Смотри. На. Меня.

Глава 53 Телефон

— Я же вчера сказала, что у меня навряд ли получится прийти, — я отдернула свою руку и, делая шаг назад, пальцами потерла запястье.

Ладонь у Бетины мягкая, утонченная, но почему-то ее хватка вызвала у меня омерзение, словно ко мне только что прикоснулась когтистая, костлявая лапа. Тем более, она поцарапала меня своими ногтями, оставив несколько видных покраснений на коже.

— Глупая… девчонка, — Бетина практически выплюнула эти слова.

Мне показалось, что вместо «девчонка» она хотела произнести что-нибудь похуже, но в самый последний момент сдержалась.

— Я тебе говорила, что ты многого не знаешь и не понимаешь. Я же тебе помочь могу и…

— Я не нуждаюсь в помощи, — я поправила воротник куртки. Пока что не застегивала ее. Собиралась это сделать на первом этаже. Как и надеть шапку, которая сейчас лежала в кармане.

В отличие от меня Бетина выглядела превосходно. Кажется, сейчас лишь восемь утра, но ее золотистые волосы уже были безупречно уложены. На лице легкий маккияж, подчеркивающих длинные ресницы и пухлые губы. Из одежды — платье, колготки, сапожки. На шее золотая цепочка с кулоном в виде цветка. На запястье — драгоценный браслет с камнями. И в ушах вновь круглые сережки.

— Ты вообще в курсе, что ты ведешь себя дико странно? — я плечом случайно задела листья огромного цветка, растущего тут в вазоне. — Настолько добрая, что решила помочь незнакомой девушке, которая, как я уже говорила, в помощи не нуждается? Тем более, ты ведешь себя чертовски агрессивно. Оставь меня в покое.

— Агрессивно? — уголки губ Бетины раздраженно дернулись. — Ты, дьявол тебя побери, точно не знаешь, что такое «агрессивно».

— Ты вчера подловила меня в уборной. Сегодня — когда я вышла из номера. Я не знаю, что тебе от меня нужно, но теперь тем более не собираюсь с тобой разговаривать. А если ты еще хоть раз…

— Замолчи, — девушка произнесла это резко и наружу вместе с этим словом выплеснулась злость. Я бы даже сказала, что ярость. Что-то случилось. Бетина явно была не в себе.

В коридоре тихо. Вокруг ни души. Дверь ближайшего номера находилась примерно в пяти метрах отсюда, но, кажется, он пустой.

Я все равно не боялась Бетину. Пусть меня нельзя назвать борцом, но Бетина ниже и явно слабее меня. Чуть что я и без посторонней помощи смогу себя защитить.

— Ладно. Хорошо. Давай поговорим честно, — раздраженно оглянувшись по сторонам, Бетина шумно выдохнула. — Мне глубоко плевать на тебя. Если я кому-то и хочу помочь, так это себе, но сейчас обстоятельства таковы, что и ты можешь остаться с существенной выгодой. Естественно, если получится сделать то, что мне нужно.

Я достала телефон. Сделала вид, что мне пришло сообщение и я хотела его смахнуть, но на самом деле я включила аудиозапись, после чего вернула телефон в карман.

В последнее время у меня вошло в привычку делать аудио. Насколько мне это поможет — неизвестно. Но даже те записи, которые я делала в доме Леоне, для меня много значили. Периодически я их пересушивала. Ими напоминала себе, какое же болото моя жизнь и то, что я уже не могу оставлять все так, как оно есть на данный момент.

— Я не знаю, что ты себе надумала, но ты с Де Лукой долго быть не сможешь, — продолжила Бетина. — Он наследник очень крупного клана. Одного из трех самых влиятельных в Италии. По правилам он должен жениться на той девушке, которая принадлежит его миру. И это точно не ты.

— О какой женитьбе ты говоришь? Дарио только девятнадцать, — я вновь плечом задела цветок и в итоге решила от него отойти.

Я знала про все эти правила. Кое-какие кланы их уже не придерживались, но это являлось редким явлением. Каморра к ним не относилась.

— У Де Луки уже сейчас должна быть невеста и она у него, кстати, есть, — Бетина изогнула губы в ухмылке. Понимая, что она смотрела на меня в явном желании увидеть мою реакцию, я решила изобразить неверие.

Лучше так, чем показать, что я знаю — я временная подстилка.

— Ее зову Элиза Морети, — продолжила Бетина. — Если не веришь мне, можешь спросить у любого из знакомых Де Луки. И тогда ты поймешь, кем на самом деле для него являешься.

— Зачем ты мне все это рассказываешь? — я поджала губы и свела брови на переносице. Посчитала, что лучше задать такой вопрос, чем разыгрывать сценку с «Я не верю. Ты лжешь и так далее».

Тем более, Бетина тоже кое-что скрывала. Элиза толком и не являлась невестой Дарио. По сути, он свободен.

— Чтобы ты понимала свое место. Оно точно не рядом с Дарио, но… — Бетина пальцем поправила сережку. — Рядом с ним могу быть я. Я из правильной семьи и отлично ему подойду.

— Ты только что сама сказала, что у него есть невеста, — скептически произнесла, изгибая уголок губ. — Или ее все-таки нет?

— Есть, но невеста — еще не жена. Все это можно поправить и, поверь, не я одна пытаюсь это сделать. А то, что Дарио сейчас в Турине, для меня отличный шанс, — Бетина наклонила голову набок. — Вот только, есть одна проблема. Ты, — она указательным пальцем ткнула меня в ключицу. Меня от этого чуть не вывернуло. — Временная девка, с которой у него назначены ужины в ресторане, хотя это время он мог бы провести со мной.

— С чего ты решила, что Дарио захочет проводить с тобой время? Даже, если бы меня тут не было…

— Это уже моя забота, как привлечь его внимание. Не твоя, — Бетина достаточно жестко меня оборвала. — Я тут, чтобы предложить тебе сделку. Я дам тебе денег, а ты свалишь. Нормальную сумму. Если ты расскажешь мне о нем что-нибудь интересное — то, что поможет установить с Дарио связь, я дам больше денег. Будь мне полезна и, поверь, ты не пожалеешь.

Я сделала очень медленный вдох, пытаясь совладать с эмоциями.

— Мне не нужны деньги.

Лицо Бетины изменилось. Уже перестало казаться настолько ангельским. Черты сильно исказились раздражением.

— Я же объяснила, что с Дарио тебе в любом случае ничего не светит. А сейчас, если ты пойдешь мне навстречу, хотя бы получишь выгоду. Или ты пытаешься быть хорошей и думаешь, что предашь ваши отношения, если свалишь? — Бетина издала несколько смешков. — Брось, он тобой просто пользуется! Нет у вас никаких отношений. Ты для него ровным счетом ничего не значишь.

— Во-первых, это решать не тебе. Во-вторых…

— Послушай меня, — Бетина опять пальцем ткнула меня в ключицу, этим будто приказывая мне замолчать. — Как видишь, я и так потратила свое ценное время на разговор с тобой. Потому, что решила сначала по-хорошему попытаться с тобой договориться. Но можно и по-плохому. Понимаешь? Не выводи меня из себя.

— И что же ты мне сделаешь?

— Я сотру тебя в порошок. Мой отец влиятельный и опасный человек.

У меня по коже пробежал холодок и, в тот же момент в груди начало жечь. Она угрожает мне Дериэнтом Редже?

— Оставь меня в покое, — я положила ладони в карманы куртки и сильно сжала телефон. — Иначе я расскажу Дарио про твой идиотский план.

Бетина сделала то, чего я не ожидала — она рассмеялась. Так, словно я сказала что-то по-настоящему забавное.

— Ну, давай, расскажи, — все еще улыбаясь, она скрестила руки под грудью. — Я скажу, что с тобой вовсе не виделась и посмотрим чьим словам больше поверят. Мне или какой-то подстилке. Не думаю, что до этого дойдет, но если потребуется, несколько девушек из очень уважаемых семей подтвердят, что я в это время была вместе с ними. Для меня даже будет лучше, если ты побежишь жаловаться к Дарио.

— А ты не думала, что в твоих словах нет логики? Зачем мне без причины говорить Дарио, что ты мне угрожала?

— Может, из зависти. Ты же вчера видела, как моя мать представляла меня Дарио и просила его уделить мне внимание на будущих мероприятиях. Возможно, ты решила, что я угрожаю твоему месту рядом с ним. Или ты за счет меня решила притвориться жертвой, в надежде получше привязать Дарио к себе. Вариантов много.

Эмоции внутри меня начали пробирать. В прошлом, я временами думала о том, какой является девушка, которой меня заменили в семье Редже. Но сейчас от встречи с ней ощущала только омерзение.

— Я даю тебе время до обеда. Определись и позвони мне. Ты же не потеряла визитку, которую я тебе дала?

— Я не хочу во всем этом участвовать, — я резко качнула головой.

— У тебя выбора нет. Поняла? Дарио Де Лука должен стать моим.

