Призрак

ГЛАВА 31

Блайт

РАЗВЕ СМЕРТНЫЕ ДЕВУШКИ НЕ ДОЛЖНЫ ВЫБИРАТЬ ВАМПИРА?

«Я чувствую, что приближается что-то ужасное».

Уильям Шекспир

Мой телефон зазвонил на прикроватном столике, вырвав меня из сна. Солнечный свет проник в комнату, отбрасывая длинную темную тень Ворона, который спал на подоконнике. Вороны спали в вертикальном положении, смешно.

Я села, подавив стон. Все мое тело болело. Я схватила телефон, и сердце бешено заколотилось в груди.

«Выходи, выходи, Маленький Призрак. Я скучаю по тебе».

Эймс.

Призрак

.

Натянув простыни до подбородка, я почувствовала боль между бедер. Прошлой ночью у меня был секс на кладбище с демоном.

А потом за мной гналась, наверное, сотня им подобных.

Я видела большого волка.

В Ониксе есть... огонь.

Мой друг-птица — это настоящая птица, которая спит у меня на подоконнике.

И я была уверена, что владелица магазина — настоящая ведьма.

Но единственное, о чем хотелось думать, это о том, как я потеряла девственность. И хотелось повторить это вновь.

Я набрала ответ.

«Прошлая ночь была реальностью или сном?»

Я отправила еще одно сообщение.

«С тобой все в порядке?»

Серые точки на экране запрыгали, когда появился его ответ.

«Это было настолько реально, насколько ты только хочешь. И да, все хорошо. Как ты?»

Я ответила честно.

«Чувствую боль.»

«Я могу это исправить... если ты придешь сюда.»

Кровь прилила к сердцу, напоминая, что я уже была мокрой. Мой демон манил меня. Это должно было напугать. Любая другая девушка в фильме ужасов была бы вне себя от страха. Как человека, прожившего большую часть своей жизни в страхе, меня шокировало, что я не испугалась. Но меня всегда привлекали темные вещи, начиная с моего стиля и заканчивая искусством и интересами. И я только что узнала, что все это реально. Не просто реально, а по-настоящему страшно и могущественно. Но он был еще и Эймсом. Который находился где-то глубоко внутри него. Может быть, он и стал убийцей, а может, он был огромным демоном со скрюченными в ночи мускулами, но он являлся и чем-то большим. И я хотела разгадать его.

Если бы то существо, которое меня преследовало, позволило мне это сделать.

«Ведьмы хотят поговорить со мной»,

— ответила я.

Точки появлялись и исчезали, прежде чем он, наконец, написал: «

Избавься от них. Старые капризные летучие мыши».

«Мне нравятся летучие мыши.»

«Я подарю тебе целый букет из них.»

Его мрачный ответ заставил меня улыбнуться, и я прижала плюшевую игрушку летучей мыши Бенни к сердцу и напечатала:

«Я найду тебя сегодня днем... Призрак.»

Его сообщение пришло мгновенно.

«

Я буду ждать весь день, Маленький Призрак.»

Грохот, раздавшийся в другом конце комнаты, заставил меня подпрыгнуть. В сознании вспыхнули видения ужасных, напряженных лиц демонов... Серое тело моего отчима, которым что-то или кто-то управлял как марионеткой. Я вздрогнула, взглянув на все еще дремлющего Ворона. Поднявшись с кровати, я зашипела на свои ноющие ноги и другие части тела. Затем доковыляла до источника грохота и открыла дверь кладовки. На полке аккуратно стояли корзиночка с черничными маффинами, графин с чем-то похожим на кофе со льдом, тарелка с сосисками и баночка с капсулами обезболивающего. Я толкнула заднюю стенку шкафа и заглянула внутрь. Никакого люка или проема не обнаружилось... На самом деле, шкаф был отделен от стены и потолка.

— Волшебные кексы, — сказала я себе, сгребая добычу в охапку. Он ударился о маленький столик для завтрака, разбудив Ворона. Тот расправил крылья и пронзительно закричал. Взяв посуду из раковины, я налила в миску воды, положила маффин на тарелку и поставила ее напротив себя. — Как насчет завтрака?

Ворон склонил голову набок и, взмахнув перьями, уселся на край стола и принялся клевать свою еду.

