Обретая нас (СИ)

10 глава

Ева

Появление Абрамова в моей комнате было полной неожиданностью. Первая и самая правильная реакция — гнать его в шею, наглость с его стороны поражала. Я уже было схватилась за бюстгальтер, когда он бесцеремонно вошёл в комнату, и первое, что пришло на ум — кинуть в него детской подушкой, может этого и хватило бы, чтобы он вышел. Но куда там! Глеб лишь плотоядно улыбнулся и в секунду оказался возле меня, сжимая в руках, не давая времени на вдох и терзая губы в жарком поцелуе.

И я сдалась, растаяла под напором. В миг вспомнилось, как моментально отключался мозг, а все чувства и эмоции обострялись, погружая в мир бесконечного удовольствия и чего-то большего. Боже, как же я скучала по нему! Мои руки жили своей жизнью, обнимая бывшего мужа за талию, а губы отвечали, открываясь и впуская его язык. Словно время остановилось, а мы вернулись в счастливое прошлое, целуя друг друга до безумия, наслаждаясь каждым движением и зная точно, что после будет жаркое продолжение.

— Чёрт, Ева…

Но всё когда-то заканчивается. Глеб оторвался от меня и отошёл на шаг, поворачиваясь спиной, лохмача рукой тёмные волосы. А я… Я не могла прийти в себя, опустив руки по швам, рассматривая его напряжённую спину.

— Тебе надо уйти, — тихо выдавила из себя, и приложила к голой груди бежевую кофту, которую собиралась одеть.

— Жду в прихожей.

Не оборачиваясь, Абрамов вышел и совсем не тихо хлопнул дверью. Пребывая в разодранных чувствах, я села на кровать и прижала ладонь к губам, которые горели и слегка поднывали от непривычки. Хотелось верить, что он сделал это специально, но вот только зачем? Что этим Глеб хотел добиться? Как же иногда хотелось уметь читать мысли, чтобы хотя бы быть готовой к новым поворотам в жизни.

Тряхнув головой и улыбнувшись своим нереальным мыслям, оделась и вышла из комнаты. Глеб сидел на маленьком стульчике возле обувницы, обхватив голову руками.

— Поможешь с сумками?

— Да, где они?

Я вернулась в комнату и по одной вынесла три небольшие дорожные сумки с моими и Егора вещами.

— Это всё?

Абрамов скептически осмотрел сумки, ожидая наверно ещё, но я лишь покачала головой. Объяснять ему, что у меня вошло в привычку брать с собой только самое необходимое, не было желания.

— Да, нам много не надо.

— Непривычно.

— Что непривычно? — я скрестила руки на груди, а Глеб взял сразу все сумки в руки и двинулся к двери.

— Помнится ты брала в наши поездки намного больше вещей.

— Это было давно.

— Это было чуть больше трёх лет назад, не такой большой срок.

— Возможно, будто в прошлой жизни.

Он покачал головой, ухмыльнулся и стал спускаться по лестнице. Надо бы уже привыкнуть к новой манере общения Абрамова, но это было тяжело, нет, это было нереально. С каждым его вопросом и ответом у меня возникало ещё больше вопросов, а иногда я впадала в полное недоумение, не зная, как реагировать и что говорить.

Всплеснув руками, схватила сумочку, мамину связку ключей и вышла из квартиры, закрывая её на один замок. Спустившись, я сразу направилась к машине, возле которой стояли мама с Егором, а Глеб грузил сумки в багажник и от чего-то улыбался.

— Мам, это огромаднейшая машина!!!

— Тебе нравится, Егор? — Абрамов присел возле нашего сына и всё его внимание забрал на себя.

— Очень! Тоже хочу такую!

Мама подошла ко мне и слегка толкнула в плечо. Приобняв маму, мы смотрели, как отец и сын обсуждают общую и такую для обоих интересную тему.

— Позволяй им больше быть вместе, смотри, как Егор к нему тянется, — шепнула мама и поцеловала меня в щёку.

— Вижу, но как Егору сказать, что это его папа?

— Когда спросит, тогда и скажи. А нет, так я уверена, что будет тот момент и ты справишься.

