Незабудка для волка

13

Мне всегда говорили, что мама погибла в автокатастрофе. Отец тяжело отходил от потери любимой женщины. Я долго его не видела, и однажды он пришёл к бабушке, чтобы глянуть на меня. Принёс плюшевого мишку, какие-то угощения. Я сторонилась его. За пять лет, он стал мне чужим. Папа смотрел на меня и не мог поверить своим глазам. Я похожа на мать. Возможно, поэтому он вернулся к нормальной жизни и даже женился на Верочке, чтобы у меня была полноценная семья.

Ему не стоило так строго меня воспитывать, но он пытался всеми силами отгородить меня от стаи. Прокол был с Вероникой, которую он попросил не рассказывать мне, что я оборотень. Врал папа, врала лучшая подруга, врал в последствии мой парень.

И только сейчас, я смотрела на Дария и ожидала от него правды. Но я оказалась не готова, узнать её.

— Сергей Черниховский с твоим папой Женей маму твою не поделили. Отец Макса убил её. После долгих пыток, она отдала уставные документы и переписала на него развлекательный центр… Чёрт! Ава, прости. Прости, девочка.

Дарий вскочил на ноги, быстро закрыл портьеры, отгородив нас от всего зала, скрыв от людского любопытства

Пелена слёз окутала мои глаза, ресторан, как картина написанная акварелью, смывался под обильной влагой. Я ничего не видела, пыталась вдохнуть, но грудь сдавило железным кольцом, камнем встал ком в горле. Хотелось выжить после пережитого ужаса, пыталась поймать хоть глоток воздуха. Задыхаясь, стала смотреть по сторонам, вытирая слезы с глаз, нервно, бешено пыталась прозреть, но мир вокруг прыгал и терялся в пелене. Я беспомощно стала махать руками, в надежде найти опору, ноги подкашивались. Оказалась в крепких объятиях.

Я закрыла глаза, наслаждаясь просто теплом и уравновешенным стуком его сердца. Чувствовала, с какой силой Дарий старался меня успокоить. Его мощная аура пыталась заглушить душевную боль и это работало.

— Мне плохо, — пожаловалась я, пытаясь прижаться к нему сильнее, влиться в него, раствориться в нём и больше не видеть этой жути.

— Крепись, — его большая ладонь гладила меня от головы до талии. — Прости меня. Ты же цветочек, нельзя было так… Тебе нельзя было этого знать. Я просто злобу не сдержал. Зол на них на всех.

— Я хочу умереть, — это было правдой, — уйти туда, где нет сумасшедших волков.

— Не отпущу, — он поцеловал меня в ушко.

Его уникальные способности, как единственное лекарство в этот момент. Его сильное тело, миндальный запах укрыли от всей этой правды, что я хотела знать. Ничего более надёжного в этой жизни я не находила. Можно было бы представить на месте Дария Максима, но в связи с выяснившейся обстановкой, Максим ушёл из моего сердца навсегда. А свято место пусто не бывает, и Дарий настойчиво пробирался ко мне в душу, заполняя пустоту.

Максим знал, как умерла моя мать. Вот это ранило больше всего. Каким же надо быть эгоистом, вруном и жестокой тварью, чтобы после поступка родного отца подкатывать ко мне. И этот наглый Сергей Черниховский, который неоднозначно глянул на меня в тот вечер, в тренажёрном зале. Я так похожа на мать! И что родилось в его мрачной голове, когда он меня увидел? Добить или добиться? В семью он меня принимает!!! Он очень рад!!!

Я заревела навзрыд, и Дарий с силой прижал меня к себе.

— Прости меня, — обеспокоенно продолжал нашёптывать он. — Я не мог отдать тебя им. Твой отец тоже не смог бы этого сделать. Ты слишком прекрасна, чтобы жить с этими уродами.

Дарий немного отстранился от меня, дотянулся до стола и подал мне бокал.

— Давай, Незабудка, до дна, — не приказывал, просил. — Не бойся, я не причиню вреда.

Я послушно выпила целый бокал вина. Захмелела хорошенько почти сразу. Дарий усадил меня на диван и сгрёб к себе в объятия.

Я спокойно сидела рядом с ним и слушала его рассказы. Решил меня заговорить, видимо, получилось. Я немного расслабилась. От вина отказалась, поэтому в нашу загороженную секцию принесли сок. Виноградный, свежевыжатый. Ничего вкуснее не пробовала.

Дарий два месяца назад загрыз, насмерть другого альфу, который допустил расслоение стаи. То-то он дикообразный такой. Загрыз… Как если бы президента страны его премьер-министр вызвал на дуэль, застрелил и занял верховный пост. Абсурд и страх. С другой стороны этот клан от криминального мало чем отличался. Обычная бандитская тусовка, как в кино. Этому клану угрожал другой клан.

— Элита знает, что стае угрожали? — я отстранила руку Дария, которая поглаживала меня по плечу.

