Отличница для генерального

9. Номер с видом на катастрофу

Это было неправильно — он властный, самоуверенный эгоист, не считающийся с ее желаниями и чувствами, привыкший брать, использовать и выкидывать ненужное. Анна отлично знала такой типаж. Но что она знала о самом Алексе? Слезливую историю из детства? Должность в «Стройинвесте»? Возраст и любимый парфюм? Их знакомство семь месяцев назад с трудом тянуло даже на поверхностное, а его исчезновение и вовсе говорило: «темному лорду» нет дела до чужих чувств.

И все же тот вечер на крыше, эта случайная встреча на новой работе и последующие за ней стычки — вчера в лифте и на балконе загородного клуба — разрывали душу девушки на тысячу трепещущих от страсти лоскутов. Аня больше не чувствовала себя целой, понимающей, что хорошо, а что плохо, знающей, чего она хочет от жизни и каков ее путь. Она чувствовала только одно: без Алекса, без его наглых поцелуев, беспардонных рук и насмехающихся над ней и всем миром губ жизнь стала неполноценной, и сама Орлова точно лишена чего-то очень важного. Чего-то, что обязательно должно быть в ней. И чувство это зудело первобытной потребностью между ног, стучало частым пульсом в висках и терзало душу.

Придя на свидание к воротам Русского музея, она решилась на первый шаг. Сегодня, выбрав утром платье и чулки, сделала второй. Оставался последний и самый главный, а сдаваться и отступать отличница не привыкла. Край ключ-карты больно врезался в сжатую в кулак ладонь. Александр решил продолжить урок, на который она согласилась семь месяцев назад. Что лучше — сделать и жалеть, или всю жизнь страдать из-за упущенной возможности? Больше полугода она не могла выкинуть его и головы и сбегать сейчас, когда судьба практически на блюдечке принесла второй шанс? Глупо! Но если отказ и согласие глупы в равной степени, поступай так, как велит сердце. И девушка оправила платье, критично оглядела свое отражение в стеклянных дверях и решительно отправилась в логово зверя, ждущего в апартаментах «сто один».

Номер был пуст. Никого. Только сдержанная роскошь отделки, дорогая и стильная. Действительно, огромная кровать с атласным покрывалом, панорамные окна-двери, выходящие на широкую террасу, ванная комната с джакузи — все, как обещал Шувалов.

На низком стеклянном столике — бутылка шампанского в ведерке со льдом и букет в вазе. Аня машинально пересчитала цветы — двадцать четыре белых и одна красная. Алекс все подготовил заранее, и это одновременно пугало и будоражило.

Девушка нервно прошлась по комнате, не зная, куда себя деть. Как его встретить? Может, сесть в кресло, спиной к окну, положив ногу на ногу и небрежно расстегнув несколько пуговок на платье? Или перед подобным принято принимать душ? Освежиться бы ей точно не помешало… Что ждет он, взрослый опытный мужчина, от такой, как она? Покорного подчинения, невинного трепета? Страсти? Слез? Мольбы?

Слишком много вопросов, страха и предвкушения. А еще сомнений, зудящих сбежать пока не поздно через неплотно закрытую дверь, ведущую в песчаные дюны балтийского взморья.

Зеркало над туалетным столиком отразило растерянную девушку с растрепавшейся прической. Пылающее румянцем стыда и смущения лицо, губы со стертой помадой, припухшие от недавнего поцелуя. Платье, смятое на боку, где его ладонь по-хозяйски сжимала бедро.

Музыка из бара доносилась сюда приглушенно. Медленный джаз, томный и чувственный, приглашал, и движения сами собой подстроились под неторопливый ритм. Мелодия успокаивала, помогая унять дрожь в коленях.

Дверь щелкнула, впуская Александра. Пиджак небрежно снят, галстук ослаблен, первые две пуговицы рубашки расстегнуты. Взгляд — темный, тяжелый, как перед грозой.

— Танцуешь одна? — голос низкий, с хрипотцой.

— Разминаюсь, — Аня сделала шаг назад, чувствуя, как учащается пульс.

Алекс медленно приблизился, бросив пиджак на кресло.

— Этот ритм для двоих.

Его руки легли на талию и повели в такт музыке. Аня попыталась сохранить дистанцию, но Александр притянул ближе, заставив упереться в грудь, коснуться бедром паха, где уже ощущалось возбуждение.

— Ты дрожишь, — приоткрытые губы коснулись ее виска, не целуя, но считывая частый пульс.

— От твоей самодовольной наглости, — она попыталась вырваться, но хватка стала жестче.

— Разве? — Алекс усмехнулся.