Мама подошла к Егору и взяла за руку, в сотый раз повторяя, как она его любит и будет ждать, а ещё, чтобы он во всём слушался маму. Я встала рядом с Абрамовым, только сейчас вспоминая про детское кресло.

— Я помню, заедем по дороге и купим, не переживай.

Через полчаса мы выезжали с моего родного посёлка следуя за закатным солнцем, которое красным диском спускалось в море, предвещая сильный, порывистый ветер. Егор был надёжно пристёгнут в сине-красном детском кресле, то и дело ёрзая с непривычки. Я же сначала хотела сесть рядом с сыном, но Абрамов снова всё сделал по-своему. Он предложил Егору простую, но интересную игру, где его мама будет штурманом, а он участником их небольшой гонки, по окончании которой, Егор получит главный приз. Естественно такое мальчишкам нравится, Егорка не был исключением и с удовольствием подхватил игру.

Я же старалась не показывать своё недовольство тем, как легко бывший муж сошёлся с моим ребёнком. Старалась подавить ревность и улыбаться сыну, словно всё хорошо и так и должно быть. В какой-то момент даже взглянула на нас со стороны и чуть не застонала в голос, мы смотрелись как настоящая семья, вот только таковой не были!

— О чём задумалась?

Внезапный вопрос Глеба вывел из задумчивости. Я лишь покачала головой и специально посмотрела на заднее сиденье, где Егор крутил в руках машинку и смотрел во все глаза в окно, чтобы только не отвечать, не говорить правду.

— Может вернёмся к нашим баранам?

— О чём ты? — я выгнула брови, не понимая о чём речь.

Глеб посмотрел на Егора через зеркало заднего вида и в тысячный раз скинул звонок на своём мобильном.

— О нём. Когда ты ему скажешь обо мне или так и будем «дружить»?

— У вас неплохо выходит.

— Ты опять уходишь от темы.

— Если тебе это не даёт покоя, то скажи сам, а я поддержу.

Абрамов фыркнул недовольный моим ответом.

— Обязательно скажу, когда буду держать результаты теста на руках.

— Вот и определились.

«Наверно так будет лучше», с горечью и толикой эгоизма признала я. Теперь мне до чёртиков хотелось, чтобы Абрамов был на миллион процентов уверен в своём отцовстве, а я могла с превеликим удовольствием ткнуть ему своей правотой.

Через час совсем стемнело. Глеб уверенно вёл свою «больсую тачку», как назвал его джип Егор, но придерживался допустимой скорости, чему я была благодарна. Видимо понимал, что безопасность маленького человечка была превыше всего. Наш сын мирно посапывал в удобном детском кресле, в котором была даже предусмотрена небольшая подушечка на такие случаи и специальный держатель для головы. Мне было не о чем беспокоиться.

Тихое и равномерное покачивание, как на волнах большого круизного лайнера, укачивало и я уже сама клевала носом, готовая в любую минуту уснуть. С последней фразы Абрамова про тест мы не проронили ни слова, и я реально расслабилась, надеясь, что мы больше не коснёмся этой темы до самого Ростова.

— Кофе будешь?

— Прости, что?

Я встряхнула головой, не сразу понимая вопроса. Лёгкая дремота окутывала мозг, упорно забирая в царство морфея. Абрамов кинул на меня, а потом на Егора через зеркало быстрый взгляд и повторил:

— Я сейчас хочу заехать на заправку, вот и спрашиваю, кофе будешь? Или в туалет надо?

— И то, и другое надо.

— Хорошо, десять минут хватит?

Я лишь кивнула, а Глеб свернул на ярко освещённую заправочную станцию, мягко притормаживая возле терминала. Зевнув, я вышла и, не теряя времени, пошла внутрь одноэтажного здания. Было не по себе оставлять спящего Егора одного, поэтому я торопилась как никогда. А когда вернулась, то совсем обомлела. Абрамов держал Егора за руку и что-то рассказывал, пока работник заправки заполнял бензином машину.

— Солнышко, ты почему проснулся?

Я присела на корточки рядом с сыном и провела ладошкой по заспанному личику малыша.

