Спустя три года
Влад
— Ну и как ты себе это представляешь? — идя к машине, с улыбкой смотрю на сына. — Ты не пойдешь в садик, я не пойду на работу, и мы с тобой просто посидим сегодня дома? Прогуляем, так сказать?
— Да, — зевает от всей души. — Не хотю в садик. Там опять будет невкусная каса.
— Давай сделаем так, — сажусь на корточки, — сегодня еще денек сходишь в садик, а завтра папа возьмет выходной и поедем в аквапарк. Договорились?
— А Соня с Килилом тозе поедут?
— А Соня с Килилом уехали в Москву, — щелкаю его по носу, поправляю шапку, беру за руку и веду к машине.
Софа с сыном три часа назад вылетели в столицу. Сегодня жену Стаса выписывают из роддома, она поехала поздравлять брата с рождением дочки.
Я тоже хотел поздравить. Позвонил ему, но он как обычно не ответил. Мне оставалось только написать поздравительное сообщение.
Аня и Стас не общаются со мной больше трех лет. Ни слова не услышал от них за эти годы.
Сначала я долго не мог смириться с тем, что потерял их, и что узнаю об их жизни только от Софы. А потом долго не мог смириться с тем, что у Ани появился мужчина — тот самый адвокат, который помогал ей с разводом. Известная личность в Москве.
Когда Софа сказала, что он ухаживает за мамой, у меня отвертка в сердце провернулась — я не мог представить Аню с другим. Но в то же время понимал, что она имеет полное право на личную жизнь, как бы мне это не нравилось.
Они уже больше года вместе. Аня недавно переехала к нему, и в нашем доме теперь живет Стас со своей семьей.
А мне остается только смотреть на наши старые семейные фотографии и… только смотреть.
Маленький сын стал для меня неким спасением, что ли. Забота о нем отвлекала меня от мыслей об Ане и о том, какую боль я ей причинил. Нам с Арсом пришлось помотаться по реабилитационным центрам, по клиникам. Сейчас все в порядке, слава богу. У меня крепкий, веселый пацан, который не дает заскучать. Все говорят, что он моя копия. На Таню вообще не похож.
Она так и не появлялась в нашей жизни. Слышал, что живет в Нижнем Новгороде в квартире отца, который умер два года назад. И больше ничего не знаю о ней.
Таня лишена родительских прав, не интересуется сыном, но… в моей голове все же гнездится мысль о том, что она когда-то объявится в его жизни и расскажет, почему бросила его в роддоме. Выставит меня убийцей своего брата, настроит Арса против меня.
От нее можно этого ожидать, так как она живет с мыслью, что отомстила не тому человеку. Я для нее — незакрытый гештальт.
Много лет назад я совершил поступок, который тенью ходит за мной на протяжении всей жизни и будет преследовать до конца. Сначала я боялся, что об этом поступке узнает Аня, и это разрушит наш брак, что и случилось в итоге. А теперь боюсь, что об этом узнает мой сын.
— Пап, а ты мне балбоскина полозил в люкзак? — вылезая из машины, спрашивает Арс.
— А как же? — смеюсь я, накидывая на плечо его рюкзак. — Я же знал, что он будет плакать без тебя дома. Давай руку, побежали скорее, пока папа не опоздал на работу.
Быстро помогаю ему переодеться, передаю в руки воспитателя, прыгаю в джип, и, отъезжая от садика, звоню Софе.
— Соф, как долетели?
— Все хорошо. Максим Константинович нас встретил. Мы уже в машине.
Софа что-то говорит, а у меня в висках пульсирует имя: Максим Константинович.
Когда дочь сказала, что Анин ухажер будет встречать их в Москве, у меня снова начали кровоточить раны, которые никак не могут зажить. Это еще раз напомнило мне о том, что я для этой семьи чужой человек. Я — прошлое, которое Аня вырвала из сердца.
У нас взрослые дети, уже есть внуки, мы могли бы счастливо жить сейчас нашей большой семьей, но, увы, этому уже не бывать. Мне остается только наблюдать со стороны за тем, как Аня счастлива с другим. Смотреть на фото, сделанные Софой, и сжиматься в комок, наблюдая, как тот другой сидит вместе с Аней за праздничным столом, в семейном кругу, рядом с Софой, Стасом и их детьми.
— …А Кирюшка спал весь полет. При посадке у него сильно ушко заболело, расплакался. Но сейчас уже все прошло, — продолжает Софа. — Пап, ты сегодня вечером поможешь Валере затащить стол и стулья в квартиру? Около семи должны привезти. Я ему сказала, чтобы нанял грузчиков, но он ответил, что сам справится. Просто у него спина еще не прошла. Будет здорово, если ты ему поможешь.
— Помогу, не вопрос.
— Спасибо, папуль! Вечерком еще напомню. Пока-пока.
Софа и Валера сейчас делают ремонт в новой квартире. Переехали туда две недели назад, а до этого дочь с внуком жили в квартире, которую я когда-то покупал для Тани с Арсом.
Скоро и София выйдет замуж, Валера уже сделал ей предложение. Они почти два года вместе. Познакомились здесь, в Сочи. Валера не с первого раза прошел через мой строгий фейс-контроль. После этого щенка Захара я должен был убедиться в том, что могу доверить ему свою дочь и своего внука.
Рад, что Софа забыла своего уголовника. А как страдала по нему раньше, с ума сходила.
Теперь рядом с ней надежный мужчина. Вижу, как Валера заботится о ней и о Кирюше. Собирается официально стать его отцом, чему я тоже рад. Пусть у них все сложится. А я если что рядом, всегда помогу.
Софа и меня хочет женить, но я пас. В моей жизни есть только одна женщина, и только одна любовь.
Даже несмотря на то, что эта любовь для меня навсегда останется недосягаемой…