Следственная некромантия

Глава четырнадцатая

Ирвин вкрадчиво кашлянул. Настроение друга ему совершенно не нравилось, а то, что Сияющий знал о Сагроне, прямо-таки требовало увести людей подальше от разгневанного мужчины.

- Прошу прощения, - он сделал шаг вперёд, будто случайно закрывая собой растерянного Ромерика, - Сагрон, а что ты тут делаешь? Это, - Сияющий оглянулся, - территория университетского лагеря… А ты ж вроде в отпуске.

- Чья б мычала! – возмущённо прорычал Сагрон. – Про отпуск-то! А что до лагеря, так я ж в отеле! В дорогом, расположенном в закрытой местности отеле, где плохо работает связь, отдыхаю с супругой. Дарю, значит, любви нашей несколько дней тишины и покоя… А потом, на ночь глядя, каким-то чудом оказываюсь на территории НУМа, даже удалённой! И это, представь себе, Ирвин, не покидая отеля!

Сияющий с подозрением посмотрел на вывеску.

- Так это…

Сагрон не ответил. Во-первых, он никогда не видел смысла размениваться на лишние фразы и подтверждать то, что и так было само по себе понятно, а во-вторых, был не склонен к разговорам любого другого характера, кроме как нецензурных выражений, направленных на виновника всего произошедшего. И каким-то удивительным образом, даже не вникая в суть проблемы, он вычленил из толпы именно Ромерика и, смерив его испепеляющим взглядом, повернулся к двери здания.

Та открылась, то ли повинуясь воле Сагрона, то ли просто подтверждая, что совпадения случаются в жизни удивительно часто, даже когда совсем их не ждёшь, и на порог выглянула Котэсса. Она даже улыбнулась, когда взглянула на Ирвина, но потом заприметила за его спиной преподавательскую толпу, в которой многие люди были ей знакомы, и тут же помрачнела.

- Что-то мне подсказывает, - холодно промолвила она, подойдя поближе к мужу, - что это не все эти люди совершили экстренную телепортацию.

Ирвин коротко покачал головой.

- Нет, - протянул Сагрон. – Это наш отель пересёк половину страны и, покинув приветливые морские берега, которыми так славится Лассарра, вдруг оказался среди леса. И угадай, кто в этом замешан?

Тэсса недоверчиво покосилась на Ирвина. Сияющий никогда не был склонен к диверсиям и каким-либо вредоносным действиям, потому она явно не верила в то, что именно Ирвин мог стать причиной такого внезапного срыва отпуска. Но взгляд Сагрона был направлен именно на друга, и Котэсса, доверяя своему мужу, тоже посмотрела в ту сторону.

Ирвин на всякий случай сделал один осторожный шаг влево, так, чтобы иметь возможность воспользоваться магическим щитом, если вдруг что-нибудь случится, и прикрыть Ромерика, но при этом позволить Тэссе и Сагрону его увидеть.

Котэсса, взглянув на истинную причину большинства неприятностей, преследовавших в последнее время Ирвина и Лили, кажется, моментально поняла, что произошло. Она взглянула на Лили, которую Ромерик всё это время пытался поймать за ногу рукой в железной перчатке, потом на самого рыцаря, и с плохо скрываемым раздражением поинтересовалась:

- Новая жертва?

- Да-да! – поспешил подтвердить Ромерик. – Я – жертва местного произвола! И эта коварная женщина, - он кивнул на Лилиан, - разбила мне сердце! Я ради неё телепортировал замок, а она отказывается выходить за меня замуж!

Тэсса требовательно посмотрела на Ирвина.

- Нет-нет-нет! – покачал головой он. – Давайте-ка внесём ясность. Во-первых, замуж за тебя, Ромерик, отказывается выйти уже замужняя женщина…

Котэсса скрестила руки на груди и вопросительно изогнула брови.

- Во-вторых, ты не сам совершил телепортацию, а подговорил детей это сделать, не задумываясь о последствиях, - продолжил Ирвин, - а уже этого достаточно для того, чтобы посадить тебя – далеко и надолго!

Ромерик скромно потупил взгляд.

- В-третьих, проволочил замок через половину страны…

- Если уж мы вносим ясность, - а вот этот голос был Ирвину уже не знаком, - то телепортировали не замок, а мой отель. Со всеми гостями! И что вы собираетесь с этим делать? Я требую немедленно вернуть меня на место! Я буду жаловаться! Главе Следственного Бюро буду жаловаться!

На сей раз посторонился Сагрон и, позабыв о многолетней дружбе, с ласковой улыбкой на губах указал ладонью на Ирвина.