Они двигались в странном, нервном танце — она пыталась сохранить контроль, он методично разрушал его. Его ладонь скользнула вниз по спине, заставив выгнуться, подставляя шею и грудь.

— Алекс, я не…

— Не «что»? — он крутанул ее, прижав к себе спиной. Пальцы откинули волосы, оголяя кожу, губы коснулись шеи, зубы слегка сжали, отмечая власть и сбивая дыхание. — Не хочешь?

Аня резко обернулась, чтобы ответить, и в этот момент ее сумка соскользнула с плеча, упав на пол. Из раскрывшегося клапана выскользнула та самая упаковка презервативов, купленная по настоянию Варьки. Яркая, кричащая, неопровержимая. Выдающая все ее желания с потрохами.

В наступившей тишине Александр медленно наклонился, поднял коробку, повертел в пальцах. Когда мужчина поднял глаза, в них плескалась ядовитая усмешка.

— О, — рассмеялся Шувалов, — оказывается, ты подготовилась.

Аня вспыхнула.

— Самовлюбленный, эгоистичный нахал! — она вырвала упаковку из его рук. Голос дрожал, но не от страха, а от ярости. — Ты думаешь, я пришла сюда, потому что мечтаю о тебе? О твоих уроках?

Алекс нахмурился, но она уже не могла остановиться.

— Я пришла, потому что ты исчез! Потому что семь месяцев я думала, — со мной что-то не так! Потому что я… — слова сорвались на всхлип. — А тебе просто смешно. «О, смотрите, девочка купила презервативы, наверное, мечтает, чтобы я ее трахнул!»

Орлова отшвырнула коробочку в сторону.

— Я ждала. Ждала звонка, объяснений, хоть чего-то. Но ты исчез. Как будто той ночи на крыше не было. Я думала — со мной что-то не так, что я недостойна такого, как ты… Но это ты боишься!

Она рванула к двери, но Алекс перехватил за руку, прижимая к стене

— Продолжай, — хриплый голос стал опасным, несущим предупреждение и обещающим наказание. — Мне интересно, как далеко зайдет твой бред…

Это было лишнее — провоцирующее и без того близкую истерику. Аня толкнула со всей силы, ударяя в твердую грудь кулаком:

— Ты не исчез. Ты сбежал. Не потому, что я была не готова. Потому что ты сам не готов! Испугался, что за маской циника я увижу мальчишку, который до сих пор дрожит в темноте, вспоминая, как все потерял.

Шувалов побледнел, придавил сильнее, обдавая жаром и злостью.

— Заткнись. Ты ничего не знаешь… — прошипел, уже не предупреждая — грозя.

— Нет, ты послушаешь! — гнев придавал силы. Анна толкнула Алекса в грудь так, что тот пошатнулся, отступив на шаг. — Ты построил крепость из денег и власти, где никто не видит слабостей. Ты боишься чувств! Потому что любовь — это потеря. Родители. Лидия.

Александр резко дернулся, как будто слова были физическим ударом.

— Вон. Пошла на хер отсюда.

Аня фыркнула, отбрасывая боль сердца, где только что взорвалась осколочная бомба.

— Ты же хотел правды? Получай. Да, мне страшно — я боюсь разочаровать, боюсь оказаться недостойной, сделать что-то не так. Но ты — ты боишься настоящей близости. Потому искал на сайте дуру на одну ночь. А я — я хочу большего, чем просто секс на раз!

Выпалив это, Аня наконец-то поняла причину сомнений: при всей привлекательности Алекса и практически звериной тяге ее к этому мужчине, он не мог или не хотел предложить ей то, что чистая девичья душа ждала от отношений. Стоя посреди шикарного номера в метре от огромной кровати, Анна Орлова осознала, что ей мало просто переспать, потеряв невинность тела — ей хотелось залезть в душу к этому наглецу, привыкшему брать от жизни все. Занять место в его мыслях и чувствах, словом стать тем, чем он для нее с той первой встречи.

Александр стоял, перекрывая выход из комнаты, не пытаясь иначе ее остановить. Девушка пнула мыском туфли злосчастную коробку презервативов. Развернулась на каблуках и кинулась к выходу на террасу.

— Аня… — тихо раздалось вслед. Орлова замерла, но не обернулась.

— Я никогда не стану твоим.

От автора

Заинтересовала книга? Добавляйте в библиотеку, чтобы не потерять. История бесплатная в процессе выкладки и 1 день по завершению, дальше станет платной.

Буду рада вашим отзывам и звездам, они не только поднимают рейтинг книги, но и настроение автора;)