Русалий ген: Таяна (СИ)

Глава 37.1. Тихие воды

Этот склонный к нудизму самодур всё же прикрылся листьями пальмы. Смущает тут юных русалочек! Мы некоторое время не говорили. Каждый думал с чего начать разговор, а начать его надо.

— Мы были в Шинаре. — Прервал я тишину.

— Знаю. — Бросил он камушек в море. — Пятнистая шкура прислал приглашение на свой день рождения. Пойдёшь?

— Если новых проблем не возникнет. И потом, до этого далеко. — В свои далёкие планы посвящать не стану, и сам не знаю, как сложится.

— Я больше не царь… — Вздохнул Ламар. Но вы это уже знаете. Океан. Он всё слышит. Велия всегда к месту болтлива. Сэкономила нам время и нервы.

— Озеро.

— Да, озеро… Ради него тебе понадобилось вытаскивать мой зад из воды. Что ж, в этом я уже не помощник. Проход для русалок я не закрывал. Но за спокойствие вод не в ответе. Русалы пропадают. Все хотят власти, но не все её получают. — Он говорил спокойно, но видно, что происходящее не радовало Ламара.

— А что трезубец, с концами исчез? — Спросила Тая, раз он уже в курсе, что Велия нам всё растрепала.

— Он оказался не там, где я думал. Знал бы, не позволял бы этому мальку столького. Избаловал я его, а после уж поздно стало. И привычка у него возникла дурная на чужое зариться. Сначала девушки, потом вещи. Но он мой сын, я не мог быть с ним также строг, как с любым другим русалом. — Мы попали на исповедь лишившегося трона царя.

— Но вы и меня назвали дочерью. Каждого русала называли сыном. Однако, позволили Рулаю измываться над Нирой, надо мной. Были и другие. Это чудовищно.

— Это жизнь! — Рявкнул Ламар. — Ты поймёшь, когда и у тебя появятся дети.

— Никогда не смогу понять, как можно допускать такую жестокость одного по отношению к другим. — И здесь я солидарен с Таяной.

— Похоже, это бесполезный разговор. — Заключил я. — Зря мы встретились. Иди, нянчи своего сынка. Он готов отобрать трон у собственного отца, унижает тех, кто одной с ним крови…

— Чего ты хочешь, волк? Чтобы я казнил собственного сына? Я не отдал ему трон, я его утратил. А он не обрёл. По озеру вопрос к новому царю, а он появится не скоро.

— Откуда знаешь? Может, он уже появился. — Предположил я, что четвёртый сын мог ждать, пока особо рьяные покрошат остальных. У них мораль, как я понимаю вообще в дефиците.

— Трезубец в надёжном месте и там и останется, пока его не захотят вернуть. — Поднялся Ламар и пошёл к океану.

— Русалки должны выйти из воды. — Крикнул я вдогонку.

— Зачем? — Прокряхтел он, не оборачиваясь.

— Так надо.

— Вам?

— Нам. Вам. Всем. Устроим праздник мира. В конце концов, закончилось одно противостояние, может реальность нас удивит.

— Я подумаю. Велия передаст ответ. — Ламар скрылся в водах океана, а мы ещё некоторое время сидели на берегу.

— Думаешь, он согласится? — Спросила Тая. Я обнимал русалочку, вдыхая такой родной аромат роз.

— Неизвестно. В его голову мне не влезть. Но, если нет, придётся просить об одолжении Велию. — Я поднялся и подхватив Таю, на руки побрёл в сторону поселения. Сегодня нам не ответят, а завтра — поглядим. Уставшие, мы добрались до дома. — Хочешь принять ванну? — Спросил я Таю. Мы немало провели в пути и освежиться не помешает, а после мы скорее всего завалимся в спячку.

— Вместе с тобой. — Ответила русалочка.

— С огнём играешь! Не дразни зверя. Ты не готова, тебе надо отдохнуть. — Чмокнул в щёчку свою красавицу.

— Может быть, ты не готов? — Тая прошлась пальчиками по моим плечам. — Ты ещё не восстановился и уже таскаешь меня на руках. Я всего лишь хотела предложить тебе помощь.

— Я оборотень, на мне всё заживает как на… Волке. — Уже поднимался по лестнице я. Таяна в моих руках — всё, что нужно для мира и покоя в моём сердце.

— Знаю. Но я видела, как тебя… — Не стала она договаривать. — И глазам моим до сих пор больно.

— Хорошо. Помоги мне, если тебе от этого полегчает. — Разрешил так, словно, сам от этого не получу удовольствия. Могу я поворчать немного? Усадив русалку на бортик ванной, я начал стягивать с себя одежду и нежные девичьи ручки помогали мне. Тая оглядывала меня как тяжело раненного, но следов на теле не осталось, будто и не было смертельных ран. — Видишь? Цел, невредим и…

— Безумно красив. — Прильнула ко мне любимая.

— Тая…

— Что?

— Искусительница! — Возмутился я, а она хихикнула.

— Полнолуние прошло, твоя выдержка мне известна. Могу я немного поверить её пределы? — Запрокинула Тая голову, заглядывая мне в глаза.

— Они безграничны. Я не смогу навредить тебе, даже, если бы хотел. Когда ты исчезла, мой мир рухнул, Луна моя. Нет никого тебя дороже. — Поцеловал её в макушку. — А потому, мы с волком решили дождаться следующего полнолуния. — Сообщил я. Ей стукнет восемнадцать, я не наступлю на горло своим принципам, к тому же с озером надо закрыть вопрос до конца. Она ведь забеременеет сразу, как только поставлю последнюю метку. Иначе и быть не может. Я обещал нашим русалятам тихие воды и сдержу своё слово.

— Ты ведь это несерьёзно, правда? — С немым укором вопрошала русалочка.

— Когда-то ты хотела, чтобы я дал тебе время, пришёл твой черёд, моя юная обворожительная Луна. А теперь, будь добра, намыль мне спинку.

— Я бы тебе кое-что другое намылила! — Раздражённо бросила девушка, но рука её потянулась к мылу, а вскоре пальчики блуждали по моей спине.