Опальная принцесса во дворце 3

Глава 3. Волшебница под замком

Несколькими часами ранее

В груди жгло от обиды, я шла по коридорам чуть не печатая шаг. Глаза жгло от слез, но нельзя подавать виду. Не сейчас, когда за спиной маршируют два десятка стражи, так еще и Тельма гадким взглядом сверлит спину.

Только не сейчас. Я сжала пальцы в кулаки, чтобы боль хоть немного отрезвляла, но эмоции рвались изнутри. Грозились смести плотину спокойствия ко всем бесам. А потом, как же хотелось отхлестать Тельму, которая не просто донесла отцу! Так еще и вывернула все наизнанку!

Доспехи стражников громыхают, от каждого шага голова взрывается будто огненным смерчем. Может ну их эти тайны? Пропади оно все пропадом. Достаточно позвать крестного или даже Тень, а после исчезнуть за ближайшим поворотом…

Наперекор мыслям вспоминалась теплая и дрожащая рука младшенькой сестры, а еще ее напуганный взгляд. Вот как можно оставить ее одну на растерзание местным змеям. Я прошипела под нос ругательство.

Злость душила, но еще сильнее давила необходимость подчиниться приказу. Меня аж колотило, ведь я хотела как лучше! Но папенька не оценил снова! Назвал захолустной девчонкой, так еще и в башне вознамерился запереть.

Злости на него не хватает! Видите ли волшба — бабья блажь! Его бы в Радужный лес на денек он бы по-другому запел.

Наконец мы поднялись на самый верх. Впереди показался вход в башню, а я так и не решила, что буду делать! Подчиниться приказу или бежать отсюда без оглядки. Сердце разрывалось в нерешительности. Гнев сжимал горло удавкой, а сомнения не давали, ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Так сильно меня может разгневать только драгоценный папенька!

— Ваше высочество, — окликнул стражник, от чужого голоса за спиной я вздрогнула. Хотелось накричать на служивого, я резко обернулась и желание испарилось… В глазах стражника не было насмешки, только усталая мольба. — Умоляю, не исчезайте! С прошлого нам урезали жалование. А теперь и вовсе… — стражник умолк, понимая что и у кого просит, потом глянул на меня с высоты своего роста и добавил: — У меня семья, двое сыновей… И маленькая дочка.

Что-то внутри надломилось с тихим щелчком. Вместо пламени ярости внутри растеклась ледяная тяжесть. Их жалование... Дети... От моего следующего слова теперь зависели судьбы живых людей с именами и лицами. Злость, что так яростно клокотала, с шипением стала сдуваться. Зато долг принцессы повис ярмом на шее.

Обвожу взглядом остальных. Мужчины смотрят насторожено, будто я злой фейри в юбке! Сейчас обращусь в клыкастое чудовище и всех слопаю вместе с доспехами.

— Как я по-вашему могу исчезнуть? Вход и выход всего один? — раздражение таки отразилось в голосе. Пришлось сделать глубокий вдох, бедняга стражник мне ничего не сделал и срываться на нем последнее дело. — Прошу прощения, я немного на эмоциях.

Лицо служивого вытянулось.

— Мы много раз теряли вас из виду буквально на ровном месте. Вот и опасаемся… — стражник смотрел в глаза и я прекрасно понимала, о чем он говорит. Наконец мужчина добродушно улыбнулся и молвил: — Ваше высочество, я уверен ситуация с герцогиней скоро разрешиться. Тогда король сменит гнев на милость, а пока… — страж оглянулся на остальных будто искал поддержку.

— Может вам чего-нибудь вкусненького принести? — полюбопытствовал другой служивый.

— Никакой еды! Принцесса наказана! — рявкнула Тельма и попыталась протиснуться ближе. Вот только стражники стали плечом к плечу, намертво загородив ей проход. — Пропустите!

На требование придворной грымзы и ухом никто не повел. Даже я опешила.

Смотрю на лица людей, от моей лояльности зависит их жизнь, но никто не выказывает негодования или зла. Наоборот — мне будто сочувствуют!

Неожиданно. Злость постепенно утихает, но тут мой взгляд цепляется за Тельму. Глухое раздражение царапает душу в кровь. Гадина! Лгунья!

Перевожу взгляд на стражника.

— Давайте условимся о следующем. Первое — я не хочу видеть леди Тельму даже на подходе к своей башне!

Договорить не успела, а стражники, которые перекрывали придворной змее путь, резко развернулись к ней лицом.

— Ее высочество не желает, чтобы вы присутствовали на этаже! Покиньте его немедленно!

— Да, как вы смеете! Я…

Договорить гадине не дали, цапнули за плечи, развернули на девяносто градусов и потащили к выходу! И плевать им было на крики или упреки, впрочем, и на статус тоже.