Женщина – явно обладающая даром, причём далеко не светлым, - сделала шаг вперёд и смерила Сияющего таким взглядом, что он едва не провалился под землю. В том, что отель с такой хозяйкой был свободен от нападок со стороны хоть властей, хоть бандитов, Ирвин не сомневался. Дама была неопределённого возраста – старше двадцати и, возможно, младше ста, а дальше всяко могло случиться, - а таким внешним видом обладали только очень сильные ведьмы, намертво консервировавшие своё тело. К тому же, магия, судя по всему, оказалась не врождённой, а приобретённой – Ирвин более-менее знал толк в таких вещах и был готов поклясться, что женщина если и обладала каким-либо природным талантом, но только в поиске правильных источников.

- Очень мило, - прошипела она и осмотрела толпу, да так, что несчастная Нимфадора посерела, а Ромерик, всё ещё стоявший на одном колене, решил, что перед такой дамой логичнее вставать сразу на два, поспешил под звон доспехов сменить позу. Ведьма равнодушным взглядом смерила Лили, не задержалась и на остальных преподавателях, а тут же повернулась вновь к Ирвину.

Тот почувствовал, как непривычно и незнакомо похолодело тело.

- Как жаль, - ледяным голосом произнесла ведьма, - что в нашей стране такие жалкие представители властей, - она не сводила с Ирвина глаз. – Совершенно не следят за правопорядком!

Тянула силы. Энергетический вампир – вот кем была эта женщина, обладательница отеля для любящих сердец. Любовь любит тишину! Да так можно навеки затихнуть…

Беда была в том, что Ирвин лишь думал об этом. А произнести он не мог ни единого слова. Да что там, и думал-то пассивно, словно посторонний наблюдатель, который читает книгу или смотрит представление в театре, не заинтересовавшийся сюжетом, но всё-таки желающий узнать, чем всё закончится. Следовало б как-то одёрнуть ведьму, хотя бы потянуть её рукав, но никто не замечал, как она большими, жадными глотками выпивала из Ирвина силу.

Весь мир словно был подёрнут тонкой прозрачной плёнкой. Ирвин всё видел, всё слышал, но его органы чувств отказывались воспринимать новую информацию, противились тому, что пыталось снаружи до него добраться. Существовала только ведьма, цепко ухватившаяся за энергетический источник, и он как-то вяло, нехотя отметил, что целители – вообще вкусная штука.

Магия сама по себе нейтральна. Да, она может иметь склонность к какой-нибудь одной стороне, но, не украшенная помыслами человека, остаётся серой. За редким исключением.

Боевой маг, проклятийник, бытовик, зельевар или артефактор могут просто иметь естественные склонности к своей будущей профессии – но их колдовство одинаковое изначально, бесцветное. Боевик может защищать, а может разрушать, бытовик – помогать или вносить хаос, артефактор – создавать светлые или тёмные магические предметы…

Некроманты и целители – другое дело. Это одинаково редкий дар, только если некроманты тяготеют к смерти, то целители – к жизни. Их энергия, светлая, бьющая ключом, тоже может быть перетянута на сторону зла, и это не так уж трудно – задурить ребёнку голову, прежде чем он осознал, чем именно обладает. Их даром можно пользоваться не только ради того, чтобы лечить чужие раны. Но факт остаётся фактом – у целителей самая вкусная, самая сочная магия. Её легче всего впитать. И кто б ни попытался отвлечь ведьму, он потерпит неудачу, потому что это будет всё равно что для хищника променять свежее, сочное, нежное мясо только что убитого телёнка на падаль.

Существовала только одна сила, которая потенциально была вкуснее целительской. Ирвин вспомнил о ней тоже будто невзначай – и в тот же момент связующая нить, протянувшая между ним и ведьмой, лопнула. Сияющий пошатнулся и быстро-быстро заморгал, поражаясь, кому хватило ума встать между ним и ведьмой – и самому подставиться под удар.

На это могли решиться только последние идиоты, вроде Ромерика, и это не возымело бы особенного действия, либо… Либо нечто куда более вкусное, чем свежий телёнок, но при этом более опасное.

Такой себе венценосный деликатес.

Принц Мартен – почему-то в преподавательской мантии, которую здесь предпочитали носить многие, особенно те, кто никогда не работал в НУМе, но отчаянно хотел приобщиться к нему хотя бы с помощью неудобного наряда, - стоял прямо перед ведьмой и ласково улыбался. Поза у Его Высочества была расслабленная, во взгляде сквозило завидное равнодушие, да и всем внешним видом он явно стремился показать, что энергетических вампиров ни капельки не боится.

