Незабудка для волка

31

Деревня была укрыта утренним туманом. А лучи раннего солнца пригревали, просачивались сквозь дымку, растворяли иней на траве что остался после холодной ночи. На яблоне почти не осталось листьев, зато алыми сочными боками заманчиво красовались яблоки.

Я достала с веток три сладких плода и оглядела двор нашего загородного дома. Когда Дарий привёз меня сюда впервые, я была сильно подавлена, считала, что меня насилуют. Теперь даже усмехнулась. Жизнь так всё повернула, что Дарий мне стал родным, и дом этот — моя собственность.

По извилистой дорожке я прошла к стеклянному куполу, за которым прятался настоящий бассейн. Вход был из дома и с улицы. Я открыла стеклянную створку и вошла в тёплое помещение. Весь пол был выложен синей плиткой, а сам бассейн настоящими изразцами сине-зелёных оттенков. На дне можно было различить рисунки дельфинов и медуз.

Я бросила яблоки в воду. Алые плоды в ярко-голубой воде смотрелись фантастично, они колыхались на поверхности, переворачиваясь. Медленно раздевалась, складывала вещи на деревянной скамейке. В чёрном нижнем белье присела на край бассейна и опустила ноги в прохладную воду. А потом нырнула, ушла под воду с головой, объятая нежной, кристально-чистой водой. Я проплыла у красивого дна и, оттолкнувшись от него, вынырнула, поймав зубами яблоко. Сладкий сок пролился по языку и я, прикрыв глаза, простонала от удовольствия.

Повернулась к входу, что вёл в дом, а там, на краю сидел Дарий. Он настоящий хищник, бесшумно передвигался. Его просто так не заметишь. Закатав штанины своих свадебных брюк, опустил ноги в воду. Смотрел на меня пристально и наслаждался.

Вода была не такой уж тёплой, чтобы купаться в ней долго. По моей белой коже побежали мурашки, но рядом с Дарием холода не ощущала. Кушала яблоко и заворожённо наблюдала, как он раздевается. Стоило так наряжаться, чтобы скомкать одежду. В одних трусах упал в бассейн, и волна достигла меня, пришлось подпрыгнуть, чтобы не хлебнуть воды.

Дарий вынырнул рядом, так же как и я, прикусив одно из яблок.

— Теперь я знаю, чем занимаются невесты перед свадьбой? — прищурился он и, подхватив меня за попу, приподнял вверх.

Он не только в воде мог с такой лёгкостью меня приподнять. Дарий был очень сильным. По рельефу его рук стекали капли, возбуждая во мне самые страстные чувства.

Дарий выплюнул яблоко, потому что не ел их, считая, что волк должен налегать на мясо, и стал быстро зацеловывать мокрый бюстгальтер в районе груди.

— Даруша, — я облизнулась, закусив нижнюю губу. — Кто обещал до первой брачной ночи ни-ни?

— Я, — поник он головой, но напор поцелуев только усилил.

Я накренилась и потянулась к его сладким губам. Слилась в тёплом поцелуе с возлюбленным. Мы медленно ушли под воду и в виде эксперимента продолжили целоваться под водой. Вынырнули, жадно хватая воздух, глядя друг другу в глаза.

— Незабудка, хочу тебя в воде, — его руки блуждали между моих ног.

— Копи сексуальные фантазии к первой брачной ночи, — усмехнулась я, пригладила его волосы.

— Ты замёрзла, выходим, — он потянул меня к краю бассейна. — Платье уже видела?

— Нет, я проснулась недавно.

Он помог мне выскочить из воды и привлёк к себе. Я чувствовала, как он возбуждён, но уговор был дороже денег, поэтому уложила пальцы на его губы, остановив поцелуи.

— Ты меня уже месяц в чёрном теле держишь, — заныл Дарий.

— Какой месяц?! — возмущённо рассмеялась я. — Одни сутки!

— Они тянутся слишком долго, — нахмурился альфа и отошёл в сторону. Собрал свои вещи и ушёл.

Это мой жених. Через пару часов мы с ним дадим клятву, которую можно было бы и не давать, она дана природой, но я хотела торжества. Белое платье, гостей и торт в три этажа.

