Незабудка для волка

17

Я не могла изменить ход своих похотливых мыслей. Даже проходя по тёмному коридору с неоновой подсветкой в виде обнажённых девушек, была уверена в том, что решение принято правильно. Я жаждала мести. Пусть Макс никогда об этом не узнает, меня вполне удовлетворит и успокоит то, что я извращалась с его врагом. Ведь Дарий враг Максима.

Не могла я больше копить эту обиду, все эти подозрения, которые оказались чистой правдой, нужно было куда-то вылить. Так долго я привыкала к Максу, уже смирилась, что он самый близкий для меня, и такое разочарование, что выть захотелось.

Ничто так не успокаивало меня, как сладкое чувство будущей удовлетворённости. Сейчас я совершу то, что так долго было под запретом, а потом… Потом будь что будет. Жалко, мне не дали выпить. Хотя храбрости было хоть отбавляй. Атмосфера заведения способствовала лёгкому возбуждению, я вспоминала, как мастурбировала в душе, как ласкала себя на кровати перед глазами Дария. Это было сексуально и разнуздано.

Намокали трусики.

Из чёрной двери вышли мужчины во главе с Макарычем. Он, заметив меня, чуть заметно поклонился. Другой мужчина в деловом синем костюме, седой и хмурый остановился рядом и поцеловал мне руку, немного смутив. Посмотрел ледяными серыми глазами, которые, как стекло отражали блеск софитов.

— Помнишь меня, Августа? — тихим голосом спросил он.

— Нет, — честно ответила я, напрягая память.

— Дядя Толя, Мерклый. Друг твоего отца. В честь меня назвали Тотошу.

— Очень приятно, — неловко отпрянула я.

Вообще великолепно! Встретить в стриптиз-клубе друга отца! Румяная, с распущенными волосами и в безобразно короткой юбке. Вот что он теперь стоит и думает, этот дядя Толя Мерклый?

— Ты очень похожа на мать. Просто копия. К Сергею Черниховскому близко не подходи, он пять лет вдовец.

Больше он ничего не сказал, последовал за Макарычем. Я смотрела ему вслед и пыталась понять смысл его слов. Это что за предупреждение такое? Отец Макса на меня глаз положил?

— Фу, мерзость, — произнесла я вслух.

Глеб остался в коридоре, а я смело вошла в небольшую комнату с двумя голубыми диванами и коричневым столом между ними. Окна выходили на танцапол. Просвечивали только в одну сторону.

Я тут же отметила, что женщин в этом месте не было, мужчины расходились, оставляя Дария одного. Альфа сидел на диване, рядом с ним кроме документов стояла бутылка коньяка и стакан. Сама Анджела, убрала лишнюю посуду и вышла из помещения, закрыв дверь за моей спиной.

Я должна была почувствовать дискомфорт и страх, но ничего этого не было. Решительно подошла ближе к альфе, который был занят, читая какие-то бумаги.

— Сейчас поедем, — сказал он, не глядя на меня.

От его спокойного голоса, пробежала дрожь по телу.

Я захотела секса. Тугая тяжесть между ног, картинки в голове, острое желание мести. Я очень медленно встала между ног Дария и отстранила его документы в сторону. Глядя ему в глаза опустилась на колени. Руки потянулись к ремню на его брюках.

Дарий резко перехватил мои пальчики, сжав до лёгкой боли. Смотрел потемневшими глазами в мои глаза, что я вполне невинно подняла на него. Его отказ не входил в мои планы, поэтому я облизнула губы. Я не умела гипнотизировать или соблазнять, но мой взгляд всегда считали тяжёлым и пронзительным. Дарий немного растерялся, а потом сдался. Отложил документы в сторону.

— Что случилось? — спросил он, проводя ладонью по моим горящим щекам. Большим пальцем правой руки, оттягивая мою влажную нижнюю губу.

— Хочу попробовать, — смело ответила я и, поймав его палец губами, всосала его. — Немного.

— Ну, попробуй, — кивнул он и отпустил мои пальцы.

Желание не пропало, скорее наоборот усилилось. Кровь пульсом колотила в висках, губы налились и подрагивали. В этот момент я вспоминала Максим, самое отвратительное, что было в его словах. Раньше мне казалось, что все парни одинаковы, но один Глеб взял и перечеркнул эти утверждения. Максим часто говорил о сексе. Допустим, что у нас обязательно будет анальный секс. И, возможно, именно в этой ВИП-кабине он трахал свою Милану и десяток других шлюх именно таким образом. А ещё мой незабвенный парень говорил, что минет меня ни капли не испортит. Вот тут, я ему верила! Ничего страшного, если я возьму в рот у Дария Дмитриевича.

