Отшельник. Жизнь сначала. Просто не будет

Глава 21

Дубов стоял у окна в кабинете главврача и смотрел на город, на людей, снующих внизу по своим делам, и думал. Аркадий заполнял какие-то документы, поэтому молчали оба.

— Дим, кто она тебе? — неожиданно спросил тот, кто никогда не задавал лишних вопросов.

Дмитрий отвернулся от окна и удивленно посмотрел на пожилого врача:

— Очередной нуждающийся в помощи человек. Док, что за вопросы такие? Я что, в первый раз кого-то привожу к тебе в больничку?

— Не первый. Но она непохожа на очередного твоего питомца.

После этих слов в Аркадия впился острый как скальпель взгляд. Мужчина не стушевался, наоборот, улыбнулся теплой, отеческой улыбкой и закончил свою мысль:

— Дима, ты можешь врать мне точно так же, как всем остальным. Но будь честен хотя бы с самим собой. Я ни разу за все наши с тобой годы знакомства не видел тебя таким. Рядом с ней, — Аркадий кивнул на документы Ильки, лежащие перед ним на столе, — ты другой.

Дубов медленно выдохнул, на его губах мелькнуло некое подобие улыбки, которое лишь подтвердило слова Аркадия — Иллария Слободская не была для Отшельника очередным питомцем.

— Так кто она тебе, Дима?

— Считай, что она моя последняя проверка на шанс начать жизнь сначала.

— Ну что ж, давно пора, Дим, давно. Очередной раз убеждаюсь, что Альберт не ошибся, выбрав тебя в качестве своего преемника.

— Спасибо, док.

Аркадий еще раз улыбнулся и вернулся к делам:

— Так, Дим, смотри. Все эти обследования надо пройти. В один день мы не уложимся. К тому же мне надо будет дождаться полного обследования, и только тогда я смогу сказать вам, пневмония это у твоей красавицы или просто последствия стресса. Пока всё говорит в пользу второго, но завтра скажу точно. Если я прав, то после двух выпишу её. А сейчас можешь сам идти обрадовать и успокоить девушку. Не знаю, что там у вас произошло, но выглядит она как мышь, попавшая в мышеловку.

Дубов вышел из кабинета врача и отправился к Ильке. Надо и правда успокоить, а то ж наверняка надумала там себе черт знает чего!

Входя в лифт и нажимая на кнопку нужного этажа, он никак не ожидал того, что “проверка на шанс начать жизнь сначала” будет включена в режиме “максимум”.

Створки лифта разъехались, и Дубов увидел Киборга, идущего по больничному коридору ему навстречу.

“Какого хрена он тут делает? Узнал, что Илька здесь? Выследил? Нашел-таки дочь своего шефа, цепной пес? — замелькали вопросы один за другим.

“Да блядь! — ругнулся на себя. — Что за истерика?”

Это сработало, мозг заработал в режиме “анализ”.

Тихон шел из самого конца коридора. Палата Ильки находится ближе к лифтам. Пост медсестры ровно посередине. Тихон только подходил к посту, когда Дубов его увидел. Медсестры на посту не было, значит, Тихон шел не к медсестре, а из чьей-то палаты. За его спиной их было всего две.

Получается, что это всего лишь совпадение.

Тихон, тот, кого он навещал, сам Дубов и Илька — они все случайно оказались на одном этаже.

Да, и так тоже бывает. Примерно в соотношении один к ста тысячам, но бывает. Уж ему ли это не знать.

“Ну и кого же ты тут навещал, а, Тихон Петрович?”

Казалось бы, Дмитрий уже привык, что его не узнают, но встреч с прошлым вот так близко, практически наедине, у него еще не было.

Илька не в счет. Она совсем мелкая была, да и виделись они с ней не так часто, чтобы она его узнала.

Старался избегать таких встреч, и у него это хорошо получалось.

Избегал, исключал, не пересекался.

До сегодняшнего дня.

И вот теперь тут, случайно и совершенно неожиданно, случилось.

