Смотри. На. Меня.

Глава 15 Ремень

За выступом, на который меня усадил Дарио, находилась стена и я тут же вжалась в нее спиной, чувствуя, как неровные камни, впились в кожу, сквозь тонкую ткань платья. Причиняя боль, царапая. Вот только, даже это было совершенно несоизмеримо с тем ужасом, который я испытала, услышав слова Дарио. От них сердце сначала загрохотало, затем вовсе оборвало биение.

— Пожалуйста, не нужно, — в моем голосе была не просто мольба. Страх. Мгновенно проснувшаяся паника.

Я ринулась вбок. Понадеялась, что Дарио, понимая, что я его не хочу, все-таки уберет руку и даст мне отстраниться. Вот только, он не просто не сделал этого — он второй рукой перехватил меня за талию и жестоко вернул на место, усаживая ровно. Тут же ладонью поднимаясь выше. Зарываясь ею в волосы и сжимая пряди.

Он наклонился. Наши взгляды встретились и я каждой частичкой тела почувствовала то, как прохладный, ночной воздух стал тяжелым, горячим. Окутывая, он давил так, словно меня обвивало массивными цепями.

— Чем же я тебя настолько сильно не устраиваю? — Дарио положил ладонь на мою щеку и подушечкой большого пальца ощутимо провел по нижней губе. А я даже шевелиться боялась от того, насколько мрачным и ужасающим сейчас был его голос. — Что ты даже трястись начинаешь.

— Ты меня пугаешь, — произнесла, еле шевеля губами.

— И что же я такого сделал, чтобы ты меня настолько сильно боялась? — он своим лбом прикоснулся к моему. Настолько, казалось бы нежное прикосновение сейчас таковым не являлась. Скорее им Дарио лишь сильнее загонял меня в тупик. Показывал, что сейчас может все и даже что-то такое, ведь даже попытавшись резко отвернуться, я этого сделать не могла. Он все еще меня удерживал.

— Ты появился из ниоткуда. Поставил меня перед фактом, что мы теперь встречаемся, а позже вообще дал понять, что собираешься использовать меня. Хотя… повторяю, ты ошибаешься. Нет человека, которому я была бы дорога. Ты связывал меня, преследовал, прямо на улице полез мне под платье, а сейчас… — я не понимала, как мне удалось все это произнести на одном выдохе. А еще я не понимала, зачем вообще это делаю. Разве Дарио без озвучивания очевидных фактов не осознает, что у меня есть причины его бояться?

— Но, тем не менее, я все еще не сделал с тобой ничего ужасного, — его дыхание и так касалось моих губ, но в этот момент Дарио вовсе преодолел оставшиеся сантиметры расстояния и поцеловал меня. Коротко. Без языка, но даже этого хватило, чтобы не только мысли, но и душа покрылась пламенем. — Как видишь, я все еще держу себя в руках. Помоги мне делать это и дальше.

— Я не знаю, что ты…

— Я уже говорил, что хочу отношений. Не уверен, что они у нас будут долгими, но мы можем друг другу сделать приятно, — его губы касались уголка моих. — Или мы можем пойти другим путем, но он тебе не понравится.

Я застыла, словно каменное изваяние. Путаясь в собственных мыслях. Спотыкаясь о них.

— Ты… не привлекаешь меня, как парень. Я не хочу с тобой… — я попыталась произнести это как можно более осторожно. Мягко и опасливо. Вообще не уверенная, что правильно подбираю слова, но так отчаянно пытаясь выбраться из этой ситуации. Ведь в груди все еще горела надежда, что мы можем все это решить разговором, после чего разойтись. — Если ты хочешь, мы можем просто общаться…

— Просто общаться? — Дарио, пальцем надавливая на мои губы, оборвал тот поток слов, который уже начал литься из моих губ. Он даже не представлял, сколько всего я была готова сказать, лишь бы хоть немного сгладить то, что сейчас происходило. — Не ты ли сегодня говорила, что я тебе нравлюсь?

Мой вдох оборвался и я мысленно выругалась. Об этом я, к сожалению, забыла.

