Незабудка для волка

10

Дарий вернулся в дом, это было слышно. Будто цыганский табор влетел в коттедж, и стало шумно, суетливо. Какие-то взрослые мужики распространились по комнатам, стали курить в гостиной и разливать по бокалам коньяк. От них разило потом и кровью. Они гоготали и ржали, как кони на ферме.

Отец редко водил компании в дом. Однажды, попала на тренировку Максима, впечатлений хватило до конца дней. Меня такое скопление тестостерона в одной комнате сильно напрягало. Я, итак, без аппетита сидела, отстранила от себя тарелку с тушёным мясом и незаметно, тихой мышкой, юркнула к лестнице, чтобы уйти в спальню и закрыться там.

Поднималась по ступенькам и почувствовала тяжёлый взгляд. Остановилась, глянула вниз. На меня пристально смотрел альфа. Он вышел из душа, накидывал на своё жилистое, мощное тело чёрную рубаху. Глаза его потемнели, и рот отобразил хищную ухмылку.

— Я сейчас приду, не раздевайся, — тихо сказа он, но я услышала это.

Не раздеваться? Это не плохо. Может, всё обойдётся.

Я прошла наверх. Там было тихо и пусто. Осмотрела шикарную обстановку, как в отеле. Все чистое блестело и сияло, никаких лишних вещей. Нашла дверь своей спальни.

Горели по стенам ночники, создавая интимный полумрак. Без морщинок застеленная шёлковым покрывалом двуспальная кровать. В больших окнах темнели ветки деревьев, сквозь которые можно было разглядеть реку, блистающую в свете луны. Соседних домов видно не было.

В комнате был небольшой диван, рядом с ним столик на одной ножке. Шкаф встроенный, у его створок стояли чемоданы с моими вещами. Дополнительная дверь вела в уютный белоснежный санузел с душевой кабинкой.

Я села на край кровати и стала ждать. Гадала, что Дарий может попросить у меня. Если не секса, то даже и страшно представить.

Он пришёл почти сразу. Рубаху не застегнул. В руке его был стакан с янтарной жидкостью, что источала приятный аромат миндаля. Альфа сел на диван, поставил стакан на столик, туда же выложил пачку чёрных, с золотой надписью сигарет и зажигалку.

Расслабился, откинулся на мягкую спинку дивана.

— Я не знала, что ты куришь, — выдохнула я, пытаясь усмирить внутренний мандраж.

— С тобой и пить, и курить начал, — без улыбки пояснил он, а потом хитро посмотрел на меня. — А теперь желание. Не бойся, прикасаться не стану, если будешь слушаться, — на лице появилась садистская улыбочка. — Будешь слушаться, Августа Евгеньевна?

— Смотря, что попросишь, — я уже прокололась, пообещав выполнить желание.

— Могу очень грубо попросить, но не буду. Ты ж у меня такая нежная, как цветок. Раздевайся.

— В смысле? — ошарашенно выдавила я, ухватившись за ворот свитера.

— В прямом. Полностью раздевайся, я буду на тебя смотреть и дрочить, — спокойно ответил волк.

— Грязь какая! — возмущённо выкрикнула я, но его взгляд был таким требовательным, что невольно поднялась на ноги.

— А мне понравилось, когда ты кончала. Я тоже хочу, — он расстегнул ремень, и я, залившись краской, отвернулась лицом к окну, встала к нему спиной. Это было бесполезно, в тёмных окнах я отражалась, и Дарий на диване тоже. — Раздевайся.

— Не буду, — буркнула я, соображая, как можно избежать этого кошмара. Ничего на ум не приходило.

— Мне подойти? Помочь? — грубый голос, властный.

Я не двигалась и молчала. Смотрела на него в отражение. Дарий отхлебнул свой коньяк и продолжил:

— Ты своей подруге жизнь спасла, пришло время платить. Держи слово, Незабудка. Я хочу тебя рассмотреть везде.

Я закрыла глаза, потекли по щекам слёзы обиды. Сняла свитер, кинула его на пол. Расстегнула джинсы, стянула их, нагнувшись. Увидела, как Дарий внимательно следит за мной и замирает периодически со стаканом у рта.

Осталась в нижнем белье. Оно у меня хлопковое, простенькое…

— Симпатичное бельишко. Это у тебя незабудки на трусиках?

Я как-то раньше не рассматривала. Посмотрела на свой лифчик. На белом фоне был мелкий рисунок голубеньких цветов.