— Знаешь, мне даже нравится, что ты рядом. Мертвые лягушки немного странные, и, знаешь, иногда ты можешь превратиться в человека, похожего на пижона. Но с тобой приятно общаться.

Черная птица посмотрела на меня большими блестящими глазами. Он опустил клюв и придвинул бутылочку с таблетками поближе, пока они не рассыпались. Я простонала:

— Да, сегодня это необходимо. Обслуживание здесь неплохое, да? — пошутила я.

Раздался стук в дверь, и прежде, чем я успела встать, в комнату влетела Есения, ее длинная желтая юбка развевалась за спиной, как облако. Она села за стол для завтрака и взяла булочку.

— Девочка, — сказала она, откусив кусочек.

Я с шипением опустилась на деревянный стул.

— Доброе утро, — ответила я.

— Старухи просто вне себя, — начала она. — Расскажи мне все.

Из моего горла вырвался смешок.

— Прямо все? Как насчет того, чтобы сначала

ты

мне кое-что рассказала?

Ее брови поползли вверх, и она откинулась назад, скрестив ноги. Ворон все еще сидел на краю стола между нами, глядя на нас обоих, прежде чем приступить к своему кексу.

— Что ты хочешь знать?

— Вы все ведьмы, верно? Настоящие. Не просто в костюмах?

Она хихикнула.

— Да, конечно, мы специально нарядились. Что же нас выдало: магазин «Магия эклектики», хрустальные шары или шабаш в лесу?

— Ну, если ты так ставишь вопрос, — подразнила я, подбирая крошки за Вороном и стряхивая их себе на тарелку. — Все, что я видела на «Пивоварне»… настоящее?

— Конечно, — просто ответила она. — За исключением того, что, по-моему, Эсмеральда использует автонастройку. Голос ни у кого не звучит так идеально вживую.

Я покачала головой и проглотила обезболивающее, запив его глотком кофе со льдом.

— Вампиры, олени и волки, духи... пираты — все они настоящие?

— Ага. И демоны, но, думаю, ты уже и сама это поняла. Похоже, ты действительно изучила эту тему.

Мои губы растянулись в улыбке.

— Я подозревала, знаешь ли. Но это все так нереально. Такого дерьма не бывает в реальной жизни, понимаешь?

Она пожала плечами.

— В Ясеневом лесу такое случается.

— Все здесь знают об этом?

Есения затянула желтую ленту, поддерживающую половину ее густых вьющихся волос.

— Все немного сложнее. Теперь моя очередь задавать вопросы. Девочка, в твоем распоряжении целая толпа привлекательных бессмертных, а ты выбираешь самого смертоносного из них? Я имею в виду, что плохие парни нравятся мне так же сильно, как и обычные, но Архидемон, возможно, заходит слишком далеко. Разве вы, девочки, не должны любить вампиров? Разве это не свойственно нормальным смертным девушкам?

— Разве ты не смертная?

Она вздохнула.

— Я не бессмертна, как ты говоришь, но буду жить очень долго. Так же, как и мой муж и дети, благодаря моей магии. Но даже когда умру, я никуда не уйду.

Я открыла рот, чтобы задать еще несколько вопросов, но она шикнула на меня.

— Тебе нужно кое-что понять, прежде чем моя бабушка и другие старухи начнут с тобой разговаривать. Ведьмы постарше... они смотрят на вещи иначе, чем мы, молодые. Они придерживаются многих старых обычаев и традиций, от которых мы отказались. Моя бабушка желает тебе добра, и она действительно поможет тебе, но ты должна быть терпеливой с ней... с ее нравом. Она и Призрак... давние знакомые. Серьезно, ты не могла бы выбрать парня хуже.

— Спасибо, — пробормотала я. — Он действительно настолько плохой?

Есения налила себе стакан кофе со льдом.

— Плохой? Да, именно. Не причинит ли тебе он вреда? Нет, не думаю. Мы с юными ведьмами воспринимаем Парней Хэллоуина иначе, чем старухи. Я думаю, в этой истории есть нечто большее, чем старухи расскажут. Но не говори им, что я тебе это рассказала. На самом деле я даже не догадывалась, что Призрак — это Эймс, до нашего с тобой разговора на прошлой неделе. В любом случае... — она откусила кусочек маффина и погладила Ворона по груди. — Бабушка и старухи ждут тебя. Мне нельзя идти. Тебе придется проделать всю эту странную работу, но поверь, просто сделай это. Ты получишь ответы на некоторые вопросы, и мы, возможно, найдем способ защитить тебя от, ну, понимаешь, от темных сил и всего такого.

