Не хочешь по-хорошему?

50

В дверь звонят, и я отставляю миску с тестом для оладий и отряхиваю мучные руки о шорты. Иду к входу, но Арман опережает, и мы сталкиваемся в коридоре. Он улыбается так, словно выиграл в лотерею, и я догадываюсь что они с Сережей о чем-то болтали.

— Это ко мне, — он окидывает взглядом мои мучные шорты и машинально стряхивает с бедра муку легким шлепком, а потом, словно опомнившись, хмурится и открывает дверь. Водитель Хасанова передает ему три огромных пакета и пятилитровку воды, которую я заказывала, и откланявшись уходит.

Арман закрывает дверь, а я поблагодарив мужчин, забираю воду и уношу на кухню. Безумно хочется все оставить и пойти побыть с сыном, понаблюдать за Хасановым, но я понимаю — они нашли общий язык и я скорее всего буду только мешать их общению. Поэтому методично размешиваю тесто, вспоминая в какой шкаф убрала блинную сковородку.

Минут через пятнадцать кухня заполняется ароматом свежезаваренного кофе и оладий, и я кричу мужчинам, чтобы шли завтракать, точнее уже обедать, но никто не приходит. Хмурюсь, дожариваю оладьи и иду в комнату к сыну, но мужчин там нет, и я недоуменно оглядываю детскую.

Из ванной доносятся голоса, и я вхожу туда и застываю на пороге, не зная плакать мне, орать или смеяться.

Арман снял мой желтый халат и бросил его на пол, чтобы тот впитал лужу, и сейчас мой бывший муж стоит в одних трусах и откручивает старый кран неизвестно откуда взявшимся инструментом.

Сережа стоит рядом, держа еще один разводной ключ, и сосредоточенно наблюдает за Арманом. А я как загипнотизированная впиваюсь взглядом в широкую спину, под загорелым атласом кожи которой бугрятся мышцы.

— Подержи тут, — Арман кивает, и Сережа сосредоточенно выполняет его просьбу, а Хасанов легко снимает смеситель с торчащих из стены труб и отдает Сереже. — Можешь его выкинуть, и узнай у мамы, есть у нее герметик?

Сынок кивает, и разворачивается к выходу, а я подавляю улыбку, видя, как он серьезен и сосредоточен.

— Мам, есть у нас гемре…гере…

— Герметик, — медленно тяну, следя чтобы Сережа мог прочесть по моим губам это слово. — Боюсь, что нет…

Развожу руками, и Арман бросает в мою сторону короткий взгляд и вдыхает.

— Ладно, попробую без…

Забираю протянутый Сережей сломанный кран и стараюсь не смотреть на полуголого Хасанова, который сейчас безумно притягательно выглядит. И дело даже не в том, что он без одежды. Тут другое. Никогда не подумала бы, что он вообще умеет делать нечто подобное. Разве человеку его круга не проще нанять слесаря и не разбираться с сантехникой самому? Боже, надо остыть!

Иду в кухню и толкаю в мусорное ведро остатки старого смесителя, чувствуя как щеки пылают. Если каждый раз, думая о бывшем муже, я буду краснеть, люди решат что у меня температура…

— Мам, вот еще… — Сережа протягивает мне обломок носика, и его я тоже выбрасываю и киваю на стоящие на столе оладьи.

— Поешь мой рыцарь, — наклоняюсь и целую темноволосую головку, но сынок отрицательно мотает головой.

— Я помогаю Арману, — и убегает из кухни в ванную, а я остаюсь одна, в легкой растерянности глядя вслед сыну.

Арман обладает безусловным даром располагать к себе детей…