- Здравствуйте! – бойко поздоровался Мартен. – К вашим услугам! Извольте, мне кажется, вы ведёте незаконную деятельность?

- Я?! – взвилась ведьма.

- Разумеется. Этот отель зарегистрирован где-то в Лассарре, а находится в столичном округе. Ай, нехорошо!

Ведьма впилась взглядом в принца, пытаясь глотнуть его энергии, но, судя по выражению лица, потерпела неудачу. Мартен был непробиваем. Запретный плод, как известно, сладок, и вампирша позабыла о том, что хотела подпитаться каким-то там целителем. Теперь её волновал исключительно вкусный, наполненный удивительной мощью принц. Но, поскольку представиться Его Высочество не удосужился, а в лицо его женщина, судя по всему, не знала, предположить, с кем столкнулась, ведьма не могла. Какой бы наследник престола, впрочем, находясь в своём уме, посмел бы полезть к подобного рода колдунье? Не самоубийца же он, в конце-то концов!

- Меня перенесли насильно, - строго произнесла женщина, пытаясь хотя бы словами пробить естественную защиту парня. – Вместе с моим заведением.

- И как только посмели! – ахнул Мартен, поднимаясь к ней по ступенькам и сгоняя с них оторопевших Сагрона и Котэссу. – Не стоит! – одними губами прошептал он им. – Тут неодарённым только можно!

Да Сагрон уже и сам всё понял. Тэсса, никогда не сталкивавшаяся с такого рода магами, только ошеломлённо заморгала, когда муж скрылся в глубинах замка-отеля.

- Это беспредел! – заорал он изнутри. – Мы уходим отсюда! Подумать только, отдохнул! Телепортируют, и куда – прямо в центр работы!

Спустя несколько минут он вернулся с чемоданом в руках. Следом летел заколдованный халат с эмблемой отеля.

- Постойте! – вопил он, пытаясь поясом поймать Сагрона за руку. – Постойте же! У вас впереди ещё несколько недель отпуска!

- Нет! – отрезал Сагрон, взглядом испепеляя назойливый предмет. Тот, спасая хотя бы единственный выживший рукав, поспешил удалиться. – Знаете, - теперь он обращался уже к ведьме, - я думаю, отдыхать у вас мы больше не будем.

- Но вас же всё устраивало! – поразилась ведьма.

- Совершенно точно, - подтвердил Сагрон. – Устраивало, пока мы находились на территории с тремя мощными блокаторами магии. Но ведь, я уверен, перенести замок с такой точностью обратно не получится.

Ведьма заморгала.

- Что это значит?

Усмешка, в которой Сагрон искривил губы, явно была не доброжелательной.

- Да ничего особенного, - пожал плечами он. – Исключительно то, что ваши природные склонности были очень удобно от нас скрыты в период пребывания в отеле.

- И что эти природные склонности, - на всякий случай добавила Котэсса, хотя особенной уверенности в этом у неё не было, - входят в перечень запрещённых, о чём вы, разумеется, позабыли уведомить. Я что-то не наблюдаю на вашей шее предохраняющий ошейник!

Ведьма спешно схватилась за горло. Ошейника не было, но выдала она себя с головой.

Мартен же, наконец-то столкнув и Сагрона, и Котэссу со ступенек, уверенно прошествовал вглубь отеля и вернулся оттуда с какими-то бумагами.

- Я помню этот случай, - с усмешкой произнёс он. – Надо же, участок, на котором разрешено пребывать отелю, очень небольшой. Я б даже сказал, он выверен в точности до миллиметра! И хозяйке почему-то запрещено его покидать. Я думаю, мы справимся с обратной точной телепортацией, так что остальные гости могут спокойно оставаться на местах. Прошествуйте внутрь, госпожа.

Хозяйка отеля совершенно не собиралась заходить внутрь здания. Она смотрела на Мартена – испытывающе так, словно дожидалась, пока он рискнёт произнесли ещё одно слово, и она наконец-то ухватится за естество его дара. Но тот выскальзывал, словно змея, и прятался всё глубже и глубже, не даваясь в руки ведьме. Она так до конца и не поняла, с кем имеет дело, но полыхавшая в глазах жадность была безгранична.

Мартен шагнул к ней и тихо прошептал:

- Когда в крови нет ни капли магии, а дар отравлять был потерян где-то среди недостойных наследников рода, только и остаётся, что жить в отеле и ждать, пока выпустят на свободу, правда? Мой предок был слишком мягок к подобным вам людям. Следовало отдать тебя Железной Королеве, она бы знала, как поступать со старой подружкой, так легко и успешно предавшей её.

