Приключения Эммы Вавилоновой. Убийство в родовом гнезде

Глава 16

И снова настойчивый стук в дверь не дал Эмме досмотреть странный сон, который приснился уже к утру. Она распахнула глаза и поднялась с кровати. Взгляд упал в не зашторенное окно. Серые тучи нависли над садом. Собирался дождь. У Эммы было тяжело на душе. Завтра состоятся похороны дяди Даниила. Эльза занималась ими, пока Эмма бегала по тёмным тайным коридорам и гуляла по старой церкви.

— Чёрт, — выругалась девушка, надевая халат. Она протёрла глаза, чтобы с них спала сонная пелена. Подошла к двери и повернула ключ в замке.

— Городецкого арестовали, — Алекс бесцеремонно и без обиняков заявил сей факт. Он прошёл мимо Эммы и в буквальном смысле плюхнулся в кресло. — Его комнату обыскали. Нашли пиджак, в котором был вчера. Всё так, как ты сказала. Там нет одной пуговицы. Он спрятал пиджачок, но Матвей его нашёл. Плюс запись. Ты помогла следствию, малышка Эмма. А ещё у него поцарапана рука в том месте, где он задел торчащий гвоздик. Он не слишком-то умён, раз даже не заметил пропажу пуговицы. Мотив у него на лицо. Следствие уверено, что он убил твоего дядю. Садовник видел его незадолго до того, как ты нашла Даниила. Городецкий быстро спускался со второго этажа и скрылся за дверями своей спальни. Но…

Алекс поднял указательный палец вверх и прищёлкнул языком (что видимо было его привычкой) прежде чем сказать:

— Я не верю, что это сделал он. Слишком мужчинка труслив. Ты бы видела как забегали его глазки, когда пришла полиция. Да он чуть не расплакался, когда ему надели наручники. И это мужик, которому за пятьдесят!

Эмма не знала Городецкого. Была знакома с ним всего пару дней. Но даже она видела страх в его глазах, когда кинула обвинения прямо в лицо. Там, на лестнице. Мог ли Николай убить? Эмма тоже не знала. Но она точно знала одно: в зависимости от ситуации, люди могут проявлять жестокость или напротив милосердие, хотя другие от них такого не ожидают.

— Чего молчишь? Что думаешь по поводу Городецкого?

Эмма подошла к окошку. Приоткрыла одну створку и вдохнула свежий утренний воздух. Сильнее запахнула халат. «Это неправильно», — вдруг подумала она. Находиться с чужим человеком в собственной спальне, в одном халате. Она не понимала, почему именно эта мысль пришла ей в голову сейчас. Её больше волновало расследование убийства, а не моральная сторона жизни. Эмма верна Тиму и никогда не изменит ему.

— Мне приснился странный сон, — сказала она, наблюдая за тем, как сестра Алекса медленно бредёт по мощённой дорожке между плодовыми деревьями. К груди женщина прижимала какую-то вещь, завёрнутую в серую ткань. У Эммы было отличное зрение, поэтому девушка сразу распознала эмоции, что были написаны на лице убитой горем несостоявшейся жены Даниила. Ненависть. Брови Эммы взлетели вверх. К кому интересно было обращено это чувство, так явно отразившееся на лице Эльзы? Женщина скрылась за деревьями, а Эмма повернулась к Алексу.

— Ты сегодня загадочная. Что там увидела?

— Ничего. Мне снился этот дом. Но не такой, какой он сейчас. А такой, каким был много лет назад. Я видела на чёрно-белых фото. Во сне я видела маму. Совсем молодой. И дядя Даниил был там. Такой маленький мальчик. И вся семья собралась вместе. Но было такое чувство, что не хватает кого-то. Я видела, что моя бабушка, такая молодая и черноволосая сидела в кресле, одетая в траур. А на голове моей мамы, была повязана чёрная лента. Это был тревожный сон. Я не знаю, о ком скорбела моя семья. Возможно, какой-то родственник умер. Или очень близкий друг.

Эмма перевела взгляд со стены на Алекса. Он заворожённо смотрел на неё. Она показалась ему прекрасней, чем до этого. Её лицо было беспокойно, но так притягательно, что он на мгновение замер.

