Самородок против алмазного короля Академии Сфер

Глава 2

/Брайс Крауден/

— Располагайся с комфортом, Эмма, разговор будет долгим, — шепнул я, подталкивая девушку под талию, чтобы внести её ауру в систему безопасности, и склонился к светлой макушке

От Эммы пахло дождевой свежестью и лилиями. Приятно. Отец говорил, от матери тоже пахло лилиями. Поэтому он ненавидит эти цветы.

— Куда мне можно сесть? — она твёрдым шагом прошла в комнату и огляделась.

Я не ждал гостей и до её прихода валялся и рисовал, потому по кровати были разбросаны карандаши, пачка с углями и альбомы, а стул стоял на балконе.

— Да прямо сюда, — я подхватил альбомы, сверху накидал остальные вещи и забросил их на полку. — Начнём, пожалуй, с того, откуда у тебя деньги и хватит ли их на такую покупку.

— Это так важно? — спросила она тихо, скромно присаживаясь на кровать, и пригладила подол простого чёрного платья.

— Мало ли, вдруг украла, — я предпочёл пройти к столу и присесть на него.

— Не украла, — насупилась она, словно маленькая девочка.

Она и вела себя временами словно ребёнок, не помнила, казалось бы, естественных вещей. В ином случае я бы не стал с ней возиться, но отец просил выяснить, какие интересы у алмазного дома к самородку и в идеале перетянуть её в орден. А мне и самому было любопытно, как связана эта странная девчонка с принцем Скаем и что в ней такого важного.

С первым удалось справиться быстро. Как выяснилось, Эмма лишилась памяти из-за Ская, напоролась на его мяч. Звучало бы странно, но там явная подстава. Из случайностей, судя по всему, только почти смертельный удар о скамейку и потеря памяти. А вот достоверно выяснить, почему алмазный дом оберегает Эмму, не получилось. Договор о неразглашении с ней явно заключили, оттуда у неё и деньги. Выходит, дело либо в её универсальности, либо в чувстве вины самого Ская. И я бы держался этой версии, если бы не последние события. Зачем самородка и принца вдруг вне распределения рабочих мест отправили за пределы купола?

— Алмазный дом перевёл? — предположил я.

Эмма нахмурилась и кивнула.

— Ты продашь мне камень, Брайс?

— А кто мне говорил, что предпочитает алмазы?

— Я передумала, — Эмма упрямо вскинула аккуратный носик, серебряные глаза вспыхнули недовольством. — Это мой камень, Брайс.

— На данный момент он мой, — я потянул ящик стола, подхватил рубин и бросил его Эмме.

Она легко поймала его и счастливо зажмурилась, наслаждаясь моментом резонанса. Серые волосы окрасились в алый. Даже общая бледность ушла: на щеках загорелся румянец. От неё прошла волна жара. Красиво.

— Сколько я тебе должна? — Эмма распахнула алые глаза и присмотрелась к моему лицу.

— А Скай и алмазный дом разрешат тебе носить рубин? — насмешливо поинтересовался я.

Судя по всему, девушка расстроилась из-за появившейся сегодня записи или поссорилась со своим принцем, потому и принеслась ко мне. Её влюблённость была очевидна. Впрочем, и Скай не выглядел равнодушным к подопечной. Обычно его взгляд обращён только к невесте. Но даже если он заинтересовался Эммой или и вовсе влюбился, стать парой они не смогут, у алмазного дома договорённости с рубиновым. Видимо, до растерянного сознания самородка дошла суровая правда жизни.

— Их мнение не имеет значения, — ответила она твёрдо.

А вот это уже интересно.

— Рассказывай подробнее, раз пришла. Не хочу отдавать ценный рубин, чтобы он потом пылился у тебя в ящике.

— Как у тебя? — отбила она.

— Я планировал его подарить своей новой девушке, — широко улыбнулся. — Подыскать ту, что сможет вступить с ним в резонанс.

— Он мой, — выдохнула сердито Эмма. — Я отказалась от покровительства алмазного дома. Хотела покинуть академию, но… мне некуда идти. А в академии не выжить без камней. Мне нужно найти и выкупить свои либо подобрать новые. Поэтому я здесь.

— Тебе нужна моя помощь, — заключил я довольно.

Надо же, и делать ничего не пришлось. Скай потерял Эмму, и она сама ко мне прибежала. Осталось рассказать ей о безрадостных перспективах жизни самородка без покровителя и предложить вступление в орден. Отец будет доволен. Надеюсь, она интересует его только как перспективный маг.

— В поисках камней, — ответила она тихо.

— Ты не понимаешь, Эмма, — рассмеялся я, скрестив руки на груди. — Алмазный дом тебя защищал на правовом поле, а Скай по инерции в академии. Теперь ты осталась сама по себе. Самородок может заинтересовать многих. Да что тебе рассказывать? Тебя же только пытались похитить. Предположим, ты засядешь в академии, но и здесь ждут неприятности. Тристан не просто облил тебя супом, он объявил травлю. Заявил, что короли академии больше не будут тебя защищать, Эмма.

