Обретая нас (СИ)

8 глава

Ева

Начало этой поездки выдалось очень напряжённым. Вот честно, пыталась контролировать каждое своё слово, каждое движение и каждую эмоцию. Но Абрамову с лёгкостью удавалось рушить мой самоконтроль, вызывать нежелательные эмоции и даже слёзы. Ненавижу его за это! Я закусывала губу и молилась, чтобы мы быстрее доехали, чтобы можно было хоть ненадолго выдохнуть перед обратной дорогой. Но больше всего, нет, безумно хотелось увидеть родных. Обнять Егора и маму, почувствовать их любовь и поддержку, набраться сил, которые уже были на исходе.

Размешивая в миллионный раз сахар в своей кружке с кофе, я смотрела в окно и никак не могла сосредоточиться на завтраке.

— Ева, ты заснула? Поторопись с завтраком, такси уже подъехало.

Голос бывшего мужа вернул к реальности, и я слегка поморщилась, глянув на ранее заказанные им сырники со сметаной. Аппетита не было от слова совсем, даже бодрящий кофе с трудом могла выпить. И он был прав, спать хотелось до чёртиков. Почти до самого утра не могла заснуть, нервно гоняя мысли в голове и вспоминая всё ранее сказанное Глебом. Я совершенно его не понимала и, чтобы хоть как-то прийти к разумному объяснению его действий, поступков и слов, даже пыталась ставить себя на его место, но это плохо получалось. Обида, разочарование и даже эгоизм не давали возможности прийти к взаимопониманию. В итоге, я заставила себя думать о Егоре и вспоминать только хорошее время, проведённое рядом с сыном. Это всегда помогало. Сработало и в этот раз. Сон сморил моментально.

А уже утром, стоя под горячими струями душами, я собирала себя по частям, чтобы снова быть морально готовой к противостоянию в словесной и душевной борьбе с Абрамовым, который сейчас выглядел намного лучше меня. Я кинула на него быстрый взгляд, машинально кивнула и отодвинула в сторону тарелку с когда-то любимым лакомством.

— Дай две минуты.

— Время пошло, — выдавил он, что-то упорно листая в своём мобильном.

За всё утро мы перекинулись не более чем десятком фраз и то, те были короткие и не всегда приятные с его стороны. Если так будет и дальше, то это вполне меня устроит, пока не надоест.

В несколько больших глотков я выпила остывший напиток и потянулась за своей лёгкой курткой, давая понять соседу за столом, что я уже всё. Глеб молча убрал телефон и демонстративно потянулся, невольно приковывая мой взгляд к своей мощной груди в светлой лёгкой кофте. О да, я прекрасно помнила, как любила засыпать на его груди, непроизвольно водя и путаясь пальчиками в мелких волосках. Дернув подбородком и громко фыркнув, надела куртку, и первая вышла из уютного кафе, которое находилось на одной улице с гостиницей, где пришлось ночевать.

— Твоё странное поведение меня продолжает бесить. Почему я должен бегать за тобой?

Мне пришлось закатить глаза и отвернуться к окну, когда Глеб сел рядом со мной на заднее сиденье такси и высказал своё детское недовольство.

— Ты сам попросил быстрее.

До самого СТО мы хранили гробовое молчание, которое периодически разбавлял писк навигатора таксиста. Глеб снова погрузился в свой телефон, а мне ничего не оставалось, как исследовать глазами небольшой городок, в который по случаю меня занесло на неизвестно какое время.

— Не хочешь предупредить маму, что мы задерживаемся?

— Обязательно, как только узнаю на какой срок мы тут застряли.

— Логично, — снова не отрываясь от мобильного, Глеб пожал плечами.

В автомастерской мы провели не много времени, в течении которого я в основном стояла в стороне и, от делать нечего, осматривалась, стараясь не мешать. Погода улучшилась и, хоть небо и было затянуто серыми облаками, но прогноза на дождь всё же не было. Откинув носком кроссовка маленький камешек в сторону, уже хотела набрать маму и узнать, как их дела, как ко мне подлетел Глеб и с улыбкой сообщил новости.

— Не всё так плохо, как могло быть. Сломался датчик скорости, и мастер уже его выкрутил. Осталось дело за малым: забрать его из магазина, привезти сюда, чтобы он его заменил, и можно ехать дальше.

