— Ты можешь, пожалуйста, отпустить меня? — я ладонью нервно провела по скатерти, пальцами случайно зацепив вилку. — Мне нужно домой. И… Это ведь вообще ненормально — удерживать человека взаперти против его воли.
Я положила ладони на колени, которые из-за достаточно короткого платья были обнажены и немного опустилась на стуле. Мне было неуютно. Слишком. Вечер сегодня теплый. Безветренный, но под взглядом голубых глаз Дарио, меня пронзало льдом. Нервы сдавливали и каждый вдох я делала с такой осторожностью, словно от этого зависело абсолютно все.
— Кажется, мы уже разъяснили, что я держу тебя не в подвале и, более того, проявляю гостеприимство, — Де Лука расслабленно, вальяжно сидел на стуле напротив меня, но к еде не прикоснулся. Его ладони были в карманах брюк.
Я опустилась еще немного ниже. Отвела взгляд. Посмотрела на сад, сейчас подсвечиваемый фонарями. Тут красиво. Безусловно. Особняк семьи Де Лука — самое роскошное место, которое я видела в своей жизни, но сейчас его красота проходила сквозь меня и казалась уродливой. Опасной. Как ножи рядом с шеей.
Я понимала, что все могло быть намного хуже — физически мне ничего не сделали. И весь день я находилась в хорошей комнате. Мне приносили еду и воду.
Но критичным являлось именно ощущение отсутствия свободы. Оно холодило душу воспоминаниями о том, что произошло со мной в детстве.
Я ведь прекрасно помнила то ощущение, когда от тебя ничего не зависит. Когда тебя убивают и ты ничего не можешь сделать. Кричишь, плачешь, воешь, а тебе ломают кости и снимают это на видео.
Я опустила взгляд на свои дрожащие ладони. Господи, неужели я доказывала Ариго, что смогу справиться с теми мужчинами, которые будут приходить ко мне в салон? Что сумею остаться неприкосновенной?
А ведь я в это верила. Честно. Считала, что у меня нет никаких травм и я бояться не буду. Ага. Конечно. Но дело и не в травме вовсе, а в том, что некоторых людей стоит бояться и я это уже более чем отчетливо ощутила на собственном опыте.
Соприкосновение с Дарио слишком многое мне показало. Я не знала, по какой причине, но он почему-то напоминал мне тех мужчин, которые похитили меня и ломали на заброшенном заводе. Почему? Может, по той причине, что я понимала — они из одной среды. Те для кого человеческая жизнь имеет определенную ценность или же ее отсутствие. Криминальный мир. Кровь. Жестокость.
И я до дрожи боялась того, что сейчас я сижу тут за столом, а уже через пару минут могу быть заперта в каком-нибудь холодном, темном месте, где меня опять будут ломать. То, что судьба закончит то, что когда-то начала, но уже теперь сделает это по воле Дарио.
— Зачем ты держишь меня тут? — тихо спросила. — Мы же… Мы же с тобой встречаемся. Я это приняла. Больше не сопротивляюсь. Делаю все, что ты желаешь.
— Потому, что ты беременна от меня и я хочу проследить, чтобы с моим ребенком все было хорошо, — Дарио безразлично взял стакан с водой.
Я резко подняла голову, поджимая губы.
— Пожалуйста, прекрати. Я знаю, что мы не переспали.
— С чего такая уверенность?
— Я… Я видела твой член…
— И не только видела.
— … и если бы у нас был секс, ощущения точно остались бы. А их нет.
— Я был очень осторожен, — Дарио колыхнул воду в стакане. — Хочешь расскажу, как все происходило? Еще в клубе я разложил тебя на диване. Ты извивалась подо мной. Стонала. Оказывается, пьяная ты еще та грязная шлюшка, но мне понравилось. Знаешь, что ты для меня сделала? Что было перед тем, как я вошел в тебя и трахал пока ты стонала мое имя?
— Хватит, — я нервно сжала край скатерти.
Мы не переспали. Не переспали!