— Ты обещала исключительно для меня надеть платье, намного красивее, чем это, — Дарио повел голову вправо и его губы коснулись моего уха. Почему-то показалось, что на них сейчас возник оскал. — А сейчас говоришь, что я тебя не привлекаю, как парень?

Что?.. Что мне ответить?

Сознание затрещало. Смешалось. Почему-то вспыхнули воспоминания про моего сводного брата и его друзей. Я их боялась. До ужаса и ночных кошмаров, но даже с ними было как-то проще. С годами я научилась их избегать. А, если в редкие мгновения не получалось этого сделать, я просто умоляла меня не трогать и всячески пыталась убежать. К счастью, пока что получалось.

Но с Дарио ничерта из этого не работало. С ним все совершенно не так.

— Я не знаю, — в итоге сорвалось с моих губ надломленное. Такое, как и все мои мысли. — Ты привлекательный и… может, я бы могла в тебя…

Я резко оборвала слова. Черт, нет. Это не то.

— Что ты могла бы? — Дарио наклонился к моей шее, оставляя на ней два поцелуя. Первый — короткий, но настолько горячий, что кожа начала жечь. Второй — жестокий, грубый и нещадный настолько, что я встрепенулась всем телом, переставая нормально соображать. — Говори, Романа.

— Пожалуйста, если ты хочешь… чего-то такого, найди себе другую девушку, — это единственное, что я смогла произнести. Вновь с мольбой.

Эти слова были, как крик души. Все. Хватит! Я вновь ринулась вбок и уже теперь Дарио не останавливал меня. Если не считать его руки, все еще упирающейся в выступ рядом со мной. Она была весомой преградой между мной и свободой, но сейчас Дарио не возвращал меня обратно, заставляя сесть ровно. Даже не делал лишних касаний. Некоторое время он вовсе стоял неподвижно. Пока, сквозь тот шорох, который я создавала пытаясь вырваться, не услышала его тяжелый, медленный выдох. И вместе с ним внутри меня что-то оборвалось. Чувство самосохранения завопило о том, что сейчас произойдет что-то ужасное.

Я не понимала, почему мои инстинкты сработали именно таким образом, но чуть не закричала, стоило Дарио обеими руками сжать мои бедра и рывком притянуть к себе, так, что я низом живота, сквозь ткань платья, почувствовала его каменный член.

— Я буду тебе нравиться. Ты даже влюбишься, — произнес он так, словно безжалостно вталкивал эту мысль мне в голову. — И при каждой нашей встрече ты будешь течь для меня, — он сильнее сжал мои бедра и посмотрел мне в глаза. — Только для меня. Ты это поняла, Романа?

— Нет, пожалуйста…

— Мне все равно, о чем ты просишь, пока ты сопротивляешься мне. Хочешь чего-то получить? Стань моей.

Я почувствовала себя хуже, чем зверек, загнанный в угол. Дарио сейчас ясно дал понять, что я не получу чего хочу. Более того, я должна отдать ему то, что никак не могу.

— Выбирай, Романа, каким путем мы сейчас пойдем. Хорошим или плохим, — Дарио положил ладонь на мою талию, сжимая ее. — Заметь, я все еще держу себя в руках и даю тебе выбор.

Это он называет «держать себя в руках»? И о каком, черт раздери, выборе он говорит, если его нет?

Эта улица и так казалась мне зловещей, пустой, слишком мрачной, а сейчас, находясь один на один с чудовищем, я вовсе чувствовала себя так, словно падала в пропасть.

Я опять посмотрела по сторонам. Лихорадочно, быстро. Осознавая, что убежать не смогу и вообще я сейчас в том положении, когда мне может быть конец.

Страх стал мощнее, ударил по нервам и я, ломаясь на части, от едкого, удушающего опасения того самого «плохого варианта», тихо произнесла:

— Давай… пойдем хорошим путем, — я опустила глаза. Сильно зажмурилась. Слово «хорошим», жгло язык, ведь рядом с Дарио вообще ничего хорошего быть не может.

Он пальцами зарылся в мои волосы. Губами касаясь щеки и сердце пропустило несколько ударов от того, насколько нежным показался этот поцелуй. Совершенно не свойственным Дарио.