— Ты смотришь на меня будто видишь впервые. Что с тобой? — Удивилась девушка. Уголки её губ немного приподнялись. Выражение лица Александра было забавным. Он открыл рот и не моргал. — Александр!

Эмма позвала громче и парень встрепенулся.

— Ничего, я просто… Странный, ты думаешь, сон?

— Ага. А насчёт Городецкого, я не уверена, — а ведь была уверена. — Думаю, каждый может в определённых обстоятельствах совершить убийство. Но убить преднамеренно не каждый способен. А ведь дядю убили преднамеренно. И жестоко. У Городецкого был мотив убрать дядю с дороги на пути к желаемому. Как мне не горько это признавать, я тоже стояла и стою у него на пути, так как ещё не знаю, что делать с семейным бизнесом. Но я не хочу отдавать его Городецкому.

— Это понятно.

— Дядя не хотел. Для него это дело было дорого. И я не имею права отказаться от него. Чёрт, если бы мама поддержала меня, то всё было бы проще. Но она никогда не желала принимать участие в ведении бизнеса. Она бы с радостью продала фабрики.

— Мне нравятся твои рассуждения. Они говорят о том, что ты уважала Даниила.

— Конечно, как же иначе? И ещё меня беспокоит тот разговор, который я слышала с террасы. С кем дядя разговаривал? Почему незнакомец требовал от Даниила деньги? Не он ли убийца?

— Это нам пока неизвестно, как неизвестно и то, кем был незнакомец.

— Это так, — Эмма внезапно почувствовала сильный голод. — Мне нужно переодеться. Я ужасно хочу есть. Если Мария ещё не вернулась, нужно самим приготовить завтрак.

— Аппетит у тебя хороший, да? Есть сэндвичи с помощником следователя, у озера. Как это романтично, — Алекс недовольно скривил губы. — Чем ещё ты там с ним занималась?

— Тебя не касается, с кем и где я ем сэндвичи.

Пора было поставить этого парня на место. Он слишком много себе позволяет! Он ревнует?! Разве он имеет на это право?

— Я не свободна, если ты помнишь. И не отношусь к легкомысленным особам, которые флиртуют направо и налево. А теперь тебе пора. Встретимся на кухне, либо в столовой.

Её тон не оставил выбора Алексу. Не единого шанса побыть ещё в её комнате. Он встал с кресла и побрёл к двери.

— Мне бы очень хотелось знать, что скажет Городецкий на предъявленные ему обвинения.

— А мы узнаем у твоего полицейского друга, — подмигнул Алекс. Эмма показала ему язык и недовольно хмыкнула. Алекс хохотнул и скрылся за дверями спальни.

Эмма покачала головой. Вчерашнее соперничество между Алексом и Матвеем совсем девушке не понравилось. Нужно разъяснить им понятней, что это их противостояние совершенно излишне. Оно не нужно никому из троих.

В голове Эммы сейчас всё было чётко и ясно. Ну, насколько это вообще возможно в сложившихся обстоятельствах. Насчёт Городецкого Эмма была не уверена. Хотя она и сама его подозревала. Влад тоже показал себя не с лучшей стороны. А ещё этот человек, с которым говорил дядя в кабинете вечером, за несколько часов до трагедии. До смерти, которая произошла буквально у Эммы под носом!

Эльза. Было странно видеть злость на её лице. Кто так разозлил женщину? Да ещё и с самого раннего утра? Она была в саду. Возможно решила утром прогуляться и встретила кого-то из домашних? Или из прислуги? Она не могла встретиться там с посторонним человеком. Или могла? Если это был кто-то из семьи, то кто? Кто вызвал такую ненависть у сестры Алекса? Варя? Влад? Николая уже не было, судя по словам Алекса, в доме. Кто? Кто? Водитель? Дворецкий? Садовник? Мария?

— Чёрт! — ругнулась Эмма, выходя из душа. Столько разных подозрений! Столько подозреваемых!

Эмма надела широкие чёрные брюки, белую рубашку с коротким рукавом, сверху накинула пиджак. Привела волосы в порядок и, захватив блокнот, ручку и телефон, вышла из комнаты.