— Пожалуйста, прошу, оставь меня в покое…

— Ты с ним расстанешься, — Бетина оборвала меня. — Немедленно. Поняла? Иначе я сделаю с тобой то, из-за чего ты жить не захочешь. Если нужно, найду тебя в другом городе, — она скривила уголок губ. — Тебе точно не стоит меня злить. Я не потерплю, если все мои планы разрушатся из-за какой-то никчемной подстилки.

Проходя по номеру, я пальцами покрутила зажигалку Дарио. Он забыл ее на журнальном столике и я все последние часы с ней не расставалась.

В итоге я так и не пошла гулять по Турину. Учитывая ненормальность приемной дочери моих ро… супругов Редже, вернее, ее крайне неоднозначные намерения, я решила, что стоит быть осторожнее.

Тем более, уже обед. Наступил крайний срок, до которого Бетина позволила мне подумать, а я так и не перезвонила ей. И дело даже не в том, что у меня нет ее номера, поскольку я выбросила визитку. Так или иначе, я не собиралась с ней связываться.

Вновь проходя по номеру, я мысленно задалась вопросом — насколько Бетина серьезна? Может, все это лишь пустой треп?

Во всяком случае, мне следовало поговорить с Дарио.

Подойдя к креслу, я проверила лежащий на нем телефон. Примерно час назад я написала Де Луке и спросила, когда он освободится. Пока что ответа не было.

Прошло еще около получаса и я наконец-то получила сообщение от Дарио. Он написал, что только что вернулся в отель, но сейчас находится в номере Диониса.

«Я могу прийти к вам?» — написала ему.

«Да».

Накинув на себя одну из кофт Дарио, я вышла из номера. Закрыла дверь и прошла практически в самый конец коридора. Именно там находился номер Диониса. Почему-то они из него сделали что-то наподобие переговорной. Или рабочей зоны.

Остановившись около нужной двери, я несколько раз постучала. Потом еще раз. Дверь открылась и я увидела Диониса.

— Заходи, — он отошел в сторону, пропуская меня внутрь.

Вчера утром я уже была тут. Номер Диониса тоже состоял из нескольких комнат, но именно в первой они работали. Тут на столе лежали какие-то бумаги. Я старалась вообще не смотреть в их сторону. Не хотела увидеть того, что не следует.

Когда Дионис закрыл дверь, я собиралась спросить, где Дарио, но в итоге сама его увидела. Де Лука был на балконе. С кем-то разговаривал по телефону. И почему-то создавалось ощущение, что это очень напряженный разговор.

— У вас много работы? — я прошла к диванам и села на один из них.

— Не то слово. Через час мы опять уезжаем и до этого времени нужно кое-что успеть, — Дионис начал перебирать бумаги, словно что-то искал в них. — У тебя случилось что-то срочное?

— Не особо, — я отрицательно качнула головой.

Дарио занят. Очень. Это было прекрасно понятно и тут я пришла, чтобы поговорить про угрозы Бетины Редже, которые в итоге могут быть просто пустым трепом.

Черт, я что ли сама не могу справиться со своими проблемами?

Я даже подумала о том, чтобы уйти. Если настолько нужно, то поговорить с Дарио уже вечером, когда он будет свободен.

Но все-таки, я почему-то осталась сидеть на диване. Тут спокойнее, чем в пустом номере.

Через несколько минут в номер вернулся Дарио. Что-то просматривая на телефоне, он подошел ко мне. Положил ладонь на мой затылок, наклонился и поцеловал.

От Де Луки пахло улицей, холодом и сигаретным дымом.

— Почему ты в отеле? — отрывая взгляд от телефона, Дарио перевел его на меня. — Джовани сказал, что ты утром собиралась куда-то поехать, но в итоге передумала и теперь весь день сидишь в номере.

В груди расплылось тепло. Несмотря на занятость, Де Лука интересовался у Джовани насчет меня.

— Кое-что случи…

— Дарио, пришло подтверждение. В салоне Авогадро действительно начался какой-то движ. Делают ремонт наружных стен здания, — Дионис находился в другом конце комнаты и сказал это, быстро что-то перечитывая на телефоне.

А у меня дыхание застряло в горле. Я не сразу поняла, что услышала. Потом подумала, что точно ослышалась.

Де Лука выругался.

— Напиши Карбоне, чтобы он отправил туда несколько человек. Незаметно. Пусть следят, — сказал Дарио. — Это, блядь, охренеть, как не вовремя. Если узнают, кто ученик Авогадро, пусть смотрят, чтобы другие к нему не приближались. Я сам поговорю с ним, когда вернусь.

Я все еще держала в ладони зажигалку Де Луки и сейчас сжала ее с такой силой, что пальцы заболели. Затем вовсе онемели и по руке скользнуло острое покалывание.

Дарио обернулся ко мне. Хотел что-то сказать, но его телефон опять зазвонил. Когда Де Лука опустил взгляд на экран его глаза очень сильно помрачнели.

— Я сейчас вернусь, — это он сказал мне, после чего, отвечая на звонок, опять пошел к балкону.

Когда дверь за Де Лукой закрылась, я перевела нервный взгляд на Диониса.

Какого черта они только что разговаривали про мой салон и про меня? Что… Что происходит?

— А… случилось что-то плохое? — спросила, пытаясь выдернуть из бушующих мыслей хоть какие-то более-менее нормальные слова.

Во время этой поездки, Дарио при мне временами обсуждал со своими людьми кое-какие дела. Чаще всего я слышала просто обрывки фраз. То, что мне толком ничего не могло сказать, но я старалась и в них не вслушиваться. Придерживалась принципа — чем меньше знаю, тем лучше.

Но сейчас я промолчать не могла. У меня холодок пробежал по коже.

— Наоборот. Хорошее, — сказал Дионис, не отрывая взгляда от телефона, на котором он что-то быстро печатал. — Просто не вовремя.

— Почему?

— Потому, что мы тут, а человек, который нам нужен, судя по всему, наконец-то объявится в Неаполе. И будет охренеть, как нехорошо, если во время нашего отсутствия его перехватит кто-то другой.

Отлично. Теперь мои нервы сжались еще сильнее.

— И зачем же вам нужен этот человек? Просто… Обычно, если Каморра кого-то ищет, ничем хорошим это для человека не заканчивается и… — я запнулась и сильно прикусила кончик языка. Как мне правильно сформировать этот разговор?

— Мы не такие звери, как ты думаешь, — Дионис качнул головой. — И этого человека мы ищем, чтобы присоединить к нам. Более того, если все пройдет хорошо, он женится на кузине Дарио.

Я не знаю, какую степень недоумения и непонимания Дионис увидел на моем лице, но он очень медленно выдохнул и произнес:

— Навряд ли ты это поймешь. Да и тебе оно не нужно.

Я постаралась как можно более спокойно пожать плечами.

— Просто интересно, что у вас такого происходит. Что это за человек такой, которого… вы хотите женить на кузине Дарио.

У меня мысли еще сильнее запутались. Все еще речь идет обо мне или нет? Черт, как же мало я знала и понимала.

— Не только мы. Многие кланы хотят предложить ему невесту из своих, — допечатав сообщение, Дионис положил телефон в карман, после чего пошел к столу, продолжая перебирать бумаги. — Ндрангета, Коза Ностра, Емпаро. Список долгий. Но, поскольку этот человек изначально из Неаполя, мы тем более не можем допустить, чтобы он покинул город и переехал в какое-нибудь другое место. Он должен остаться у нас. Как минимум в Кампании. Но лучше, если он женится на кузине Дарио. Она очень хороша собой и, уверен, у нас дохрена шансов.

— Это… Ты сейчас говоришь про какого-то ученика… Авогаридо? — я намеренно исковеркала фамилию моего Бога. Не понимала, как еще притвориться, что толком не в курсе и вообще не особо вникала в их разговор.

— Авогадро, — поправил меня Дионис. — Да, про его ученика. И тебе в дальнейшем лучше или не произносить его фамилию, или делать это правильно. Этот человек был легендой. Кое в чем многим помог. Его уже какое-то время нет в живых, но многие кланы остались ему должны. В том числе и Каморра. Неправильно произнесенную фамилию могут посчитать невежественным оскорблением.

Я опустилась на диване, очень медленно выдыхания.

Господи, это получается у меня есть претендентки на роль невесты?

В голове вспыхнул крайне глупый и неуместный вопрос — интересно, у кого больше «невест», у меня или у Дарио?

Хотя они мне, конечно, по понятным причинам не нужны.

Я еще попыталась задать Дионису несколько вопросов, но уже теперь он был слишком занят бумагами и то, что для меня являлось крайне важным разговором, для него выглядело лишь, как простой интерес, который он из-за занятости утолить не мог. Или не хотел. Все-таки это касалось дел Каморры и что-либо более глубокое он мне рассказать не мог.

Я хотела подойти к мини бару и взять бутылку с водой, как почувствовала, что мой телефон зажужжал. Достав его из кармана, увидела, что мне звонил Ариго.