Прикрыв мокрое бельё тёплым платьем, я поспешила в дом. Из гостиной убрали мебель, поставили столы, раздвинули створки, что заменяли двери, и холл стал частью огромного торжественного зала. Всё было украшено белыми цветами, нежно-голубыми лентами и воздушными шарами. Суетились молодые люди, сервируя столы и подставляя стулья. Заметив меня, улыбались и кланялись. Я им отвечала.

На втором этаже было шумно. Приехали женщины клана привезли мои наряды. Всеми руководила опытная Лара. Жена первого беты Эдуарда была при параде в бардовом платье, что обтягивало её откорректированную фигуру. Волосы были уложены в высокую причёску, лицо ярко накрашено. Она позвала меня в комнату, где столпились молодые волчицы. По именам я их не знала, видела некоторых с друзьями Макса. И очень сильно удивилась, когда заметила старшую сестру бывшего парня.

Лена Черниховская в сером платье до пят стояла скромно в стороне. Было удивительно увидеть её. Мой жестокий альфа обмолвился, что вырежет всю их семью. А девушка выжила. Заметив, что я смотрю именно на неё, Лена подошла ко мне, потупив взгляд. И поцеловала в щёку.

— Поздравляю, Ава, — сказала она. — И ты меня поздравь. Твой папа меня из клыков альфы вырвал и женился.

Она показала мне тонкое обручальное кольцо на пальце. Я смотрела и не могла поверить. Не промах мой папаша. Вера ушла, нашёл себе моложе. А может, опять пожалел? Мы же с ним такие жалостливые. Он поступил правильно, одним выстрелом двух зайцев. И девушку спас, и жену приобрёл.

— Будь ему благодарна, — попросила я.

— Я очень ему благодарна, — она посмотрела на меня глазами, как у Максима, и в них была искренность.

Девушки расступились, открыв взору свадебное платье, что стояло возле кровати на манекене. Оно было старомодным, полностью закрытым, но очень красивым. Чистым белым шёлком спадали юбки на пол, по ним узорами стелились мелкие цветы незабудок. И на фате и на венке невесты тоже были незабудки.

— Ах, — выдохнула я.

— Нам надо спешить, Августочка Евгеньевна, — торопила Лара, уводя меня ближе к душевой.

А там, на маленьком комоде лежало нижнее бельё. Я даже рассмеялась, когда его увидела. Комбидресс из белого хлопка в мелкий цветок незабудок. На крючках и тонких лямках. На панталонах и чашечках лифчика кружева. И белые чулки прилагались с голубыми бантиками.

— Кто выбирал? — трогала я наряд.

— Дарий Дмитриевич описал, я купила, — призналась Лара. — Вам нравится?

— Очень, — призналась я и стала раздеваться. Мне натерпелось померить эту красоту.

Я впала в эйфорию. Как принцесса, стояла и позволяла из себя делать настоящую невесту. Всё напоминало сон. Я шла невесомая из комнаты, спускалась в зал полный людей. Моё лицо скрывала фата, но мне казалось, все видят мои горящие щёки. Нарядные женщины, статные мужчины. Мой отец в чёрном костюме, выглядел моложе своих лет. Ещё бы, такую молоденькую девушку себе отхватил, почти на двадцать лет младше.

— Девочка моя, — папа взял меня под руку, вручил мне букет невесты из незабудок. — Когда Дарий пришёл забирать тебя, я очень надеялся, что всё закончится именно так. Я хочу, чтобы ты была счастлива. А счастье возможно только с надёжным мужчиной. Он такой. Благословляю.

Я Лару попросила, чтобы она не красила мне глаза, потому что подозревала, что разревусь. Рыдать в голос не стала, но слезами под фатой заливалась.

Играл марш Мендельсона, я шла к импровизированному алтарю, что арочкой располагался на лужайке возле дома. Отец отдал мою руку Дарию.

Мой альфа был так красив, так приятно блестела его белозубая улыбка. Я чувствовала слабость, теряла нить с происходящем. Стоило настоять на свадьбе, чтобы ощутить этот животрепещущий момент. Услышать в голосе любимого мужчины любовь, трепещущую и сладость ожидания.

«Моя жена», — на мой безымянный палец было надето кольцо.