Стою и глазами хлопаю, даже душа притихла, в ней тепло разливается. А на задворках мысль плещется — поделом гадине! Если бы ее с лестницы спустили было бы вообще замечательно!

Одно не понятно. Стражники могли с самого начала так сделать? Так почему я раньше подобного не приказывала?

Мой собеседник добродушно улыбнулся.

— Нам известно, что Тельма издевается над служками во дворце. Раньше ее не трогали, потому что приказа не было. Табель о рангах известна всем. Ваш статус выше, несмотря на опалу. Если вы не желаете эту даму видеть, мы сделаем так, что ее здесь не будет.

Смотрю на стражника и понимаю, что папенька редкостный гад! Он таки поймал меня на крючок. Я не допущу, чтобы эти люди пострадали, а значит придется покорно сидеть в башне, пока герцогиня не очнется.

— Послать кого-нибудь к повару? — без всякой насмешки уточнил мой хм… Союзник или конвоир. А дальше последовало совсем неожиданное: — За сладостями.

Отказываться нельзя, я не в том положении, чтобы носом вертеть.

— Будет неплохо… Скоро вечер и стараниями леди Тельмы меня наверняка оставят без ужина…

— Принято, — кивнул страж, а двое его помощников унеслись выполнять поручение. Стою и думаю, как бы прощупать границы дозволенного, планы на вечер ведь были колоссальные.

— А если мне понадобиться передать несколько записок… Вы поможете?

— Прямого запрета не было! — пожал плечами страж.

— Зато есть строжайший домашний арест, — напомнила в ответ. Не хотелось бы навлечь на союзника беду.

— Да, наказание подразумевает, что вам запрещено пересекать порог башни… Однако, если вы захотите постоять на пороге и побеседовать со своей дуэньей или еще с кем-нибудь, мы никак не сможем возразить…

Улыбка таки коснулась моих губ. Я кивнула принимая правила.

— Благодарю за разъяснения. В свою очередь обещаю никуда не хм… исчезать!

Страж заулыбался во весь рот и вытянулся передо мной.

— Тогда мы стоим здесь и обещаем беречь ваш покой и нервы!

После этого мои конвоиры, галантно распахнули дверь в башню. Интересно они ко всем такие добрые или только ко мне?

Поднимаюсь по ступенькам и с каждым шагом на душе все тяжелее становится. А в мозгу словно каленым железом высеченная, полыхает фраза короля: “Ты просто девчонка из захолустья.”

Хочется крикнуть ему в пику: “Если я девчонка из захолустья, то какого беса ты меня в Истрию сватаешь?”

Вот только после боя кулаками не машут. Сейчас я проиграла, разгром по всем фронтам.

Подошла к двери, сунула ключ в замок, а открывать не хочется. Я уже здесь улавливаю аромат духов Люсии, но поговорить с младшенькой не могу. Из-за вмешательства короля она там совсем одна. Стало горько до слез.

— Это все так не справедливо! — выдохнула и наконец распахнула злосчастную дверь.

Аромат трав окутал с головой. Выбивая почву из-под ног. От этого привычного, домашнего запаха что-то внутри надорвалось. Ноги сами подкосились, и я, рыдая, прислонилась к косяку, пытаясь заглушить всхлипы в ладони.

Навстречу вынырнул Броллахан, глянул невозможными фиолетовыми глазами, спрятался обратно. Наверное зареванную принцессу испугался.

Правда спустя секунду он появился вновь. Перепрыгнул через половину комнаты, попытался приземлиться на стул, в итоге стул завалился, а фейри полетел на пол.

Пришлось рукавом смахнуть непрошенные слезы и бежать на помощь. Чудом успела, подхватился мелочь у самого пола. Хан состроил умилительную мордочку, потерся о мою ладошку.

— Яко?

— Яблок у меня нет… — призналась поглаживая теплый и мягкий бок.

Хан мотнул головой.

— Он не просит яблоки, он его тебе предлагает, — раздалось с темного угла.

Я аж подпрыгнула, сердце в пятки свалилось. Потом пригляделась и поняла кто мой гость.

— Добриэль?

Крестный взмахнул рукой и в башне зажглись разом все свечи. Наконец я разглядела гостя. Он был мрачен и хмур. Плохое предзнаменование, обычно если чародей не в настроении на орехи прилетает всем вокруг.

Может ему донесли, что я речных дев обманула? Еще одного выговора я точно не переживу. Сердце сжалось, аж дышать стало больно. Страшно увидеть разочарование в глазах крестного.

— Яко! — напомнил о себе броллахан и протянул яблоко, возможно последнее.

— Спасибо, — промолвила я и прижала пушистика к себе. Он был такой теплый и живой, а главное рядом… — Как выпадет случай я тебе еще яблок принесу!