— Я пойду к себе. Не хочу вас отвлекать. Тем более, вы уже скоро уезжаете, — сказав это Дионису, я вышла в коридор.

Когда я дошла до номера, который занимали мы с Дарио, телефон уже перестал жужжать, но, закрывшись в спальне, я перезвонила Ариго.

— Привет. Как ты? — спросил он, отвечая на мой звонок.

— Нормально. Наверное, — я потерла лицо ладонью, садясь на край кровати. — Я только что кое-что услышала.

Я попыталась как можно более подробно пересказать разговор Дарио и Диониса, а потом то, что услышала от Диониса.

— И что тебя удивляет? — на заднем фоне у Ариго было шумно. Возможно, он сейчас на улице.

— Ну, даже и не знаю. Может то, что оказывается, кланы для меня жен готовят? — саркастично поинтересовалась.

— Они считают, что ученик моего деда это парень лет двадцати пяти и готовятся к твоему появлению в меру своих возможностей и предположений. А насчет того, что Де Лука узнал про начало ремонта — я поэтому и говорил, что тебе в этот период рядом с салоном лучше не появляться. Это здание имеет определенную славу. В строительных компаниях тоже есть люди, которые кое-что знают, поэтому слухи и пошли. Думаю, новость донеслась не только до Каморры. Поэтому Де Лука и сказал, чтобы его люди присматривали за тем, чтобы к тебе больше никто не приближался.

— Он имел ввиду другие кланы?

— Да. Но это ничего не меняет. Все это ожидаемо.

Я легла на кровать и, прижимая телефон к уху, посмотрела на потолок.

— Все равно для меня все это странно. Ремонт начался только вчера и…

Я замолчала. Подняла ладонь и ею потерла лицо. Как бы объяснить то, что сейчас творилось в моей голове?

— Знаешь, мой дед… Возможно, он понимал, что ему недолго осталось и какое-то время перед смертью, он уже начал всем рассказывать про тебя.

— Я думала, что ты первым рассказал о том, что у сеньора Авогадро был ученик. Уже после смерти твоего дедушки.

— Нет. Конечно, нет. Если бы все было так, твое положение было бы не таким устойчивым. Мой дед еще при жизни начал выстраивать для тебя почву. Он очень тобой гордился. Ты даже не представляешь насколько. Он ведь был еще тем сухарем. Никогда толком не проявлял эмоций, но когда он рассказывал о тебе… Про твой талант, про то, что ты точно превзойдешь его, у него глаза горели.

— Ты серьезно? — у меня в груди сильно защемило. Я никогда не слышала похвалы от своего Бога. Максимум, он мог сказать мне «Это получилось не сильно ужасно». В основном он говорил мне, что я бестолочь.

И настолько дико было узнать, что, оказывается, он мной гордился. Я, конечно, понимала, что Авогадро счел меня достойной перенять его дело, раз он оставил мне свой салон, но…

— Да, серьезно. Я бы с таким не стал шутить. Мой дед так расхваливал тебя и твои золотые руки, говоря, что таких, как ты больше нет, что все остальные стали просто жесть, как заинтригованы. От тебя очень многого ожидают. Поэтому, да, кланы хотят тебя увидеть. Но есть еще кое-что. Многие и правда были должны моему деду. Постоянно спрашивали, чем могут отплатить. Ты же знаешь — отдать долг это дело чести. Дед отмахивался. Ему ничего не требовалось. Но он говорил, что чуть что они смогут отдать долг уже его ученику.

— Подожди. Это ведь неправильно. Ты его внук и…

— О, нет. Спасибо. Мне не нужна какая-либо связь с кланами. У меня другая дорога и планы в жизни.

— Но все равно, если кто-либо должен сеньору Авогадро, это должно быть обращено именно к тебе.

— Я уже сказал — мне это не нужно. И дед сам переадресовал это на тебя. Таким образом он дал понять, что именно ты его прямое продолжение. Во всем, — на заднем фоне стало тише. Кажется, Ариго вошел в здание. — Покажи, что ты достойна быть его ученицей и ты очень многое получишь. Только, черт раздери, осторожнее с твоей связью с Де Лука.

— Иначе он женит меня на своей кузине? — я фыркнула. Хотя, сейчас было не время для шуток.

— Ты понимаешь, что я имею ввиду. Кланы будут пытаться тебя переманить. Ты это понимаешь, а Каморре, тем более, не выгодно, чтобы ты покидала Неаполь.

— Ты раньше говорил, что сеньор Авогадро не имел никакой связи с Каморрой.

— Какой-то особенной — нет. Разве что дон Каморры иногда заходил к нему в салон. Они разговаривали. Пили виски. Но так периодически делали и другие доны. Мой дед для себя никого особенно не выделял, но все-таки он жил в Неаполе и Каморра к этому привыкла.

Отложив телефон, я перевернулась на живот и лицом уткнулась в подушку. Мы с Ариго о многом поговорили, но сознание до сих пор царапали слова о том, что сеньор Авогадро, оказывается, настолько сильно мной гордился. Так много сделал для меня.

Я сильно зажмурилась, но все равно чувствовала, что глаза начало покалывать.

Говорила ли я ему насколько сильно благодарна за то, что он взял меня в ученицы? Хоть когда-нибудь?

Сеньор Авогадро знал, что я восхищена его работами и, часто уходя из его салона, произносила «Спасибо за урок».

И это все?

Мы очень часто ругались. Спорили. Он называл меня бестолочью, а я его грубым стариком.

Но, если бы не он, я даже не знаю, что со мной было бы.

Приняв меня к себе, сеньор Авогадро спас меня. Уже тогда. Часто выслушивал. Дал мне ощущение семьи. Того, что я хоть кому-то небезразлична.

А я… Что я? Даже толком его не отблагодарила.

Глаза начало сильнее покалывать и я, перевернувшись на бок, скрутилась калачиком, лбом уткнувшись в коленки.

Почему, пока сеньор Авогадро был жив, я не сказал ему все, что нужно? Почему не обняла? Теперь я могу разве что сходить к нему на могилу. Там произнести все эти слова.

Но, черт раздери, он меня больше не услышит.

Мой телефон, отброшенный на подушки, зажужжал. Изначально я это проигнорировала, но, когда телефон замолчал, а потом вновь ожил новым входящим звонком, я подняла на него взгляд.

На дисплее высветилось имя Деимоса.

У меня внутри все сжалось. Последние дни я не пыталась с ним связаться. Уже не видела в этом смысла. Особенно, если учесть то, что он сам меня игнорировал. А ведь я просто хотела узнать все ли с ним в порядке.

Но все-таки, у Деимоса сейчас не самый легкий период в жизни. Его отец в больнице. Поэтому мне хотелось хотя бы этого последнего разговора между нами.

— Да, — произнесла, отвечая на звонок.

— Здравствуйте, — из динамика донесся глухой, женский голос.

Я приподняла бровь и, посмотрев на дисплей, попыталась понять не ошиблась ли я. Но, нет, это и правда был номер Деимоса.

— Простите, это ведь номер…

— Деимоса. Я его мать Панайота Николау, — уже теперь голос показался мне не просто глухим. Скорее стеклянным, пустым. — А вы… Романа. Деимос часто рассказывал мне о вас. Говорил, что… что хотел привезти вас. Познакомить нас. Вы ведь встречались? Но… Простите, я пока искала ваш номер в телефоне Деимоса, немного прочитала вашу переписку. Вы… расстались? Да? Но… я… я все равно решила позвонить вам… Пусть… Пусть и с опозданием.

Последние слова сорвались на судорожных всхлипах и мое сердце остановилось. Происходило что-то очень нехорошее.

— Что случилось? — я села на кровати, опуская босые ступни на пол.

— Мой сын… его избили и изуродовали. Бросили в канаве. Моего… Моего мальчика, — слова постоянно тонули во всхлипах. — Простите, я все еще не могу… Не могу прийти в себя.

У меня в груди все похолодело. Натянулось. Словно покрылось коркой льда и начало тянуть, будто кто-то пытался лапами разорвать мне все внутренности.

— Что… что с ним сейчас? — быстро спросила, сама этого не понимая, ладонью до онемения сжимая покрывало. — Деимос сильно пострадал?

— Его… Вчера были похороны.

Я сжала телефон с такой силой, что, казалось, об него поломаю пальцы и, в тот же момент, рука ослабла настолько, что, создавалось ощущение, я не смогу удержать телефон.

Мои губы исказились в каком-то непонятном подобии ненормальной улыбки. Это ведь шутка. Ненормальная, идиотская шутка.

— Он… Он… Мой мальчик умер не сразу. Он практически сутки пробыл в коме и… и…

Мне захотелось закричать. Дать понять, что это чертовски паршивая шутка. Попросить эту женщину замолчать. Не говорить мне всего этого.

Она ведь не его мать.

Мама с таким бы шутить не стала.

И вообще все это… мне кажется, слышится. Я сплю. Точно.

