Приключения Эммы Вавилоновой. Убийство в родовом гнезде

Глава 42

Вечер опустился на поля, на маленькое озерцо в глубине леса, на самые кроны деревьев, на большой особняк семьи Вавилоновых, когда Эмма с матерью, Матвей и Александр подъехали к дому. Он встретил их тишиной и тенями.

«Тени прошлого витают здесь», — почему-то подумала девушка, глядя вокруг. У неё было странное чувство одиночества, несмотря на то, что находилась она среди людей. Всё, что приключилось с ней в этом доме, в доме её детства, жило теперь внутри, в душе и памяти. Эмма не ощущала уже так остро тяжесть потери, но сердце было наполнено светлой печалью, какой-то милой, даже нежной грустью. Она знала, что покинет этот дом и вернётся не скоро. Ей нужно побыть вдали от всего случившегося. Семейные тайны, которые теперь стали явными, раскрылись Эмме, заставили её немного иначе смотреть и на дом и на своё детство, на поступки Даниила. Эмма вздохнула. У всех есть грехи и рано или поздно наступает искупление. Нет, Эмма не осуждала дядю, это было не её право, а право Екатерины. Но девушка всё же была разочарована. Не стоит очаровываться людьми так сильно, чтобы вслед за этим не чувствовать жестокий укол разочарования.

— Дочка, — тихо позвала мама. — Пойдём в дом? Если хочешь, я заварю чай.

Они стояли у машины вдвоём. Матвей и Александр уже зашли внутрь.

Эмма улыбнулась матери. В этот момент она испытала к Екатерине такую нежность, какую ещё, кажется, никогда не чувствовала. Она протянула к маме руки и обняла её. Крепко сжала в объятиях.

— Я люблю тебя, мам. Прости, что уже так давно тебе этого не говорила.

Мама хоть и была немного удивлена такому пылкому проявлению дочерней любви (Эмма нечасто выказывала нежность в отношении матери), но тоже крепко обняла Эмму в ответ. Екатерина любила единственную дочь очень сильно. И хоть они и ссорились, порой, эта любовь никуда не девалась.

— Я люблю тебя, Эмма. Всегда, — сказала мама.

Эмма немного отстранилась и посмотрела на маму.

— Я знаю, что не мне одной тяжело от потери Даниила. Тебе не легче, а может ещё больнее от того, что оба твои брата умерли. Да ещё при таких обстоятельствах. Ты всю жизнь скрывала от меня существование второго брата. Но как же больно тебе сейчас, мама! Настоящий Даниил был жив, а ты так и не встретилась с ним.

Во взгляде Эммы мать прочла сочувствие. Дочь была права, Екатерина очень сильно жалела о том, что так и не увиделась с Даниилом. А простить Петра она пока не могла. Но с этим она сможет жить.

— Ты всё понимаешь, — мама улыбнулась. — Но я смогу с этим жить, не беспокойся за меня.

— Ты сильная, мам.

— Как и ты, дочь. Ну, пойдём? Нам ещё нужно поговорить с этой негодной Марией, которая хоть и раскаялась в содеянном, но всё же шпионила за Даниилом! И всё передавала Городецкому и Громову.

Да, Мария сама рассказала всё Матвею. Тогда в саду. Эмма видела их, но не знала о чём разговор. Марию замучило чувство вины. Созналась, что помогала любовнику. Эмма не знала, какое наказание ожидает служанку, но хотела уговорить Львова (если это возможно) не выдвигать обвинений. Мария ждёт ребёнка. Дети не должны страдать за поступки их родителей. Любому малышу нужна мать.

Мама взяла Эмму под руку и они вместе вошли в дом.

***

После душа Эмма оделась и спустилась на кухню. Там разворачивалась душераздирающая сцена.

Львов стоял посредине кухни и расписывал несчастной Марии всё, что ей грозит за пособничество преступникам.

— И Вы, молодая леди, прекрасно должны были осознавать, какую ошибку совершаете, сотрудничая с человеком, преступившим закон. Хотите, чтобы Ваш ребёнок родился в тюрьме?