— Я смогу себя защитить, — произнесла она внезапно уверенно.

— Для этого тебе нужны хотя бы камни, — напомнил я о насущном. — И тебе снова необходим я.

— Ты… к чему-то ведёшь, Брайс? — нахмурилась она.

Похоже, начинала соображать.

— Да, ты верно поняла. Ты теперь вне домов, значит, тебя и некому защитить. Но есть ещё ордена. В частности, орден добытчиков, куда я могу помочь тебе попасть.

— А орден просветлённых может защитить?

— Снаружи вполне, но не внутри академии, — я развёл руками, указывая на себя. — Перед тобой член ордена добытчиков, который сможет защитить тебя в академии. Условия ты помнишь.

— Ты помнишь мой ответ. Я не буду с тобой спать, Брайс, — заявила она ожесточённо, подскакивая с места.

— Да? — неискренне удивился я. — Мне показалось, месть Скаю — первая из причин твоего появления на пороге моей комнаты.

— Месть Скаю? — смутилась она.

— Весь день в сплетнях академии запись поцелуя Ская и Эмбер, — я вытащил из кармана версо, открыл общую сеть академии, отыскал самую обсуждаемую тему и развернул артефакт экраном к Эмме.

Она гулко выдохнула и отвела взгляд.

— Я решил, поэтому ты плакала. Или успела позже поругаться со Скаем?

— Он помолвлен, — произнесла она, растерев пальцами веки. — Я плакала по другой причине.

— Лучший способ избавиться от чувств — переключиться на кого-то другого, — я вернул версо в карман, соскользнул со стола и прошёл к Эмме. — Ты войдёшь в орден, станешь моей девушкой. Так ты и обретёшь защиту как в академии, так и за её пределами. Что скажешь?

— Что не смогу с тобой спать, — она хмуро заглянула в мои глаза. — Воспоминания из прошлого. Они не позволят. Поцелуи и близость для меня связаны с болью.

Её заявление обескуражило. Выходит, что-то она да помнит, но не самое приятное. В случае симпатичной и безродной девушки-самородка можно предположить разное, вплоть до изнасилования.

— Это ты пока думаешь, что не сможешь, но мы же не пробовали, и я тебя не тороплю, — постарался улыбнуться как можно мягче. — Станем парой, будем проводить время вместе. Уверен, скоро ты в меня влюбишься, и это мне придётся от тебя отбиваться.

Эмма приоткрыла рот в недоверии и прыснула.

— Не могу представить, — качнула она головой.

— Можно и поспорить, — я чуть склонился к ней. — Что думаешь?

— То есть спать не нужно, если я не захочу? — спросила она подозрительно.

— Не нужно, — закатил я глаза. — Но ты захочешь меня.

Да уж, отец, как всегда, удружил. Придётся обхаживать самородка и жить на голодном пайке, когда половину девчонок академии даже не нужно звать, сами прибегут. Но это даже интересно. Эмма странная, зато симпатичная и милая. Стоит быть честным с собой, мне её чуточку жаль. Пропадёт ведь с подачи Тристана или раньше её утащит какой-нибудь извращенец.

— Я думаю… — она замолчала, когда из её кармана раздался голос версо-духа.

— Эмма, звонит Валериус Ригор.

Надо же, сам безопасник связывается поздним вечером с потерявшим покровительство самородком.

— О, это, наверное, важно, — она поспешила достать артефакт и ответить на вызов.

— Мисс Марс, — протянул безопасник. — Не поделитесь, почему мне звонит король Каэлан с обвинениями в вашем уводе из алмазного дома?

— А вы бы могли меня увести? — задумчиво отозвалась она и подняла ко мне взгляд. — Я не одна, мистер Ригор. Можно с вами связаться через пятнадцать минут?

— Да, хорошо, — вздохнул он и прервал вызов.

— Валериус не защитит тебя в академии, — сообщил ей прямо, отступая.

— Я отвечу завтра, Брайс. Можно?

— Иди, — махнул рукой, указывая на дверь.

Надо ли сообщать отцу, что самородок интересует и Ригора?

— Спасибо, Брайс, — она протянула мне рубин.

— Оставь. Завтра вернёшь, если решишь отказаться от своих камней.

— Я надеюсь, ты согласишься его продать, — она сунула рубин в карман платья и двинулась в сторону выхода, но у самой двери приостановилась. — Ты говорил о мести Скаю. Как месть ему и твоё покровительство связаны?

— Скай предпочитает тебе другую. Любому дракону не понравится, если влюблённая в него девушка легко от него откажется и будет счастлива с другим. Мы хищники территориальные, и Скай считает тебя своей территорией.

— Кажется, поняла, — пробормотала она и выскользнула за дверь, оставляя после себя в комнате запах дождя и лилий.

И во что я снова ввязываюсь из-за отца?