— Я понимаю, что вы разорвали… отноше… отношения с моим сыном, но он… правда вас очень любил. Только о вас и говорил и… мне… Я не знаю стоило ли мне вам звонить, но…

Я даже не понимала, что ответила ей. Кажется, поблагодарила за звонок, который она сделала несмотря на ее состояние. Сказала, что Деимос был мне очень дорог.

Что я еще говорила?

Не знаю.

Эта женщина плакала. Я была не в себе, а, когда разговор был окончен я тут же дрожащими пальцами вбила в сеть запрос. Оказалось, это не просто. Пришлось пользоваться переводчиком на греческий язык и уже тогда мне выбилось достаточное количество запросов. Статьи, в которых говорилось про смерть Деимоса.

Всех их я пропустила через переводчик. Читала и чувствовала, как меня начинает трясти. До такой степени, что я в итоге не смогла удержать телефон. Он упал на пол и отлетел к столу.

Дверь за моей спиной открылась. А я не могла даже обернуться. Или вообще сделать вдох.

— Так, почему ты сейчас в отеле? — позади раздался голос Дарио. — Ты собиралась сегодня поехать в центр.

Я не знаю каким образом, но все-таки я заставила себя обернуться к Де Луке.

— Это… ты его убил? — я не узнавала собственный голос.

Застегивая наручные часы, Дарио поднял на меня взгляд.

— Кого?

— Деимос. Это из-за тебя… Ты… О, господи, это точно ты. С ним это сделали как раз после того, как… — то, что срывалось с моих губ навряд ли можно было назвать словами. Скорее невнятным, ненормальным бормотанием.

Но Дарио все понял. Это было ясно по его лицу. Вот только, толком никаких эмоций оно не отобразило. Не те, которые должны были появиться у нормального человека.

— Значит, ты уже знаешь? — спросил он так, словно мы говорили о подгоревшей яичнице. Или о чем-то еще более несущественном. — Опять пыталась связаться с ним и кто-то тебе ответил?

Внутри все надломилось. Порвалось. И это было куда больнее, чем вообще можно себе представить.

— Зачем? Зачем ты это сделал?! — я не просто спрашивала. Я кричала.

— Потому, что мне захотелось. Ему не стоило касаться тебя.

Я попыталась сделать вдох. Не получилось. Я будто задыхалась. Тело начало трясти и, кажется, я закричала. Какие-то слова или просто вопль полный боли — я не понимала. Я даже не осознавала того, что схватила вазу и бросила ею в Дарио.

— Романа, успокойся, — Де Лука попытался меня перехватить, но я вырвалась.

— Успокоиться? Может ты скажешь это его матери? Ты… Ты чертов…

Я опять что-то схватила, бросила, кричала, плакала. Совершенно не могла себя успокоить, но и не пыталась этого сделать. Находилась далеко за гранью истерики.

Дверь вновь резко распахнулась. В спальню вбежал взъерошенный Дионис.

— Что случилось? — спросил он, смотря на то, как Де Лука попытался меня удержать.

— Она узнала про…

Я толком не слышала их слов. Не за своим плачем и криками. Кусала Дарио. До крови его царапала. Кажется, сквозь слезы вопила о том, насколько сильно его ненавижу. Даже несмотря на то, что уже сорвала горло и его теперь раздирало.

Дионис выругался. Кажется, что-то быстро сказал Де Луке.

— Романа, черт, ты сейчас на осколки наступишь, — Дарио попытался поднять меня на руки, но я его ударила. Ногтями впилась в кожу.

Я все еще кричала, ревела, вырывалась, разбивала все, что попадалось под руку. Долго. Так, что меня бросало из стороны в сторону и Де Лука не мог меня удержать. Всякий раз, когда он пытался это делать, я совсем безумила. И так было до тех пор, пока Дарио быстро не сказал Дионису кого-то немедленно привести.

Вскоре в номер вбежало несколько мужчин. Меня держало трое — Дарио, Дионис и еще какой-то громила, пока какой-то мужчина что-то мне вкалывал.

Вскоре я отключилась.

Мне снился Деимос.

Он улыбался. Как и обычно на его щеках виднелись настолько красивые ямочки. Я смотрела на них и чувствовала, как биение сердца постепенно успокаивается.

Он тут. Рядом. Жив.

Кажется, я шла за ним. Извинялась. Говорила, что во многом по отношению к нему поступала неправильно, а он все сильнее и сильнее отдалялся. Пока я не оказалась на кладбище. На том месте, где мои слова уже никто не услышат. Там уже ничего не исправить.

И перед глазами начали вспыхивать отрывки статей. «Зверски избит», «Изуродован», «Сломаны кости».

Читая все эти слова, я опять кричала. Царапала саму себя. Захлебывалась собственным плачем.

Пока картинка не сменилась. Я стояла в книжном магазине. В том самом, в котором мы с Деимосом подрабатывали.

Он вновь рядом со мной. Не на кладбище. Не в земле.

Кажется, он мне что-то говорит. Точно. Это ведь момент нашей встречи. То, как мы впервые заговорили. С этого все началось.

Но уже теперь я резко отпрянула от него. Кажется, закричала, что нам лучше не находиться рядом друг с другом. Не общаться. Не видеться.

Он с непониманием смотрит на меня и спрашивает «Почему?».

«Потому, что из-за меня тебя не станет» — срывается с моих губ.

Я переполнена надеждой, что сейчас все исправлю и он точно останется жив, но картинка плывет. Сменяется темнотой. Сознание рябит, после чего я пусть и с трудом, но открываю глаза.

Я не могла понять, где нахожусь. Лишь, попытавшись проморгаться, смогла рассмотреть очертания отельного номера.

Надо мной навис Дионис. Кажется, это был он.

— Ты очнулась? — спросил он. — Я сейчас позову Дарио. Он буквально на минуту вышел. Тебе вкололи успокоительное. Ты можешь чувствовать слабость, но…

— …док… — прошептала я, еле шевеля губами.

— Что?

— Ты ублюдок. Ты тоже знал… — произнесла на выдохе. — Говоришь, Каморра не такие звери, как я думала? Вы гребанные твари.

Дионис некоторое время смотрел на меня молча. Его лицо было напряженно.

Позже он что-то сказал, но я слышала лишь отрывки.

— Я говорил ему, что… Ты ему слишком… Дарио из-за тебя… Ненормален, сожалею…

Я опять провалилась в темноту. Но там лучше. Уже теперь реальность, как кошмар, а во сне все нормально. Там Деимос жив. Мы вновь в книжном магазине. Я почему-то верю, что точно смогу все исправить. Раз за разом обрываю нашу первую встречу, пока мы не возвращаемся на исходную позицию. Иногда я даю себе слабину. Просто разговариваю с ним. Даже обнимаю. Плачу и бесконечно извиняюсь.

Когда я вновь очнулась, на улице уже было темно. Рядом с кроватью в кресле сидел Дарио. Волосы растрепанные. Сигарета в руке. В остальном же он настолько безупречный, как и всегда.

— Очнулась? — поймав мой взгляд, Де Лука потушил сигарету. — Как ты себя чувствуешь?

Я ничего не ответила. Не смогла. Или не хотела. Не знаю. Я просто смотрела на Дарио, понимая, как сильно изменились мои чувства к нему. Их больше не было.

Лишь недавно, я тянулась к нему, ревновала, думала о том, что он по-настоящему привлекателен. Намного сильнее, чем вообще кто-либо другой в этом мире.

А сейчас смотрела на него, как на совершенно другого человека.

Того, кого я ненавидела настолько, что меня изнутри заживо сжигало.

— Романа, ты меня слышишь? — Де Лука наклонился ко мне.

Я медленно закрыла глаза, надеясь, что смогу опять провалиться в темноту. Там лучше. В моих снах Де Луки не было. А любое место, где его нет, уже можно считать раем.

— Посмотри на меня. Я знаю, что ты меня слышишь.

Я никак не отреагировала. Уже теперь понимала почему — не хотела.

— Что ты, черт раздери, ей вколол? — из соседней комнаты донесся голос Дарио.

— Обычное успокоительное. Сеньор Де Лука, я… я могу ошибаться, но тут скорее всего дело в психическом состоянии, — голос мужчины был встревоженным. Испуганным. Кажется, он врач. Наверное. Хотя, мне плевать. — Она… Она выглядит сломанной. Скорее всего, нужен другой врач. Не я.

Сломанная? Я?

Нет, сломанной я точно не являлось.

Или же я ошибалась?

Прошли уже сутки с тех пор, как мне позвонила мать Деимоса. Все это время я лежала на кровати. Уже теперь не отключалась из-за успокоительного, но не шевелилась, не ела, не пила. Практически не моргала.

Я даже в туалет не вставала. Казалось, что не чувствовала своего тела.

И, тем более, я ни с кем не разговаривала.

Дарио постоянно пытался вывести меня на диалог, но я просто смотрела сквозь него. Думала. Так, что мыслями можно было захлебнуться.

