Самородок против алмазного короля Академии Сфер

Глава 5

/Эмма Марс/

Мы покинули основной зал и спустились на этаж ниже, где вдоль длинного коридора с чёрными стенами расположились двери в неизвестные помещения. Одну из них распахнули, приглашая нас войти. И мы попали в небольшую квадратную комнату с тканевыми обоями на стенах и массивным столом по центру, окружённым несколькими уютными креслами. Судя по всему, это помещение выделяли для больших компаний посетителей, но здесь нас ожидал один-единственный дракон. И к моему удивлению, он оказался сапфировым.

Рослый, грузный мужчина в сшитом по фигуре костюме, с длинными распущенными синими волосами и внимательными глубоко посаженными глазами производил опасное впечатление. Я невольно вцепилась в руку Брайса, опасаясь подставы или нападения.

— Добрый вечер, отец, — улыбнулся рубиновый. — Не знал, что ты сегодня будешь здесь.

— Пришлось появиться, раз ты игнорируешь мои сообщения, — глубоким басом упрекнул мужчина, скользя задумчивым взглядом по моей фигуре.

— Не считал, что это важно, — пожал плечами Брайс.

— А приписка «важно» тебе ни о чём не сказала?

— Ты всегда её вставляешь, — пожал плечами тот. — Ты вызвал меня отчитать или что-то хотел? У нас свидание.

— Кто твоя спутница, Брайс? — не выказав никакого раздражения, спросил мужчина.

— Эмма Марс, — представил он. — Эмма, это мой отец Морган Крауден.

— Рада знакомству, мистер Крауден, — произнесла я, уважительно склонив голову.

— Садитесь, пообщаемся, — повелительно взмахнул он рукой, указывая на два кресла возле себя.

Естественно, нам пришлось подчиниться. Брайс посадил меня подальше от отца, а сам сел возле него.

— Эмма Марс, значит, — пробасил мужчина, подхватывая бокал с янтарной жидкостью, и сделал короткий глоток. — Утолите моё любопытство, чего на самом деле добивался ректор Люмирекс?

Вот так сразу в сложные вопросы. Этот мужчина явно не любит терять время зря.

— Ректор… изучал культуру саламандр и усмотрел во мне сходство с древними из-за того, что я самородок. Меня похитили, он попытался провести ритуал, но ошибся. Случился взрыв, меня спас стихийный круг.

— Да, эту версию я слышал… — мужчина постучал указательным пальцем по столу. — А неофициальная?

— Ритуал опустошил мой резерв. Я была без сознания и очнулась на пути в Элизиум.

— Понятно, — недовольно поджал он губы. — Сколькими стихиями вы владеете?

— Двумя, — ответила сразу.

— Значит, больше чем две, — сделал вывод он, вызывая в моей душе почти животный ужас.

Как быстро он догадался, и как же бездарно я вру.

— Так и будешь допрашивать мою девушку? — Брайс сместился, прикрывая меня плечом.

— Должен же я знать, с кем встречается мой сын и кого продвигает в орден, — отбил он. — Сильные маги нам всегда нужны, мисс Марс. И именно орден сможет приумножить вашу силу, ведь именно мы добываем камни.

— Я ей рассказал о плюсах ордена, — заверил его Брайс.

В дверь постучались. После разрешения в комнату вошли официанты и выставили на столе различные закуски и блюда. Стало ясным, что напряжённый разговор продолжится. Так и случилось. Нам предложили насладиться трапезой, а пока я пыталась не подавиться, мистер Крауден задавал мне вопросы, говорил сам, иногда обращался к сыну. Не уверена, что у меня получалось играть дурочку, но приходилось стараться.

— Приятная девушка, — заключил вскоре мужчина. — Жаль, придётся попросить вас, мисс Марс, уступить мне на сегодня Брайса. У меня к нему долгий разговор.

— Я понимаю, — кивнула, испытывая одновременно и облегчение оттого, что сложный ужин завершается, и настороженность, ведь мне предстояло возвращаться в академию в одиночестве.

— Эмма не знает дорогу, отец.

— Её отвезут в академию. Обеспечат комфорт и безопасность.

В итоге Брайса пришлось оставить с отцом. Но меня действительно проводили до ожидающей кареты. Сопровождение производило впечатление бывалых воинов, я не опасалась нападений, зато боялась, что в итоге попаду не в академию. Но ничего подобного не случилось: меня подвезли к воротам, дождались, когда я скроюсь из вида, только потом уехали.

Тревога отпустила, я неспешно двинулась к жилому зданию по дорожке. Поливалки заработали, насыщая воздух влажностью. Потому я предпочла двинуться через зону отдыха. В тени деревьев стало прохладнее и как-то уютнее. Я расслабилась, отпустила волнение и теперь размышляла о прошедшем вечере. Вместо покупки камней пришлось общаться с пугающим отцом Брайса, можно сказать, проходить допрос. Даже не знаю, нормально ли это. Он был довольно вежлив, позаботился обо мне, но тон его общения, отношение ко мне и даже к сыну вызывали неприятие. Возможно, так ведут себя многие драконы у власти, гораздо важнее было понять, как изменится ситуация для меня. Но для этого предстоит дождаться разговора с Брайсом.

Внезапно мою щиколотку будто дёрнуло в сторону. Я пошатнулась, потеряла равновесие, и кто-то подлетел ко мне сзади. Мою руку перехватили за запястье и вывернули её за спину, вызывая боль в плече, а рот зажали, не давая закричать. Мысли смешались. Я будто вновь оказалась в храме, совершенно беззащитная, беспомощная.

— Не дёргайся, — раздался смешок у уха.

Ко мне подступили незнакомцы в масках. Один проверил мои запястья, второй отбросил прочь мою сумку.

— Где её камни? — прошипел один из незнакомцев. — Резонанс сохраняется.

Рубин и алмаз в чулке, но о таком лучше не сообщать.

— Что она нам сделает? Первокурсница, — мужчина сильнее стиснул руку на моём лице и потащил меня в тень кроны дерева.

Я упёрлась ногами, попыталась высвободиться, но он потянул мою вывернутую руку вверх, усиливая боль в плече. Мысли совершенно смешались, на глаза навернулись слёзы. И я скорее почувствовала, чем увидела, как в тёмной дымке передо мной формируется рукоять меча. Того самого. Зато злоумышленники его не замечали. Один из них нагнулся, подхватил меня за ноги, чтобы быстрее унести.

Ужас накатил волной. Я рванула к мечу, коснулась ледяной рукояти. И в тот же миг ощутила, как из тьмы ко мне потянулась чужая рука, сжала мою ладонь, переплетая наши пальцы, а нить серой связи с богом натянулась, почти причиняя боль.

«Так быстро меня зовёшь», — раздалось в мыслях, и я отдёрнула руку.

Меч исчез. Растворился в воздухе, будто его и не было. Я осталась один на один со своей бедой.