У ведьмы порозовели щёки.

- Железная Королева уже давно мертва. Скоро два века будет, - гордо ответила она. – Какая уж я ей подружка?

Но, очевидно, произнесённых Мартеном слов было достаточно, чтобы ведьма наконец-то его признала. Она смотрела на него ещё несколько секунд, бессмысленно пытаясь пробить природную броню, потом всё-таки смирилась, махнула рукой и отступила внутрь здания. Мартен же спрыгнул со ступенек, отошёл немного дальше и усмехнулся.

- Телепортируем?

- Детки! – тут же оживился Ромерик. – Может быть, вы…

- Детки мне не понадобятся, - остановил его принц. – Сам справлюсь. Не хитрое дело – вернуть ворованное на положенное ему место.

Он вскинул руки, и из-под земли будто выстрелили снопы искр. Они полились золотистым дождём прямо на крышу отеля, и тот медленно, но верно таял в воздухе, так же, как прежде появлялся. Последней исчезла вывеска, призывающая любящие сердца поискать тишину в доме у гостеприимной ведьмы.

- А там местность блокирует, - довольно подытожил Мартен. – Вот и всё. Нет никаких проблем!

Ирвин усмехнулся. Силы медленно, но возвращались, и он предчувствовал, что сможет нормально колдовать только завтра или послезавтра.

Лили шагнула было к нему, но Мартен уверенно перегородил девушке дорогу.

- Я понимаю, ты ему жена и всё такое, - вздохнул он, - но целителям лучше восстанавливать энергетику без некромантов в округе. Правда. Он меня сейчас за эти слова убьёт, конечно, но вредоносные силовые потоки есть вредоносные силовые потоки…

Ирвин помрачнел и сжал зубы.

- Не лез бы ты, - прошипел он, - не в своё дело…

- Всё ради твоего же блага, - пожал плечами Мартен. – Тебе правда надо бы отлежаться, отоспаться… И к утру сможешь проводить с женушкой время столько, сколько пожелаешь. У тебя завтра лекций нет. Ромерик, соверши хоть одно доброе дело в этой жизни, проводи Ирвина до вашей комнаты. И уберись оттуда, пока он не потратил силы на твоё убийство.

- Как прикажете! Будет сделано! – тут же отчитался Ромерик, судя по всему, нисколечко не разочаровавшийся в принце. Очевидно, то, с какой лёгкостью Мартен разбрызгивал силу, впечатлило его до глубины души. Будь Его Высочество женщиной, хоть сто раз замужней, Ромерик моментально предложил бы свои услуги, но, к счастью, приставать к мужчинам не умел.

- Ну, всё? Вопросов нет? Проблем никаких нет? – улыбнулся Мартен. – Тогда мы расходимся все, да?

- Вопросы есть, - Танмор, доселе прятавшийся за преподавательскими спинами, пристально посмотрел на принца. – Например, кто ты такой и по какому праву преподаёшь у детей, соседушка.

Ирвин кашлянул.

- Да-да, - севшим от усталости голосом протянул он. – Мне тоже интересно, Мартен, что ты позабыл на территории выездного лагеря.

Мартен поёжился. Если на вопросы Танмора он мог спокойно не отвечать как минимум в силу своего неприкосновенного статуса, то проигнорировать Ирвина было тяжелее. Конечно, физически никакого вреда принцу глава Следственного Бюро причинить не мог, он не имел даже права каким-либо образом на того влиять, а уж тем более раздавать приказы, но опыт показывал, что Ирвин способен находить щели в законах. А значит, просто так, без последствий, продлить своё пребывание здесь на несколько дней не удастся, Сияющий, если ему будет надо, доберётся и до самого короля.

Интерес теперь вспыхнул и в глазах остальных. Даже дети, которые в количестве тринадцати человек и в составе ведьминого круга с трудом перетащили сюда замок, с интересом смотрели на Мартена, казавшегося им теперь всесильным волшебником. Предположительно, так оно и было, потому что принц только что совершил то, для чего надо бы воспользоваться полноценным магическим ритуалом в исполнении десятка опытных специалистов – и сделал он это играючи, не особенно задумываясь о последствиях, да ещё и при огромном количестве свидетелей.

Ни Сагрон, ни Котэсса, ни даже Ромерик, виновник произошедшего, теперь совершенно никого не интересовали. Пристальные взгляды людей, никогда в жизни не сталкивающихся с представителями королевской семьи и, следовательно, не способных узнать в Мартене своего принца, были направлены исключительно на Его Высочество.