Подавись, Максим!

Я бережно извлекла мужской член, словно зверька из клетки, с интересом его рассматривала. Орган был напряжён и стоял вверх. Я посчитала его эстетичным. Мужское начало…Нет, мужской конец в моих руках вздрогнул ещё сильнее затвердев. Чуть касаясь его, я потрогала каждую венку, всю нежную кожу. Ещё раз облизнулась и поцеловала. И не понятно было, пахло коньяком или это был такой запах у мужчины. Опьяняющий, манящий.

Дарий обхватили ствол и провели вверх-вниз. Я взяла инициативу в свои руки, стала покатывать и оттягивать кожу. Открылась головка и капелька смазки. Я провела острым языком по уздечке, обвила головку и дырочку. Не чувствовала отвращения, наоборот было приятно и сладко. Туманил голову запах и вкус миндаля, запах и вкус ведущего самца.

Много раз я представляла, что делаю минет Максу, и теперь этот кобель засел в моей голову, как сексуальная фантазия. И, чтобы избавиться от Черниховского навсегда, я глаза не закрывала и смотрела прямо на того, кого удовлетворяла. А потом Макс исчез из моей головы И я больше не думала о мести. Я по своей воле хотела, сделать минет и доставить Дарию удовольствие. Именно своему альфе.

Прикоснулась губами к члену и чуть ввела в горячий и мягкий рот. Вырвался стон у Дария, легла его рука на мои волосы, поглаживала.

Я всосала ствол, двигала головой, продолжала дрочить руками. Подняла глаза на мужчину. Красиво это сделала, как на самых изысканных порно-картинках. Запустила член в горло до упора, зажмурилась. Глотнуть не получилось, но мне хотелось это освоить. Стала стараться, удушая себя. Вытащила член и, всхлипом, вдохнула воздух, из глаз потекли слёзы. Долго я так не смогла бы работать ртом. Сжимала бёдра, пульсировало моё лоно, требуя разрядки.

Я усилила движения, нажимая на член. Стоны мужчины говорили мне, что все действия правильные. Быстрыми движениями довела мужчину до оргазма. Стрельнуло семя, и я, как-то резко пришла в себя, быстро отстранилась. Пропало желание и вместе с ним наваждение.

— Зачёт, — он говорил таким голосом, что мне стало страшно за своё будущее. Мы же с ним не пара, это вообще не секс. Я просто… Поиграла, оставив на себе запах волчонка.

— Теперь моя очередь, — он тихо шипел, подтягивая меня с колен к себе на диван. Я дёрнулась, уставилась на него в испуге, и Дарий замер. Он внимательно смотрел на меня. Такой пронизывающий взгляд, заставил пожалеть о содеянном.

Его рука пыталась пролезть между моих ног. Дарий повалил меня под себя на диван и уставился таким злым взглядом, что волчица внутри затихарилась, а я с боязнью смотрела, как выцветают его глаза, как бледнеет от ярости его ожесточённое лицо.

— Отомстила? — рыкнул волк, показав мне свои ужасные, острые клыки.

Я непроизвольно ахнула. Надо было думать, с кем имею дело.

— Так вот, что бы ты знала, долбанная Незабудка! Мужчины не любят, когда их используют, даже таким приятным способом. Сучка неверная.

Он был в этот момент таким страшным и разгневанным, что инстинкт самосохранения кинул меня из его объятий на пол, где я быстро отползла в сторону.

Бутылка прилетела в стену и разбилась на мелкие кусочки, залив пол коньяком. Я взвизгнула и закрыла голову руками.

Он заорал, как дикий зверь:

— Всё равно моя!!!

Пробила дрожь. Миндальный запах коньяка жёг ноздри. Мне никогда не было так стыдно за содеянное. Я никогда не чувствовала такую острую боль и обиду чужого человека. Дарий ушёл, быстрым шагом и с грохотом закрыл дверь, а я разрыдалась.

Что же я наделала?

В кабину вбежала администратор и помогла мне встать на ноги. Потом Глеб появился, увёл меня из клуба.

Я плакала уже в машине, когда поняла, что не Дарий меня везёт домой. Я незаслуженно обидела мужчину, который в меня влюблён. К которому я хорошо относилась, который мне нравился. Тот, кто говорил правду.

— Насиловал? — неожиданно спросил Глеб с переднего сидения.

— Нет, я просто дура, — ответила я и ещё сильнее разрыдалась. — И не смей со мной разговаривать!!!

— Прости, Августа Евгеньевна.

— А́вгуста! Говори правильно!!!

— Простите, исправлюсь.

И на Глеба наорала. Ухватившись за бедовую голову руками, завыла.