Мария рыдала как сумасшедшая. Её плечи сотрясались, глаза были уже красные от слёз. Несмотря на её проступок, Эмме было жаль девушку. В конце концов к смерти дяди она не имеет никакого отношения. А то, что она влюбилась не в того человека не её вина.

Эмма выступила вперёд и заслонила собой служанку.

— Вы всех несчастных беременных девушек привыкли так запугивать? Только на это хватает Ваших профессиональных навыков? А как насчёт делать свою работу более качественно и не нападать на тех, кто не может себя защитить? — воинственно расправив плечи и гордо подняв подбородок, сказала Эмма, глядя прямо в глаза следователю.

В стороне от себя девушка услышала тяжёлый вздох Матвея, которого она раньше не заметила. Всё её внимание было приковано ко Львову и Марии.

Тут же она почувствовала как её ладонь коснулась чья-то тёплая, крепкая рука и бережно сжала. Алекс только вошёл в другую дверь кухни и быстро оценив ситуацию, встал плечом к плечу с Эммой. Таким образом он поддержал её и она это прекрасно поняла.

Брови Львова взлетели вверх, на гладко выбритом лице появилось выражение недоумения. Он явно не ожидал, что Эмма так открыто оскорбит его, ещё и в присутствии помощника. Он стиснул зубы, прищурившись посмотрел на Эмму и ответил даже чуть насмешливо:

— Вы забыли, Эмма, что сами можете попасть под раздачу? Сокрытие улик и ложные показания наказуемы!

— Так арестуйте меня. Ну же, — голос Эммы был спокоен и весом. Она не поддастся панике и не будет показывать слабость перед этим человеком. В конце концов Эмма сыграла не последнюю роль в раскрытии этого клубка преступлений, а уж, что пострадала она больше остальных в этой комнате безусловно. Весь план Громова был направлен именно против Эммы в конце концов. Особенно после смерти Даниила.

Эмма выставила вперёд руки, готовая на любое решение Львова. Он терпеть её не мог, это понятно, поэтому запросто выполнит свою угрозу и арестует девушку.

Львов внимательно смотрел Эмме в лицо, наверное, около минуты. А потом развернулся и вышел за дверь. Молча. Эмма удивлённо смотрела ему вслед.

— Он знает как много ты сделала для расследования, — подал голос Матвей.

— Мы сделали, все вместе.

— А ещё он знает, что ты можешь позволить себе самого дорогого и умного адвоката нашей страны, — Алекс широко улыбнулся и подмигнул девушке.

Эмма цыкнула, но улыбнулась.

— Встал за меня горой, да? — подняла она брови. Алекс шутливо поклонился, мол всегда к Вашим услугам.

— Позёр, — проворчал Матвей.

Эмма повернулась к Марии, всё также стоящей у неё за спиной.

— Простите меня, Эмма. Я не знаю как загладить вину. Я шпионила за Вашим дядей, это так низко. И Громов…

— Будь хорошей матерью, люби своего ребёнка и не связывайся с негодяями, — сказала Эмма. — И тогда ты загладишь вину перед дядей.

— Не знаю, что сказать, — Мария растерялась и развела руками.

— Приходи через полчаса в кабинет, за расчётом. Очень надеюсь, что я быстро разберусь в бумагах. А слова уже все сказаны.

Мария кивнула и вышла из кухни.

— Да, мне действительно нужно идти и насчитывать Марии зарплату, ей уезжать через час. На дневной поезд она не попала. Вы чем займётесь? — осведомилась она у ребят.

— Есть!

Ответили хором. Эмма засмеялась.

— Хотите приготовить ужин?

— А ты хочешь отравиться? — усмехнулся Алекс и открыл дверцу холодильника. С важным видом осмотрел его содержимое. Одобрительно кивнул.

— Отойди, если не умеешь готовить, — чуть толкнул его в сторону Матвей. Они опять начали препираться, но Эмма уже поняла, что они просто шутят. Уж Алекс точно. Это в его характере.

— Я готовлю пальчики оближешь!

— Это вызов! И не надейся, что твоя стряпня хоть чего-то стоит.

— Заткнись и держи курицу…

— Сам заткнись…

— Пошёл ты!