Да еще с тем, кто мог и должен был его узнать.

Тихон — это совсем другое дело, это не Илька. С ним они общались и близко, и часто. Наметанный взгляд профессионала высокого уровня нельзя было списывать со счетов.

Узнает или нет? А если узнает, то как себя поведет?

Лично к Киборгу у Дубова претензий не было. И он сам, но сначала, конечно, Альберт, и его парни пробивали начбеза — Тихон не участвовал в покушении. Ни прямо, ни косвенно. Его вообще в стране не было на тот момент. Слободский вывозил семью к морю, и верный Цербер был с ними.

В пользу того, что не Тихон организовывал нападение, говорило еще одно — если бы этим вопросом занимался сам Киборг, то хрен бы тогда, в ту ночь, Димон остался жив.

И опять же, пусть косвенно, но непричастность Тихона к покушению говорила в защиту и Валерона. Если б Слободский хотел устранить Димона, он бы поручил это своему человеку. Профессионалу высокого уровня, преданному до глубины души. Зачем нанимать дилетантов со стороны, рискуя быть выданным, когда есть свой, стопудово непродажный.

Дубов шел навстречу начбезу бывшего друга, смотрел в глаза и понимал — не узнаёт его Тихон.

Сканирует? Да.

Догадался, кто перед ним? Да.

Только вот сейчас он видит перед собой не Димона Ярцева, а таинственного и закрытого от всех Отшельника.

Они разошлись в разные стороны. Дубов и слышал, и видел, как лифт уехал, увозя Тихона вниз. А он сам, вместо того чтобы идти в палату к Ильке, прошел дальше по коридору. Он должен выяснить, к кому приезжал Тихон.

Пользуясь тем, что медсестры на посту не было, Дубов заглянул сначала в самую дальнюю из палат — там лежала пожилая женщина и с кем-то говорила по телефону. Судя по отрывку разговора, тот продолжался уже давно. Всё может быть, конечно, но почему-то Дубов был уверен, что Тихон шел не от неё.

Он быстро закрыл дверь и шагнул к другой палате. И вот здесь его ждал сюрприз.

Во второй палате спала молодая девушка. Неожиданно он узнал в ней ту самую подругу Ильки, которой должна была звонить Анжи.

Дубов в первую же ночь пребывания в его доме девушки проверил всю ту инфу, что ему рассказала о ней Анжи.

Сомнений не было — в этой палате была Наталья Григорьева, подруга Илларии.

Дмитрий окинул цепким взглядом всю картину: на больничной кровати спящая бледная девушка, огромный синяк на скуле и обеих руках. К сгибу левой тянется трубка от капельницы.

Кстати, на штативе было не лекарство, а, судя по надписи на бутылке, витаминный раствор.

Что за ерунда? Зачем ей витамины? Она же не наркоманка, которую сейчас выводят из дурмана? Вгляделся в сгибы рук — чистые. Прокол есть, но на правой руке и один-единственный. Видимо, брали кровь на анализ.

И тут, присмотревшись к синякам на запястьях девушки, Дубов четко увидел не просто синяки, а четкие синие, почти черные, следы от пальцев. Твою ж мать… Её насильно удерживали? Зачем?

Ответ пришел сам — зачем еще держат красивых и худеньких девушек за руки?

Так. Ильке пока нельзя знать об этом! Хорошо, что Наталья спит, и хорошо, что у неё, так же как и у Ильки, в палате свой туалет и душ. Есть надежда, что в коридоре подруги не встретятся. Ну хотя бы до вечера. А завтра, как получат результаты обследования, он сам Ильке расскажет о её подруге.

Хотелось бы еще понимать, что с Натальей произошло, а главное, кто её так и за что? Связано ли это с исчезновением Илларии или нет? Не может же быть такого, что Наталье досталось за Илларию от её горе-муженька? Или может?

А если всё-таки это из-за Илларии с ней так поступили? Тогда, значит, её здесь опасно оставлять.

Черт! Хоть самому звони Тихону!