Каково это петь песнь собственной смерти? Я пою её уже во второй раз, но сегодня никто не придёт на русалий зов, я знаю. Та, что покинула воды стала чужой своему роду и не может рассчитывать, что он протянет ей руку помощи в трудный час.
— Тая… — Подхватил меня на руки Ральф. — Смотри на меня! Не вздумай оставить меня, слышишь? — Он горел, пребывал в агонии, я видела это в его глазах. Вожак сойдёт с ума, если я умру. А я не знаю, как выжить. Ключ.
— Возьми его. — Протянула я, прохрипев лишь на миг прервав свою песню. — Пусть хоть кто-то будет счастлив. — Прохрипела закончив. Силы оставляли меня. — Я люблю тебя, милый всем своим русальим сердцем. — Мужчина нёс меня к океану. Он бежал быстрее ветра. Килат не остановил. Если волки войдут в город и уничтожат его, всё бессмысленно.
— Не смей прощаться! Ты будешь жить! Ещё внуков вместе понянчим. — Продолжал он отрицать неизбежное. — Вода, она поможет.
— Она бы уже помогла, но ты же знаешь, мне нужна другая. Мы не успели. Прости.
— Нет, Тая, нет! — Взревел он оглушительно и опустив на песок у самой воды, обхватил моё лицо. — Я тебя не отпускаю!
— Иди. Не сиди здесь, подле меня. Спаси Шинар. Встреть свою стаю, вожак. Это моя последняя просьба.
— Не поступай со мной так, Тая…
— Иди же. — Едва хватило сил поднять руку, но оттолкнуть уже нет. — Исполни свой долг, разрушь проклятие. Алонсо, Катина… Но колдуну всё мало. — Уходи, Ральф! — Крикнула я, отгоняя.
— Лама-а-а-а-ар! — Раскатисто, да так, что земля задрожала крикнул оборотень. — Лама-а-а-а-а-р!
— Фух! Загоняли старушку! — Раздался знакомый голос. — На, пей! — Подала женская ручка огромную раковину с морскими водорослями вместо пробки. Забавная вышла бутылочка. Велия. Она уже выручила меня однажды. — Хвостик мой бедняжечка! — Хлопала она ладошкой по чешуйчатому хвосту, пока я жадно поглощала воду из озера. Силы восстанавливались с каждым новым глотком.
— Тая… — Глаза оборотня лучились любовью. — Рыбка ты моя. — Я видела, как дрогнула его рука в прикосновении. Он сильный, но я его слабость. Так вышло. Это не выбор, это судьба.
— Мне лучше. Спаси Шинар. — Повторяла я как мантру. — Спаси Килата.
— Морские гребешки! Да этот пятнистый сам кого хочешь спасёт! — Причитала Велия.
— Спасибо тебе. — Благодарила я искренне.
— Да, пустяки. С тебя массаж хвоста. — Разлеглась она, омываемая морской пеной, раскинув руки. — Как-нибудь. А сейчас иди куда там тебе надо идти и делай, что должна. От Ламара, кстати, приветик.
— Всё же есть у него капля совести! — Проворчал Ральф. — Если понадобится помощь, русалка, ты знаешь, что можешь рассчитывать на неё. — Своеобразно поблагодарил оборотень.
— Всенепременно! Топайте уже, не мешайте отдыхать. А то на морском дне в последнее время слишком шумно, перевороты, заговоры, как я устала… Хочу на пенсию. А мне ещё и тридцати нет…
— Таечка моя. — Уткнулся в мою шею носом любимый мужчина. — Розы, как я люблю аромат роз. Тогда всё хорошо, всё спокойно, тогда моя Луна в безопасности. — Я прижималась к мужскому телу, крепкие руки надёжной хваткой держали меня. Лучшее место для русалки — объятия оборотня. — Я хочу от тебя волчат.
— А, что если получатся русалята? — Я и сама знаю, что на дне морском неспокойно и мне было бы гораздо менее тревожно, если б у нас появились щенки, а не рыбки, но тут не предскажешь. Мальков никто не тронет, но дети быстро растут, а я хочу для них только счастья.
— Всё решим Тая. Мы не станем бояться за наших детей. Не позволю им вредить. — Обвивая шею вожака, я думала о многом одновременно: как он вкусно пахнет, о том, что мы пропустили полнолуние, о дальнейшей судьбе Шинара и воинственном Диего, который бросился в глаза.
— Там Бета. — Кивнула я Ральфу.
— Я знаю. Учуял ещё пять шагов назад. — Улыбнулся оборотень.
— Отпустишь меня? Я могу идти сама. — Пошевелила я ножками. Хорошо, что в воду меня не окунул, а то опять бы полуголая стае на глаза показалась. Хотя, судя по округлившимся глазам Диего, волки предпочли бы на голую меня смотреть, нежели на шинарский шёлк, в который облачена.
— Знаю, что можешь. — Шепнул на ухо Ральф. — Но мне так больше нравится. — Стыдно признаться, но и мне тоже.
— Вожак, Луна. — Диего сжал зубы, стараясь не смотреть в мою сторону. — Стая здесь и готова взять столицу.
— Это не требуется. — Ответил Ральф и получил недоумённый взгляд в ответ. — Ключ от города нам отдали без сражения. У нас другая задача.
— Какая же? Они украли нашу Луну, облачили в наряд Катины, плюнули нам в лица! — Сокрушался Бета.
— И сделали это, чтобы снять проклятье. — Постаралась я сказать мягко, но так, чтобы Диего не распалялся и дальше, и не пытался влиять на решение вожака.
— Мы ищем колдуна — вот первостепенная задача. Он повинен в смерти двоих, что осмелились вступить в союз небывалый до этого. Ослеплённый страстью могущественный волшебник может натворить немало бед. Посмотри, как сильна обида, нанесённая женщиной. Не любовь — это не лечится.
— Тогда и лечить не будем. — Подтвердил Диего. Я поняла, что колдуну не жить. Столько лет искали убийцу, ненавидели друг друга, а теперь он найден. Никому другому не выгодна была смерть Алонсо, а девушка… Она пала жертвой чужой неразделённой любви, страсти, охватившей разум, желания обладать.
— Пятнистых не трогайте, они под чарами. Вырубать можно, убивать нет. — Сказал Ральф и мы видели, как сверкали пятки Диего.
— А мы?
— А мы посмотрим, чтобы с нашим разлюбезным Килатом не приключилась беда.