Я обхватила голову руками.

— Во что превратилась моя жизнь?

Она хихикнула и сжала мою руку, вставая.

— Привыкай к этому, малышка. Теперь ты — одна из нас.

Ворон склонил голову набок, наблюдая, как я готовлюсь, раскладывая косметику на столе.

— Какой макияж лучше всего подходит для допроса ведьмами перед свиданием с Архидемоном? — с карканьем, которое, возможно, было смехом, птица прыгнула в свою миску с водой и начала плескаться.

— Кошачий взгляд и дерзкие губы? Я тоже об этом подумала. — Как только я привела себя в порядок и надела зеленую клетчатую юбку, черную рубашку с разрезом и сапоги, то сразу застегнула свое темное ожерелье от Духа Ивы. Я потрогала драгоценный камень, проглатывая чувство вины. Ворон запрыгнул мне на плечо, и я улыбнулась, глядя на нас в зеркало. Может, я и не ведьма, но выглядела соответственно.

— Стиви Никс гордился бы мной, — сказала я своему украшению в перьях.

Когда спустилась вниз, пожилая женщина, которую я раньше не встречала, просто взяла меня за руку.

— Твой фамильяр должен остаться здесь. — Я взглянула на Ворона, который ощетинился. — Ему нужно расправить крылья. Ты можешь летать где угодно. Против тебя нет никаких защит, дружище.

Ворон кивнул, по-видимому, довольный, и спрыгнул с моего плеча на стойку регистрации «Магии». Я бросила на него обеспокоенный взгляд, когда женщина потянула меня за руку. Я уже успела привязаться к этому парню.

Старуха молча провела меня в заднюю часть магазина и спустила на два лестничных пролета.

— Я понятия не имела, что в этом здании есть подвал, — заметила я, лишь слегка встревоженная тусклым светом свечей и жутковатой тишиной. У подножия лестницы был каменный пол, похожий на пещеру, поблескивающий бирюзовой рябью. В центре был бассейн с водой размером с большую джакузи. Женщина указала на воду и повесила полотенце на перила лестницы.

— Хочешь, чтобы я вошла туда? — спросила я.

Затем женщина заговорила, указывая пальцем с жилками на воду.

— Ритуальное омовение лунной водой очистит тебя для того, что нам нужно сделать. Полежи тридцать минут и присоединяйся к нам в коридоре. — Она указала на коридор слева.

Я кивнула, и она осторожно прошла мимо бассейна, туда, куда я должна была пройти через полчаса. Завязав свои длинные волосы в беспорядочный пучок, я разделась и осторожно вошла в бассейн. Вода была на удивление теплой и светилась нереальным светом. Какой бы странной ни являлась ситуация, неприятной она не была. Я откинулась назад, положив голову на камень, потому что, черт возьми, не собиралась позволять лунной воде испортить мой жидкий карандаш для подводки.

Вздохнув, я начала волновать волны ногами, а пальцами держалась за поверхность.

Внезапно мой разум вспыхнул.

Я была на знакомой стоянке. На той, где припарковалась во время празднования Дня Всех Святых. Это то место, где прошлой ночью мы обнаружили тело моего отчима и... кукловодов. Только сейчас оно светилось оранжевым, и в мои чувства вторгся запах сгоревшего пепла. Я пыталась брыкаться в воде, извиваться, чтобы прийти в себя, но не могла убежать. Каркнула птица, и Ворон в образе гуманоида появился рядом со мной. Потрескивание и шипение тлеющих углей пронеслось вокруг нас, пока я осматривала чащу. То, что когда-то было пышным и процветающим, теперь обуглилось. Сцена была шокирующей и пугающе реальной. Я почувствовала прикосновение жара к своей щеке.

— Что здесь произошло? — я посмотрела на своего длинноклювого друга, который просто сказал:

— Это сделала ты.

Но меня охватила не паника или страх, а нечто более горячее.

Ярость

.