Смеясь, Эмма вышла из кухни и направилась в кабинет. Она уже знала свой план действий. Завтра она соберёт вещи и уедет. Тим встретит её на вокзале. Он как раз раз успеет прилететь к её приезду.

Маме она ещё не сказала, но сегодня обязательно поставит её в известность. Эмма знала, что могла бы остаться здесь. Быть детективом можно где угодно. Но у Тима в Екатеринбурге работа. Он там. Значит и ей нужно быть там же, рядом с ним.

Эмма открыла сейф, достала его содержимое и принялась разбираться в ведомостях. И других документах. На это у неё ушло около получаса. Она довольно быстро разобралась в бухгалтерии. Это её порадовало. Когда зашла Мария, Эмма тут же её рассчитала. Мария была смущена той суммой, которую получила от Эммы. Эмма, сама не знала почему, увеличила служанке премию. Из-за её беременности, наверное. Это главная причина.

Мария уехала. Эмма откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. Она вдруг представила себя и дядю рядом, гуляющими по красивому летнему лесу, как бывало ни раз. Они разговаривают на разные темы, обсуждают рецепты пирожных и тортов, говорят о погоде и о летнем отдыхе. Эмма рассказывает дяде про свою мечту стать частным детективом. Дядя серьёзно смотрит на неё. Думает какое-то время над её словами. Потом обнимает.

— Это хорошая профессия, — одобрительно говорит он.

— Ты не обижаешься, что я не вступаю в семейный бизнес как ты хотел?

Даниил покачал головой.

— Это твоя жизнь, малышка и тебе решать кем быть и чем заниматься, — ответил дядя. — Я совершил много ошибок за свою жизнь, но и достижений тоже. Как ты считаешь?

— Я горжусь тобой дядя, чтобы там ни было.

— Я выдавал себя за другого всю свою жизнь, — печально вздохнул он. — Я виноват перед братом. Думал он погиб в тот день. Думал, что сделаю лучше, если скажу, что погиб я, а не Даня. Ведь родители в нём души не чаяли, а ко мне относились холодно. Я был недобрым человеком. А став Даниилом, изменился. Всю жизнь рисовал шрам на руке, чтобы не выдать себя, — горько усмехнулся он. — А брат был жив… Он прав, я предал семью, я был недостоин хранить реликвию.

— Дядя, лишь благодаря тебе наша семья ещё существует, — возразила Эмма. — Ты один много лет продолжал дело, основанное ещё твоими бабушкой и дедушкой. Поэтому именно ты сохранил имя Вавилоновых и никто другой.

Дядя печально и вместе с тем гордо посмотрел на племянницу.

— Ты выросла замечательной, умной женщиной. Мне есть кем гордиться.

Эмма махнула рукой.

— Я лишь на пути к мечте…

— Всё у тебя получится, главное верить, моя родная. Верь в себя так как я верю в тебя. И знай, я люблю тебя, Эмма. Я всегда рядом с тобой.

Эмма открыла глаза. Улыбнулась. Дядя незримо присутствовал рядом. Память о нём останется в сердце до конца её дней. Это видение позволило ей убедиться, что Даниил поддерживает её в решении стать детективом. А ещё позволило попрощаться с дядей, чего она не смогла сделать наяву. Теперь душа её была спокойна, и Эмма очень надеялась, что и душа Даниила успокоилась. Всем сердцем этого желала.

Девушка поднялась с кресла и осмотрела кабинет. Задержала взгляд на столе, где Даниил проводил много времени, изучая разные документы, придавался раздумьям, читал книги. Она перевела взгляд на шкафы с книжными изданиями. Даниил, наверняка, прочёл многое из того, что хранилось на этих полках.

Эмма посмотрела на картину, за которой скрывались потайные ходы. Теперь о них знали многие. Это уже не тайна. Как и не тайна убийство дяди, как и не тайна всё то, о чём он молчал. Эмма не знала, какие ещё секреты скрывает этот дом, но один секрет был раскрыт. Даже сейчас, зная всё, Эмма не могла винить Даниила за его поступок.

— Ты был прекрасным человеком, — прошептала она, выключила свет в кабинете и тихо вышла, прикрыв за собой дверь.