без того давящая, превращается в смертельную. Воздух потрескивает, тишина неестественно звенит, и гости начинают оборачиваться на нашу троицу. Арман небрежно склоняет голову на бок и, смерив Игоря долгим не сулящим ничего хорошего взглядом, отвечает с безупречной смесью убийственной вежливости и издевки.

— Перекидывался парой фраз со старой знакомой… — не смотрит на меня, не отводит взгляда от Игоря, который снова отбрасывает маску вежливости и презрительно кривится.

— Очень сожалею, что моя невеста знакома с тобой, уверен, она всеми силами мечтает об этом забыть, — его рука повелительно опускается на мою талию, и я рвано выдыхаю, медленно поднимая безразличный взгляд на Хасанова. Готова поклясться тот понимает, как точно его поддел Игорь, но вопреки ожиданиям, вместо удовлетворения в глубине души я ощущаю протест, но стараюсь не выдать эмоций. — Да, Ангел?

Игорь никогда(никогда!!!) не называл меня так, и сейчас делает это намеренно при Хасанове, чтобы его поддеть. И девушку его пригласил на танец с той же целью, уверена.

Арман ведет уголком губ, в намеке на светскую улыбку, и переводит на меня полный иронии и скрытого подтекста взгляд, а отвечает Игорю.

— Те, кто собирается жениться на Ангелине оказываются либо брошенными у алтаря, либо мертвыми.

— Это угроза? — Игорь подбирается и расправляет плечи, а Арман совершенно неожиданно улыбается мне, но его лицо тут же принимает то же непроницаемое выражение, и он смотрит на моего спутника.

— Понимай, как хочешь, Ольховский, — отрезает холодно, а потом разворачивается и шагает прочь под сотней цепких взглядов гостей, ставших свидетелями этой сцены.