Судорожно вздохнув, я почувствовала гладкую воду вокруг себя, когда начала брыкаться и пришла в себя. Мои волосы и лицо были сухими, значит, я не ушла под воду. Тяжело дыша, я вылезла из воды и обернула вокруг себя полотенце. Как только, дрожа, натянула одежду, я направилась в коридор, где меня поразила чья-то фигура. На пороге стояла еще одна пожилая женщина в фиолетовом плаще.

— Прошло два часа. Я пришла, чтобы найти тебя.

Два часа?

— Простите. Кажется, я заснула. — Я нервно распустила волосы, собранные в пучок, и они рассыпались мягкими волнами.

Старуха прищелкнула языком, скептически глядя на меня.

— Пойдем. — Я последовала за ней по освещенной факелами дорожке в большую комнату, которая была значительно уютнее. Сухие цветы и травы покачивались, свисая с потолка, а вдоль старых деревянных столов стояли сотни банок.

— Аптекарь? — спросила я.

Старуха склонила голову.

— Садись.

Я сделала, как мне было сказано, и села напротив нее. Шаткий стол между нами застонал, когда она положила на него свои костлявые локти. По мановению ее руки перед нами появились четыре предмета.

— Просто выберите тот, который больше всего нравится. Не думай слишком долго.

У меня перехватило дыхание, когда я посмотрела на эти предметы: головку красной розы, фиолетовый гиацинт, белую маргаритку и желтый нарцисс. Я указала на лиловый гиацинт. Старуха взмахнула рукой, и предметы изменились, перетасовываясь у меня на глазах, как колода карт. Мой желудок скрутило от такой очевидной демонстрации силы. Я указала быстрее, на этот раз на крыло летучей мыши среди кроличьей лапки, рыбьей головы и розового перышка. Еще один взмах ее костлявой руки над предметами, и они перемешались. На этот раз мои пальцы прошлись по предмету от макушки до кончика, ощутив на ощупь сухость змеиной кожи. Я едва обратила внимание на модель бабочки-монарха, что-то похожее на шкурку маленького животного, и белый зуб, расположенный рядом с ней. При моем прикосновении змеиная кожа загудела и сморщилась, прежде чем расправиться до своей трехфутовой длины. Когда я оторвалась от своего внезапного восхищения темно-серой кожей, то встретилась с карими глазами старухи.

— Она двигалась сама по себе? — спросила я, удивляясь, почему змеиная кожа ожила, а остальные — нет.

Губы старухи сжались в тонкую линию, и что-то похожее на беспокойство прорезало морщинки на ее лбу.

— Думаю, мы пропустим «камень или огонь», — вот и все, что она сказала. Ее стул заскрипел по каменному полу, когда она встала. — Пойдем.

Чувствуя себя так, словно провалила тест, я последовала за ней. На этот раз мы оказались в темной комнате, в центре круглого стола сиял хрустальный шар. Марселина сидела в дальнем конце, рядом с женщиной, которая водила меня в ванную. Рядом с Марселин и аптекаршей сидела третья ведьма.

— Мы ценим твое сотрудничество, Блайт. Я понимаю, что все это, должно быть, очень неожиданно и странно.

Я теребила браслет из бисера на запястье.

— Спасибо, — это все, что я смогла сказать.

— Это Виктория и Эстер, и мы — старейшины клана Лунного ореола. А ты, Блайт Перл, особенная. — Она взяла меня за руку и положила ее ладонью вверх на середину стола. Виктория, ведьма-аптекарь, наклонилась ко мне, как и Эстер, та, что направила меня в ванную. — Любопытно, — пробормотала Виктория.

— Как такое могло случиться, сестра? — спросила Эстер, лишь мельком взглянув на мою ладонь.

— И это при том, что она лишена ауры... — ответила Виктория.

Я посмотрела на Марселину:

— Как ты думаешь, что бы ни было... странным... во мне, именно поэтому эти... твари преследуют меня? — я понятия не имела, что они увидели в моей руке или ауре, или почему выбор ванны или таинственного предмета имел значение, и мне было все равно. Я просто хотела знать, как избавиться от того, что преследовало меня, чтобы попытаться жить в каком-то подобие мира.

— Думаю, да, — осторожно ответила Марселина. Она лениво всмотрелась в сферу, которая начала медленно пульсировать слабым белым сиянием. — Но... тебе не нравятся существа, которые притягиваются к тебе?