Но все равно это касание его губ ощущалось, как удавка на шее.

— Хорошая девочка, — Дарио еще раз медленно поцеловал меня. На этот раз в губы. Затем взял мою ладонь и положил на свой ремень. — Расстегни.

— Нет, пожалуйста, мы же на улице и…

— Я не буду брать тебя тут, — он положил ладонь на мою щеку. И это касание казалось почти успокаивающим. Почти. — Наш первый раз будет в более подходящем месте, но все-таки сейчас я хочу кое-что получить от тебя. Расстегивай.

Должно ли меня успокоить то, что он не собирался меня сейчас брать? Наверное. Вот только, этого не произошло.

Мои пальцы онемели, практически не слушались, пока я пыталась справиться с ремнем Дарио. Я вообще впервые в жизни делала что-то такое. Конечно, понимала, что такое ремень, но сама их никогда не носила и, тем более, не расстегивала их на парнях. А учитывая ситуацию, что-то настолько простое сейчас казалось мне распутыванием крайне сложной головоломки.

Но Дарио меня не торопил. Он стоял неподвижно. Молчал. Кажется, смотрел на мое лицо, иногда переводя взгляд на пальцы.

Когда мне наконец-то удалось расстегнуть ремень, я отдернула от него руки так, словно обожглась.

— Дальше.

— Ты имеешь ввиду?..

— Расстегни ширинку.

Я сильно прикусила нижнюю губу. Он сегодня приготовил для меня особенно жестокие пытки?

Кажется, мои ладони дрожали, когда я прикоснулась к пуговице. Кое-как расстегнула ее, но уже это пыталась делать максимально осторожно. Я прекрасно видела то, насколько сильно ширинка Дарио выпирала и прекрасно понимала почему. Пыталась не допускать даже малейших прикосновений к тому, чему не следовало. Вот только, черт, как это сделать, когда мне нужно расстегнуть ширинку?

Нервы натянулись и по телу скользнуло что-то странное. Острое. То, из-за чего я не смела дышать, опуская бегунок вниз.

Я отвела взгляд и лишь после этого полностью опустила бегунок. Отодвинулась к стене. Вновь вжалась в нее спиной. Слыша шорох одежды. Понимая, что Дарио вынул член и я, конечно, была рада, что он не заставил меня это делать, но сильно легче не становилось.

Он взял мою ладонь. Рефлекторно я попыталась немедленно ее отдернуть, но Дарио, или ожидая этого, или имея инстинкты куда более мощные, чем мои, удержал руку, в следующее мгновение вовсе заставляя сжать ладонь на его члене.

Я не просто вспыхнула. Меня словно раскаленным маслом облило, а рука вообще начала гореть. Несколько раз размыкая губы, я в итоге не смогла сделать ни вдоха. Не была в состоянии понять своих мыслей и ощущений. Лишь то, что половой орган у парней… очень странный. Я пока что не смотрела на член Дарио. Боялась. Но уже этого прикосновения было достаточно, чтобы весь мой мир к чертям пошатнулся.

— Может, выйдешь из оцепенения? — голос Дарио показался совершенно не таким, как обычно. Более тяжелым, хриплым. Он лицом уткнулся в мою шею и оставил там несколько поцелуев. — Впервые вижу, чтобы девушка, прикасаясь к моему члену, впадала в ступор. Ты даже не моргаешь.

— Я впервые прикасаюсь к… вот этому, — была бы возможность, я бы тут же отдернула руку, но Дарио все еще держал мою ладонь своей.

Я далеко не так представляла свое первое подобное прикосновение. Считала, что это у меня произойдет с Деимосом и я бы этого сама хотела. А в итоге что?

Эти мысли что-то всколыхнули в груди. Прошли по венам. Дарио настолько сильно разрушал мою жизнь. Безжалостно был там, где ему не место. Забирал настолько важные для меня моменты, которые я хотела бы провести с другим. С тем, кого любила.