— Это хорошо. Значит после обеда можно выезжать?

— Да, очень надеюсь, что успеет, — Абрамов кивнул на мастерскую и автослесаря, который вытирал руки о грязную тряпку и кивал нам, — можешь звонить маме и предупредить, что к вечеру будем, пусть собирает вещи мальчику.

Меня слегка передёрнуло от того, как он назвал нашего сына — холодно-нейтрально, а Глеб даже не заметил, отошёл в сторону, чтобы вызвать такси.

Такой родной и взволнованный голос мамы на несколько секунд вывел из равновесия. Сглотнув ком в горле, я ответила на все вопросы и наконец сообщила главную новость.

— Ты меня сейчас убила, — мама замолчала на несколько секунд, после того, как узнала, что я еду с бывшим за Егором, — что за срочность?

— Я не знаю, не могу понять и объяснить. Ты не представляешь, как он изменился и как мне сейчас тяжело его понимать.

— Если так, то ты должна держать себя в руках, ради Егора.

— Только это и помогает.

А дальше я попыталась увести тему от бывшего мужа, переключив всё внимание мамы на моего сына и на то, что безумно по ним соскучилась.

— Такси подъехало, пойдём.

У Глеба после автомастерской было отличное настроение, даже попытался вести себя галантно, но вот мне этого не надо было. Безумно хотелось спать, да хотя бы просто полежать перед несколькими часами дороги.

— Какие планы?

— Завезу тебя в гостиницу и до обеда ты мне не нужна. Как только заберу машину, перекусим и будем выдвигаться, хочется до полуночи вернуться в Ростов, чтобы завтра быть на работе.

— Понятно. Я переживаю, как Егор перенесёт дорогу.

— А в чём сложность? Возьми с собой всё необходимое…

— Не в этом дело. Он ни разу не ездил так далеко на машине, самое долгое было в Краснодар к первым специалистам, которые и установили точный диагноз, а потом мы на поезде поехали в онкоцентр в Москву.

Глеб кивнул и, неожиданно для меня, взял за руку.

— Понимаю, но очень рассчитываю, что всю дорогу он будет крепко спать.

— Смогла отдохнуть?

Глеб грузил в багажник наши сумки, а я ждала у машины. Пару часов сна мне вернули силы, а вкусный обед в хорошем ресторане настроение. Мне хотелось быстрее выехать и скорее быть дома, чтобы увидеть родных.

— Да, ночью не смогла заснуть, сейчас наверстала. А ты?

— Я не устал и спал всю ночь, поэтому занимался некоторыми делами, которые не требуют моего присутствия.

До Краснодара мы ехали молча, Абрамов периодически отвечал на телефонные звонки или сбрасывал некоторые. Я же старалась не обращать внимания, рассматривая меняющийся пейзаж за окном. Но, как только мы проехали город-миллионник, Абрамов остановился на ближайшей парковке.

— Что-то случилось?

— Мне надо ответить. Да, Саш?!

Я успела только выгнуть брови и наблюдать, как бывший муж расхаживал возле капота машины и чём-то разговаривал со своей нынешней любовницей. «А, молодец Шурочка, крепко держит его в своих ручках с длинными коготками». Неприятное чувство, очень близкое к ревности, разлилось горечью во рту. С трудом сглотнув эту гадость, отвернулась в сторону, стала ждать его возвращения в машину, нервно постукивая ноготками по ручке двери.

— Всё хорошо, Шурочку успокоил? — не смогла сдержаться, но зато какое удовольствие поддеть Абрамова.

— А тебе не всё равно?

— Было бы всё равно, если бы она не мешала поездке. Не люблю ждать.

Громкий смех бывшего ещё больше заставил хмуриться. Было неприятно, ведь я кожей чувствовала, что смеётся он надо мной.

— Ревнуешь, жёнушка?

— Ни капельки! Как можно ревновать к шалаве? И не жена я тебе больше!

— С последним соглашусь и не больше. Ева, если не ревнуешь, то тогда к чему этот вопрос и нескрываемый негатив?

— Я не хочу продолжать.

— Ну, как всегда… Начала и, когда тебя зажали в угол, сразу в кусты!