Но засосы на шее заставляли меня нервничать. Понимать, что кое-что все-таки произошло и я боялась услышать, что именно. Клянусь, я больше никогда и ни за что не буду пить алкоголь.
— Чтобы ты не говорил, я знаю, что мы не переспали. Пожалуйста, прошу, хватит. Умоляю, скажи честно зачем ты все это делаешь и говоришь. Я же… Не сделала тебе ничего плохого. Я была послушной. Поступала так, как ты хотел. Так почему… Зачем все это?
— Хочешь честности? — Дарио поставил стакан на стол и лениво вернул ладонь в карман.
— Да, — ответила, не раздумывая ни мгновения.
— Хорошо, но перед этим давай поиграем в одну игру. Ты покажешь мне, что ты честна со мной и я отвечу тебе тем же.
— Что за игра? — внутренне я сильно напряглась. Почему-то мне это не понравилось. Инстинкты окаменели.
— Ничего сложного. Я назову тебе две фамилии, а ты скажешь мне какая из них тебе нравится больше.
— Зачем это? — я села ровнее, не отрывая взгляда от Де Луки.
— Ты согласна на игру или нет?
Я помедлила. Ничего не понимала. Что за странная игра и при чем тут честность?
Но все же я кивнула.
— Да, согласна.
Дарио еле заметно наклонил голову набок, из-за чего черные, жесткие пряди волос упали на бездушные глаза.
— Карузо или Венес?
Я хотела взять свой стакан с водой, но рука замерла. Меня словно кипятком облило и сердце начало биться настолько гулко и быстро, словно собиралось разорваться.
Венес — это фамилия Деимоса.
Мое горло сдавило. Дышать стало трудно и тревога затопила сознание. Что… Что происходит? Почему Дарио назвал его фамилию?
— Так, что? Какая из фамилий тебе больше нравится?
— Не… знаю, — я буквально выдавила из себя эти слова. Пытаясь срочно успокоиться. Мысленно вопя о том, что это просто совпадение. Дикое, странное, ненормальное, но все-таки просто совпадение. — Обе фамилии неплохие, но не сказала бы, что одна из них мне как-то особенно понравилась.
— Ты побледнела, Романа. Тебе стало плохо? — в глазах Де Лука не было ни намека на волнение. Наоборот, они сейчас казались особенно бездушными. Или же я себя уже накручивала.
— Тебе кажется, — я все-таки взяла стакан и сделала несколько глотков.
— Это хорошо. Я бы не хотел, чтобы ты чувствовала себя, как-нибудь не так и, тем более, переживала. Так, что, Романа, какая фамилия?
— Не знаю, — нервно произнесла. Мой ошпаренный мозг только сейчас начал кое-что осознавать. Дарио ведь сказал, что это игра на честность и назвал фамилию Деимоса. О, боже… нет… Нет! Де Лука не мог узнать про него. Никак. Мы же тайно встречались. В последнее время лично вообще не виделись.
— Хорошенько подумай. Ты ведь даже можешь спроецировать эти фамилии на знакомых тебе людей. В твоей жизни есть и Карузо и Венес. Знаешь, что самое интересное? У них одинаковые имена. Обоих зовут Деимосом.
Мое сердце упало вниз и разбилось на миллиард чертовых осколков, которые изнутри впились в тело. Разорвали все к чертям.
О, господи.
Нет!
Я только сейчас вспомнила, кто такой Деимос Карузо — брат одной из девушек, с которой я посещаю клуб легкой атлетики. Мы иногда общались, когда он приходил за сестрой, но…
Я физически почувствовала, как вся кровь отхлынула от лица и осколки внутри уже начали разрезать на части.
— Откуда ты знаешь? — произнесла, еле шевеля губами.
— Что я знаю? — насколько же безжалостным казался этот вопрос.
И я замерла. Что именно ему известно? То, что у меня были отношения с Деимосом? То, что они формально еще не закончены? Знает ли Дарио с каким именно Деимосом и сейчас просто играет со мной? Или ему известно имя, но не в точности, что это за человек?
— Ты можешь не отвечать на вопрос. В этой игре ты уже давно проиграла.