— Снимай.

Никто, никогда не видел меня голой. Мы с Максом купаться ходили в бассейн, я была в слитном купальнике. И Макс никогда не настаивал, чтобы я раздевалась, показывала ему части тела или высылала их фото.

— Дальше, — грозный приказ, наполненный низким хрипом.

Было так тихо, что я слышала его тяжёлое дыхание. Медленно расстегнула лифчик и бросила его на свитер. В окно отобразились мои вздёрнутые вверх груди с маленькими сосками.

— Дальше, — это уже был глубокий, шелестящий шёпот.

Задрожали руки, от стыда горело всё, казалось, даже волосы на голове. Я аккуратно стянула трусики, сильно не нагибалась, чтобы не раскрыть перед уродом промежность. Повиляла бёдрами, заставляя трусики спуститься вниз, просто переступила их. Оставшись абсолютно голой, прикрыла грудь и треугольник русых волосиков между ног.

— Повернись.

Я повиновалась, только глаза зажмурила и подкусила нижнюю губу. Лишь бы не подходил, остальное можно пережить. Можно? Ведь такой позор можно пережить? И никому никогда не рассказывать, что со мной произошло в этом доме. Даже если кто-то в окно увидит, я буду это опровергать. Я уже всё происходящее опровергала, стараясь блокироваться от ужасной ситуации.

— Руки опусти.

Я продолжала стоять, прикрываясь. Конечности закаменели.

— Мне подойти?

Сделала глубокий звучный вдох и смело опустила руки, ещё сильнее зажмурившись. Мне было холодно, соски на груди затвердели, побежали мурашки по телу. А ведь оборотни не мёрзнут, но тут был другой холод, леденящий душу взгляд, что трахал меня.

— Посмотри на меня.

— Нет, — я низко опустила голову, готовая разрыдаться.

— Я же не трогаю тебя. Подними глаза.

Набравшись смелости, я посмотрела на него исподлобья. Он обещал не гипнотизировать, но у него был такой жаркий, горящий взгляд, что я смотрела и не могла оторваться. А мужчина в это время достал из брюк свой член. Напряжённый, большой орган. Он словно обжёг мои глаза, выжег на душе дыру. Это не в экран монитора увидеть, это настоящий мужик в шаговой доступности.

Вся эта обстановка подстёгивала меня броситься в окно и сбежать. Незнакомый, противный мне мужик, заставляющий раздеваться, чужой дом и невыносимое желание. Я ничего не могла с собой поделать. Голое тело, мужской орган, всё так смешалось, закрутилось и завязалось узлом между ног.

Дарий мучительно долго меня рассматривал, будто я товар. Да уж лучше б изнасиловал! Хотя он и занимался этим. Имел меня не физически, морально. Я только растопыривала пальцы на руках и сжимала их в кулаки, ожидая, когда он разрешит мне одеться.

— Ляг на спину, — его рука обхватила член.

Я быстро прикрылась ладонями и, в смятении, легла на кровать, желая накрыться одеялом, но Дарий рявкнул на меня, и я покорно распласталась на шёлковом покрывале, прибывая в шокированном стыде.

— Ноги раздвинь.

Дыхание стало тяжёлым, слёзы сами текли из глаз горючими ручьями, по вискам капали в уши. Обескураживающая тревога, неудобство и стыд.

— Тебя успокоить? — ледяной тон, безжалостного садиста.

Ну, ничего же страшного? У гинеколога на медосмотре раздвигала ноги и здесь можно попробовать. Я согнула ноги в коленях и раздвинула их.

— Шире, — он рычал.

Я раздвинула ноги шире, почувствовав жар во всём теле, а между ног леденящий холод.

— Пальчиками складки подцепи и раздвинь.

— Что?! — зарыдала я.

«Гад! Урод!» — кричала внутри себя. Какое же он чудовище. Как же сильно он над мной издевался. Как же обижал!

Рыдая в голос, я легла удобней. Руками открыла своё лоно на его обозрение.

— Слишком громко рыдаешь, — рассмеялся подонок. — Мне не нравится. Встань на четвереньки и покажи мне всё.

Я заставила себя замолчать. В горле ком, в белом глянцевом потолке отразилось моё голове тело. Увидив себя, я почему-то успокоилась. Это было очень красиво. Сексуально и привлекательно.