- Опять испортили отпуск… - проворчал Сагрон, почувствовав, как жена предостерегающе потянула его за рукав. – А я надеялся, что мы проведём эти три двадцатки вдалеке от суеты…

- Ну ты ж доцент, - прошептала Тэсси. – Почти профессор. Не Ирвину же всё это разгребать, он тут на птичьих правах… Прости! – посмотрела она на коллегу, вспомнив, как Сияющий плохо реагирует на упоминание птиц. – Ну, ты же понимаешь, что я хотела сказать?

Ирвин понимал. Здесь, где заправляет его драгоценный отец, у Ромерика может оказаться прав в разы больше, чем у опытного боевого мага и главы Следственного Бюро.

Судя по тому, как тяжело вздохнул Сагрон, он отлично осознавал правоту своих коллег. И, прислушиваясь к нарастающему гулу, только раздражённо кривился. Мартена уже окружали остальные преподаватели, и тот, растерянно оглядываясь, всё прикусывал язык, чтобы не выдать свой собственный статус. Ирвину и самому очень хотелось встряхнуть Его Высочество и поинтересоваться, как давно тот находится на территории лагеря и преподаёт этим малолетним преступникам, но он, к сожалению, только и мог, что осуждающе смотреть.

Нет, отойти до завтрашнего утра будет довольно трудно.

Шум становился всё сильнее и всё невыносимее. Складывалось такое впечатление, что ещё минуты две-три, и перекричать преподавателей, неопытных и плохо понимающих, как надо вести себя с детьми, а заодно и мальчишек, отходивших потихоньку от ведьминого круга и вновь обретавших силу, будет невозможно. Радикальные меры следовало принимать немедленно.

- Прощай, отпуск! – махнул рукой Сагрон и сделал уверенный шаг в самый центр образовавшегося вокруг Мартена круга. – Молчать всем!

- А вы, - вмешался Танмор, - простите, кто, чтобы здесь распоряжаться?

- Я? – мужчина усмехнулся и медленно повернулся к некроманту. – Я, извольте, ведущий доцент кафедры Боевой магии, без пяти минут доктор магических наук и как минимум опытный преподаватель. А вы, молодой человек, здесь на каких правах? – он смерил противника внимательным взглядом. – На правах приёма профессором Куоки на работу? Так уж, извольте, не следует этим гордиться, несколько лет назад в подобный лагерь он принял дворового пса, в надежде, что встретил могущественного мага-оборотня. А… кхм, Мартен – наш молодой преуспевающий коллега из университета Лассарры.

- Так там же… - заикнулся Мартен, порывающийся сказать, что единственное пристойное учебное заведение в Лассарре отвечало отнюдь не за изучение магии, но Сагрон прервал его коротким злым жестом.

- Профессор Куоки не зря, я вижу, попросил меня и мою супругу вернуться на рабочие места и присмотреть за всем происходящим, - протянул Сагрон. – Потому что, по всей видимости, большинство сотрудников профнепригодны. Какие-то возражения имеются?

Возражения, может быть, и имелись, но выразить их никто не посмел.

- В таком случае, - продолжил Сагрон, - столпотворение расходится. А завтра мы будем определяться, как кого наказать. И будьте уверены, если вы хоть на полслова удосужились нарушить правила лагеря, дорогие дети и преподаватели, получите своё. Всем всё понятно? По домам! – и хлопнул в ладоши.

Несомненно, он не применил ни грамма магии, но подействовало его движение волшебным образом. Все, кто имел хоть какие-нибудь претензии, предпочли скрыться с глаз долой и больше не дразнить Сагрона своим присутствием. Остался только Ирвин – потому что друга не боялся, а уйти далеко, судя по всему, и не смог бы, - Лили, явно переживающая за мужа, но всё-таки предусмотрительно не сокращающая дистанцию между ними, Ромерик, никогда не принимающий угрозы на свой счёт, даже если именно к нему они и относились, ну и, разумеется, Котэсса.

- Так значит, - посмотрела она на мужа, - мы остаёмся?

- Мы остаёмся, - обречённо признал Сагрон. – Не следовало оставлять этот разврат без должного присмотра. Ирвин… Ирвин? – он шагнул к другу. – Эй?

Сияющий не слышал. В голове предупредительно звенело, и магия благородно перекрыла для него всякий доступ к здравому, ясному уму.

Нет, следовало всё-таки поосторожнее себя вести с разнообразными ведьмами