— Мой муж, — в ответ сказала я и надела на палец Дария другое обручальное кольцо.

Дарий поднял мою фату, и на его лице отобразилось умилённое восхищение. Взгляд его потемнел, и он тихо прошептал:

— Плачешь? Не хочешь замуж?

— Опять издеваешься? — шмыгнула я носом.

— Напрашиваюсь, — прошептал он мне в губы и поцеловал.

Приглашённые ликовали, взорвались петарды, на нас высыпали лепестки роз и отпустили перепуганных голубей в небо.

А потом был торт. Тот самый, который для меня был самым ярким признаком настоящего торжества. Ни свадебное платье, ни кольца, а именно торт в три этажа, на верхушке которого в обручальных кольцах стояли сладенькие жених и невеста.

Наверно, я выглядела в этот момент, как волчонок, нетерпеливо танцующий у стола со сладостями. Восхищённо смотрела на лакомство и облизывалась. С кондитерской лопаткой в руках, я замерла, ожидая, когда Дарий ко мне присоединился.

Муж обнял мои руки, и мы вместе отрезали первый кусок залитый сливками.

А потом были танцы, и платье моё развивалось на холодном ветру, но мне было жарко. Я согревалась в жёлтых глазах своего волка и его нежных мягких объятиях. Кружилась под потрясающую музыку, и была счастлива как никогда.

А когда стемнело, в небо улетали петарды и взрывались шикарной россыпью разноцветных огней. И тогда альфа сказал:

— Нам пора.

Он накинул на меня белое пальто и повёл со двора, но не в дом, а на улицу. Мы шли вдвоём по асфальтовой дороге в сторону леса. Заныла моя волчица. Дарий обещал ей трёпку. И странно, в этот момент мне было всё равно что он там с ней сделает. Глупая животина, чуть не лишила меня счастья. Пусть её волк научит уму разуму. Мне мужчина достался любящий, что будет происходить у животных, было не так важно.

Мы шли долго. Покинули коттеджный посёлок, оказавшись на границе с лесом.

— Пусть не трясётся, — усмехнулся хищник. — Уже пробовала, чего теперь боятся.

— Не лютуй, Дарушка, — попросила я.

— Вот и появилась в этом мире девушка, которая может ласково называть меня, — сам себе сказал альфа и, подхватив меня на руки, понёс вглубь леса.

Когда свет фонарей с дороги уже не проникал сквозь ветви деревьев. Мы остались в полной темноте и тишине.

Меня аккуратно поставили на ноги, и я дала свободу волчице. А она не захотела появляться перед глазами волка. Я выгоняла, она не шла. И вроде знала, что наш самец, и запах его заводил. А ни в какую не вылезала.

Я хотела попросить помощи, но передо мной стоял поджарый волк Дария и горели в темноте его жёлтые глаза. Он ждал.

— Смотри, какой классный, — улыбнулась я, глядя на своего мужа. — Он тебя не обидит. Выходи, глупышка.

Волчица упёрлась, а я вытаскивала её наружу. Вот юбки платья стали таять, руки покрывались мехом. Оборот был тяжёлым и болезненным. Одежды исчезали, руки превращались в лапы. Лицо моё потянулось вперёд, и я накренилась. Трансформировалась полностью.

Волчица только твердь почувствовала под лапами, рванула в лес сломя голову. Я её не стала останавливать, пусть Дарий побегает. Мне доставляло это удовольствие. Как от охотника припустила моя волчица, на такой скорости бежала, что я боялась, что врежется во что-нибудь с разбега. Но нет, маневрировала и быстро огибала стволы и коряги. Бесшумно бежала, и несчастный волк не знал, с какого края к ней подступить.

Догнал и с рыком кинулся сверху, прибив мордой в мох. Закусили острые зубы холку. Все четыре мощные лапы хищника обступили волчицу. Он накрыл её своим телом, не расщемляя челюсти. От укусов перешёл к зализываниям. И волчица сдалась, уши прижала и хвостом повиляла.

Взял волк волчицу. И только после этого полного единства наступил покой. Ничего более естественного в моей жизни не было. Это так просто — мы с Дарием пара, пока смерть не разлучит нас.