— Лучше бы ты к нему прикоснулась ртом, — положив ладонь на мой затылок, Дарио своей щекой прикоснулся к моей, произнося это на ухо. — Но у нас это еще впереди. Верно, Романа?

Я слишком сильно и явно вздрогнула. Положила ладонь на торс Дарио. В порыве попыталась отстранить его от себя, но словно в стену упиралась.

Все еще своей ладонью держа мою, он начала ею водить по своему члену. Медленно. Неторопливо. Сначала вверх, до головки, затем вниз до основания. Я все еще настойчиво пыталась туда не смотреть, но ощущений с головой хватало. Размеры ужасали так, что я дышать не могла. Член у Дарио действительно огромный, до безумия твердый, горячий.

Время остановилось в этом мгновении. Движениях. Жаре. В том, как дыхание Дарио обжигало щеку, а затем его губы набросились на мои. Целуя совершенно не так, как обычно. Буквально истязая и сквозь панику в своем сознании я начала понимать, что слишком многое в Дарио изменилось. Его тело стало напряженно до предела.

Изначально это довело до паники. Меня и так пугала ужасающая мощь скрытая в его огромном теле. Я словно бы все еще была застывшей. Не в силах совладать с собственными эмоциями, но так отчетливо понимая, что они начали жечь. С моим телом начало происходить что-то странное. В первую очередь из-за соприкосновения с возбужденной плотью Дарио и из-за того, как его грудь медленно вздымалась от тяжелых, глубоких вдохов. Почему-то это завораживало. Я даже сама не осознала этого. Лишь то, что чудовище, оказывается, может реагировать на касания. Подаваться им. Становиться другим.

Углубляя поцелуй, Дарио забрал остатки моего разума. Сковал сопротивление. Заставил наполниться непонятным жаром и, в тот момент, когда я уже начинала терять нить реальности, он задрал низ моего платья. Обнажая ноги и трусики.

— Что ты?..

— Я же обязан в ответ сделать приятно своей девушке, — он пальцами пробрался под мои трусики. Это было настолько внезапно, что я среагировать не успела, когда Дарио прикоснулся к моему лону и уже в следующее мгновение меня выгнуло. С губ сорвалось что-то странное. Неконтролируемое. Громкое. Стон?

Я задрожала. Пальцами до онемения сжала его рубашку, но все равно ощущения от прикосновения его пальцев к моему лону были слишком мощными, острыми, сладкими.

Это тоже было мое первое подобное прикосновение и даже его забрал Дарио. Что-то внутри меня всколыхнулось. Попыталось сопротивляться, но тело отреагировало странно. Я даже толком ноги не смогла свести. Сильно жмурясь. Утопая. Чувствуя то, что Дарио продолжая ласкать меня, вновь положил мою ладонь на свой член, заставляя ею двигать. Целуя. Истязая губы, затем опускаясь поцелуями к шее. Дарио и правда еще то чудовище. То, которое не терпит сопротивление. Подчиняет, но явно все, что он делает является мощным, безумным.

В какой-то момент, против своей воли я сдалась. В голове возникла предательская мысль, что я все равно не изменю того, что происходит, так, почему бы просто не наполниться этим безумием и удовольствием? А оно захлестнуло через край. Стало нестерпимым, так, что, кажется, я сама немного подалась Дарио. Выгибаясь от его ласки и уже вскоре переходя через грань. Получая свой первый оргазм, который был настолько мощным, что я выпала из реальности. Утонула в сильной дрожи. Кажется, опять стонала и пальцами сжимала рубашку Дарио.

Несколько движений моей руки и он излился мне в ладонь. Я не сразу это поняла. Я вообще плохо что-либо осознавала. Тем более, Дарио вновь поцеловал и это впервые, я настолько отчаянно воспринимала его губы. Словно хотела больше и он мне это давал. Голова кружилась, кислорода не хватало, но, черт, как же мне было хорошо.

Лишь, когда Дарио разорвал поцелуй я смогла сделать вдох. Все еще не пришла в себя, по частицам горела в только что испытуемом оргазме, но почувствовала то, что Дарио вновь своим лбом прикоснулся к моему и уже теперь это прикосновение действительно казалось нежным. Как и его пальцы, скользнувшие по моей спине.

