Не хочешь по-хорошему?

54

Обедаем в молчании. Сережа все еще спит, и я не решаюсь его будить, и отставив тарелки откидываюсь на спинку дивана.

— А ты, — долго не решаюсь начать, но любопытство пересиливает, и я все же задаю мучавший меня вопрос. — Как ты жил все эти годы?

Арман несколько долгих секунд смотрит в окно, а потом наконец переводит на меня взгляд и в его черных как ночь глазах мелькает тень усталости.

— Поверь, мне нечем гордиться, в отличие от тебя, — произносит так убежденно, что я невольно ощущаю непреодолимое желание убедить его, что это не так.

— Чем ты занимался после развода? Где работал? — Был ли женат? Об этом умолчала, но видит Бог, это самый важный вопрос, который я так и не произнесла.

— После развода я какое-то время жил в городе… — затих, досадливо морщась будто то, о чем вспоминал, было неприятно.

— В особняке отца? — спрашиваю, чтобы побудить продолжить, но сама невольно ступаю на хрупкий лед, и меня тут же окутывает изморозь понимания.

— Нет, в своей квартире… — ну конечно. Это так очевидно и почему-то задевает, что я поджимаю губы и отворачиваюсь к окну, пытаясь сделать ровный вдох и не выдать жгучей ревности, что отравляет кровь. Он говорил, что в особняк не водил шлюх, а вот в свою квартиру — пожалуйста! А чего я ждала, когда спрашивала его? Рассказа в стиле: погрузился в работу и только сейчас зажил по-настоящему? Глупая.

— После похорон твоего отца я уехал за границу и возглавлял там иностранный филиал нашей фирмы, так что почти семь лет я провел там.

Мои глаза округляются, и я невольно улыбаюсь, поворачиваясь к бывшему мужу.

— Жил за границей? А где? Расскажешь подробнее? — оказывается я зря боялась напороться на Армана где-нибудь на одном из званых вечеров. Его попросту не было в городе. Хотя я изредка встречала Хасанова-старшего на приемах, но мы как правило не общались лишь обменивались короткими приветствиями и расходились, потому что Игорь как мне казалось избегал общества членов этой семьи. Знал бы он что я тоже когда-то была Хасановой…

— Я покажу, если ты не возражаешь. Кстати, у вас с Серегой есть загранники?

— Загранники? — вскидываю брови, но Арман в ответ лишь ухмыляется.

— Впрочем, не важно, завтра сама обо всем узнаешь.

Его фраза повисает в воздухе, когда сынок поднимает свою темноволосую голову и сонными глазами оглядывает гостиную, а потом замечает нас с Хасановым и улыбается.

— Мам, долго я спал? — садится, и я притягиваю его к себе на колени и сынок устраивается удобнее, кладя голову мне на плечо.

— Чуть больше часа, солнышко, — целую в макушку, ловлю на себе взгляд черных глаз Армана, и отчего-то смущаюсь. — Хочешь перекусить?

— Нет, — Сережа морщится и прикрывает глаза, будто собираясь снова засыпать.

— Эй, хватит дрыхнуть, пора домой, нам еще в пару мест заскочить надо… — касаюсь сморщенного носика сына и тот смеется.

— Домой? Так рано? — Сережа свесив ноги с дивана спрыгивает с моих колен и потягивается.

— Вы можете задержаться, — Арман не давит, но меня сейчас не заставить остаться с ним хотя бы еще на пять минут, потому что кажется еще чуть-чуть и у меня будет передозировка Хасанова в крови. Невозможно находиться рядом и не глазеть на него, такого притягательного и недосягаемого одновременно. Отрицательно мотаю головой и встаю, когда мой бывший муж кивнув выпрямляется. — Тогда я отвезу вас.

— На мотоцикле? — воодушевленно изрекает Сережа, но мы синхронно отвечаем «нет», а потом переглядываемся и улыбаемся.

— Ты слишком мал, чтобы кататься на нем по городу, солнышко. В машине тебе будет удобнее… — извиняющимся тоном обращаюсь к сыну, и тот вздыхает и отвечает.

— Ну тогда мы можем завтра покататься, у меня завтра день рождения, ты придешь? — подходит к Арману и цепляет того за руку, заглядывая в темные глаза, в которых сейчас плещется нежность. — Мы с мамой купим торт, да мам? И я буду задувать свечки!

Арман присаживается рядом с Сережей на корточки, чтобы не возвышаться над ним и берет обе ручки в свои. Маленькие кисти утопают в широких ладонях, и я сглатываю, когда совершенно некстати вспоминаю как эти руки касались меня, когда мы танцевали…

— Если ты захочешь, я проведу этот день с вами, но ты должен хорошо подумать…

— Хочу! Хочу! — не успев дослушать перебивает сын. Я улыбаюсь.

— Тогда давай договоримся, я подготовлю сюрприз, идет?

— Сюрприз? — глаза Сережи округляются и он едва не взвизгивает от восторга.

Мой телефон вибрирует в кармане, и я достаю его и разблокирую экран. Там сообщение от Ольховского.

Напоминаю. Сегодня в 8 прием у Суворовых. Будь готова к 7.

Чёрт, совсем забыла об том ужине.

Встретимся в Розмарине днем?

Моя ответная смска улетает и через секунду на экране всплывают три точки.

Буду там через сорок минут.

Я же собиралась порвать с Игорем, но из-за встречи с Хасановым совсем забыла об этом…

— Все в порядке? — Арман замечает мое хмурое выражение лица и напрягается, глядя на телефон в моих руках.

— Да… — убираю гаджет в карман и вытираю вспотевшие руки о шорты. — Отвези нас в кафе Розмарин, пожалуйста…