— Угу, — присматривался ко мне Дарий и нагло заглянул в глубокое декольте. — Там такие деньги крутятся, Густя, что их ничем не испугаешь. Они хотят иерархию свою выстроить. Я вырежу их всех, с семьями и сыновьями, девок всех замуж за волков. И, вообще, браки с людьми со следующего года запрещены, а уже имеющиеся будут насильно разрушаться.

Он на время отстранился и закурил.

— Отец любит мою мачеху, — прошептала я, испугавшись за свою семью.

— Это до первой волчицы, — подмигнул Дарий, втянув дым и выпустив его вверх. — Знаешь, что такое истинная пара, Августа?

— Это когда оборотни влюбляются и хранят верность до конца дней, — так мне сказала Вероника.

— Нет, Авушка-Незабудка, всё по-скотски, — он уставился на меня звериными золотыми глазами. — Не с первого взгляда, а с первого раза. Только переспишь с особью своей расы, пробуждается волчья сущность и начинает на семейном фронте править. Всё что в твоей голове остаётся: волчица, логово, волчата. Все женщины, как натурщицы на картинах в музеи, пустая трата времени, посмотрел и домой пошёл. Мне восемнадцать было, я по-пьяни с такой же бухой девкой переспал, а она волчицей оказалась. Я точно знаю, что такое истинная пара. Мы, как ненормальные друг в друга вцепились и стали строить совместное будущее. Познакомились только через три дня после секса, — он рассмеялся, заметив моё оторопелое выражение лица. Замер, в восхищение глядя на меня. Именно так смотрят на девушек глубоко влюблённые мужчины. — Вот она волчья верность, а не твоё розовые мыло: «Мой мальчик только меня любит, всех подружек из соцсети удалил, он будет ждать вечно, когда я соизволю ему отдаться». Нет! Не дала волку, он по сукам пошёл, вот и весь сказ.

— А где твоя жена?

— Умерла через девять месяцев после первой нашей встречи, во время родов. И волчонок умер, — это было сказано очень тихо.

Вероника рассказывала, как волку тяжело терять свою истинную пару. Многие даже пережить не могут. Отец страдал, и я маленькая у бабушки жила долгое время, потому что нельзя маленьким детям видеть, как страдают мужчины без своей женщины. И тут была оговорка, что женщины страдают гораздо меньше.

Дарий посмотрел испытующе на меня:

— После потери пары восемь лет не мог к другой женщине прикоснуться. Заставил себя, а некоторые до конца дней одиночками остаются.

— Я зачем тебе? — спросила прямо. Мне вдруг стали льстить его внимание и забота. Что бы я себе не накручивала, а Дарий мужчина видный. Хотелось бы попробовать…Но выпила мало. — Если нет с первого взгляда любви у волков, с чего вдруг такой интерес? Я тебе не дам, по сукам пойдёшь?

— Есть любовь, — голос его совсем изменился. А взгляд ласкал. — Не пойду по сукам, подожду, когда согласишься. Ты с ума свела.

— Чем? — приподняла одну бровь. Оттолкнула, когда полез за поцелуем.

— Ты себя в зеркало видела? На конкурс красоты тебя отправить, так исчезнешь на первом отборочном туре, выкрадут. Но красота она не вечна. — Он стал крутить пальцами, словно солил еду. — Прочувствуй, Незабудка. Ты нашла под ёлкой раненого волка, не побоялась его и тащила два километра на своём плаще до операционной.

— Любая бы так поступила, — я не поняла, о чём он говорит.

— Ты ещё и думаешь, что все вокруг такие же замечательные, как ты. Жизнью тебе обязан. Да и талантлива ты.

Дарий усмехнулся и ответил на звонок телефона. Я облегчённо вздохнула, когда он отвлёкся от меня. Не гипнотизировал, но был так настойчив, назойлив и настырен, что я всё время готовилась к бою и держала оборону. А он пальцем не тронул, и это подкупало, поднимало его в моих глазах чуть выше плинтуса.

Как-то ещё не забыла тот случай, когда заставил полностью раздеться.

— Понеслась, — послышался голос Эдуарда в трубке.

— Буду через полчаса, — ответил Дарий. — Всех бойцов собрал?

— Лесные ещё не подъехали.

Альфа отключил телефон и ласково улыбнулся мне.

— Прости, Незабудка, мне надо срочно ехать. Глеб довезёт тебя до дома.

— Конечно, — я опустила голову, когда он накренился ко мне и поцеловал в щёку. От его колючего поцелуя кожа загорелась, и сама я вздрогнула. Горячее дыхание над моим ушком донесло:

— Я люблю тебя, Августа.

И он ушёл. Оставил меня в раздумьях. А последним предложением совсем смутил. Рядом со столиком объявился Глеб, как сейф банкира неприступный и непроницаемый.

— Глебушка, хочешь хлебушка? — улыбнулась я.

— Я не голоден, — без намёка на улыбку.