Я саму себя ненавидела за то, что помнила — в какой-то момент, я начала раздражаться из-за того, что Деимос мне не отвечал. Думала, что неужели ему настолько трудно просто взять и перезвонить мне? Потратить одну чертову минуту?

А в это время его избивали, уродовали, ломали кости.

Позже, я перестала ему звонить, считая, что это бестолково.

Оказывается, что в это время человека, от которого я решила не ждать звонка, больше нет. И звонка от него естественно не будет. Вот только, не из-за моих эгоистичных предположений.

Деимоса не стало из-за меня. И я никогда… Никогда и ни за что об этом не забуду.

Дарио вошел в комнату. Подошел к кровати. Опять склонился надо мной.

— Романа, черт, поговори со мной. Хочешь накричи, но скажи хоть что-нибудь, — он ладонью прикоснулся к моей щеке и это вызвало у меня столько отторжения, что я не выдержала.

Впервые пошевелилась. Взяла одеяло и с головой укрылась, переворачиваясь на бок.

Кажется, Де Лука медленно выдохнул.

— Хорошо. Ты хоть как-то реагируешь, — матрас прогнулся, когда Дарио сел на край кровати. — Знаешь, я уже немного начал забывать о том, как ты тряслась от страха, когда узнала, кто я. Мне следовало быть с тобой мягче. Но я слишком…

— Со мной быть помягче? Ты… Ты убил… его…

Дарио положил ладонь на мою талию. Даже сквозь одеяло это ощущалось как что-то нестерпимое.

— Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, но я не буду лгать — я не сожалею об этом. Теперь ты в любом случае никогда не посмотришь в его сторону. То, как ты была одержима им, это ненормально. Тебе следует успокоиться и забыть о нем.

Мне вновь перестало хватать воздуха. Ладони задрожали и сознание наполнилось трещинами. Они были глубокими. Практически, как пропасти.

Одержима? Мне просто нравился Деимос. Иначе бы я не стала с ним встречаться, но… черт… Я не хотела думать о том, что в итоге в какой-то момент Дарио начал нравиться мне больше. Уже теперь такие мысли отравляли.

— Я не… Ты… Только из-за этого?.. — я не могла закончить вопрос. Сорванное дыхание не позволяло этого сделать.

— Потому, что ты моя, Романа, — Дарио ладонью провел по моей спине. — Во всех смыслах. Я по отношению к тебе очень серьезен. Ты даже не представляешь насколько и…

— Я хочу уйти от тебя, — мой голос не дрожал, когда я произносила это. И я понимала, почему — то, что я только что произнесла, это самое желанное. Неоспоримое. То, что мне сейчас требовалось куда сильнее, чем дышать. — Я больше не хочу находиться рядом с тобой.

Ладонь Де Луки сжалась на моем бедре.

— Нет. Это исключено. Если тебе нужно время, хорошо, я тебе его дам. Пока что ты не будешь ложиться ко мне в постель, но, Романа…

— Ты думаешь, я еще хоть когда-нибудь позволю тебе прикоснуться ко мне? — тело вновь пробрала неконтролируемая дрожь. Я понимала — еще немного и меня начнет трясти.

Как он вообще мог считать, что после такого между нами еще может хоть что-нибудь остаться?

— Ты моя женщина…

Дальнейшие слова Де Луки я не слушала. Не была уверена, что и предыдущие уловила правильно, так как, тяжело дыша сразу же закопалась в свои мысли.

Разговаривать с Де Лукой нет смысла. Я больше не хочу этого делать. Ни за что. Никогда. Ситуация с Деимосом это доказала и я больше не собиралась произносить в его сторону хотя бы слово.

Дарио что-то говорил. Пытался вывести меня на диалог. Ладонью гладил по спине, но я не реагировала. Молчала.

Спустя какое-то время, когда Дарио вышел из спальни, я выглянула из-под одеяла и потянулась к своему телефону, лежащему на тумбочке.

Мне следовало позвонить Ариго, но я не могла. В соседней комнате постоянно кто-то находился. Меня услышат.

Поэтому пришлось написать ему сообщение. Чертовски длинное сообщение.

Начала я его своими извинениями за то, что солгала. Ничерта мои отношения с Дарио не были добровольными. Не изначально. Хоть и позже я, к сожалению, кое-что к нему почувствовала.

Я написала Ариго обо всем. Без утайки. И закончила сообщение словами про Деимоса.

Не изменились те обстоятельства из-за которых я против воли начала встречаться с Де Лукой, но уже теперь я понимала, что не смогу находиться рядом с ним. Никак.

Насколько бы тяжелее не был бы тот путь, который я сейчас выбирала, я была готова на все, что угодно лишь бы не иметь никакой связи с Дарио.

Я написала Ариго обо всем честно. Просила помощи, пусть и не открыто. Была готова действовать и без нее, но примерно через полчаса от него пришел ответ:

«Я тебя заберу. Тебе изначально следовало мне все рассказать»

Пока я переписывалась с Ариго, в спальню вошел Дарио. С ним был Дионис.

— Тебе нужно поесть, — Дарио попытался убрать с меня одеяло, но я сама его отбросила, пряча телефон под подушку.

Садясь на кровати, я закричала:

— Джовани!

Дарио и Дионис застыли. Дверь приоткрылась и в спальню заглянул Джовани, судя по всему не понимающий, что происходит. Я знала, что он в гостиной, так как видела мужчину, когда открывалась дверь.

Джовани сначала посмотрел на меня, затем на Дарио.

— Да, госпожа Леоне? — спросил он, вновь переводя на меня взгляд.

— Я хочу прогуляться и я бы предпочла это сделать одна, но, поскольку вы в последние дни меня сопровождали, ставлю вас об этом в известность. Вдруг вы захотите и сейчас пойти со мной, — надо же, окажывается я была способна на более-менее длинные и ровные фразы.

Я сползла к краю кровати и босыми ступнями встала на пол.

— Романа, я не думаю, что тебе сейчас следует куда-то идти. Ты почти сутки не вставала с кровати, — Дарио взял меня за руку, но я резко ее отдернула, после чего опять обратилась к Джовани:

— Я через двадцать минут буду готова.

— Но, госпожа Леоне, господин Де Лука… — начал Джвани, но я жестко его оборвала.

— Меня достало сидеть в этом отеле. Я иду на прогулку. Если меня не выпустят, выйду отсюда через окно.

Возможно, они и правда считали, что я сейчас не в себе, ведь после слов о выходе из окна, мое желание о прогулке, никто оспаривать не стал.

Я пошла переодеваться. Выбрала для этого ванную комнату, но еще до того, как я успела закрыть дверь, ко мне вошел Дарио. Он взял мое лицо в ладони, начал осыпать его поцелуями. Горячими, короткими, быстрыми.

— Черт, Романа, прекрати. Пожалуйста, — шептал он между поцелуями. — Давай, нормально поговорим.

— Джовани! — я громко, изо всех сил закричала. — Помоги! Ко не прицепился какой-то ублюдок!

Вообще-то Джовани работал на «этого ублюдка». Я об этом прекрасно помнила, но подобное не помешало мне продолжить кричать и вырываться.

И это помогло. Дарио все-таки оставил меня в покое.

Но, когда я выходила из номера, он пошел вместе со мной. Сказать, что меня это не радовало, значит, ничего не сказать, но, плевать. Его присутствие ничего не значит. И ничего не меняет. Разве что еще сильнее подталкивает к жажде немедленно все оборвать.

Я немного прошла по городу. Несколько кварталов, после чего зашла в ресторан, о котором в сообщении писала Ариго.

Джовани остался на улице. Мы с Дарио поднялись на второй этаж. Я шла немного впереди, пытаясь делать вид, что мы не вместе, пока Дарио не взял меня за руку и не переплел наши пальцы.

По телу скользнули царапающие мурашки. Лишь одно его прикосновение и меня начинало жечь от отторжения. А ведь еще недавно я думала о том, что смогу отдать ему свою девственность.

— Так сильно переживаешь из-за него? — мрачно спросил Дарио, сильнее сжимая мою ладонь.

Этого вопроса было достаточно, чтобы мое сознание вновь колыхнулось и начало трещать. Переживаю?

Переживаю?!

Мне стоило немалых усилий удержать себя в руках, чтобы не случилось новой истерики. Сейчас для нее не время.

Мы вошли в одну из отдельных комнат. Дарио отодвинул для меня стул и я на него села.

Возможно, из-за того, что я кое-как контактировала с Де Лукой, он решил, что возможно, я с ним поговорю, из-за чего раз за разом что-то мне говорил. Я не слушала. Молчала. Когда вошла официантка, сделала заказ, после чего поднялась.

— Куда ты? — напряженно спросил Де Лука, подавшись вперед.

— В уборную.

Я все-таки что-то сказала ему. Сожалела об этом, но Дарио немного расслабился. Хоть и пошел за мной.

Отлично. Он теперь меня и в уборную сопровождает?

Я зашла в нужную комнату. Закрыла дверь и включила воду.

С противоположной стороны находилась еще одна дверь. Тут в уборную два входа, выходящих в разные коридоры. Я это заметила вчера, когда пришла сюда позавтракать.

