Пока снег не разлучит нас

Глава 14

Оставив парня хватать ртом воздух от возмущения, я подошла ближе к контуру, разглядывая составляющие ограду валуны. Сами булыжники ничего особенного собой не представляли, это установленные на них подставки с сияющими камнями поддерживали работу всей системы. Одновременно обеспечивая существование духа и заключая его в темницу, из которой невозможно вырваться самостоятельно.

– Энергия течет по кругу. Основной камень должен покинуть паз последним, – медленно, весомо начал Шамбара. – Сначала дослушай, потом начинай, потому что первым придется изъять камень разума. И я потеряю дар речи.

– Хорошо, я слушаю, – кивнула и руки за спиной сложила, чтобы наверняка ничего не коснуться даже случайно.

– Тот, что перед тобой справа, с красноватым отливом, пойдет вторым. Это кровь, привязывающая меня к месту. Дальше…

Дух вещал довольно долго, зачем-то поясняя суть схемы, будто я ее когда-то собиралась повторять. Да ни за что! Пусть для этого используется давно почивший предок, общими усилиями рода вытаскиваемый из-за грани обратно в мир, – мертвые тоже имеют право на покой! Пусть живые защищают живых. Благо меня этому неплохо учили.

Но слушала все равно внимательно. Не хватало еще что-то перепутать и правда взорвать пещеру.

Сальярго за моей спиной сосредоточенно сопел и мысленно записывал каждое слово. Не сомневаюсь, что уж коршуны-то не преминут воспользоваться тайной техникой. Охочих до битв предков у них множество, наверняка кто-то не откажется от такой вот формы существования в обмен на защиту окрестных жителей.

– Ну вот и все. Запомнили? – строго уточнил Шамбара.

Мы с Эри старательно закивали.

– Приступайте. Благодарю вас за помощь, – величественно бросил дух и замолк, уходя глубже в зеркало.

Поверхность помутнела и потемнела, как будто внутри выключили свет.

Я неуверенно покосилась на коршуна.

– Начнем? Сначала разум, вот этот зелененький…

Протянула руки и отдернула.

– А вдруг рванет?

– Давай я. А ты отойди ближе к выходу. Если что, успеешь улететь, – решительно отодвинул меня в сторону Сальярго и одним движением сковырнул малахит с подставки.

Далеко не каждый материал способен принять магию, тем более удерживать ее и перераспределять. Драгоценные и полудрагоценные камни подходят лучше всего, что делает любой ритуал, связанный с накопителями, не только сложным в исполнении, но и крайне дорогим.

Огромный рубин покинул ложе следующим. Я подобный видела только в сокровищнице клана – наверное, на такой вот случай и припасен. Единожды использованный, он терял все свойства и становился бесполезным булыжником. Даже в украшение уже не вставить – блеск не тот. И аура специфическая. Любому одаренному будет тянуть гнильцой.

Сейчас, разбирая защиту по кусочкам, я отчетливо понимала, насколько богатым был клан Авилан. Кому он мог насолить настолько сильно, что его подставили перед императором?

Зависть – страшная штука.

Драконы могли никого лично и не обижать, просто мозолили глаза самим своим существованием.

Последний камень покинул подставку в полной тишине, прерываемой лишь нашим неровным дыханием. Зеркало давно почернело и не подавало признаков жизни, но контур вокруг все еще теплился едва заметными нитями, не рассыпаясь. Висел в воздухе, опираясь на призрачное присутствие накопителей.

Лишь долгую, томительную минуту спустя схема разом рухнула, рассыпаясь сотней золотистых искр по каменному полу. Я вздрогнула, но потолок не обвалился на наши головы. По пещере пронесся тихий, едва слышный стон облегчения, и из остывающего круга мне под ноги выкатился крупный, с ноготь большого пальца, шарик концентрированной силы.

Все, что осталось от некогда могучего духа Шамбара.

Я тяжело сглотнула, чувствуя как горло перехватывает, а дыхание дается с трудом.

Мне не был близок клан Авилан, я вообще о нем никогда не слышала. Но история несправедливого истребления сотен подданных по навету потрясла меня до глубины души.

Что, если бы это оказался клан сов? Нас бы так же истребили, без суда и следствия?

Мне никогда не приходило в голову сомневаться в мудрости и справедливости правителя. Раз император называл кого-то преступником, так и есть. Точка.

Но уничтожать женщин и детей…

Как-то это все же за гранью добра и зла. Конечно, делалось это, чтобы предупредить возможную смуту после, когда малыши подрастут и решат отомстить за отцов. Логически объяснить можно.

Но принять все равно тяжело.