Пять мужей для попаданки

Глава 26

Настя

Проснулась я не от ласкового солнышка, а жаль. В голове всё ещё бурлила каша: сознание отчаянно пыталось переварить события вчерашнего дня, которые казались нереальным сном. Пока я спала, мозг отдыхал, но реальность ворвалась в комнату без стука.

Точнее, стук был. Тяжёлый, яростный — казалось, кто-то вознамерился вышибить дверь вместе с косяком.

— Адепт Эйтор! Немедленно откройте! — прогремел за дверью грозный голос Тэрсона.

Внутри у меня всё сжалось от нехорошего предчувствия. Судя по рыку, мой истинный-титан был явно не настроен на светские беседы. Но Эволу, казалось, было плевать на шум. Он лишь крепче обнял меня, вовлекая в глубокий, дурманящий поцелуй. Ему странным образом удалось на мгновение расслабить меня, заставив забыть о внешнем мире, но очередной удар в дверь заставил меня вздрогнуть.

Эйтор издал что-то среднее между рыком и шипением. Одним коротким пассом руки он наколдовал себе одежду — вернее, только штаны, оставив торс обнажённым. На его плече вызывающе ярко сиял «ледяной цветок» новой метки.

Он направился к выходу, на ходу решив напоследок дёрнуть титана за усы:

— Господин Тэрсон, к чему такая настойчивость? Не припомню, чтобы наши отношения были настолько близкими!

Ответом послужил глухой удар — судя по звуку, кулак преподавателя встретился со стеной рядом с косяком. Я едва успела подорваться с кровати и обмотаться покрывалом: от моей одежды остались одни лоскуты, и все мои метания произошли за секунду до того, как дверь распахнулась. Щёки полыхали огнём.

— Где Настя?! Я чувствую её ауру! — прорычал Тэрсон, хватая моего… кхм, мужа за плечи, пытаясь отшвырнуть его в сторону.

Он меня ещё не видел, но уже стоял на грани превращения в боевую форму. Его кожа потемнела, приобретая пугающий графитовый оттенок с металлическим отливом. Эйтор, разумеется, не сдвинулся ни на миллиметр.

С одной стороны, любопытство так и подмывало посмотреть на титана в полной силе, но перспектива кровавой битвы между мужем и другим истинным меня совсем не радовала.

— Позвольте спросить, для чего вам понадобилась моя ЖЕНА? — выдал мой муженёк в лоб.

«Блин, Эйтор! — мысленно возмутилась я. — Ну неужели нельзя было сообщить помягче, что ты только что опередил двух других истинных?»

Тэрсон издал какой-то неопределённый рык, но жажда убийства в его глазах мгновенно сменилась ступором, хотя раздражение никуда не делось. Его взгляд метнулся мимо Эйтора и нашёл меня. Несмотря на то что вампир преграждал дорогу, по габаритам он всё же уступал титану, и тот без труда принялся буквально пожирать взглядом моё обнажённое тело, едва прикрытое тонким одеялом.

— Да как ты смеешь смотреть на неё таким взглядом! — прошипел Эйтор, и его голос стал по-настоящему ледяным.

Тэрсон не растерялся и ответил не менее угрожающе, со сталью в интонациях:

— Она моя истинная, и я в своём праве!

Ёшки-матрёшки, ну и напряжение! Вокруг Эйтора начали сгущаться тени, причём в самом прямом смысле слова. Температура в комнате резко рухнула с уютных двадцати градусов до глубокого минуса — изо рта при выдохе повалили облачка пара.

«Боже, — пронеслось у меня в голове, — неужели высшим силам было так сложно сделать так, чтобы истинные не ревновали друг друга априори? Почему всё так сложно? Но кто мне ответит…»

Здешним богам, видимо, просто нравится этот спектакль, вот и смотрят тихонечко «сериальчик» от скуки.

— Проспись! — внезапно раздался голос ворвавшегося в комнату Эвола.

Не успела я моргнуть, как эльф метко дунул в лицо Эйтору каким-то порошком. Пыльца, словно притянутая магнитом, моментально облепила лицо моего вампира. Ни одна пылинка не улетела в сторону — сработано было ювелирно. Эйтор попытался сопротивляться, но магическая штука оказалась высшего качества: спустя секунду мой новоиспечённый муженёк просто рухнул, окончательно вырубившись.

— Господи, что ты с ним сделал?! — испуганно воскликнула я.