И сейчас, не сомневаясь ни мгновения, вышла из уборной, через вторую дверь. После чего побежала. Пользовалась тем, что в этом коридоре никого не была. Очень спешила. Пытаясь не запутаться, спустилась вниз и нашла запасной выход.

Покидать ресторан через главный вход было бы провалом. Там Джовани.

Выйдя в небольшой дворик, огражденный деревянным забором, я пошла к воротам. Возможно, персонал тут курил, отдыхал, так как тут были столики, но точно не предназначенные для посетителей.

Я уже практически была около ворот, как кто-то внезапно перехватил меня за шиворот куртки. Сильно дернул, скрутил и зажал рот рукой, так, что мой крик превратился в сдавленное мычание.

Сердце забилось словно обезумевшее. Тело пронзило острой болью и сознание зарябило паникой.

Какого черта? Это кто-то из людей Дарио?

— Молчи, иначе сверну тебе шею.

Голос прогрохотавший рядом с ухом, был мне не знаком, а, когда этот мужчина потянул меня вправо и я наконец-то хоть как-то смогла на него посмотреть, поняла, что его не знаю. И этот верзила не похож на людей Дарио. Они ходят в классических костюмах. Он же одет в джинсы и свитер. На лице щетина.

Он выволок меня в проулок. Все еще сжимая мою куртку. Рукой закрывая рот и сильно встряхивая, когда я судорожно попыталась вцепиться в столб или вообще хоть как-нибудь вырваться.

— Продолжишь вырываться и я тебе что-нибудь сломаю. Поняла?

Он закинул меня на заднее сиденье минивена. Сжимая мой рот рукой, буквально вбил мою голову в сиденье, из-за чего перед глазами поплыло. Сердце гулко застучало. Сознание работало так, будто было готово сгореть и я панически наблюдала за тем, как мужчина вытащил что-то из кармана. Оказалось — телефон.

Набрав номер, он приложил его к уху.

— Бегом к машине. Я поймал ее. Она какого-то черта вышла со стороны кухни.

Отключив звонок, он набрал другой номер. На этот раз ответа ждал немного дольше.

— Да, госпожа Редже. Мы поймали ее. Повезло. Я ждал вашу официантку, а тут она вышла со стороны кухни.

У меня в груди все заледенело. Госпожа… Редже?

Бетина?

Так слова этой суки не были пустым трепом?

Господи, она совсем ненормальная?

— Мы заберем ее. Да. Вам нужно, чтобы она под ногами не путалась? Мы это сделаем. Но уже сами решим, как с ней поступить, — он окинул меня взглядом, им останавливаясь на груди. — Девчонка реально не плохая. Парням она понравится. Они таких раньше не видели. Да и я тоже.

Мое сердце оборвало биение и рухнуло вниз. Руки задрожали и я, каким-то образом, взглядом зацепившись за стеклянную бутылку с водой, лежащую рядом на сиденье, прежде чем поняла, что делаю, схватила ее. Замахнулась и со всей силы ударила мужчину по голове.

В машине было невозможно нормально замахнуться, но первого удара было достаточно, чтобы верзила растерялся. Взвыл от боли и ослабил хватку. Кажется, он собирался схватить меня за шею, но я выскользнула и еще раз его ударила. Потом еще и еще. До тех пор, пока на мое лицо не брызнула кровь, а мужчина не рухнул на сиденье.

Мое дыхание нельзя было назвать нормальным. Как вообще состояние. Перед глазами начало плыть. Руки трясло.

— Бенуа? Какого черта происходит, Бенуа? — из динамика телефона приглушенно раздался голос Бетины.

Я не знаю, зачем это сделала, но нажала на красный значок, после чего схватила его телефон и выскочила на улицу.

Во время первого звонка верзила сказал кому-то идти к машине. Значит, скоро тут будет еще кто-то. Мне нужно срочно убегать.

Из проулка было два выхода — мне нужно было вправо, но я решила, что сейчас будет правильнее побежать влево. Навряд ли я могла нормально соображать. В основном действовала на инстинктах и, сорвавшись с места, уже вскоре, оказалась на людном тротуаре.

Вот только, в безопасности себя не почувствовала и, наоборот, попыталась лишь ускориться.

А если у меня не получится?

Если Ариго не успел сделать того, что обещал?

В голове крутилось множество «если» и каждое было хуже острого ножа, режущего мысли.

Пробежав несколько кварталов, я буквально влетела на крытую парковку заброшенного маркета.

Там и правда стояла машина. Черная. Марка и номерной знак точно такие же, как мне написал Ариго. Все-таки, он сумел договориться о том, чтобы меня забрали.

Подбежав к машине, я открыла дверцу и буквально рухнула на заднее сиденье.

За рулем сидел парень лет тридцати. Повернувшись и, посмотрев на меня, он широко раскрыл глаза.

— О, господи. Ты Романа? Что с тобой произошло?

— Пожалуйста, давай поскорее уедем отсюда.

— Это же кровь? — обеспокоенно спросил он. Кажется, этого парня звали Вильяго.

— Она не моя, но… Меня пытались схватить и, если мы немедленно не уедем…

Еще до того, как я договорила, Вильяго быстро завел машину и нажал на газ.

Возможно, после того, как доктор Дарио уколол мне успокоительное, я все еще какое-то время была заторможенной, ведь по-настоящему эмоционально меня накрыло уже после того, как мы значительно отъехали от Турина.

Я ревела так, что даже толком дышать не могла.

Черт. Одна бутылка…

Если бы не эта бутылка и если бы она не была стеклянной, мало ли, что со мной сейчас бы происходило.

Странно, но за себя какого-либо страха я не ощущала. Возможно, после того, как я узнала о смерти Деимоса, все это проходило мимо меня и ревела я скорее от того, что все происходящее мне требовалось как-либо выплеснуть.

Когда я хоть немного успокоилась, позвонила Ариго. Рассказала ему про все.

Про угрозы Бетины он уже знал. Теперь ему было известно, что они не являлись пустыми словами.

— Выключи тот телефон, который ты забрала. Я позже посмотрю на него, — сказал мне Ариго. — И, пожалуйста, не переживай. Скоро ты будешь у меня. Все хорошо. Поверь, эта ненормальная поплатится.

Я в этом не сомневалась. Такая сука просто не сможет долго спокойно жить.

Договорив с Ариго, я позвонила Консете Леоне. Я сейчас была не в лучшем состоянии и, уж тем более не хотела разговаривать с ней, но выбора не было.

Как только моя приемная мать ответила, я сказала ей, что какое-то время поживу отдельно. Она растерялась. Не ожидала этого. Начала спорить и говорить о том, что я обязана жить у них. Пусть и старалась это делать мягко. Видно все еще боялась Де Луки.

Но я оборвала все ее слова и сказала, что мне плевать. Если хотят, могут пожаловаться на меня дону Моро.

Вот только, они этого не сделают. Я об этом прекрасно знала.

Обрывая разговор, я нажала на красный значок и отбивала все последующие звонки Консеты. Подчистила телефон. Выключила его и выбросила в окно.

Вильяго привез меня в Анкону. Там у Ариго имелась квартира.

Сам Ариго еще не успел приехать и я, войдя в гостиную, рухнула на диван. Отключилась, хоть и до этого мне казалось, что я вообще больше никогда не смогу заснуть.

Проснулась я, когда уже была ночь. В гостиной темно. Ее освещал лишь тот свет, который падал в комнату из гостиной. И я, лежа неподвижно, сильно вздрогнула, уловив какой-то шорох. Чьи-то шаги.

— Не бойся. Это я, — в тишине прозвучал голос Ариго. Он сел в кресло. — Ты, конечно, умеешь попадать в передряги.

— И не говори, — пытаясь успокоить быстрое биение сердца, я села на диване и потерла лицо. Черт, а ведь на нем все еще оставалась засохшая кровь.

— Как ты? — Ариго наклонился и посмотрел на меня. — Выглядишь ужасно. У тебя стеклянные глаза.

— Тебе кажется. Просто тут темно, — на самом деле я себя чувствовала именно, как стекло. Разбитое.

— И все равно… как ты? — осторожно спросил он. — Может, тебе нужен психолог или успокоительное?

— Боишься, что я могла двинуться? — я грустно улыбнулась. — Пока что я не могу сказать, в каком я состоянии. Паршиво соображаю. Даже кажется, что мне все это снится, но не переживай, я как-нибудь справлюсь.

Всю ночь мы просидели с Ариго на балконе. Разговаривали.

В психологе и в успокоительном я не нуждалась, но все-таки мне требовалось выговориться. Пусть и многие слова давались с трудом. Кое-что я вовсе не могла произнести.

Например, я не могла говорить про Деимоса. Казалось, что его смерть мне нужно пережить самостоятельно. Внутри своего сознания. Хоть я и понимала — до конца сделать это будет невозможно.