— Я не знаю, — пожал плечами Егор.

— Пойдём в туалет, а Глеб сходит в кафетерий, идёт?

Я бросила взгляд на бывшего ища поддержки, но и тут он сделал по-своему. Глеб решил сам сводить нашего сына в туалет и вместе с ним зайти в кафе. Я смотрела им в спину и невольно любовалась. Всё-таки они здорово смотрелись вместе.

Дождавшись их возвращения, я села рядом с Егором, хорошо, хоть на этот раз Абрамов не стал возражать, и некоторое время развлекала сыночка интересными историями из своего детства. Даже Глеб слушал и периодически вставлял: «ты этого не рассказывала» и «а ты полна загадок». Егор же то смеялся, то переспрашивал, то узнавал у Глеба про его детство и тогда очередь наставала ему рассказывать. Так мы въехали в Ростовскую область, и Егор снова уснул, а вскоре и я с ним, подтянув ноги под себя и удобно уложив голову на руки.

— Ева. Ева, просыпайся, немного осталось.

Тихий, мягкий, такой родной и любимый голос вырвал из сна. Я с удовольствием открыла глаза и попала в жестокую реальность. Я была в машине, а не в нашей когда-то большой кровати, а всё моё тело болезненно затекло. Тряхнув головой, я, насколько это было возможно, потянулась, разминая руки и ноги, а потом посмотрела в окно, отмечая, что на улице уже светло, а мы едем по Ростову.

— Быстро мы. Ты как? Не спал почти сутки.

— Нормально, отвезу вас на квартиру, приеду к себе и упаду спать до вечера.

Глеб ухмыльнулся и включил поворотник, перестраиваясь в крайнюю правую полосу. Я улыбнулась в ответ, радуясь, что он не видел, а про себя подумала, что я-то спать вряд ли буду до вечера, только если Егор согласиться на дневной сон. На светофоре я стала тихонечко будить Егора, слушая краем уха, как Глеб шепотом материться на свою любовницу.

— Мам, я пить хочу, — отвлёк меня Егор, но я успела заметить, как Абрамов снова скинул вибрирующий звонок мобильного.

Я опять одёрнула себя, напоминая, что личная жизнь бывшего мужа ко мне никак не относилась. Надо не реагировать, а относится к таким ситуациям, как если бы они были с чужим человеком.

— Вот и приехали, — Абрамов притормозил у подземной парковки и обернулся к нам, показывая рукой на детскую площадку и небольшой парк дальше, — думаю там вам будет здорово гулять.

— Большая площадка, мам, смотри, там самолёт! Пойдём посмотрим?

— Обязательно, но чуть позже.

Мы поднялись на шестнадцатый этаж, и я чуть не ахнула, забыв про «дорого-богато», зато Егор не сдерживался. Он, не разуваясь, побежал осматривать наше временное жилище, по-детски восхищаясь и вереща от радости. Абрамов лишь улыбался, занося наши вещи и оставляя их в прихожей.

— Сами разберётесь?

— Да, спасибо, думаю будет не сложно.

Квартира была огромной по моим уже привычным меркам, я уже молчу про Егора. Тот бегал по четырём комнатам, каждый раз подбегая к нам и пытаясь схватить меня за руку, чтобы показать что-то удивительное для него. Панорамные окна во всю стену выходили на парк и детскую площадку. Кухня была оборудована по суперсовременному, а большая комната, видимо служившая центром отдыха, поражала роскошной мебелью и большим телевизором на стене, словно кинотеатр. Остальное я решила осмотреть позже, когда Абрамов уйдёт.

— Мам, там такая большая кровать!

— Хорошо, солнышко, проводим Глеба, и ты мне покажешь.

Скинув обувь, я сделала круг по большой комнате, отмечая приятную светлую расцветку и свежие цветы на небольшом столике возле огромного дивана и прошла в кухонную зону. Я мысленно восхищалась, давно скучая по хорошей технике и такой необходимой порой штуке, как посудомоечная машина. Проведя кратковременную экскурсию, я вернулась обратно и замерла, ощущая онемение на кончиках пальцев от вопроса Егора.

— …хорошо, а ты мой папа?