— Яко, — просиял фейри и проворно ускользнул из моих рук, назад к блокноту.

Перевожу взгляд на Добриэля, тот молчит и брови хмурит. Медленно перевожу дыхание, пытаюсь взять себя в руки и сообразить, где же я опростоволосилась. Точно русалки на меня нажаловались! Прохиндейки хвостатые!

— Вержик, — крестный подался вперед, согнул руку и подпер ею подбородок. Сейчас он был в своей истинной форме, мохнатая грива переливалась при свечах, желтые светлячки скользили по острым когтям, потом соскальзывали на перстни и те загадочно мерцали, будто и не камни вовсе, а волшебная сила запертая в металл.

Светлый плоеный воротник оттенял рыжеватую шерсть, я окинула крестного взглядом и заметила, что он не гневается, а скорее чем-то озадачен.

Странно и необычно.

Подошла ближе, опустилась в кресло рядом.

— Что случилось? Тебе на меня нажаловались?

— Думаешь я буду слушать всяких жалобщиков? — махнул рукой Добриэль. — Да и девицы с Жемчужно озера лихо дали маху. На невинного человека проклятье наслать! Уму непостижимо. Я бы за такое… — глаза Добриэля полыхали недовольством, крестный покрутил перстень на пальце, а потом спокойнее изрек: — повезло наядам, что территория не моя...

Я украдкой выдохнула — пронесло. Но его хмурый вид не изменился.

— Тогда чего ты такой мрачный?

Крестный взлохматил гриву и признался:.

— Дома что-то поменялось… Горяночка задумчивая стала, настроение туда-сюда скачет… Уже не знаю что и думать. Подарков надарил, а она и не заметила. Сегодня поговорить с ней хотел, но твой коронованный выступать начал! Как додумался только волшебную силу придурью назвать! Всыпать бы ему! — чародей сжал кулак, и по когтям пробежали искры.

Я тут же накрыла его ладонь своей…

— Не надо, нарушишь чародейский закон и Горяна точно расстроиться! Лучше скажи, проклятье с Эмбер спало?

Добриэль вытянул руку и над ладонью возник светящийся шар, внутри мелькнуло лицо герцогини. Крестный поглядел внимательно и качнул головой.

— Много лет девочка под проклятьем ходила, глубоко оно прижилось и быстро чары рассеяться не могут, время нужно! А организму силы, вот потому она и спит. — Добриэль улыбнулся так тепло, что все тревоги из сердца испарились. — Не волнуйся и, Вержик, в следующий раз лучше позови меня.

— Но…

Добриэль протянул ладошку и погладил меня по волосам, такой родной жест, такой знакомый. Аж комок к сердцу подкатил.

— Ты — человек, тебе опасно встревать в споры с фейри. Сама знаешь, какой у них норов капризный… А сейчас лучше поведай, — Его палец резко ткнул в сторону котла. — Зачем зелье для Бумаги Желаний? Не знаешь насколько оно опасно? Много лет назад фейри за нее дрались не на жизнь, а на смерть! Мы с таким трудом ее изъяли, а тут на тебе! Целый рулон для пропитки лежит?

Мое сердце упало. Гроза не миновала — она сменила направление.

Я шмыгнула носом, некогда расклеивается, соображать надо, как нашу задумку в достойном свете представить.

— Вержик, не юли! — его голос зазвенел как сталь. — Или я все это изыму. Вместе с рулоном и вот тем мешком ингредиентов, что под столом запрятан.

Эх, до чего же крестный меня хорошо знает. Улыбка сама собой наползает на лицо, делается широкой как море. А в голове уже мозги вскипели, обвести вокруг пальца чародея, совсем не то же самое, что папеньку за нос водить.

Я облизала пересохшие губы и, понизив голос, выпалила:

— Мы... гулянку затеяли. Чтобы отвлечь короля. Он же Лауру Фалькони похитил, а ее отец может армию купить и на нас двинуть! Нужно ее спасти, а потом…

— Так вот о какой гулянке Ёба-сан говорил, — протянул Добриэль задумчиво и сцепил пальцы в замок.

— Осуждаешь? — голос предательски дрогнул.

Добриэль рассмеялся и мотнул головой.

— Наоборот — Одобряю! Ты молодая, живи! Не все ж над книгами чахнуть. А Ёба-сан присмотрит.

У меня отлегло от сердца. Добриэль не просто не запретил — он одобрил. Я поймала его руки, не в силах вымолвить ни слова. А крестный, улыбаясь, вытер большим пальцем мою щеку — я и не заметила, как снова заплакала.

Вот уж чего не ожидала, так это одобрения на аферу от крёстного. Он единственный, кто запросто мог свернуть все приготовления, а тут вот, пожалуйста. Гляжу на него во все глаза, а чародей в ответ улыбается.