Разговаривать о том, что собиралась сделать Бетина Редже — вовсе бессмысленно. По сути, это мой главный страх. После того, как меня в детстве похитили, мне до сих пор иногда в кошмарах снится, что это вновь происходит. Я жутко, буквально до паники, боялась повторения. Тем более, как я поняла, на этот раз меня еще и изнасиловать собирались.

Но почему-то этот случай эмоционально на мне толком не отобразился. Может, потому, что я успела вовремя сбежать. Или же потому, что по сравнению со смертью Деимоса все это выглядело мелочью.

Или же моя душа просто начала грубеть и то, что должно казаться страшным, уже теперь для меня таковым не являлось.

Прошла неделя. Первые дни я отсыпалась. С трудом ела. Многое переосмысливала. Раз за разом прокручивала в голове одни и те же размышления. Часто резалась об них. Казалось, что до крови. Внутренних ран, но все равно от своих мыслей не убегала.

На третий или четвертый день, я принялась за уборку в квартире Ариго. Она слишком долго стояла пустой и тут было чем заняться.

Сам Ариго говорил, что лучше вызовет уборщицу. То, что я не обязана убирать в его доме, но в последние дни я сама себе напоминала бесполезную тряпку и просто хотела чем-нибудь заняться. Мытье полов достаточно неплохое начало.

Именно это привело меня к мысли, что я больше не могу быть в состоянии тряпки. На меня до сих пор давила смерть Деимоса. Я не понимала, как дальше смогу нормально жить, зная, что из-за меня его не стало.

Это ощущение никогда не исчезнет.

Но так же я помнила и про Авогадро. Он оставил мне свое дело. Наследие. А я сейчас ходила, так, словно жизнь меня пережевала и выплюнула. Словно ни на что не способное существо.

Мне за это было стыдно перед Ариго. Он столько сделал для меня. Постоянно помогал и все ради того, чтобы дело его деда не погибло. И как я могла показать, что хоть что-то может меня сломать? А если в будущем будут происходить ситуации похуже? Нет. Мне следовало быть сильной. Устойчивой. Стальной.

— Появилась информация насчет телефона, который ты забрала у того ублюдка, собиравшегося тебя похитить, — Ариго вышел на балкон. Я там сидела на полу. Пила кофе и через стеклянную перегородку смотрела на город.

— Что-то стоящее? — я перевела на него взгляд.

— Да. Ты же знаешь, что его нельзя было просто так включить? Иначе бы его могли отследить. Может, этого и не стали бы делать, но осторожность не помешает, — Ариго оперся рукой о перегородку и посмотрел вниз. — Я отдал телефон одному человеку и он смог в нем покопаться. Оказывается, Бетина Редже, когда договаривалась о твоем похищении, кое-что с этим ублюдком обсуждала в сообщениях. Не все, но, поверь, там достаточно. И она это делала со своего телефона. Верх идиотизма с ее стороны, но теперь в случае чего, ты можешь ткнуть ее в это носом. Конечно, если захочешь.

Я еле заметно кивнула. Бетина на данный момент для меня являлась не первоочередной важностью. Я вообще про нее не думала.

Но неизвестно, как в будущем сложится жизнь, а учитывая то, что эта сука так любила лгать, было вполне неплохо иметь против нее что-нибудь такое.

Тем более, у меня сохранились все аудиозаписи. Свой телефон я выбросила, но перед этим все файлы переслала Ариго.

— Спасибо. Кстати, хочешь кофе? — спросила, поднимаясь на ноги.

— Хочу. Не зря ты столько времени проработала в кофейне. Твой кофе лучший в Италии.

— Я сейчас покраснею от смущения, — я отшутилась, но мне было приятно. Правда.

Не знаю почему, но кофе в турке у меня получался лучше, чем тот, который я делала просто через кофемашинку.

— Кстати, можно я сегодня опять займусь твоей рукой? — спросила, прежде, чем выйти из балкона.

Кому-то в стрессовой ситуации нужно выпить вина, кому съесть мороженного, а я хотела наносить татуировки. Мне сейчас это требовалось больше, чем дышать и, не выдержав, я поделилась об этом с Ариго.

В итоге, он разрешил мне набить татуировку на его руке. Даже купил для этого все, что требовалось. Теперь по вечерам мы сидели в гостиной. На фоне по телевизору шли какие-то старые фильмы, мы разговаривали и я наносила татуировку на его кожу.

— Да, хорошо, но учти, что в моем случае давай ограничимся только рукой. Я постараюсь в ближайшее время найти для тебя модель.

— Спасибо, — я буквально просияла. Черт, это прямо отличная новость.

Пройдя на кухню, я открыла шкафчик и достала турку.

Изначально, когда я только убежала от Де Луки, мне казалось, что позже я о многом пожалею. Этот побег был слишком внезапным. Совершенным на эмоциях и адреналине. Я просто взяла и ушла. Все.

И я думала, что все переосмыслив, посчитаю, что многое можно было сделать не так.

Но, чем больше времени проходило, тем более отчетливо я осознавала, что это было по-настоящему правильным решением.

Разорвав любую связь с Де Лукой, я оживала. Становилась такой, какой должна быть.

Спустя полгода.

Пробегая еще несколько метров, я наконец-то перешла на шаг. Потягиваясь. Разминаясь.

За последние шесть месяцев это стало традицией — пробежка утром и вечером. Она лучший способ привести мысли в порядок. Да и не только мысли — тело тоже. Я никогда в жизни не чувствовала себя настолько хорошо, как сейчас.

Заходя в нужный дом, я на лифте поднялась на седьмой этаж и, открыв дверь, вошла в квартиру. Увидев в коридоре обувь, поняла, что Ариго наконец-то вернулся.

— Ариго, — позвала его. — Ты тут?

— Да. На кухне.

Мне следовало пойти в душ, но в первую очередь я быстро направилась на кухню. Увидев Ариго около столешницы, просияла улыбкой.

— Если бы я сейчас не была настолько мокрой, набросилась бы на тебя с объятиями.

— Так скучала по мне? — Ариго оторвал взгляд от болгарского перца, который он нарезал, и посмотрел на меня.

— Ага. Чертовски.

За последнее время наши отношения стали еще ближе. Пожилая пара, живущая в квартире по соседству, вовсе считали, что мы встречаемся, но на самом деле между мной и Ариго, как и раньше не было ни намека на романтику. Более того, последние пару месяцев у него имелась девушка. Пусть и жила она в соседнем городе. Они виделись по выходным. Да и в основном я в этой квартире жила одна. Ариго почти постоянно был в разъездах, а если и приезжал в Анкону, заселялся в отель. Он считал это неправильным — иметь отношения и при этом ночевать со мной под одной крышей. Понятное дело, что между нами ничего нет, но мало ли, как это воспримет его девушка.

Наши отношения скорее были, как у брата и сестры.

— Ты опять была на пробежке? — Ариго вернулся к нарезанию перца.

— Да, у меня же все по графику. А ты решил себе что-нибудь приготовить? В холодильнике же есть жаркое.

— Захотелось салата.

— Тогда, подожди. Я приму душ и нарежу его, а то, прости, но готовишь ты ужасно.

— Я просто нарезаю овощи.

— В итоге ты порежешься и взорвешь кухню.

— Не утрируй. Я не настолько плох.

— Да, конечно, — я развернулась и пошла к двери, но, до того, как я успела выйти, Ариго произнес:

— Я на прошлой неделе был в Неаполе.

Я остановилась.

— И что? — спросила, положив ладонь на дверную ручку.

— Семья Леоне все так же панически ищут тебя. Судя по всему, они жесть, как нервничают, но к дону Моро до сих пор не пошли. Полгода о тебе ничего не слышно и не видно и, возможно, они хотят это воспринимать, как хороший знак.

Я изогнула губы в подобие саркастичной улыбки. Когда-то я опасалась того, что Леоне нажалуются на меня дону Моро. Скажут, что я создаю проблемы, а, значит, являюсь паршивой гарантией перемирия, но вот уже полгода я живу отдельно. Делаю то, что хочу, а они по понятным причинам не могут пойти к дону Моро.

— Я так понимаю, они до сих пор не отказались от денег за мое лечение? — спросила. У Ариго были знакомые в банке. Они могли такое отследить. Более того, я попросила это сделать, так как не бросила свое желание официально покинуть семью Леоне и клан Моро. Более того, уже теперь у меня для этого имелись все доказательства.

— Сейчас они этого не могут сделать. Ты исчезла и семья Леоне тем более боится вообще каким-либо образом напомнить дону Моро о тебе. Хоть ты и понимаешь — они в любом случае не хотели, чтобы он тебя увидел. Для них это паршиво закончится.

Я еле заметно кивнула. Все равно я уже скоро вернусь в Неаполь. Это неизбежно.

— Кое-кто тебя тоже до сих пор ищет, — сказал Ариго.

«Кое-кто». Де Лука. Как я и попросила, Ариго больше не называл его имя, но все равно любое упоминание о Дарио пронзало сознание ненавистью.