Вопрос застал меня врасплох.

— Не нравится ли мне, что мой мертвый отчим преследует меня, и какие-то мерзкие твари вселяются в его тело? Да, не особо, если честно.

Я не смогла сдержать раздражения в своем тоне. Я без возражений прошла через их маленькие испытания, но не была готова к тому, чтобы меня опекали.

— Тебе не безразличны некоторые темные существа, которые окружают, да? — лидер Клана задала простой вопрос, не выдавая своих эмоций.

Я вздохнула.

— Да, если спрашиваете о... Парнях Хэллоуина, то да, они мне нравятся.

— И ты им нравишься очень сильно, даже страстно.

Во мне росло раздражение. Я могла понять, почему Призраку они не особенно нравились.

— К чему Вы клоните? — спросила я, скрестив руки на груди. — Я пришла сюда не для того, чтобы меня стыдили за мой выбор друзей.

— Это просто друзья? — Марселина вытащила маленький кожаный мешочек и развязала крышку. Перевернула его на фиолетовую скатерть, и посыпались мелкие косточки.

— Эй, вы собираетесь дать мне какие-нибудь ответы или будут еще вопросы и загадки? — спросила я раздраженно. — Похоже, в этом городе все предпочитают так поступать.

— Никто в этом месте не знает, что с тобой делать, дитя, — ответила Марселина, разглядывая кости. Похоже, моя неприветливость ее не смутила. — Ты заходишь в Ясеневый лес, куда уже двадцать лет не пускали ни одного туриста, и гуляешь среди мифов и легенд. Они с радостью принимают тебя в свои ряды.

— Действительно, странно, — прошептала Виктория. — Покажи мне палец, пожалуйста?

— Конечно, — ответила я, протягивая руку. Старуха взяла что-то похожее на швейную иглу и уколола мой большой палец. Я вздрогнула, но не хотела съеживаться или показывать страх. Ведьма наклонила мой большой палец, и капля крови упала на хрустальный шар.

При ударе свечение померкло и стало... черным. Но каким-то образом оно все еще светилось. Может ли черное светиться?

Эстер ахнула, прижав руку к горлу. Ее пристальный взгляд в замешательстве искал меня.

— Она явно жива, — выдохнула она. — Но в ней нет ничего живого. Как будто... — ведьма-аптекарь откинулась на спинку стула.

— Жива? Конечно, я жива. — Я покачала головой. — Вам нужно было провести меня через все эти странные вещи, чтобы понять, жива ли я? Мы закончили?

Виктория посмотрела на Марселину.

— Но город принял ее. Весь город видит ее, а мы — нет. Что бы это могло значить, сестра?

Перебила Эстер.

— У нее есть фамильяр. Ворон, к тому же. Я бы убила за то, чтобы иметь такого фамильяра, как ворон. Но она не одна из нас.

Марселин постучала по тонкой кости, обращаясь ко мне.

— Ты не ведьма. И все же в тебе есть что-то такое знакомое...

Не то, чтобы я надеялась на это, или, возможно, так оно и было. Возможно, я бы приветствовала любое объяснение, но мое сердце замерло от ее заявления.

— Если кто-нибудь не скажет мне правду в ближайшее время, я уйду, — заявила я, отодвинув свой стул немного назад. — Вы можете думать, что Парни Хэллоуина ужасные, но они никогда не относились ко мне как к научному проекту.

— Хеллоуинские мальчишки, особенно этот твой Призрак, прокляли тебя, дитя. — Она собрала кости и снова бросила их на землю. Недовольно фыркнув, она вытащила колоду карт и начала тасовать с привычной скоростью. — Вода и луна говорят это, земля тоже, а твоя аура и ладонь подтверждают. — Ее голос стал громче, когда стол начал мягко вибрировать. Воздух застыл у меня в горле. — Твоя кровь кричит об этом, дитя. — Из разноцветной колоды выпала карта и со щелчком приземлилась на пол. Две другие женщины наклонились к ней с широко раскрытыми глазами. Марселина взяла карту и протянула мне. На карте таро были изображены пугающие очертания скелета, держащего длинный изогнутый нож.

— Безымянная карта. Ты не из мира живых, Блайт. А из мира мертвых.