Головой-то я понимала, что мой милый эльф вряд ли причинит ему вред, но внутри всё взорвалось беспокойством за моего «Ледышку».

— Не волнуйся, Настя, — тут же попытался успокоить меня Эвол, — это просто сонный порошок. Проспит недельку-другую и придёт в себя.

— Что?! — я подскочила на месте, гневно пыхтя и совершенно забыв о том, что одеяло нужно придерживать. — Какую, к чёрту, «недельку-другую»?!

От негодования я даже притопнула ногой, как капризный ребёнок, у которого нагло отобрали леденец на палочке.

— Ему полезно, — хрипло хмыкнул Тэрсон. В его голосе всё ещё слышались отголоски рычания.

— А по-другому нельзя было? Поговорить, например? — не унималась я, хотя чувствовала, как первая вспышка злости постепенно угасает.

— В том-то и дело, что нет! — раздражённо воскликнул Эвол.

Я не обиделась на этот резкий порыв. Каждой клеточкой своего тела я чувствовала, что эльф злится вовсе не на меня. Его потемневший взгляд, который он старательно отводил в сторону, и пунцовые кончики ушей говорили о многом. Сейчас он выглядел так, будто пребывал в диком, несвойственном его натуре порыве — словно был готов наброситься на меня прямо здесь.

Дыхание у обоих мужчин было прерывистым. Если у Тэрсона оно напоминало звериное сопение, то Эвол, напротив, старался почти не дышать, сдерживая себя. И только тут до меня дошло, что я стою перед ними, пыхтя не хуже паровоза, в чём мать родила.

— Мы тебе всё объясним, но для начала… — начал Тэрсон, смерив Эвола тяжёлым, неприязненным взглядом. Эльф ответил ему тем же. — Для начала стоит спрятать тебя под одеяло.

С этими словами титан молниеносно перешагнул через спящего на полу Эйтора, подхватил упавшее одеяло и буквально запеленал меня в него. Я ощутила себя гусеничкой в плотном коконе — одна голова торчит. Эту импровизированную «куколку» из моего тельца он прижал к своей груди и размашистым шагом направился в мою комнату.

— Оденься. Мы сейчас вернёмся, — быстро проговорил он, опуская меня на кровать и мимолётно чмокнув в макушку.

Дверь за ними закрылась. Кое-как распутавшись, я подхватила первые попавшиеся под руку вещи и помчалась в душ.

Струи ледяной воды приятно остужали пылающее внутри пламя, возвращая мне способность здраво мыслить перед предстоящим диалогом. Брачная метка на плече ласково пульсировала. Я поймала себя на мысли, что испытала странное облегчение: как хорошо, что магические брачные узы проявляются не только в виде браслетов.

Кое-как вытершись и даже не досушив волосы, я натянула лёгкий летний комбинезон и вернулась в комнату. За окном стояла глубокая ночь. Есть хотелось зверски — по уровню бодрости казалось, что я проспала всего час, но вот по ощущениям голода — все сорок восемь.

Дверь резко распахнулась. Я подпрыгнула на месте и на пятках развернулась к вошедшим — моим «нашкодившим» истинным.

— Во-первых, — начала я, метая гневные взгляды то в титана, то в эльфа, — я очень надеюсь, что Эйтор сейчас лежит в своей постели, а не валяется на полу!

— Можешь не волноваться, Насть, я его уже переложил на кровать, — заверил меня Тэрсон напряжённым голосом, а Эвол коротким кивком подтвердил его слова.

Надеюсь, что это правда. Внутри так и подмывало сбежать и проверить всё лично. Не то чтобы я им совсем не доверяла, просто после появления метки мой личный «волнометр» начал зашкаливать, требуя убедиться, что с моим вампиром всё в порядке.

— Хорошо, позже я его проведаю, — буркнула я, скрестив руки на груди.

Мужчины на это лишь странно хмыкнули в унисон. Этот синхронный звук добавил мне целую гору подозрений: либо в комнате Эйтора произошло что-то, о чём мне категорически не договаривают, либо я уже сама себя накручиваю на ровном месте. Но интуиция подсказывала — эти двое явно довольны тем, что конкурент временно выбыл из игры.

— А теперь, — я перевела взгляд с одного на другого, стараясь выглядеть максимально грозно, несмотря на свой образ на скорую руку и мокрые волосы вместо укладки или хотя бы односложной причёски, — я хочу, чтобы вы объяснили мне: что это сейчас было? И что это за порошок такой, от которого взрослые боевые вампиры падают как подкошенные?