— Не всегда! Давай сменим тему или просто помолчим?

Мысленно ругая себя за несдержанность, ждала от Глеба ответа, рассчитывая на второй предложенный вариант.

— Мы с Александрой в гм… сейчас в тесных отношениях, и я не думал, что поездка за Егором затянется. Она переживает.

— Пожалуйста, Абрамов, избавь меня о подробностях своей половой жизни с Шурочкой, меня может стошнить.

— Всего лишь попытался объяснить, — Глеб усмехнулся, но продолжил: — Ну и стервой ты стала.

И тут я чуть не задохнулась от возмущения.

— Я стерва?! Да как у тебя вообще язык поворачивается! Она всю нашу совместную жизнь пыталась влезть между нами, крутила задницей перед тобой, бежала по первому зову, и я стерва?

— Успокойся, я не…

— Не смей так говорить!

— Хватит! Ты тоже не святая, так что закрой свой рот!

— Да пошёл ты со своей Шурочкой!

Абрамов свернул на обочину и резко обернувшись, процедил сквозь зубы:

— Если так, то можешь выйти прямо здесь, а я вернусь обратно. Это я тебе нужен и если не успокоишься, то делай, что хочешь! А истерик и выяснения отношений я не потерплю. Это хоть понятно?

— Предельно.

— Вот и чудненько.

Он, как ни в чём не бывало, включил поворотник и выехал на трассу, обратив всё своё внимание на дорогу. Только крепко сжатые руки на руле выдавали насколько сейчас Глеб был зол. «Не доводи дьявола, когда просишь его помощи», мелькнула мысль и моментом потушила пожар негативных эмоций на душе.

Как бы ни хотелось, но пришлось признать — Абрамов был прав, его личная жизнь, меня не касалась, как и моя, не касалась его. А мне стоило сдерживаться и обдумывать каждое сказанное слово, чтобы впредь такое не повторялось, но как же это тяжело! Когда он был в хорошем настроении, улыбался мне, сердце замирало, а нежность к нему растекалась сладкой карамелью по всему телу. В такие моменты забывалось всё плохое и снова хотелось раствориться в нём, в его объятиях.

Наше молчание и мои внутренние диалоги прервались уже на подъезде к Лазаревскому, посёлку городского типа, расположенного между живописными горами Кавказа и Чёрным морем. И чем ближе мы были к дому, тем лучше была погода. Тучи редели, солнце светило ярче, прогревая воздух почти до летних температур. И в какой-то момент я пожалела, что не взяла с собой очки, с завистью кидая взгляд на бывшего мужа, который был более предусмотрителен.

Чёртов Абрамов! Ему, как в поговорке, всё было к лицу. Обтягивающая светлая кофта с приподнятыми рукавами тысячу раз вызывала во мне миллиард самых горячих мыслей и желаний, а солнечные очки ещё больше придавали брутальности, хотя куда ещё больше? И он, видимо, это хорошо знал. В сотый раз мысленно закатив глаза, заставила себя не думать о бывшем муженьке, а сосредоточиться на том, как я его представлю Егору.

И это было самое сложное. Егор несколько раз спрашивал про папу и мне всегда удавалось перевести тему на более нейтральную и интересную для ребёнка, чтобы он забыл на время свой вопрос. Но вот сейчас… Врать малышу совершенно не хотелось, тем более зачем, если Глеб был ему настоящим отцом. А сказать сходу правду, значит кинуть вызов Абрамову и его эго. Я всё же выбрала правду.

— Мест рядом с подъездом нет, прогуляемся, — Глеб заглушил двигатель и первый вышел из машины, чтобы достать мою сумку.

— Нам понадобится некоторое время, чтобы собраться.

— Я не тороплю, собирайся сколько надо.

Не успели мы подойти к нужному подъезду пятиэтажки, где теперь я жила с мамой, как детский голосок окликнул меня.

— Егор, мама! — Колени подогнулись от радости, и я практически рухнула на землю, открывая объятия для сына.

— А мы решили немного погулять и сходить в магазин, — мама распушала рукой волосы Егора, подарила мне улыбку и только потом обратила своё внимание на Абрамова. — Здравствуй, Глеб.