Если мне чего-то сейчас и хотелось, так лишь немедленно спрятаться. Побыть в одиночестве. Возможно, закричать и в ужасе попытаться осознать, что только что произошло.

Мы все еще находились в проулке. Я пыталась достать из сумочки влажные салфетки. Дарио находился рядом со мной и краем глаза я заметила, что он присел, после чего что-то поднял с асфальта. Я не сразу поняла, что это была моя туфелька. Оказывается, она упала с моей ноги, а я этого даже не почувствовала.

— Отдай, — я хотела протянуть руку, но, черт, была слишком занята тем, чтобы отыскать салфетки. У меня небольшая сумочка, но сейчас казалось, что минимум мешок, в котором лежало все, что только можно.

Дарио присел на корточки и поддел мою ногу за щиколотку, после чего посмотрел на нее. Я зашипела, попыталась убрать ногу. К счастью, Дарио ее отпустил, но в следующее мгновение сделал то, чего я вообще не ожидала — он снял с моей ноги вторую туфельку. Я уже собиралась просить отдать мне обувь, как он поставил туфли на выступ рядом со мной. Разве что перед этим осмотрел их.

Это было странно, но я решила не реагировать. Мне наконец-то удалось найти влажные салфетки.

Дарио достал телефон. Что-то написал в нем, после чего лениво вернул телефон в карман и подкурил сигарету.

Я старалась не смотреть на него. Отчаянно вытирала ладонь салфетками, но сердце все равно гулко грохотало. В голове шумело. Воздуха не хватало. Как мне вообще реагировать на то, что сейчас произошло?

Я подняла короткий взгляд на Дарио. В отличие от меня он выглядел расслабленным и я быстро отвернулась, чувствуя, как щеки начали гореть.

Некоторое время мы молчали. Я уже вытерла ладонь, но продолжала тереть ее другими салфетками. В проулке царила тишина. Слышался лишь шорох листьев и дуновение ветра. Воздух казался свежим, он словно бы вовсе пронзал, но совершенно охлаждал.

— Мне нужно домой, — наконец-то я заставила себя хоть что-то произнести. Хотела еще сказать, что вызову себе такси, после чего намеревалась попросить хотя бы на сегодня уж точно наконец-то оставить меня в покое. Мне казалось, что я хотя бы этого заслуживала.

Как заметила, что недалеко от проулка остановилась машина и свет ее фар частично осветил рядом стоящие здания.

Изначально я на это не обратила внимания. Просто отметила, что наконец-то хоть кто-то кроме нас появился на этой улице, но, когда Дарио пошел к той машине, я сильно напряглась.

— Сиди, — сказал он мне, заметив, что я уже собиралась спрыгнуть с выступа.

И я почему-то послушалась. Правда, лишь первые пару минут. Затем я обулась и все-таки поднялась на ноги.

К этому моменту Дарио вернулся и явно с недовольством отнесся к тому, что я встала. Он шумно выдохнул. Обвил одной ручищей мою талию, после чего усадил обратно на выступ.

— Я же сказал, чтобы ты сидела, — он пресек мои попытки вырваться, после чего опять присел на корточки, снимая мои туфли.

— Что ты делаешь? — я так пыталась отстраниться, что чуть не упала. Еле успела ладонями удержаться за выступ.

Когда Дарио вернулся от той машины, он держал какой-то бумажный пакет. Достаточно большой и, к моему удивлению, сейчас из него достал лейкопластыри.

— Зачем они? — очень настороженно спросила. Затем почувствовала, как Дарио пальцами еле весомо прикоснулся к месту на моей ноге, которое тут же начало жечь. Я так сильно натерла себе ноги?

Практически не дыша, я смотрела на то, как Дарио наклеил лейкопластыри на натертые места, затем вынул из пакета обувную коробку. В ней оказались кроссовки, но перед этим, он надел на меня носки. Я настолько сильно была ошарашена, что даже не нашла что сказать. Остатки мыслей вовсе вспыхнули, когда он наклонился и губами прикоснулся к моей коленке.