Русалий ген: Таяна (СИ)

Глава 8.2. У нас нет имён

Сидеть в комнате, когда у меня столько вопросов невыносимо скучно. Ральф не появлялся, чему я была и рада и нет. С одной стороны, он единственный, кто может поделиться со мной информацией об острове, с другой, я не хотела его видеть. Каждый наш разговор заканчивается чем-то вроде: «Я так сказал, я так решил, а ты Тая, просто прими это». Но я не умею просто принимать как данность чужие распоряжения, да и вообще терпеть не могу запреты!

Когда одиночество начало давить на меня своей оглушающей тишиной, мне в голову просочилась мысль, с кем бы я могла пообщаться, не рискуя быть съеденной. Чудесные большие птички живут в клетке на балконе его волчьего величества. Раз мой надзиратель не хочет больше со мной общаться, отправив сюда в одиночную камеру, я найду ему замену.

Откинув край одеяла, я ступила босыми ногами на деревянный пол и на носочках подкралась к двери. Навострив уши, я пыталась услышать, что твориться за дверью, но как в комнате, так и во всём доме было тихо. Надо же, никто никого не мутузит и с тех пор как ушёл Диего, гости не появлялись. Осторожно приоткрыв дверь, я понадеялась, что не встречу на своём пути препятствий в виде большого и злого оборотня.

Ральф, обыкновенно не сидел в своей комнате и уходил туда лишь ближе к ночи, поэтому я не опасалась быть пойманной на месте преступления, скорее оно могло не состояться, если оборотень поймает меня на подходе. Быстрыми и, по возможности, тихими шажочками я добралась до его спальни и открыла дверь, которая, к моему счастью, не скрипнула.

Выдохнув, что «шалость удалась», как написано в одной известной книге, я направилась к балконной двери. Вот только, оказавшись, посреди комнаты Ральфа, я никак не ожидала застать здесь её хозяина. Из ванной доносился шум воды, но как раз сейчас прекратился. Упс! Я всегда удивлялась таким моментам в кино, не веря в подобные совпадения, но в последнее время моя жизнь — смесь всех жанров вместе взятых. Одно стало ясно, смыться незамеченной у меня не получится, а потому я приняла самое верное, на мой взгляд, решение делать вид, что имею право здесь находиться, да и вообще по делу пришла.

— Думал, мне показалось, но, по всей видимости, нет. — Раздался смешливый голос Ральфа. Он вышел из ванной в одном полотенце, повисшем на его бёдрах и лишь оно прикрывало его, безусловно, красивое тело. — Зачем пришла, маленькая? — Поинтересовался он, увидев мою отвисшую челюсть. Вся моя решительность настаивать на важнейшем разговоре моментально испарилась. Ни одной путной мысли в моей головушке не появлялось, а варианты: «я тут мимо проходила» или «дверкой ошиблась», пришлось отмести. — Так и будешь молчать, Тая? — Склонился мужчина так, что наши глаза оказались на одном уровне.

— Я, пожалуй, позже зайду. — Просипела я, разворачиваясь к двери, но меня поймали как котёнка за шкирку. Воротник моей... То есть его рубашки, которая временно в моём пользовании, был зажат в мужской хватке. — Грабельку разожми! — Взвизгнула я, когда вторая его рука меня повернула.

— Невежливо уходить не попрощавшись. — Сказал Ральф, удерживая мою руку. — Так зачем ты пришла? — Повис вопрос в воздухе. Ну уж точно не затем, чтоб на него любоваться! Но дерзкие ответы не улучшат моё положение и потому я завязала язык узелком и сказала правду.

— К птичкам. — Ральф, похоже, и так догадался, но получал удовольствие, ставя меня в неловкое положение.

— Они на балконе. — Кивнул он, мол, проходи. Я как на шарнирах прошла в указанном направлении. Две огромные птицы сидели в клетке. Пёстрое оперение, чудные, блещущие разумом глаза, в которых был виден также неподдельный интерес к моей, явившейся для беседы с ними, персоне. Птички развернулись ко мне всем туловищем и слегка склонили головы, выражая то ли почтение, то ли приветствовали таким образом. Я последовала их примеру и тоже легонько поклонилась.

— Меня зовут Таяна. — Представилась я, ожидая, когда и птицы заговорят.

— Говоруны. — Сказала одна из них, что чуть поменьше, женским мелодичным голосом.

— Очень рада снова видеть вас. А имена у вас есть? — Птицы переглянулись и потом снова уставились на меня недоумевающим взглядом. — Я что-то не то спросила? — Не хотелось бы начинать наше знакомство с недопонимания.

— Любезнейшая имеет ввиду имена, которыми зовут друг друга хозяева? — Поинтересовался говорун, по всей видимости, самец.

— Хозяева? — Приподняла я бровь. Ну, конечно, как ещё можно называть тех, кто держит прекрасных птиц в клетке, лишив свободы. — О нет, я не хозяйка. Так может показаться лишь из-за того, что моя клетка больше вашей. — Говорила я, что думала.

— У нас нет имён. — Печально ответила птица. — И так грустно мне стало, будто, я в одной с ними клетке и меня тоже лишили имени.

— О чём беседуете? — Появился за спиной Ральф. Его улыбка так контрастировала с только что состоявшимся разговором, что хотелось стереть её с его лица.

— О том, например, какой ты кретин! — Выпалила я, и толкнув его, вышла из комнаты. Всё во мне клокотало от гнева. Вот я для него кто — такая же диковинная птица! Людей ведь на острове до моего появления не было, то есть я — единственный экземпляр. И досталась почти бесплатно! Корми меня, одевай, а потом перед соседями хвастайся, мол смотрите, какая забавная! А если что не понравится, так и вместо обеда сгожусь. Со всей силы хлопнула дверью, залетев в свою комнату, и придвинула кресло, чтобы один до боли известный оборотень не сунул сюда свой наглый нос. Ральф не заставил себя ждать и появился за дверью сразу, как только кресло уже перегородило вход, подпирая дверь.

— Тая, что случилось? Давай... Поговорим. — Навязчиво тарабанил он в дверь. — Я разве чем-то тебя обидел?

— Конечно же нет, хозяин! — Ядовито выдавила из себя я, развалившись в кресле. — Ваша покорная рабыня вела себя не позволительно, что ж, можете выставить меня за порог или, например, высечь...