— Лучше скажи, что с салоном, — попросила. Де Лука уже не имел никакого значения.

— Он полностью готов. Через месяц мы тебя уже всем представим.

Мы с Ариго это уже обсуждали. Будет мероприятие в честь сеньора Авогадро. Его устраиваем мы с Ариго. Потребовались не малые деньги, но мы сняли целое здание. Прошла глобальная подготовка. Все, что угодно, в честь моего Бога. Он заслуживает самого лучшего.

Были разосланы приглашения. На них уже ответили. Ни одного отказа. Будут абсолютно все.

— Ты готовишься к мероприятию? — спросил Ариго.

— Я уже готова. Разве что платье осталось купить, но я еще не нашла то, что мне нужно.

Я долго думала о том, что надеть в тот день, когда я буду представлена, как ученица Авогадро. Даже думала о брючном костюме, но потом решила, что пошло все к черту. На мне будет платье. Но пока что я не увидела то, которое точно подойдет.

Мне от моих родных родителей досталось единственное хорошее — внешность.

Долго Ариго, да и я тоже, считал, что она может стать проблемой. Лично меня достало внимание мужчин, которые часто не понимают, что такое «нет». Но, уже теперь я собиралась сделать свою внешность своим оружием. Мне понадобилось полгода, чтобы полностью принять и переосмыслить себя. Сделать сильной стороной то, что раньше для меня являлось проблемным.

— Я вчера разговаривал с доном Емпаро. Он заинтересован в встрече с тобой. Ее можно назначить на этот четверг. Естественно, он обещал конфиденциальность.

— Это отличная новость, — собираясь выйти из кухни, я остановилась и обернулась к Ариго.

Уже абсолютно все было готово к началу моей работы. Проблема состояла лишь в отсутствии охраны.

И Ариго предложил временно установить сотрудничество с каким-нибудь кланом. С тем, который был должен сеньору Авогадро. И, в обмен на возвращение долга, затребовать защиту.

Выбор пал на Емпаро. Во-первых, Анкона, город, в котором мы сейчас находились, это как раз сфера влияния Емпаро. Во-вторых, это могущественный клан. Он может обеспечить отличную защиту.

Мы с Ариго хотели запросить в оплату долга десятерых человек сроком на полгода. Дальше мы разберемся сами.

Ариго говорил, что долг Емпаро перед Авогадро куда существеннее. Это все равно, что в обмен на машину запрашивать десять евро, но и этого было вполне достаточно.

Тем более, дон Емпаро обещал конфиденциальность. До нужного момента не раскрывать мою личность.

И мне правда хотелось с ним встретиться. Я раздумывала о том, чтобы в будущем вообще переехать в Анкону. В Неаполе меня больше ничего не держало. Тем более, уверена, с университета меня уже отчислили.

— Дон Емпаро не передумал делать у меня татуировку? — спросила.

Он сам сказал, что хочет этого, когда Ариго с ним связался. Я даже нарисовала несколько эскизов и отправила ему.

— Нет. Не передумал. Если хочешь, в четверг можешь начать.

Тут а Анконе Ариго сделал для меня небольшой салон. Я там проводила много времени. Работала с моделями. Набивала руку и, честно, в салоне я была счастлива.

— Тогда, назначь встречу в салоне.

— Нервничаешь? — Ариго, открыл дверцу машины и, взяв за руку, помог выйти на улицу. В этом не было нужды. Просто красивый жест поддержки.

— Нет, — сказала чистую правду.

Сегодня я встречусь с доном Емпаро. И сегодня начну наносить татуировку на его руку. Но никакой нервозности я не ощущала. Волнения тоже не было.

Меня наполняло предвкушение. Я правда хотела заниматься тем, что мне передал сеньор Авогадро.

— Дон Емпаро уже выбрал эскиз. Он ему очень понравился. Даже более чем. Он был восхищен. Это отличный знак.

— Потому, что мои работы великолепны, — касательно эскизов и татуировок я не знала, что такое скромность. Ну, конечно, я ведь ученица своего Бога. Иначе быть не может.

Несколько огромных верзил уже находилось рядом с моим салоном. Судя по всему, дон Емпаро уже внутри.

Наверное, следовало приехать раньше, так как вместо меня «посетителя» пришлось встречать Салане. Эту девушку я наняла, как управляющую салоном. Но, по сути, она там больше занималась бумагами, закупкой требуемого и уборкой. Этим же занималась и я. То есть, пока что работу мы делили на двоих.

Мы с Ариго поднялись по ступенькам и вошли в здание. Тут же в коридоре возникла Салана.

— Вы опаздываете, — тихо прошептала она. — Я уже предложила кофе, но… Господи, когда я устраивалась к тебе на работу, не знала, какие люди будут сюда приходить.

— Ты испугалась? — спросила, смотря на ее подрагивающие руки.

— Конечно. Черт, я лучше пока что побуду на втором этаже.

— Да, конечно.

Я отпустила Салану. Не хотела думать об этом, но вспомнила о том, что когда-то сама дрожала от страха перед Де Лукой.

Ну что же, он сделал для меня кое-что хорошее. Связь с Дарио значительно притупила мой страх. Я теперь понимала, как обращаться с такими людьми.

Мы с Ариго пошли дальше и вошли в главную комнату. Там, в кресле сидел он — дон Емпаро.

Аугусто Карузо.

Он молод. Всего тридцать семь лет. Высокий, смуглый. Черные глаза. Внешность грубая, но привлекательная. От него исходила аура хищника и та, опасная, кровожадная мрачность, которая могла быть доступна только дону влиятельного клана.

— Добрый вечер, сеньор Карузо, — Ариго поприветствовал его.

— Сеньор Авогадро, — дон Емпаро еле заметно кивнул ему, но практически сразу перевел ленивый взгляд на меня.

Взгляд Аугусто Карузо ощущался, как острие ножа, проходящего по коже. Он посмотрел на мою узкую, строгую юбку, ноги, блузку, грудь. Затем на лицо. То, как он меня рассматривал, ощущалось физически.

— Мы немного опоздали, но теперь можем начать, — Ариго сел в кресло. Я — на диван.

— Переговоры будете вести вы? Я обязан вернуть долг ученику сеньора Авогадро, — голос у Карузо тяжелый, глубокий. Мрачный и пробирающий.

— Да, она перед вами. Романа Леоне является продолжением дела моего деда. Его ученицей.

Дон Емпаро явно не ожидал этого. Даже слишком. Лицо, больше похожее на маску из стали, выказало удивление. Слишком явное, как для того, кто, казалось, эмоции не проявлял.

— Девушка? — взгляд Карузо опять коснулся меня. Но уже теперь он был другим.

— Приятно познакомиться с вами, сеньор Карузо, — я растянула губы в как можно более обворожительной улыбке. — Надеюсь, наше сотрудничество сложится удачно.

Его взгляд застыл на мне. Так, что в комнате повисла тишина, которую разорвал Ариго, несколько раз кашлянув.

— Я вижу вам еще не принесли кофе. Пожалуй, я этим займусь, а вы пока что можете обсудить условия сотрудничества.

Когда Ариго покинул комнату, тут все еще царила тишина.

— Вы так смотрите на меня. Что-то не так? — спросила, положив ладонь на подлокотник. Я сидела ровно и, в тот же момент расслабленно. Как королева, которая получила свой трон. Для себя я выбрала именно такой путь поведения.

— Просто не ожидал, что ученицей сеньора Авогадро окажется девушка. Тем более, такая, — его взгляд вновь медленно скользнул по моему лицу.

— Поверьте, наличие или отсутствие члена никак не влияет на мою работу, — ответила со все такой же улыбкой.

— Несомненно. Но теперь я понимаю, почему вы отказались рассматривать вариант женитьбы на моей племяннице.

— Уверенна, она прекрасная девушка, но, как вы видите, по слишком многим причинам свадьба между нами невозможна.

Я смотрела на Карузо и все думала о том, что а ведь у него есть брат близнец. В Емпаро он занимал должность консильери.

И если Аугусто Карузо считали хладнокровным, умным, расчетливым и жестоким, то его брат, Деметрио Карузо, был взрывом всего, чего только можно. Жутким, ужасным человеком. Тоже безбожно умным, но кровожадным.

Мне хотелось бы поработать с обоими братьями Карузо. Проблема лишь в том, что Деметрио не воспринимал татуировки. На себя их не наносил. Я об этом слышала еще от Авогадро.

— Вы выглядите очень молодо. Сколько вам лет?

— Достаточно, чтобы этими ладонями, — я подняла их перед собой. — Создать на вашей руке шедевр.

Неожиданно, но Аугусто улыбнулся. Еле заметно, но все же.

Оказывается, улыбка у него очень красивая.

— Вы похожи на своего учителя больше, чем я предполагал.

От автора: Дорогие, обожаемые девчонки, вот и подошла к концу первая часть. Вы готовы к взрыву эмоций, острых событий и пожара встреч главных героев?)) Тогда приглашаю вас, вместе со мной отправиться в продолжение истории Романы и Дарио))