— В этом году мы с Горяной собирались взять тебя на ежегодный бал фейри. Тебе же совсем скоро исполниться восемнадцать. Но из-за отъезда во дворец… Планы сорвались, — крестный прищурился. — Мда, будет странно, если ты пропадешь на целую неделю. Потому, веселись и общайся с людьми. Если нужна помощь в подготовке…

Разве можно отказаться, когда чародей сам что-то предлагает? Да ни в жизнь. Я сжала обе его ладошки, заглянула в глаза и кивнула раз десять.

— Нужна, очень и очень нужна! Только вот… Это не будет нарушением? Ты ж не можешь вмешиваться в дела людей.

— Надавить на короля или на твоих сестер я не могу, однако помощь крестнице не выходит за рамки наших законов. Я так понимаю бумага желаний нужна для приглашений?

— Да, иначе старшие сестры в приказном тоне никого не пустят на гулянку. А так и сами пойдут и свиты за собой потянут.

— А остатки волшебной бумаги…

— Ёба-сан просил передать ему, — рассказываю самым честным образом.

Крестный хмыкнул, поглядел на размер рулона, фыркнул и наконец заключил:

— Значит надо израсходовать всё на приглашения.

Где-то глубоко в душе лениво шевельнулась совесть.

— Но Ёба-сан ингредиентов целый мешок отсыпал! — молвила я.

— Да, ладно, — улыбка чародея стала бессовестно широкой. — Скорее ты сама вцепилась в него как клещ и помножила на жадность количество необходимого.

Я потупилась, надо признать крестный действительно знал меня лучше всех. Хотя чего уж там, множить на жадность я у него и научилась.

— Хватит щеками полыхать, лучше расскажи, как намеревались раздавать приглашения? И почему ты уверена, что старшие сестры будут мешать.

Пожимаю плечами.

— Так они всегда мешают, натура у них такая — бубликом не корми, а дай помешать чему-то.

— Ближе к делу.

— Люсия, собиралась раздачу приглашений организовать через свиту. Вот только к ней никто идти не хочет. Гнева старшеньких побаиваются. Мы к Эмбер пошли, чтобы ее на свою сторону перетянуть, но не получилось. Как быть теперь не знаю. Король меня запер, что я могу отсюда сделать?

— Вержик, ты себя недооцениваешь. Если бы с проклятьем ничего не вышло, как бы ты действовала?

— Во дворце полно других аристократок, по мнению старшеньких они не дотягивают до идеалов красоты. Я собиралась их чуть-чуть преобразить, чтобы все эти напомаженные красавицы в свите старшеньких от зависти удавились.

— Вержик!

— А что тут такого, моих мазей на всех хватит. И я верю, что все девушки красивые, надо только показать им эту сторону. К тому же при дворе есть комната забытых вещей, там столько нарядов. Только успевай выбирать и примерять.

— Наряды? — раздалось из пустоты с явственной ноткой недовольства.

Спустя секунду посреди комнаты возник вихрь из маленьких зеленых листиков. Внутри буйства зелени появилась она — Горяна.

Россыпь зелёных, курчавых волос, которые напоминали тончайшие лианы, женственная фигура. Одеяние в стиле Лехенга-чоли искрится в огнях свечей. Пожалуй если Горяночку закутать в мешковину, на нее все равно все вокруг заглядываться будут. Есть у супруги Добиэля нечто такое, чего нет у других женщин. Может это счастье в глазах и тепло, которое виднеется за каждым жестом и поворотом головы.

Смотрю на гостью с восхищением, сколько бы я не тренировалась, мне никогда не достичь грации самой очаровательной представительницы волшебного народа.

— Дорогая?! — крестный улыбается и смотрит на жену затаив дыхание. Можно подумать он ее сегодня только впервые увидел и влюбился.

— Что это вы тут секретничаете и без меня? — Горяна нахмурила темные брови, но улыбка все еще полыхала на лице.

— Мы думаем какой сюрприз для тебя лучше сделать? — Добриэль поймал ладошку жены. — Мы же знаем как ты любишь очаровательное делать неотразимым.

Горяна встрепенулась, пальчики сжали руку крестного, а наигранная обида растворилась без следа.

— Вержик, неужели ты идешь на свидание и тебя надо сделать неотразимой? — пальцы фейри окутались розовыми звездочками.

А я вскочила с кресла и поспешно замахала руками. Если Горяна серьезно возьмется за мой внешний вид, то боюсь все закончится войной между Истрией и Галисией.

— Не-не, я и так красавица с какой стороны не посмотри, зато во дворце… — тут я умолкла и бросила вопросительный взгляд на Добриэля.

Крестный сразу понял к чему я веду, лукавая улыбка озарила лицо и наконец он кивнул.

Ха! Ну, все сестрицы, вы попали!