— Можешь не вставать раком, но тогда поласкай себя. Густя, детка, давай быстрее, выбирай, я хочу кончить!

Я продолжала смотреть на себя в отражение. Волосы легли так живописно, глаза большие от слёз приобрели яркий голубой цвет. Как порно картинка, где я участница. Уложила пальчики между складочек. Прикрыла глаза. Я и не думала, что можно в такой ситуации возбудиться. Стала себя гладить, мужчине должно было хватить. Это лучше, чем сейчас стоять к нему задом и раздвигать перед извращенцем ягодицы. Пусть лучше так. Я закрыла глаза и погрузилась в ауру спокойствия, потому что Дарий подошёл ближе, а в его присутствии страх отступал.

Тело стало согреваться, я слышала прерывистое дыхание мужчины, как бренчит на его правой руке золотой браслет. Он действительно дрочил на меня?

Полное падение, Августа! Это аут!

— Давай, девочка. Хочу видеть твой оргазм.

Я думала, что только его взгляд имеет гипнотическое действие, но оказалось, и голос тоже уносил от реальности. Усилила движения, продолжая мастурбировать. Голая на кровати, в чужом доме, перед взглядом малознакомого мужчины.

— Хочешь? — рычал зверь. — Скажи, что хочешь.

— Нет, — огрызнулась я и резко убрала руку от своего клитора. В этот момент на мой живот стала литься горячая жидкость. Я перепугалась, резко села. Дарий действительно дрочил на меня, и это было его семя. Он ещё пару раз дёрнул свой ствол, и спрятал его в штаны.

Прикрываясь одеялом, я во все глаза смотрела на волка. Лицо его отображало полное разочарование и недовольство.

— Какой-то хернёй занимаюсь, ради тебя, — раздражённо рычал он, а потом огрызнулся. — Спи, давай.

Я стала зарываться глубоко в подушки. Укрылась одеялом и сжалась калачиком. Сердце колотилось в груди, но страха не было.

Я слышала, как альфа говорит по телефону о банковских счетах и документах. От его тихого, монотонного голоса, как от колыбельной, я стала медленно засыпать, пока полностью не уснула.

В этом сне я шла босиком по снегу. Вокруг был тёмный лес. Я шла, оглядываясь по сторонам, пока не наткнулась на забор. За ржавой сеткой-рабицей стоял чёрный волк Максима. В темноте горели его красные глаза. Он отвернулся и стал уходить.

Я проснулась после обеда, когда яркое солнце заглядывало в окно. Прямо в одеяле, поспешила в душ. Там закрылась на защёлку и настроила тёплую воду. Я мылась гелем для душа с запахом цитрусовых, натирая себя руками в том месте, где засохла сперма Дария. Мне казалось, что кожа горит от его семени, чувствовала чужое на себе.

Мылась долго, пока в дверь не постучали.

— Августочка Евгеньевна, — позвала Лара. — Мы вас ждём на обедик.

— Я скоро, — тихо ответила ей, и волчица за дверью услышала. Ушла.

Я вытерлась очень мягким полотенцем, и украдкой выглянув в комнату, всё в том же одеяле пробежала к своим вещам. Я решила переодеться в другую одежду. Голубую водолазку натянула воротом на нос. Сверху накинула чёрную толстовку с капюшоном. Влажные волосы распустила, полностью замаскировавшись. Раньше никак не могла понять, как женщины могут ходить в парандже. А теперь всё встало на свои места. Укрыв своё тело, я спряталась от чужих взглядов. Находилась теперь, как в домике, как под защитой.

А взгляды были. И Лара, и Эдуард, и Глеб, ещё какие-то незнакомцы смотрели на меня в упор, словно все они вчера присутствовали на моём растлении и наблюдали полное моё падение.

Я, не поднимая глаз, сидела за столом, пряча даже руки, и стесняясь того, что мои джинсы такие обтягивающие.

Лара докапывалась до меня, продолжая сюсюкаться, и употреблять чрезмерное количество ласкательных слов. Пока не появился Глеб с чемоданами.

— Мы уезжаем, — сообщил он.

Я покорно шла за ним, села в большом внедорожнике на заднее сидение. Парень иногда подсматривал за мной в зеркало заднего вида, обеспокоенно елозил на сидении, но ничего не спрашивал, ему запрещено со мной разговаривать.

Он увёз меня из деревни в город, где закрыл в квартире Дария.